Глава 4. Боль решимости

Топ-топ, – её ноги отстукивали ритм, восходя по винтовой лестнице, выложенной из прочного камня. Эта башня, ведущая к фонтану предсказаний Конрад на верхнем этаже, для Мизки была всё равно, что её вторая комната, ибо посещала её, сколько себя помнила. Времена, когда Мизки возносила молитвы Богам у бьющего из-под земли источника, переполненного огромными запасами святой энергии, некогда были для неё самыми мирными, но в последние дни и это стало утомлять. Да и её поступь немного замедлилась.

Беда миазмов стремительно усугублялась. На прошлой неделе город Айдил, водное сердце Блу Оак, и Уайткловер, граничащий с Виола Вискио город, также были поражены миазмами. Что для Менторе стало настоящим шоком, ведь до сих пор в окрестностях Виола Вискио не было никаких проблем. Менторе отправились в разные районы с целью остановить распространение миазмов, маги Феникса и местные жители прикладывали все силы в попытках справиться с ситуацией, но очагов слишком много, людей не хватало. Кроме того, в районе, из страха за собственное будущее, пострадавшие учинили множество беспорядков.

Сердце Мизки сжималось всякий раз, как видела лица всех присутствовавших на ежедневных собраниях Менторе. Они мрачнели день ото дня, а конфликт между приверженцами радикальных взглядов, в числе которых был председатель, и умеренных, вроде Лили и заместителя председателя, всё больше обострялся. Раньше они, казалось, пытались скрыть свои внутренние распри от Мизки, но ныне напряжение достигло того критического уровня, что даже это было им не по силам.

А когда напряжение отчаявшихся достигает предела, они склонны сбрасывать с себя ответственность и цепляться за кого-то, кто выше их по положению, а то и представляет собой существо непревзойдённой силы. В последнее время все, в особенности Менторе низкого ранга, почитали Мизки как нечто куда более священное, нежели раньше. Они поклонялись Мизки больше, чем её статусу кардинала, их взоры были полны ожиданий. Всякий раз, как она видела эти глаза, сердце Мизки разрывалось под тяжестью этих чувств.

Если она, кардинал, главный хранитель этого дерева Омелы, ничего не предпримет, мир в конечном итоге может рухнуть. Чувствуя такую огромную ответственность, девушка была так напугана, что не смыкала глаз последние несколько дней. Но пускай Мизки и принадлежала к родословной Белого Голубя, сама по себе была обычным человеком. Её возможности были ограничены. Как бы ни старалась Мизки, она обычный человек, не являющийся реинкарнацией, вряд ли ей по силам что-то сделать с вызванными перерождением Божества бедами. Мику и Кайто, два замечательных человека с выдающейся личностью и великой силой, отдали свои жизни по той причине, что вопреки своим сильным сторонам не могли сравниться с настоящими реинкарнациями; иными словами, были простыми людьми без особых возможностей. В конце концов, крошечный бессильный человек не в силах что-либо изменить, верно? – считала она.

Едва Мизки признала себя крошечным бессильным человеком, как тут же смирилась и стала исходить из этого. Не её вина в том, что проблема не находит решения. Как ни старайся, ответ не придёт. Признаться, она была настолько самоуверенна и полна энтузиазма, решив, что обязательно справится, что теперь даже как-то стыдно стало. В первую очередь, как вообще всё дошло до этого, кто всё это начал, чья…

– Чья… это вина…? – Мизки замерла на месте, остолбенев от слов, что небрежно обронила. Что за жалкий и безответственный образ мышления, недостойный кардинала Менторе. Вместо того, чтобы взять на себя ответственность, попыталась обвинить кого-то другого… Но, как ни странно, Мизки мгновенно дала ответ на этот вопрос. Причина гибели Кайто и Мику, а теперь и земель от недуга, ныне затронувшего весь мир. Неужели дело и правда, как сказали Блу Оус, в реинкарнации Феникса? Временами он казался невероятно жестоким, неуравновешенным. Вот что пугало Мизки. Если бы он не победил Королеву Мику и не аннексировал её королевство, то сейчас бы… – задумавшись так далеко, Мизки прикрыла рот руками. Тело неудержимо задрожало, её объяло чувство вины.

