Сокровенные чувства, которые ранее затмевала его непринуждённость, излились наружу неожиданно мрачным тоном, бросив тень на мирный полдень. Лен попытался улыбнуться в попытке скрыть это, но не успел он открыть рот, как Кайто отпихнул в сторону документы, ранее бывшие у него в руках.

– Пожалуй, стоит время от времени брать перерыв, – Кайто глянул на Лена с раздражением, но и с долей доброты на лице.

– … Э, правда? Ура-а! Сейчас же пойду заварю чай!

– Лен, это моя работа. Я уговаривал его снова и снова, но он отказывался останавливаться… Вы поистине мягки с Леном, – не успели они оглянуться, как в кабинет вернулся Гаку и подошёл с кофейником в руках, будто уже всё приготовил.

– Я и сам подумал, что пришло время сделать перерыв, знаешь ли?

– Надеюсь, что так. Вы слишком перетруждаетесь, стоит только оставить Вас одного.

– … В следующий раз буду осторожнее.

– Правда? Кажется, на днях Вы говорили то же самое.

– Воспользуемся той тарелкой, что я купил на днях! – едва началась проповедь, как Лен оставил их наедине и поспешил к шкафу. Судя по всему, Кайто не особо нравился броский дизайн, но поскольку большая часть внутреннего убранства комнаты была подарками или сувенирами от его вассалов, всё было броским и роскошным, наперекор его вкусам.

Лен положил маленький кусочек торта на огромную экстравагантную тарелку с изображением танцующих семицветных львов и преподнёс его Кайто. Тот криво усмехнулся, но поблагодарил и осторожно протянул руку. Рука Кайто вдруг коснулась его, и Лен вздрогнул, ощутив холод. Дело было не только в холоде тарелки, руки Кайто сами по себе были ледяными. Словно у мертвеца…

Вздрогнув, юноша бросил взгляд на его лицо и увидел, как Кайто, все ещё неловко крививший губы, безмолвно застыл будто вырезанная из бумаги картина. Вскоре очертания картины стали постепенно размываться. Элемент огня в теле Кайто исчезал.

– Постой… не уходи. Пожалуйста!

Из размытой картины вылетела алая птица.

– Братец!!! – Лен отчаянно захлопал крыльями и погнался за алой птицей, засасываемой во тьму.

– Король, как Вы себя чувствуете?

Проснувшись, краем глаза он заметил неясные очертания лица Гаку. Лен несколько раз моргнул и медленно сел. Он был в кабинете короля. Судя по всему, Лен взял книгу почитать в попытке немного передохнуть, но в итоге заснул.

– … А-а, всё в порядке.

– Вот как. И всё же, сколько раз я говорил Вам, что просто питательная пища не идёт телу на пользу, а Вы снова едите это, – Гаку глубоко вздохнул, подняв банку из-под печенья с элементальной добавкой, опустошённую Леном за сегодняшний день. Поняв, что сейчас начнётся очередная проповедь, Лен – у, – поперхнулся. – Ну и ну, стоит только хотя бы на миг отвести взгляд, и Вы так и норовите переусердствовать.

– … Просто читал книгу одного из своих предшественников, и снова захотелось спать, – Лен разгладил смятую страницу старой книги, кою использовал заместо подушки. Он продолжал читать даже во время коротких перерывов, надеясь прошерстить все книги, что Кайто прочёл при жизни. Но это как-то не слишком соответствовало его природе, так что, едва ослабил бдительность, как тотчас стало клонить в сон. Без раздумий он перевернул страницу с легендарными Божественными Птицами, коих рассматривал прямо перед тем, как заснуть. Кайто оставлял пометки на тех отрывках, что было трудно истолковать или которые вызвали интерес у него лично, что оказало большую помощь Лену, изрядно облегчило ему понимание. Закладка в этой книге была посвящена птице, о которой он никогда доселе не слышал, Нуэ, но ничего конкретного указано не было.

– Может, приготовить Вам чай? Как раз принёс горячей воды.

– Пожалуйста.

