Глядя, как стремительно исчезал элемент, Нуэ вспомнилась грустная улыбка человека, коего по прихоти спасла лет сто назад. Что за глупец, – подумалось ей. Жалкий Соловей, в одиночку противостоявший тьме истории в поисках похороненной Менторе истины.

– … Молодец, Камуи. Думаю, сумел мне немного подсобить, – пробормотала она, и Феникс, застывший в смятении из-за убийства собственного подчинённого, взглянул на неё, словно громом поражённый.

– Что-что…?

– М? Что, не расслышал? Сумел защитить меня в тот момент – разве не удивительно? Вот я и сказала, что Камуи был хоть немного полезен. Хоть сам он, вероятно, уже не слышит меня.

– Ты… всерьёз так говоришь? – Феникс вперил в неё пустой взгляд, словно не понимая, куда вообще смотрит. Но от этой жутковатой тишины у Нуэ по спине пробежала дрожь.

– Что плохого в том, чтобы должным образом использовать свои пешки? Его жизнь принадлежала мне. И как им воспользоваться – тоже мне решать, нет? Он и сам этого хотел. У тебя ведь самого полно подчинённых, будешь отрицать? – выплюнула Нуэ, дав волю своему раздражению. Почему-то чувствовала она себя ужасно.

– Ты… ни за что тебя не прощу.

– А-а-а. Становится жарковато, – Нуэ быстро развернулась и выдержала дистанцию с Фениксом.

– Убью!!! Я! Ни за что тебя не прощу.

– .

С молниеносной скоростью Феникс метнулся к ней, держа наготове свой пылающий меч. Нуэ быстро воздвигла большой барьер. С некоторых пор сила этого Феникса росла с каждым боем. Подходить ближе было опасно. Бах, ба-бах, – грохот рушащегося барьера эхом прогремел по всей пещере.

– Чёрт! Вот же упёртый, этот… гх!!! – едва барьер был пробит яростной атакой Феникса, и Нуэ осталась совершенно беззащитна: правая половина её тела была мгновенно сожжена и сдута прочь крылатым пламенем; она быстро задействовала силу регенерации и попыталась встать, и тут огненная птица ударила её в левую половину, тут же взорвавшись. – Гха…

Элемент регенерации обвился вокруг её тела, но в конце концов истощился под неустанно лившимся на неё пламенем разрушения. Сила возрождения Нуэ была подавлена разрушительным пламенем Феникса, и регенерация сошла на нет. Она рухнула на колени, и над головой у неё медленно сформировалась гигантская тень.

– На сей раз всё кончено!!!

Нуэ подняла голову и увидела, как к ней приближался огромный пламенный шар. Колоссальное пламя, полностью перекрывшее ей обзор. Нуэ испытала неуместную ностальгию при виде этого яркого алого, которому стала свидетелем тысячу лет назад. Жарко… у меня уже нет сил на восстановление этого тела… – даже если сумеет избежать этого удара, пламя разрушение в считанные секунды охватит всё её тело.

– Ха-ха… Кажется, я немного ошиблась в расчётах. Хоть и сказала, что потратила на подготовку целую тысячу лет, должно быть, оплошала в самый последний момент, – Нуэ тихонько закрыла глаза. Смерть была не так уж и страшна. Жива или мертва, судьба Нуэ одна и та же. Ощущая по ту сторону век последний, предсмертный свет, она молча ждала своего конца. Но боль так и не наступила. Когда она открыла глаза, поле зрения застлало синее сияние.

– Э… Рин…?

Не успела опомниться, а Рин уже стояла напротив, широко расправив свои прекрасные синие крылья и приняв на себя пламя Феникса. Треск сгорающих синих крыльев эхом отдавался по всей пещере. Рин смотрела на неё с сияющей улыбкой на устах.

– Рин…!!! – вновь душераздирающе вскричал Феникс. Всего минуту назад они пытались друг друга убить, и он даже вонзил клинок в её сердце, так чего сейчас кричит? – подумалось Нуэ, пока она безмолвно смотрела на упавшую Синюю Птицу. Тело пронзила боль, ноги дрожали. Пускай она восполнила святую энергию от Омелы, на то, чтобы преобразовать её в элементы, требовалось значительное время. Она не могла не позавидовать Фениксу, что только-только пробудил свои божественные силы, но всё же сумел в одно мгновение их себе подчинить. Его прямолинейный характер, его бесконечно уверенная позиция и поддерживавшая всё это подавляющая мощь – всё это втайне играло на комплексе Нуэ. Но это было уже не важно.

