50 - Предвестие Ведьмы

***

— Ох, великолепно, — простонала Момо. — Еще одна лестница?

— Что спустилось, то должно подняться, — ухмыльнулась Ниа, начиная подъем.

Момо вздохнула. Её конечности к концу этого путешествия превратятся в мешки с переваренной картошкой. Ей придётся ковылять обратно до Рассвета на костылях.

— Сумрак? — прошептала Момо, как только Ниа оказалась вне пределов слышимости. Она не думала, что женщина смогла заметить невидимую кошку, и хотела, чтобы так и оставалось. Всегда хорошо иметь дополнительную карту в рукаве. Или, в данном случае, скелет кошки. Да и не в рукаве, если говорить точно, но, по крайней мере, поблизости.

Кошка появилась рядом с ней, отчего Момо улыбнулась и быстро начала поглаживать её по позвоночнику.

— Ты хорошо себя вела? Не съела никого из этих милых, респектабельных мышелюдей?

Сумрак замурлыкала. Момо поняла, что это было саркастичное мурчание.

— Я притворюсь, что это было «да», — пробормотала Момо, протягивая руку, чтобы кошка забралась по ней. Сумрак послушалась и залезла Момо на плечи, после чего снова переключилась в режим [Фантом].

---

После относительно быстрого и безболезненного подъема к Рыцарскому Залу они прибыли в тюремные помещения. Лестница привела их в самую южную камеру, расположенную в самом конце длинного коридора. Это были те самые тюремные клетки, в одну из которых раньше бросили Момо, за исключением одного простого отклонения: почти все камеры были пусты.

Единственный шум исходил от бухтящего Старокозла, ведущего продолжительную беседу со стеной.

— Никого не оставили, — лепетал он, а его глаза сверкали безумием. — Только меня, старого Галгадула. Никому не нужен старый Галгадул...

Момо почти пожалела его, но потом вспомнила о банкете, посвящённому обмену пленными, который должен состояться в тот же день. Старокозел вел себя так, словно ему не дали участвовать в побеге из тюрьмы, но, скорее всего, его уберегли от того, чтобы им торговались, словно преступной валютой.

И все же Момо сочувствовала, глядя на то, как он легонечко качается вперёд-назад в своей клетке. Она хорошо знала его бедственное положение. Как ужасно остаться позади, когда весь класс ушел на перемену.

— Эй, ты, козел! — рявкнул Тедди. — Где все твои друзья?

Старокозел испуганно поднял голову и начал отчаянно моргать.

— У меня в голове голоса! Галгадула преследуют его схваченные товарищи! — завизжал он, прикрывая глаза своими ногами. Он подтянул колени к голове и принял позу мячекозла.

Момо покачала головой, молча осуждая Тедди. Таким голосом нельзя разговаривать с испуганным животным. Как единственному командному переговорщику со зверями, ей просто нужно взять всё в свои руки.

Но сначала ей предстояло каким-то чудесным образом сбежать из клетки.

Момо подошла к двери в их тюремную камеру и легонько толкнула. К ее радости, она распахнулась. Охранники не потрудились запереть клетки, из которых вытащили предыдущих заключенных. Хорошая новость. Это означало, что они не ожидали их прибытия.

Или они всё это спланировали, а Мошенники просто играли им на руку. Момо нахмурилась. Ей не нравилась, что обе возможности равновероятны. Она посмотрела на Ниа в поисках каких-либо признаков предательства, но женщина только радостно улыбнулась ей. Момо покраснела, и бабочки запорхали у нее в животе. Она поскорее отвела взгляд, прежде чем её смущение достигло катастрофического уровня.

Момо поспешила сосредоточится на деле, поскольку выбрала не самый удачный момент, чтобы фантазировать о преступниках. Для этого было много других случаев, но не этот.

Ведя за собой остальных участников группы, она медленно приблизилась к клетке старокозла. Тот в ужасе посмотрел на нее, отчаянно блея.

