– До дна-а-а, м-м~~ вот, вот оно! Фирменный напиток Ги Вермиллион – это, несомненно, эль! – Мегу на радостях опрокинула принесённый ей большой бокал и – глыть-глыть – с упоением глотнула, улыбаясь во весь рот. Прежней усталости как ни бывало: залпом осушив бокал эля – напитка, какой не часто встретишь в Блу Оак, – она тут же попросила у официанта принести ещё. В Блу Оак большая часть напитков делалась из фруктов и потому имела сладкий вкус, но в Ги Вермиллион в ходу был скорее горький эль, сваренный из зерновых – вроде того, какой пригубила Гуми. В большом внутреннем дворике трактира, откуда открывался прекрасный вид на звёздное небо, девушкам подали сытное барбекю. Несмотря на то, что ужинать пришлось на открытом воздухе, здесь было как никогда тепло. Рин принялась за принесённый официантом толстый шмат мяса: полив блюдо чем-то, похожим на густой соус, девушка осторожно взяла кусочек в рот и прожевала.

• В оригинале Мегу сказала かんぱ一い一んん(Kanpa-i-nn), かんぱい(Kanpai) означает поднять тост (в смысле поднять бокалы).

– Вкусно…

Чем больше она прожёвывала мясо, приготовленное на медленном огне, тем сильнее его вкус раскрывался у неё во рту. Простое, но великолепное блюдо, какого никогда не сыщешь в Блу Оак, в сочетании с навеянным природой чувством свободы, казалось, подняло девушке настроение. Гости вокруг также вовсю веселились, пили и поедали своё барбекю. Рин с улыбкой наблюдала за их праздничным ужином, похоже, ставшим типичным для этой весёлой и жизнерадостной страны: путники, прибывшие группами, вовсю наслаждались кутежом. Не чета тому, как было принято в Блу Оак – трапезничать в спокойной и элегантной обстановке, – но что Рин, что Мегу подобная оживлённая атмосфера была больше по душе.

– А~, этот эль такой притягательный. В Виола Вискио он также неплох, но настоящий – самый лучший!

– Боже, Гуми, ты уже опьянела?

– Я ещё не пьяна~. Я сегодня страшно устала~. Пожалуй, сегодняшняя часть была самой утомительной за всё время исследования. Всё же слишком уж тяжело использовать свою силу на поверхности с энергией, противоречащей моей собственной. Но результаты оказались именно такими, как я ожидала, так что оно того стоило.

– … И то верно, – Рин осторожно отложила нож и вилку из рук и потупила взгляд. Результат исследования состояния – с точки зрения элементов – святилища Феникса с использованием техники Мегу. Итог, который они обе ожидали.

Элементов, питавших землю храма Абим, имелось с лихвой. Растения с деревьями были в полном расцвете, а климат оставался тёплым несмотря на то, что скоро наступит зима. Земля настолько дышала жизнью, что не знающий, прибыв на место, счёл бы сезон за весну. И, включая эту землю, нигде в Ги Вермиллион, который девушки успели объездить вдоль и поперёк до прибытия к руинам, не было обнаружено миазмов – явления, охватившего территорию Блу Оак.

Некогда благословенные изобилием природы земли Блу Оак постепенно угасали, запустевали, и в какой-то момент их охватили миазмы. Миазмы, как правило, возникают по вине нарушения баланса элементов. Обычно – к примеру, даже если земля за время битвы оказывается выжжена войной – спустя какое-то время почва возрождается и снова радует страну зеленью. Однако возникшие два года назад в Блу Оак миазмы так и не рассеялись. Ситуация беспрецедентная, потому найти причину природного возмущения оказалось трудно.

Этой осенью урожай составил меньше половины от прежнего. Всё больше людей перебирались с территории Блу Оак в Ги Вермиллион, отказавшись от приходивших в упадок земель. Уголок губ Рин нервно дёрнулся на воспоминаниях о сцене, увиденной у себя на родине: пустынная, покинутая людьми деревня, превратившаяся в развалины.

– Придётся привезти несколько образцов элементов и поработать над ними с парнями из Менторе, чтобы выяснить больше. Теперь, когда имеется чёткое представление о ситуации, следующий шаг – найти решение~

– … Мгм.

Возможно, заметив внезапный упадок духа у Рин, Мегу отставила бокал и обратила к ней серьёзный взгляд. Сегодня её настроение было на высоте, но, хоть богатая еда под носом у девушки воодушевляла, как и праздничный шум вокруг, всё же… Как ни странно, недолгого волнения хватило, чтобы на неё накатила меланхолия.