– Рин… Эй, зачем ты это сделала? Недавно… тебя спасли мысли Мику, так зачем ты потратила их впустую?

Ранее Рин не погибла от удара Феникса в сердце лишь благодаря королевскому кулону, спрятанному у неё за пазухой. Вероятно, перед тем, как отправиться в свою последнюю битву, Мику наделила его элементами, что защитили бы следующего владельца. И пускай её уже один раз спасли, она вновь без раздумий рискнула собой, оказавшись теперь на грани жизни и смерти. Насколько же это глупо. Пускай тело у Нуэ тоже было человеческим, оно сильно отличалось от такового у Рин. Способность Нуэ к ассимиляции позволяла ей захватывать и сливаться с новым человеческим телом и душой без необходимости реинкарнировать. Если это тело станет непригодным для использования, она просто снова его заменит. Но если душа перед её глазами вновь исчезнет с этой земли, Нуэ уже не будет знать, для чего жила до сих пор.

Долго-долгожданная реинкарнация вожделенной души была прямо перед ней. Когда эта душа вновь явила себя в этом мире, Нуэ хотела, чтобы на сей раз она выбрала именно её, а до тех пор что есть мочи искала возможность бросить вызов своей судьбе Нуэ, зловещего символа несчастья, и продолжала бороться. Дни, когда она переселяла свою душу в украденные тела обычных людей, меняла имя, облик и продолжала жить, были необычайно скучны. Как бы она ни сближалась ни с кем, в конце концов судьба Нуэ оставалась неизменна. Любой, кто подбирался слишком близко к её сердцу, в один день ни с того ни с сего пропадал. Будь то потеря памяти, распад личности или даже смерть. В конце концов, никто не мог остаться с Нуэ навеки. Даже если душа вселялась в человеческое тело, её истинная природа оставалась неизменна. Потому Нуэ и ждала Синюю птицу – единственную, кто не пропадал, когда она приближалась к ней. И всё же, немногим больше десяти лет спустя жизнь той была готова вот-вот оборваться у неё на глазах.

– Ме… гу… Всё… в порядке…?

Она взялась за слабо протянутую руку. Нуэ уже давно перестала чувствовать жар и боль от неутихающего пламени. Но куда сильнее в теле полыхал гнев к девушке, что лежала перед ней, задыхаясь: ей было уже никак не помочь.

– Идиотка… идиотка Рин! Эй… ты ведь всё слышала, верно!? Историю обо мне и Фениксе. Так какого чёрта ты влезла!

– …

– Это я дёргала за ниточки из-за кулис. Смерть Мику, разрушение королевства, а теперь и ты умираешь от рук возлюбленного, сгорая заживо в ужасном пламени разрушения, что не погаснет, пока не истлеет твоё тело, – всё это моя вина!? Так почему, зачем ты меня спасла!!! – одинокая слеза, пролившаяся впервые за тысячу лет, упала на безжизненное лицо Рин.

• Не вынесла душа поэта… Что за индийский сериал начался??? *крик души переводчика*

– Ху-ху… ты говорила… что плакала… впервые… в нашу встречу… тысячу лет назад… у тебя было такое же… лицо.

– …!!! Даже если ты наконец всё вспомнила, уже слишком поздно! Дура, – слёзы навернулись ей на глаза, покатились по бледному лицу. Наконец она нашла и увидела настоящую меня. Но это не принесло ни малейшей радости.

– Прости, что так поздно… Я наконец поняла… что ты говорила мне… в лесу, Мегу… всё это время… Синяя Птица… не помнила тебя… причиняла тебе боль. Но, Мегу, ты тоже… много всем… навредила… поэтому, давай… простим друг друга… и, прошу… прости Феникса…

– Ч-что ты говоришь… Рин!!!

Рин сосредоточила элемент в дрожащих руках и зачитала заклинание исцеления. Постепенно её руки наполнились теплом.

– Ч-что…

– Это пламя… я приму его… как искупление… Тот же жар… что и моя сестра… в тот день.