Гаку поставил чайник на стол и начал расставлять чайные принадлежности. Должно быть, уже наступили сумерки, – юноша выглянул в окно, но снаружи была поздняя ночь, а луна стояла высоко в небе. – Похоже, я надолго уснул. Быть может, дело было в усталости, ибо последнее время он работал без перерыва.

– Вам что-то снилось? Вы стенали во сне, – сказал Гаку, ставя чашку на блюдце.

– Ага. О брате…

– … Вот как. …Лен, у Кайто всё было хорошо? – изящной рукой помешивая чайные листья в чайнике, Гаку взглянул на Лена с обеспокоенным выражением лица; когда Гаку называл его по имени, то было не время, когда нужно вести себя как подчинённый с королём, но их личное. Таким образом, время от времени, когда по чьему бы то ни было желанию происходило переключение от публичного к личному, у них двоих полностью менялись тон речи вместе с манерой обращения друг к другу. Для Лена время, когда он уходил в воспоминания о прошлом, где называл Короля Кайто своим старшим братом, где получал наставления от Гаку, своего учителя, было единственным, когда он обретал покой, прямо как сейчас.

– Мгм. Кажется, немного перетрудился, но настроение у него было хорошее. В качестве подарка я купил ему в Ордоре кофейный шифоновый торт, он был очень рад.

– Отрадно слышать. Кайто никогда не питал страсти к сладкому, но этот десерт ему очень понравился.

– Братец всегда сначала говорил: «У меня нет времени на перерыв». Но вопреки своим же словам испытывал слабость к этому торту. А, я планировал как-нибудь ещё раз туда отправиться, может, стоит снова его купить.

– … Верно. Уверен, он будет в восторге, – на лице Гаку отразилась печаль, как если бы он увидел что-то болезненное, но просто улыбнулся Лену, не став отрицать его слова. Он замечал, что Лен говорил так, будто Кайто всё ещё здесь. Лен создал в своей голове иллюзию Кайто, и, пожалуй, Гаку было жаль его как несчастного человека, что навеки оказался в ловушке чувства вины, потому и мирился с этой детской одержимостью, по крайней мере, пока что. Какова бы ни была причина, доброе сердце и внимание Гаку стали для Лена спасением.

– Итак, Король. Чай готов. Сегодня я приготовил для Вас лавандовый.

– Спасибо.

Король, – услышав это обращение, Лен неволей переключился со своих мыслей. Гаку аккуратно поставил на стол чашку, до краёв наполненную светло-фиолетовым чаем, и вернулся за свой стол. Подняв чашку и сделав глоток, юноша ощутил, как его нос наполнил неповторимый освежающий аромат. Гаку частенько рекомендовал травяной чай, в особенности этот, лавандовый, утверждая, что обладающий бодрящим действием кофе не лучшим образом сказывается на организме посреди ночи.

– Ой, этот букет тоже… лавандовый?

– Ага. Получил его днём от детей-переселенцев из Синих Птиц.

– Боже-боже. Кажется, Вас очень любят.

Поддавшись нежной яркой улыбке Гаку, губы Лена также сами собой изогнулись дугой. Днём одна из горничных принесла его, сказав, что это подарок от детей, вынужденных из-за бедности уйти с земель Блу Оак в Грандоб. Похоже, сей цветок глубоко укоренился в жизни народа Синей Птицы.

Лену не был противен запах лаванды. Но было больно продолжать думать о Рин. Одно время он даже мыслил жить с ней после заключения мира. Но не успели они оглянуться, как пошли совершенно противоположными дорогами. На днях, когда под прикрытием проник в Виола Вискио вместе с Полом и другими солдатами королевской гвардии с целью разведать подпольную организацию, по воле случая вновь столкнулся с Рин. И в миг, когда коснулся её, Лен осознал. Именно Рин, не Королева Мику, являлась истинной реинкарнацией Синей Птицы. Они не замечали этого ранее вопреки множеству встреч, пожалуй, по той причине, что они проходили до того, как кто-либо из них пробудил свою истинную силу.