– Что-то мне подсказывает, путь к поискам решения окажется очень долгим. Мы должны докопаться до причины, из-за которой всё началось. Пока известно лишь то, что проблема миазмов Блу Оак возникла с началом правления нынешнего Короля Лена, – бесстрастно произнесла Мегу, и от этих слов у Рин защемило сердце.

Король-Феникс Лен. Незадолго до того, как их покойные правители сподвигли страны к заключению мирного договора, у Рин случилась роковая встреча с ним в лесах нейтрального государства. Первое впечатление о нём – юноша со слегка детским характером, чей образ мышления груб и упрощён: в общем, всё как подобает представителю клана Фениксов. Поначалу Рин с опаской относилась к нему, солдату вражеской страны, и раз за разом диву давалась его беспрецедентным поступкам. Несмотря на то, что являлся боевой единицей-Фениксом, Лен катастрофически плохо управлялся с магией огня. По воле судьбы Рин решила оказать тому помощь во время тренировок с искусством пламени, и вот так они вместе проводили время в том небольшом лесу.

Так глазам девушки открылся прекрасный молодой человек, разительно отличавшийся от уже сложившегося у неё впечатления. На первый взгляд он казался несерьёзным, лишённым должной мотивации, но на деле крайне трудолюбивым. Глубоко сострадательный, искренне заботившимся о любимом Короле и соотечественниках. Пускай культура Рин была ему неясна, в новинку, он всё равно проявлял к ней интерес, попытался проникнуться её ценностями. За детской несдержанностью юноши скрывался крепкий стержень самосознания. Его личность во всех смыслах состояла из полных противоположностей, и с его появлением Рин ощутила не смолкающее волнение, будто в её узком мирке наконец-то пробили дыру. Рин желала узнать о нём больше, и с каждой новой встречей влечение к нему становилось всё сильнее.

В то время Лен и сам, не испытывал к Рин какой-то неприязни – так ей казалось, во всяком случае. Однако их мимолётному счастью пришёл конец с убийством короля Кайто. Благодаря своим умопомрачительным способностям Лен взошёл на престол как следующий король и, сгорая в пламени мести за убийство своего предшественника, вторгся во дворец Блу Оак, где собственноручно убил королеву Мику. Во время побега из дворца Рин зачем-то усыпили, а когда она проснулась, увидела воочию, как человек, в которого девушка была до безумия влюблена, убил Мику – как ей в тот момент сообщили, её родную старшую сестру. Однако Лен наверняка и не догадывался о том, что Мику была сестрой Рин. Официально вступив на трон, он напал на правителя вражеской страны – вот и всё. Пожалуй, он испытывал личную привязанность к королю Кайто как к старшему брату, но его действия были продиктованы статусом короля. На войне первым шагом к победе испокон веков являлось уничтожение генерала. Поскольку правителя повергли в мгновение ока, битва не нанесла значительного ущерба жителям Блу Оак и городу вокруг поля брани.

Хоть Лен и не принадлежал к королевскому роду, он продемонстрировал подавляющие силу элемента и боевую мощь, а его способности снискали доверие как простых людей, так и подданных, благодаря чему он смог занять трон короля. Облик крыльев, сотканный из элемента, является ярким отражением его качества, а их цвет, форма и размер напрямую указывали на чистоту и мощь дарованной стихии. Огромные ярко-багровые крылья Лена говорили о непревзойдённой силе его элемента. Пробудив в себе силы Синей Птицы, Рин чётко осознала, что именно он, а никак не король Кайто, являлся истинной реинкарнацией Феникса. Возможно, столкнувшись точно так же с пробудившейся Рин, Лен и сам поймёт, что именно она была реинкарнацией Синей Птицы. Что их души – те, кто породил тысячелетнее наследие этой глупой битвы.

Много раз она пыталась возненавидеть Лена, убившего Мику и разрушившего её родной дом, пожелать мести убийце своей сестры, отчаянно стремилась забыть прежние тёплые воспоминания. Но не могла ни возненавидеть в должной мере, ни позабыть. И пускай здравый смысл подсказывал Рин, что надежды тщетны, она была не в силах погасить крохотный огонёк любви, поселившийся в глубине её сердца, отчего по-прежнему утопала в сентиментальности. День и ночь она старалась стать лидером для жителей Блу Оак, мессией надежды, принести им счастливое будущее, но в слабом и нежном уголке её сердца продолжало тлеть неистребимое чувство. Рин осторожно сняла с левой руки перчатку и погладило кольцо, которое тайком носила на безымянном пальце с тех пор, как получила его в подарок от Лена.

