В конце концов я решил помочь Ононоки-чан с поисками, несмотря на то, что она даже не знает, чего ищет. Было время, когда Сэнгоку Надеко искала «тело бога», но наши поиски оказались ещё бессмысленнее. Понятия не имею, почему Ононоки-чан решилась на это пойти, но реальность такова, и я ничего не мог с этим поделать.

Расспросы ни к чему не привели.

По правде сказать, Ононоки-чан, кажется, сама смутно представляла, что именно она ищет. И хотя наши с ней отношения нельзя было назвать поверхностными (пусть мы и знакомы недолго), она только и делала, что пыталась от меня отговориться.

Судя по всему, Ононоки-чан получила приказ и принялась за поиски, обладая лишь неточной информацией об объекте:

— Вероятно, как только увижу, я сразу пойму, что это оно…

И вдруг я увидел всю ситуацию.

Ну, или, скорее, не увидел её, а уловил на слух. Обычные люди попросту не в состоянии вести поиски, основанные на такой неточной информации и словах вроде «вероятно», но для странности-сикигами это, как мне кажется, в порядке вещей.

Задача с неизвестной целью, поиски неизвестного предмета…

Она просто расходный материал в собственности специалистки, и ей не позволено задавать уточняющие вопросы владелице.

Тем не менее я всё равно взялся за поиски, в основе которых лежала такая неясная информация. Взялся, несмотря на то, что никому не принадлежал и мне никто не запрещал задавать вопросы в принципе.

Как будто я сам был странностью-сикигами, только мною пользовался не специалист, а другая странность-сикигами. Просто нонсенс!

Да куда я вообще вляпался?

— Я уже один раз провёл зачистку в окрестностях и подумал, что надо бы пойти и поискать в другом месте.

— Ясно… Жалко.

Если бы поезд задержали, я мог бы избежать этой неожиданной встречи. Как же неудачно всё вышло!

— А, на всякий случай проясню: я не имел в виду тебя, братец-демон, когда говорил про разовую зачистку.

— Да кто тут ещё похититель?!

— Я хочу, чтобы помимо поисков ты помог мне ещё кое с чем, братец-демон.

Она полностью проигнорировала мой резкий и остроумный ответ.

Со стороны бокэ совершенно невежливо игнорировать цуккоми. Или она не ратифицировала со мной этот договор? Или же правда считает меня похитителем?

— Расширить кругозор.

— Кругозор?

— Я уже достиг своего предела… и начал думать, что мне нужно изменить точку обзора.

— ...Нет, ну, ты можешь о чём угодно там начинать думать, но если это имеет какое-то отношение ко мне, то я бы хотел чётко знать, что ты от меня хочешь. Одним словом, ты говоришь, что чем больше глаз, тем лучше?

— Кто знает, лучше ли.

— Хватит с меня таких ответов! Не лучшее время, чтобы меня злить и поднимать на дыбы!

— Не лучшее время? А что тогда нужно поднять? Флажок?

— Какие флажки? У маленьких девочек не бывает романтических рутов!

— Флажок по сути есть флаг, правильно? Иными словами, поднять флажок означает поднять знамя… Мне трудно рассудить, говоришь ли ты о флаге «Зулу» или же о белом флаге.

— …

Хотя эта девочка-сикигами нередко оставляла впечатление робота в том плане, как она думала и двигалась, у неё довольно часто путались приоритеты. Только вот уж кому-кому, а точно не мне осуждать чужие приоритеты, учитывая, что я сам сейчас помогал девочке с поисками, когда по идее должен заниматься. Однако было очевидно, что у спора насчёт того, какой флаг поднимать: «Зулу» или белый, определённо низкий приоритет.

Тут даже рассуждать нечего, настолько всё элементарно.

— Ну, прежде всего, мне хотелось бы изменить точку обзора, а не заполучить ещё одну пару глаз. Я, как видишь, от природы всего лишь любимая домашняя кукла. У меня низкий рост.