– Дура! Будто бы Мику этого хотела!? – Мегу быстро выпустила руку Рин, но исходящий из пальцев той элемент, растрачивавший жизненные силы, быстро приступил к исцелению тела Мегу.

– Я… правда… злюсь, знаешь ли… так что это… мой тебе… способ отомстить.

– …

Если её месть заключалась в уничтожении собственного существования, то для Мегу это, безусловно, была жесточайшей из форм мести.

– Я отдам последние… силы… всю душу… тебе, Мегу… И так мы… будем вместе… навсегда… ты никогда… не будешь одинока…

Ту-дум, – сердце её временного тела забилось чаще; и правда, если она не вернёт душу Рин земле, но заместо этого насильно её поглотит, они будут вместе навеки-вечные. И Нуэ наконец освободится от своей участи одиночества. Наконец-то сбудется давнее желание, кое она лелеяла с тех самых пор, как устала от своего одиночества. Навсегда, вместе со своей любимой Синей Птицей…

– Рин!!! – с криком приблизился Феникс, словно намеренно прерывая вихрь её мыслей. – Рин! Чёрт… почему…!!! Это же моё пламя, так почему не могу его погасить!? Исчезни, исчезни, исчезни, исчезни же!!!

– … Лен. Прости меня… за всё, с тобой…

Плача, Феникс пытался потушить им же вызванный огонь. Если что и могло противостоять уже вспыхнувшему пламени разрушения, то только сила возрождения Феникса. Рин смотрела на Феникса с нежностью, почти полностью сомкнув глаза. Её глаза честно отражали чувство настоящего счастья, именно её, а не чьего-то ещё, – то, что всегда так хотела увидеть Мегу.

– … Феникс. Нет… Лен, – Мегу устремила свой затуманенный слезами взгляд на лицо Лена, который и сам проливал крупные слёзы, и сказала. – Ха-ха, ну и лицо.

– …

– Просто шучу. Я верну… твой элемент возрождения.

– !? – Лен уставился на неё в изумлении. С заплаканными, опухшими глазами и разинутым ртом он едва походил на того самого разгневанного Бога Разрушений, каким был всего минуту назад.

– Я освобожу это тело… и тогда покажется моя душа. Оттуда ты заберёшь источник своей силы возрождения и с её помощью спасёшь Рин.

– Т-ты…

– С помощью элемента возрождения ты также сможешь исцелить отравленную миазмами землю.

– … – Лен моргал, осознание не поспевало за внезапным предложением Мегу.

– Быстрее. Времени нет.

– … П-понял.

Мегу зачитала заклинание освобождения тела. Душа медленно отделилась от плоти. Обычно после этого она находила тело, что станет новым сосудом, но интересно, что случится на этот раз. Растворится ль она в земле? И затем, однажды, долгое время спустя сумеет переродиться. Вот только Нуэ не казалось это возможным. И Синяя Птица, и Феникс смогли реинкарнировать по той причине, что люди продолжали верить в их существование. Но род людской, пожалуй, никогда не узнает о Нуэ, в её существовании никто не будет нуждаться. Поэтому…

– Высвободив свою душу, я усну единым целым с этой землёй. Пока будешь помнить меня, мой элемент всегда будет рядом с тобой.

– Ме… гу… – Рин наконец закрыла глаза, по-видимому, окончательно обессилев. Рядом с ней задохнулся Лен.

– Возможно, я слишком привыкла к человеческой оболочке… хотела, чтобы ты была моей, даже если б это означало уничтожить весь мир… собиралась повести себя как эгоистка, и всё же. В конце концов поставила твоё счастье на первое место… Даже не заметила, как во мне проросли такие человеческие чувства… или, может, мне передалась твоя добродушная натура? – Мегу нежно обняла бессознательную Рин. – Рин. Слова о том, что всегда будешь рядом со мной… сделали меня невероятно счастливой... спасибо.

Силы оставили тело, а чувства и сознания, существовавшие на протяжении вот уже тысячи лет, начали угасать. Вдруг в ярком свете она увидела одиноко стоявшую душу.

… На сей раз я тоже буду рядом с тобой… Камуи.

Утопая в волнах замутнённого сознания, она потянулась в поисках утраченного тепла. Яркий багровый свет разрезал кромешную тьму.