– Э-эй, Кагами! Завтра я хочу заглянуть в городскую библиотеку~. Слышала, там полно редких и старых книг. Может, найдётся что полезное? – кое-кто, Мегу, со смехом положила свою руку поверх левой ладони Рин, как бы вырывая ту из плена сентиментальных мыслей, от которых той некуда было деться. Ха-ха, – с тихим смешком Рин подняла взгляд на подругу, перегнувшуюся к ней через стол. – Неважно выглядишь, всё хорошо? – спросила Мегу с лёгким оттенком неодобрения в своих подёрнутых беспокойством глазах. Девушка всегда была только рада выпить, но мрачный вид Рин, похоже, всё же сумел подточить её восторг.

– Эм-м, нет, ничего. Наверное, алкоголь немного ударил в голову.

– Э? Но ты же безалкогольный взяла… Что-то скрываешь, Кагами? Выглядишь скверно.

– В-вовсе нет! Просто у нас уже с давних пор неурожай, а теперь ещё и нескончаемые миазмы… я правда никак не могу понять, что же их вызвало.

– … Правда? – Мегу смерила подругу угрюмым взглядом, пока та пила зелёный овощной сок, словно пытаясь увильнуть. Честно говоря, это была самая обычная сентиментальность, в ней нет ничего плохого. Пряча глаза от пытливого взгляда Мегу в глубинах тёмно-зелёного напитка, Рин вдруг вспомнила кое-что и пошарила в карманах штанов. По ладони скользнула прохлада. Едва девушка сжала в руке округлый зелёный камень, как её охватило странное чувство облегчения, словно бальзам на израненную душу.

– Кстати, вот. Собиралась показать тебе, Гуми, но совсем позабыла. Этот камень я подобрала на горной тропе на обратном пути. Красивый, правда? Цветом похож на овощной сок.

– … – забрав у Рин камень, Мегу смерила его немигающим взглядом. Девушка, под стать своей подруге, тоже подобрала по дороге случайно попавшийся ей на глаза красивый камешек.

– Разве не приятно держать его в руках, успокаивает же?

На мгновение Мегу опешила от её слов, но вскоре нахмурилась. С угрюмым выражением лица Мегу сконцентрировала в руке элемент и произнесла короткое заклинание, после чего завернула камешек в вынутую из кармана тряпочку и аккуратно убрала.

– Хорошая находка. Это редкий драгоценный камень с магическим элементом, такой редко удаётся добыть. Действует как транквилизатор.

– Правда? Ва-а, потрясающе.

– М-м… но не думаю, что это хорошая идея – постоянно держать его при себе.

– Э?

– Этот камень и правда может стабилизировать психическое состояние человека, но носить его просто так опасно. Зато тем, кто нуждается в лечении – в самый раз.

– Вот… как?

– Мгм. Он поглощает близлежащие элементы и преобразует в ментально-стабилизирующий эффект. Вероятно, причина твоей усталости, Кагами, в том, что ты неосознанно поглощала его элемент.

– Э…

– … Ну-у, всего лишь предположение. Минерал не так уж и эффективен, но всё равно не стоит использовать его наобум. Пусть пока у меня побудет.

– Мгм. Гуми, ты… столько всего знаешь. Просто удивительно.

– Ха-ха. Ну-у, я всё же старше тебя-я.

Ей стало как-то немного легче от осознания, что нежданная депрессия была навеяна этим камнем. Мегу оставила тему магического минерала и начала строить планы на завтра. Завтра девушки должны были зайти в библиотеку и поискать там древние рукописи. Спустившись с горы Абим, они продолжат путь на запад и встретятся с группой Юмы в пустынном городе Фламдезер – некогда он был одним из пограничных поселений. Путешествие, пожалуй, займёт ещё десять дней. Рин опрокинула свой бокал с зелёным напитком и залпом допила остатки. Не успела она оглянуться, как ночное небо окончательно потемнело, и на его полотне замерцали осенние созвездия. Девушка медленно выдохнула, устремив взгляд в даль, словно в поисках конца звёздного купола.