В то время она взглянула на Лена полными мольбы глазами. Он был глубоко тронул её взглядом, и в горле у него застряли слова надежды о том, что он расскажет Рин всё, возьмётся с ней за руки, и они, как истинные реинкарнации, вместе создадут новое королевство. Но разум быстро вернулся к реальности. Потому что за ним, Королём-Фениксом Леном, прибыл Пол. Устыдившись своего слабого сердца за то, что позволил чувствам, пусть и на мгновение, но взять над собой верх, Лен быстро отругал себя и расстался с ней, оставаясь твёрдым своей воле короля. Тот факт, что на вопрос Пола без раздумий воспользовался псевдонимом Суэ, пожалуй, как нельзя лучше подчёркивал оставшуюся в его сердце привязанность, кою до сих пор не мог задавить.

Но Лен не мог стремиться к личному счастью. Он не хотел бороться с ней. А коли не хотел бороться, должен был хотя бы отдалиться от неё и притвориться, словно они никогда не встречались. Потому как однажды, когда судьба сведёт их вновь, как знать, удастся ли им вновь улыбнуться друг другу.

– К слову, Король. Касательно инцидента, имевшего место во время недавней проверки… не пора ли рассказать всем об этом деле?

– …

«Это дело», о котором шла речь, было тем самым, по поводу которого Лен в настоящее время терялся в догадках, а именно настоящая личность Рин. Вернувшись с ночной инспекции, Лен первым делом доложил премьер-министру Гаку о Рин. Гаку был искренне поражён тем, что настоящей реинкарнацией была не Королева Мику, но девушка, что была близка с Леном, однако, поскольку в их собственной стране также скрыли истинную реинкарнацию, это было вполне возможно. Пока что Лен поведал об этой новости одному лишь Гаку, но, беря в учёт деятельность подпольной организации Блу Оус и различные проблемы по всей территории Блу Оак, необходимо было как можно скорее уведомить своих подчинённых. Если Блу Оус воспользуется Рин как своим лидером и начнёт восстание, в котором наверняка примут участие фанатичные приверженцы Синей Птицы со всего региона, это нанесёт огромный ущерб обеим сторонам. А тогда все усилия и труд по реализации политики Кайто мирного объединения двух стран пойдут прахом. Этого он желал избежать любой ценой.

– После завтрашней встречи в Виола Вискио я намерен обсудить со всеми дальнейший план действий, в том числе и вопрос истинной реинкарнации. Только необходимо будет заранее уведомить Луку из миротворческих сил... нет. Готов поспорить, она и так знает.

– Да, тоже так думаю. Стоит ли нам исключить её из списка?

– … Нет, не стоит. Я… верю в неё.

– Вот как? Я тоже, – Гаку легонько сощурился и улыбнулся. На первой аудиенции Луки с Леном тот заявил, что отныне будет стремиться создать государство, в котором народы Синих Птиц и Фениксов смогут жить в мире. Затем уже она сказала, что такова была и последняя воля предыдущей Королевы Мику, добавив, что впредь будет исполнять волю Мику и работать под началом Лена.

– Что ж, завтра выезжать нужно будет рано, так что давайте на сегодня закончим с работой. Ну и ну, Король Лен. Работаете без остановки, не делая перерыва, пока кто-нибудь не окликнет, прямо как некий король.

– … Это ведь и к тебе относится, разве нет? А, эй.

Гаку встал, собираясь убрать чашку, но вдруг пошатнулся и упёрся руками в стол.

– Всё в порядке? Кто бы говорил о других. Последние дни ты явно неважно себя чувствуешь, уверен, что не нуждаешься в отдыхе? – забеспокоился Лен, ведь Гаку нездоровилось вот уже несколько месяцев.

– Прошу прощения за доставленные беспокойства, Король. С самого рождения я не видел снов, но в последние дни возникли проблемы со сном. Пью травяной чай, так что без проблем засыпаю, но по утрам всё равно не проходит усталость. Какая же, всё-таки, странная вещь – это тело.

– … Вот как. Не дави на себя.

– Да. Благодарю за заботу.

Аккуратно разложив и убрав документы в кабинете, они вдвоём погасили свет и покинули его. Мизки лично связалась с Леном и пригласила на завтрашнюю встречу, сказав, что возникло кое-какое дело. Будучи королём страны, он ни при каких обстоятельствах не мог позволить себе опоздания.