Рин… – кто-то окликнул её по имени ласковым голосом. Голос любимого человека, что она всегда желала услышать. В полусне она без колебаний потянулась к тёплому ярко-красному свету. И тут же её сознание пробудилось. Открыв глаза, девушка увидела Лена с опухшими от слёз глазами на лице, выглядевшем так, будто вот-вот умрёт. Похоже, Рин лежала у него на руках.

– Лен? Ой… я…

– Рин… слава Богу… я, …прости!!!

– Э…?

Лен проронил новые капли на и без того залитое слезами лицо. Девушка прокрутила в голове последние неясные воспоминания. Рин попала под мощное пламя разрушения Лена, страдая от невыносимой боли попыталась помочь Мегу, а затем…

– Мегу…

Исчезая, Мегу пожелала Рин счастья. Пламя окончательно угасло. Должно быть, Лен убрал его, вернув свой дар возрождения. Но, кажется, ещё не стихла боль в крыльях и всём теле, и девушка не могла самостоятельно встать.

– Госпожа Рин!!! С Вами всё в порядке?

– Ю-Юма!? Почему ты здесь?

Скри-и, – скрипнула открывшаяся дверь, и в пещеру с распростёртыми крыльями вошёл Юма, что должен был находиться на поле боя, а вслед за ним один за другим показались командиры армии Блу Оус.

– Как только понял, что их главный лагерь здесь, в спешке примчался обратно! Будь ты проклят, Король Феникс.

– Постой, Юма! Ошибаешься, всё уже кончено. Больше не нужно сражаться.

– !? О чём это Вы…?

Опираясь на Лена, Рин медленно поднялась и открыла рот:

– Дело в том…

– Мизки!

На сей раз из-за спины Юму и его бойцов показалась армия Менторе во главе с Лили. Лили ринулась к лежавшей без сознания Мизки.

Вдруг земля у них под ногами содрогнулась и испустила сияние. Свет перетёк на дерево Омелы, и его ствол вдруг начал разрастаться. Собравшиеся солдаты в удивлении воззрились на происходящее.

– … Омела растёт… что за гигантские объёмы элементов так его напитали!? Да что тут вообще стряслось? – Лили повернулась к Рин с Мизки на руках. Рин и сама опешила.

– Неужто… Омела впитала в себя элемент Нуэ…?

– Нуэ?

С оглушительным треском Омела проломила потолок. Громыхая, обломки потолка посыпались вниз, в обширную пещеру.

– В-в любом случае, всем эвакуироваться! Скорее, – по команде Лили солдаты помчались к двери.

– Рин, держись крепче, – Лен подхватил Рин и, ловко уворачиваясь от падающих каменей, вылетел через большую дыру в чёрное как смоль небо вслед за неустанно росшей Омелой. Она продолжала тянуться в высь, пока, в конце концов, не перестала расти. Лен пролетел над верхушкой Омелы и оглядел дерево с неба. Ветви омелы раскинулись широко, и огромные объёмы святой энергии исходили от листьев, подхватываемые ветром.

– Лен…

– Ага. Слышал от неё, – Лен осторожно опустил Рин на ветку Омелы и влил в дерево свой элемент возрождения. В тот же миг орошавшая ветви и листья святая энергия обратилась элементом Феникса, и листья наполнились сияющим ярким багровым светом. Внизу собрались солдаты обеих армий и безмолвно наблюдали за происходящим.

– М-мои крылья…

Может, дело было в эффекте огромной силы регенерации, переданном через святую энергию Омелы, но пока Рин просто сидела на ветке в листве, её раны полностью зажили, а на спине выросли новые крылья.

– Рин, мне нужна твоя помощь.

– Э?

– Своей силой счастья доставь мой элемент возрождения израненной земле.

– … Поняла. Лен, дай мне руку.

Они взялись за руки, и их силы срезонировали друг с другом. Пускай она делала это впервые, но тело двигалось само, как если бы уже не впервой. Рин широко расправила крылья и захлопала ими, вложив своё желание в струившийся из рук Лена дар возрождения. Порождённый её крыльями голубой свет надежды улетел далеко за горизонт.

– Так ты всё ещё хранишь это кольцо.

– … Мгм.

– Спасибо, – её мягко обняли алые крылья намного больше её собственных. Объятая тёплыми пламенными крыльями, Рин беззвучно проливала слёзы.