Долгий, тихий полдень был гораздо теплее обычного ввиду мягкой зимы. В просторном зале заседаний не стихали громкие гневные голоса, эхом прокатываясь по его стенам. С одной стороны – неприкрытые вульгарные выражения, которые никак не ожидаешь услышать на таком официальном мероприятии как королевское собрание; с другой – безжалостный сарказм, что своим окольным путём поначалу мог сойти за похвалу, но на деле являлся неприкрытой издёвкой. Лен молча выслушивал аргументы каждой стороны.

Аромат кофе, витавший ещё с тех пор, как юноша осушил кружку за время перерыва, вдыхался им вместе с воздухом, отдавая горечью. Лен откровенно недолюбливал горький вкус кофе, посему он всегда подслащивал его сахаром или молоком, но с недавних пор привык пить абсолютно чёрный. Осторожно втягивая носом горечь, так любимую его королём-предшественником, юноша испытывал некое умиротворение.

– Прошу всех замолчать. Пора бы вам уже взять себя в руки. Каким бы толерантным ни был наш Король-Феникс, вы сейчас в присутствии монарха. Нет ничего плохого в том, чтобы обменяться мнениями о будущем нашей страны. Но вы слишком усердствуете. Обеим сторонам следует проявлять больше сдержанности, – премьер-министр Гаку прервал разгоревшиеся словесные баталии необычайно тихим и низким голосом. Члены собрания наконец затихли, будто бы вспомнив, где находятся, но на лицах их отчётливо читалось недовольство: ни один не высказал всего, что хотел. Дебаты шли уже четвёртый день, и конца им видно не было. Раньше в парламенте Королевства Ги Вермиллион обсуждение одного пункта повестки дня занимало более трёх дней лишь раз в пятилетие или около того, но в последние два года столь длительные заседания уже вошли в привычку. Причиной затянувшихся обсуждений, пожалуй, стало то, что в совет приняли бывшую знать с территории Блу Оак, аннексированной двумя годами ранее.

• Аннексия (от лат. annexio ← annexus «присоединённый») — в международном праве насильственное присоединение государством всей или части территории другого государства в одностороннем порядке.

Фениксы по сути своей были поклонниками простоты и ясности, их образ мышления выдавал лишь два незатейливых вывода: «да» или «нет». В отличие от них, Синие Птицы предпочитали промедление, или же, если не видели среди имеющихся вариантов лучшего ответа, отказывались признавать что-либо вовсе, настаивая на поиске иного решения путём коллективной мудрости.

Лен бросил косой взгляд на представителя лордов северо-восточного региона Блу Оак, что от начала и до конца вёл беседу уклончиво, споря с Адольфом – министром внутренних дел королевства Феникса. Этот северо-восточный лорд был человеком, прежде занимавшим пост правого министра в ныне почившем Королевстве Блу Оак и считался ведущей фигурой Синих Птиц, в достатке демонстрировавший свои силу и достоинство ещё в те времена. Хоть он и принял правление Ги Вермиллион, в каждом его высказывании, от буквы до буквы, читался придирчивый отказ, но поданный чрезвычайно завуалированно. Пока сторона Фениксов раз за разом терпела поражение в попытках подорвать его волю как лидера Синих Птиц, тот, в свою очередь, умело прощупал оппонентов и до последнего гнул свою линию, пока не добивался желаемого, что юноша счёл искусным ходом. Подобной хитрости в технике ведения переговоров Лену как раз недоставало. Голос предшественника, частенько увещевавшего поучиться у него ведению дел, теперь не переставая звучал в памяти юноши, казалось, причиняя боль даже ушам.

• Удайдзин (右大臣), чаще всего переводимый как "правый министр", был правительственной должностью в Японии в периоды Нара и Хэйан. Эта должность была закреплена в Кодексе Тайхо 702 года. Кодекс Асука Киёмихара от 689 года отмечает первое появление Удайдзина в контексте центрального административного органа под названием Дайдзё-кан (палата большого государственного совета). Эта палата, равно как и подчинённые ему министерства, управляла всеми отраслями светской жизни японского государства. Ранний Дайдзё-кан состоял из трех министров - Дайдзё-дайдзина (канцлера), Садайдзина (левого министра) и Удайдзина (правого министра).

• Здесь автор немного видоизменил идиому 歯に衣を着せぬ(Hani kinu wo kisenu), дословно «зубы без одежды/ткани», означает «говорить открыто, прямолинейно, откровенно». Автор написал 歯に分厚い衣で着せる(Hani buatsui kinu de kiseru) дословно «зубы под толстым слоем одежды/ткани», т.е. без отрицания, тем самым придав совершенно противоположный смысл: приукрашивать, увиливать, завуалировать свои слова.