— Галгадул просто обычный козел, бесполезный для вас, бесполезный для рыцарей...

— Ох, ты можешь заткнуться? — застонал Тедди, отчего из Галгадула посыпалось ещё больше причитаний. Момо бросила сердитый взгляд на мошенника.

— Не смей так разговаривать с мистером Галгадулом, — надавила она, немного пьяной властности все еще текло по её венам. — Раду, дай мне конфетку.

Раду вопросительно посмотрел на нее, но все равно достал одну из карманов. Момо взяла её и медленно просунула между прутьями клетки, протягивая на раскрытой ладони.

— Ты голоден? — мило улыбнулась Момо. — Она довольно вкусная. Я думаю, ты почувствуешь себя намного лучше, если съешь конфету.

Галгадул недоверчиво посмотрел на конфету, продолжая отчаянно блеять.

— Враг хочет накачать Галгадула наркотиками, но Галгадул должен сопротивляться ... — воскликнул он, не сводя глаз с обёрнутого в фантик кусочка шоколада, — Но желудок Галгадула бурчит. Он умирает с голоду. О, бедный, жалкий Галга...

— Дай мне еще, — попросила Момо. Раду подчинился, косясь все более скептически.

— Зачем мы вообще возимся с этим козлом? — вмешалась Ниа. — Мы знаем, какая участь постигнет его друзей. Если мы будем быстрее, то сможем полностью предотвратить это.

Несмотря на нетерпение Ниа, Момо собиралась настаивать. Ей не нравилось, когда её держали в неведении. Она могла бы простить Валерику, поступающую так, поскольку некромантка, казалось, была клинически предрасположена делиться лишь самым минимальным количеством информации, но Момо не могла упустить возможности получить более полную картину.

— Мы до сих пор не знаем, каких пленников они обменивают и на кого они их обменивают, — сказала Момо, внезапно почувствовав благодарность за ту властность, которую пробудило в ней сырное вино. — Что, если мы столкнемся с очень страшной ситуацией совершенно неподготовленными?

— Я бы не назвала нас неподготовленными, — сказала Ниа с неуверенной улыбкой. — У нас есть [Темный Вор] экспертного ранга, я, и человек с вершины среднего ранга, Тедди, а также горстка заурядных воров и мошенников...

— Не смей называть меня заурядным! — пропищал вор-строкозел слегка дрожащим голосом.

— Которые по случайному совпадению пьяны, — прошептала Момо. Ниа прищурилась, глядя на нее.

— Мы все немного не в седле, — сказала Ниа, и Момо удивлённо моргнула, услышав странную фразу. — Но это была необходимая жертва, чтобы пройти через туннели. Как еще мы смогли бы видеть в темноте? Не стоит боятся сейчас, Момо. Вспомни обо всех тех монетах, что ждут тебя.

Подсознание Момо нарисовало изображение с тысячей блестящих золотых пенни. И оно было очень заманчивым. Она представила, как возвращается в Рассвет и вываливает тысячи золотых монет в фонтан Морганы. Она расположила бы их замысловатыми фигурами, превратив в вычурные блестящие статуи.

О боже, она становилась ничем не лучше Валерики. Одержимость блестяшками заразила ее.

— Я абсолютно точно в седле, — уверенно заявила Момо. — Я просто не хочу, чтобы меня... резко выбили из него.

Ниа ухмыльнулась.

— Если мы всё сделаем правильно, то ты сможешь уехать отсюда хоть сразу на десяти лошадях. А теперь пошли.

Ниа поманила группу вперед, и все, кроме Момо, последовали за ней.

— Я еще не готова, — сказала Момо, ее колени задрожали в последнем акте неповиновения. — Как я уже сказала, я действительно хочу знать, что слышал Галгадул.

— Ей нужны мои уши, — прошептал козел, его глаза расширились.

