Машина, которая, казалось, направлялась к отелю «Альборада», на полпути свернула и въехала в центр города. Их конечным пунктом назначения был особняк маркиза Эрбатоса, расположенный на окраине Третьего округа, где проживали в основном сливки общества Мотрела, но сравнительно недалеко от обычных городских кварталов.

Лорена, крепко сжимая пачку документов, вошла в незнакомый особняк на руках у Микелло. Микелло без промедления поднялся на третий этаж и распахнул первую же дверь.

Висенхо, нервно расхаживавший по комнате, заметил их и перекрестился.

— О, Господи. Лорена!

Как только Микелло опустил её на пол, Лорена бросилась к Висенхо. Висенхо, как и три дня назад, осмотрел дочь с головы до пят, и только убедившись, что она цела, разрыдался.

— Слава богу, ничего страшного не случилось. Документы... ты смогла их забрать?

— Да, они здесь.

Лорена с покрасневшим кончиком носа высыпала ворох бумаг на стол.

— Я хватала всё, что попадалось под руку, не знаю, пригодится ли. Но главное принесла.

Микелло с любопытством наблюдал за отцом и дочерью, которые тут же склонили головы над документами.

— Для обвинения в похищении этого уже достаточно. Было бы еще лучше, если бы нашлись свидетели или телеграммы с печатью Левантеса, это стало бы решающим фактором.

— В любом случае, то, что этот человек получит обвинительный приговор в суде, не случится даже в следующей жизни. Важно создать общественное мнение. Мне нужна лишь одна строчка в причине развода: «Муж похитил тестя и угрожал ему».

Теперь понятно, от кого Лорена унаследовала свою способность к быстрым действиям, которая иногда в ней просыпалась. Но всему свое время. Микелло, не в силах больше смотреть на это, вмешался.

— Прошу прощения, что прерываю важный разговор. Но для начала вам обоим лучше помыться и поесть. А после этого вам стоит немного поспать, господин Клайн.

Висенхо смущенно потер ввалившиеся глаза. Лорена оказалась упрямее отца.

— Только составим жалобу. Нужно подать её в суд прямо сегодня утром…

— Хватит, хватит.

Микелло, выхватив ручку и документы из рук Лорены, взял её за плечи и оттащил от стола.

— Жалобу напишу я. К тому же, у нас есть незаконченное дело.

— Что? Какое?..

Недоумевающая Лорена вдруг поняла и поджала губы. Микелло, скосив глаза на её ноги, снова подхватил её на руки.

Лорена, которую он сегодня уже в третий раз носил на руках, как ребенка, смущенно отвела взгляд. Микелло же с предельной вежливостью попросил прощения у Висенхо:

— На сегодня мы вас покинем, господин Клайн. Позже я обязательно спрошу, всегда ли «принцесса» так себя истязает.

Только тогда Лорена, вспомнив, что находится перед отцом, залилась краской.

Висенхо странным взглядом смотрел на Лорену, которая не знала, куда деться в объятиях мужчины. Когда он в последний раз посещал Вессен три года назад, Лорена была замужем уже четвертый год. И всё же он впервые видел, чтобы дочь делала такое лицо, несмотря на немалый срок супружеской жизни.

— Я не ребенок. Я могу идти сама.

— У вас кровь на ногах, Лорена.

— Кровь? Где?..

— В таком состоянии вы не то что по лестнице, на кровать не заберетесь.

Мужчина ответил на возражения покрасневшей дочери парой нагловатых фраз, и Лорена, вздрогнув от неожиданности, ударила его кулаком в плечо.

Однако победа осталась за Микелло. Как только напряжение спало, ступни действительно начали саднить. Лорена, не имея возможности сопротивляться, прекратила попытки и еле слышно попрощалась с Висенхо:

— Отец, я скоро вернусь. Отдыхай.

— Какое там «скоро вернусь». Нужно говорить: «Спокойной ночи, увидимся завтра», — проворчал Микелло, за что ему пришлось подставить под её кулак другое плечо.

Так мужчина и женщина покинули комнату, и дверь закрылась. Оставшись один, Висенхо только сейчас осознал, что маркиз совершенно естественно похитил у него дочь.

Ошеломленный, он пробормотал:

— Ты ведь представила его как человека, который просто помогает тебе, принцесса?.. А слухи в обществе — это всего лишь спектакль?

* * *

Особняк маркиза Эрбатоса, как и полагается родовому гнезду великого аристократа, был величественным и историческим местом. Идя по коридору, увешанному портретами предыдущих глав рода, Микелло разговаривал сам с собой.

— Дни, когда я пользуюсь этим домом, можно пересчитать по пальцам.

Лорена не совершила ошибки и не спросила о причине. Тот факт, что Микелло избегает особняка маркиза, перекликался с тем, что он не любит, когда его называют по титулу.

Это было место, где повесилась принцесса Адриана. А также особняк, в котором Микелло держали взаперти до трех лет. Поскольку в нем изначально не было ни капли крови Эрбатосов, можно было считать, что это чужой дом.

И всё же. Микелло издал неглубокий вздох.

— Сейчас остается только полагаться на репутацию этого дома. Эта обуза наконец-то сыграла свою роль.

Когда перечисляли самые знатные семьи Вессена, Эрбатосы всегда входили в пятерку лучших. Хотя прямая линия прервалась на предыдущем маркизе, Эрбатосы из поколения в поколение давали королевству выдающихся командующих сухопутными войсками.

К тому же сейчас этот особняк принадлежал Микелло, и, что решающе, он гордо возвышался в городской черте Мотрела. Каким бы безумным ни был герцог, он не устроит перестрелку в густонаселенном районе.

Однако, поскольку радости в голосе Микелло не слышалось, Лорена тактично сменила тему.

— Я еще не успела точно объяснить отцу наши отношения. Не было времени.

— Разве наши отношения требуют объяснений? Весь мир и так увлеченно болтает о них.

Но казалось, она выбрала неудачную тему. К тому же, даже войдя в спальню, Микелло не опустил её на пол.

Он на мгновение огляделся, определяя направление, и направился в ванную комнату слева.

Она думала, он остановится у входа, но Микелло без колебаний прошел прямо к роскошной мраморной ванне.

— Мир болтает всякие странности. Но почему сюда…

— Что, говорят, я игрушка Лорены?

— Нет, не это.

— Тогда, любовник, с которым она наставила рога мужу?

Пока Лорена обдумывала ответ, Микелло, усадив её на бортик ванны, открыл кран. Услышав шум хлещущей горячей воды, Лорена испуганно оглянулась, а он уже опустился перед ней на одно колено.

— Прошу прощения. — Коротко пробормотав это, Микелло обхватил левую лодыжку Лорены и слегка приподнял её. Лорена невольно оперлась о ванну и показала ему свои ноги.

На мягкой стопе без единой мозоли виднелись тонкие следы крови. Это были порезы, полученные, когда она шла по ковру с осколками стекла в особняке герцога. Микелло тихо вздохнул.

— Я же говорил быть осторожнее.

Когда его ладонь, местами покрытая мозолями, коснулась ступни, по коже пробежали мурашки. Микелло тщательно вытер грязные ноги полотенцем, смоченным в теплой воде. Лорена, не в силах сдержать щекотку, поджала пальцы.

Даже после того, как её ноги снова стали чистыми и белыми, Микелло не спешил убирать руку.