— Низкий рост?

— Короче говоря, мне не хватало роста во время поисков. Смотри, когда отчаянно что-то ищешь в комнате, ты встаёшь куда-нибудь повыше, например, на стул или стол, чтобы окинуть всё взглядом, так? Высокие люди лучше годятся для поисков.

— Хм-м… Ну да, если проблема в точке обзора, то, наверное, так оно и есть. Когда искомая вещь спрятана за чем-то другим, её куда легче найти, если глядеть сверху…

Но это справедливо не для каждого случая.

Если у тебя низкий рост, намного легче забраться в маленькие укрытия, а иногда взгляд снизу куда полезнее при поисках.

Её владелица наверняка решила, что для поисков как раз подойдёт кто-нибудь маленький, и поэтому отдала приказ Ононоки-чан, однако та, достигнув своего предела, попросила моей помощи.

— Но, Ононоки-чан, у меня и правда точка обзора будет повыше твоей… Но только в относительном выражении, а в абсолютном выражении я не так уж и высок, знаешь ли.

— Да, вижу. Вижу даже со своей низкой точки обзора. Ты абсолютно невысок, братец-демон.

— Не абсолютно, а в абсолютном выражении.

— Точно, ты мой враг в этом сражении.

— Я тебе не враг, мы с тобой придерживаемся одного воззрения.

— Вот как раз в твоей точке зрения и кроется проблема. Твой рост тоже большой погоды не сделает… Но, братец-демон, раз уж ты абитуриент, то должен разбираться в арифметике и знать об операции сложения, так?

— Думаю, даже не абитуриентам об этом известно.

— Как девочка-арифметика я, естественно, тоже об этом знаю.

— Девочка-арифметика…

Вроде бы очень давно была такая японская книга по арифметике, да?

Это же...

Это же довольно круто, для Японии-то!

Надо же, у нас существовало понятие девочки-арифметики ещё до того, как появились девочки-волшебницы! Похоже, поп-культура Японии так и не изменилась с древних времён. Удивительно.

— Никогда бы не подумал, что ты девочка-арифметика, Ононоки-чан.

— Как грубо с твоей стороны. Хочешь, чтобы я предоставил доказательства? Сказать, например, какое самое большое простое число.

— От одного только твоего упоминания про самое большое простое число я могу сразу же заверить, что математическая грамотность у тебя на нуле.

— Кстати, это я открыл цифру ноль.

— Ага, как же!

— Но мы сейчас говорим о сложении. Если прибавить мой весьма низкий рост к твоему довольно низкому росту, мы загадочным образом (загадочным образом подобно странностям) получаем вполне подходящий по высоте рост. А именно, около трёх метров.

— …

Не будем сейчас о том, что она откровенно и бесцеремонно назвала мой рост «довольно низким». Что ж, если перевести механическую речь Ононоки-чан так, чтобы стало понятно любому, она просила меня посадить её на плечи.

Так сказать, мольба от любимой домашней куклы.

Ну, с тремя метрами она просчиталась, впрочем, наш рост всё равно пересечёт отметку в два метра, это как минимум. И тогда мы точно сможем качественно улучшить поиск в отличие от того, что могла вести Ононоки-чан. Ясно, событие под названием «маленькая девочка едет на плечах».

Не сказать, что хочу заниматься чем-то подобным, или что это развеет мою постэкзаменационную хандру, но, если я собираюсь попасть домой, у меня просто нет другого выбора.

Если я хочу сломать поднятый флаг, мне придётся смириться и прокатить эту маленькую девочку на плечах.

Так, стоп?

Что-то такое уже было…

Кстати говоря, как-то раз я принимал участие в одном безумстве и тогда сам сидел кое у кого на плечах. Этот случай даже стал ненадолго городским слухом.

Ну и что делать со сплетнями обо мне?

Пускай они хотя бы не уступают легенде о вампире.