— Он явно не слышит ничего, кроме голосов, — категорично заявила Ниа.

Не обращая на нее внимания, Момо снова повернулась к козлу. Она развернула еще одну шоколадку, которую дал ей Раду, и поднесла к губам.

— Смотрите, мистер Галгадул. Обещаю, конфета очень вкусная. Я собираюсь съесть одну, видишь? Так что ты тоже можешь.

— Маленькая дьяволица отравила бы себя, чтобы обмануть Галгадула? — ошеломленно переспросил он.

— Нет, нет, — нахмурилась Момо. — Я ем конфету, чтобы показать тебе, что это всего лишь шоколад.

Глаза козла снова расширились, а затем успокоились. Кусочки головоломки встали на место в его мозгу.

— Галгадул будет наблюдать с любопытством, — прошептал он, прижимаясь головой к решетке. Его рога чуть не выкололи Момо глаза.

Момо кивнула, а затем съела конфету, жуя её с открытым ртом для дополнительного доказательства. Гальгадул тихо ахнул, наблюдая, как она проглотила это.

— Видишь? Я жива. Я выжила.

— Крошечный дьявол жив, — сказал он, обрабатывая информацию. — Значит, еда — это не яд?

— Еда — это не яд, — кивнула Момо. — Еда — это еда.

— А я старею с каждой секундой, — простонала Ниа. — Ты уже закончила?

Снова проигнорировав её, Момо вновь протянула старокозлу шоколад. На этот раз он схватил его с жадностью. Он покончил с едой за миллисекунду, его глаза блестели от голода.

— Превратности судьбы свалились на Галгадула, — ухмыльнулся он, поднимая свои мохнатые руки вверх. — Появилась спасительница! — он радостно посмотрел на Момо сквозь решетку. — Скажи Галгадулу, чудесная спасительница, кто послал тебя? Это был Бог Козлов?

Похоже, навык [Подсластить Сделку] сработал. Момо ухмыльнулась.

— Нет, меня никто не посылал, — сказала Момо. — Но в любом случае, мне нужно задать тебе несколько вопросов. Ты можешь ответить на них? Я обещаю выпустить тебя после того, как ты это сделаешь.

— Как я и думал, Бог Козлов покинул меня... — вздохнул Галгадул. — Но это не имеет значения. Ко мне пришла маленькая спасительница, так что Галгадул ответит на все ее вопросы.

— Спасибо тебе, Галгадул, — улыбнулась Момо. — Ты знаешь, куда делись все остальные заключенные?

Ужас снова наполнил глаза старокозла, и Момо пожалела, что у неё нет ещё одной конфетки. Она посмотрела на Раду, но тот приложил все усилия, чтобы не заметить её взгляд.

— Всех забрали. Забрали плохие, очень плохие рыцари. Рыцари ушли без Галгадула, — пробормотал он, пребывая в воспоминаниях. — Рыцари говорили о приближении ведьмы.

— Ведьмы? — дрожь пробежала по спине Момо.

Старокозел крепко обхватили прутья, его глаза впились в Момо. Его радужки из желтых стали красными.

— Бог Козлов сказал мне, — хрипло прошептал козел. — Ведьма, давно умершая, возродилась, призванная луной-близнецом. Считалось, что она мертва и похоронена, побежденная Эпохой Бедствий. Но она жива. Она жива...

— Мне нужно, чтобы ты был более конкретным, — моргнула Момо. — Это та ведьма, на которую они обменивают пленников?

Козел тяжело сглотнул, и его глаза снова стали желтыми.

— Галгадул сказал слишком много, — прошептал он и снова отвернулся к стене. — Ведьма придет за нами, ведьма придет за Галгадулом...

Момо повернулась к толпе Мошенников. По её коже побежали мурашки. Кислота в ее желудке превратилась в тревожное цунами от тревожного предсказания старокозла.

— Кто-нибудь ещё хочет сдаться и вернуться домой?