Ононоки-чан, будучи странностью-сикигами, на самом деле достаточно сильна физически, чтобы прокатить меня на плечах, но в нашем случае это мне следует посадить её на плечи. Существует же некий баланс вещей. И соблюдение этого баланса поддерживает существование смысла в нашем мире.

Однако со мной была как раз Ононоки-чан, которой по жизни недоставало здравого смысла.

Помимо здравого смысла Ононоки-чан также недоставало предусмотрительности и человечности, так что лучше мне кое в чём убедиться. Я хотел даже, чтобы она предоставила мне полный отчёт по этому вопросу… Но сейчас времени у нас нет, так что, пожалуй, задам его устно.

Хотя это лишнее, как ни крути.

Зря только спросил. Самое печальное, что Ононоки-чан нашла совершенно не свойственный человеку ответ.

— Ононоки-чан, я хочу кое в чём убедиться.

— Хочешь кое в чём убедиться? Если ты хочешь узнать, каковы мои объятия, то давай об этом уже после того, как я выполню свой долг.

— Можно было и не остроумничать… Когда ты сказала о сложении, то имела в виду, что я посажу тебя на плечи, да? Пускай у тебя сверхчеловеческая сила, Ононоки-чан, но лучше будет поступить именно так, правда же? Чтобы мы не выглядели подозрительно.

— Что-то мне кажется, что в твоём вопросе кроются и другие причины, помимо нежелания выглядеть подозрительно.

После этого заявления невольно кажется, будто Ононоки-чан таинственным образом всё-таки понимает человеческие эмоции, пусть она и странность.

— Ты неправ, братец-демон, — продолжила она.

— А? Что ты сейчас сказала?

— Ты неправ, демон.

— А ну, добавь в обращение «братец»!

— Нечего придираться. Видишь ли, братец-демон, я не поеду у тебя на плечах.

— А?

— Я не собираюсь плотно обхватывать твою шею своими ляжками.

— Можно было просто сказать, что не сядешь ко мне на плечи. Если хочешь что-то повторить, говори то же самое, что и в первый раз.

— Я не сяду к тебе на плечи, равно как и ты на мои. Подумай сам, садиться на плечи нецелесообразно, трата ресурсов.

— Трата?

— Кто бы у кого на плечах ни поехал, один из нас в итоге сядет другому на шею, так? И когда один сядет, к росту другого можно будет прибавить лишь высоту первого в сидячем положении. Может, тебе и есть чем гордиться по части высоты в сидячем положении, братец-демон, но нельзя ведь сказать, что если прибавить к ней длину твоих ног, полученный результат окажется меньше этой высоты, правильно?

— Это у какого человека при сложении его высоты в сидячем положении с длиной ног результат получится меньше изначальной высоты? У него что, отрицательная длина ног?

— Кстати, отрицательные числа тоже открыл я.

— Да тебе так и Филдсовскую премию можно вручить! Какое там! Ты сама можешь учредить премию Ононоки!

— Премия Ононоки… Как очаровательно звучит.

— Короче говоря, под тратой ты имеешь в виду, что катание одного из нас на другом не даст тебе требуемой высоты? Но тут как ни крути, Ононоки-чан, а этой траты не избежать. Не думаю, что есть какой-либо другой вариант, кроме как сесть на плечи. Вернее, какой вариант лучше, нежели чем сесть на плечи? Что ещё позволит нам увеличить рост? Даже если я возьму тебя за талию и подниму на руках, максимум, чего ты достигнешь, так это той же точки обзора, что и у меня.

— Это уже не поднятие, а объятие.

— Ну, даже если бы я сыграл с тобой в «самолётик»…

— Хоть я и выгляжу как маленькая девочка, не надо обращаться со мной как с малышом… Ну же, всё просто, братец-демон. Мы поступим так, как я делаю всегда.

— Как ты делаешь всегда?

— Может быть, ты догадаешься, если сказать «так, как меня всегда заставляют делать».

— ?..

Я не смог догадаться.

Вернее, не хотел.