Странно… неужели она всегда была такой слабой? Конечно, она и раньше порой чувствовала себя подавленной. Однако, даже несмотря на то, что пребывание в должности, ответственной за будущее мира, было сопряжено с непомерным давлением, неужели это настолько изнуряло её разум? Как если бы её сердце обуревало нечто ужасное, зловещее…

Мизки быстро пошарила в кармане и нащупала зелёный камень. Стоило прикоснуться к нему, и на сердце вдруг полегчало. Цепляясь за камень, она чувствовала себя так, будто ей, пускай и ненадолго, простили слабость: даже если она вела себя безрассудно и глупо, неподобающе благородному лидеру Менторе, тут уж ничего не поделаешь, ведь у всех без исключения людей есть недостатки, у каждого свои. Для Мизки этот камень успел стать незаменимым. Когда она, щурясь, заглянула в глубокую зелень, показалось, словно камень за искрился – а может, и правда заискрился в ответ на святую энергию Мизки? Не было ничего страшного в том, чтобы иметь парочку жалоб и нечистые мысли. Если боль невыносима, нужно было просто перестать беспокоиться. Искать лёгкой жизни не зазорно.

Мизки ощутила, как с её плеч спала тяжесть, но вместе с тем испытала и тревогу от настолько резких перемен. Вот только какое это имеет значение? Что я могу сделать… ясно, сложные вопросы вроде дипломатии можно просто предоставить председателю с остальными. От меня же требуется только молиться в этом храме. Такова моя изначальная обязанность кардинала, дипломатия же – не более чем средство для тех, кто передаёт сказанное. Мне изначально было незачем так беспокоиться.

Вдруг мир перед её глазами стал немного ярче. Похоже, пока утопала в неясных гнетущих мыслях, ей как-то удалось добраться до верхнего этажа. Когда открыла дверь в зал фонтана, её встретило открытое, полностью застеклённое помещение, залитое ярким полуденным светом. Миновав фантастический источник и пройдя к алтарю в дальнем конце, Мизки опустилась на колени и приняла молитвенную позу.

Мизки закрыла глаза и взмолилась со всеми своими святой энергией и желанием, на которые была способна. Быть может потому, что ранее ей удалось очистить разум, ныне девушка чувствовала себя в хорошем расположении духа, даже каком-то приподнятом. Сейчас её ничего не пугало. Пускай она была крошечным незначительным человеком, всё-таки хотела решить проблему возникновения миазмов и даровать миру спасение. И ради этой цели она была полна беспричинного желания сделать всё, что только было в её силах.

Собранный в обеих руках элемент вот-вот должен был иссякнуть, и стоило ей окончить молитву и попытаться открыть глаза, как в голове вспыхнула неясная картина. Она поспешила снова опустить веки и сконцентрировать элемент в ладонях. Тем, что пришло в её сознание, было не узором, а буквами. Но Мизки не могла прочитать эту письменность. Когда она вновь открыла глаза, намереваясь записать, как заметила тусклое свечение водной глади источника. Мизки поспешно спустилась с алтаря и вышла на мостик.

На поверхности воды возникли белые буквы из света. Мизки снова сомкнула веки и, убедившись, что слова в её голове совпадают с надписями в фонтане, в трепете открыла глаза.

– Это… быть не может! – Мизки в спешке достала из-под алтаря перо и бумагу с чернилами и скрупулёзно переписала символы. Это могло оказаться пророчеством. Никогда прежде она не была удостоена пророчеством, но стоило ей вознести молитву в комнате с фонтаном, и тотчас появились слова. Почти точь-в-точь как с пророчествами прошлых Менторе.

Подавив бурлящее в сердце волнение, она со всей внимательностью уставилась на запись. Говорят, все пророчества, изречённые кардиналами Менторе прошлого, были записаны на архаичном языке, так что это вполне может оказаться правдой. Мизки помчалась вниз с башни к соседнему храму.

– Ува! – вдруг на повороте в ведущий в библиотеку коридор она с кем-то столкнулась. Неизвестный придержал её за плечо, не дав упасть, и когда девушка подняла голову, увидела с удивлением воззрившуюся на неё Лили. – А, прости, Лили.

– Нет. Всё в порядке? Что стряслось, почему ты так взволнована?

– Сказать по правде, только что явилось пророчество.

– !!! С-серьёзно!? Это, что в нём говорится?

– Не знаю. Похоже, древняя письменность. Потому и иду в библиотеку, попытаюсь расшифровать.

– … Вот как. Вообще-то я как раз искала тебя, передать, что Институт науки о магии запросил экстренное совещание.

– Понятно. В таком случае…

– Я тоже помогу, попробуем успеть расшифровать к встрече.

– Рассчитываю на тебя. Давай поторопимся!

В противовес взбудораженной Мизки, Лили кивнула с несколько мрачным видом.

В громадном зале заседаний собрались члены парламента Менторе и Блу Оус. Собрание созвали в срочном порядке после того, как Институт науки о магии сделал объявление о результатах вчерашнего эксперимента, но даже несмотря на сжатые сроки большинство приглашённых присутствовало. Сегодня встречей заведовал Наги из Института науки о магии.

– Благодарю всех Вас за то, что нашли в своём плотном графике время посетить это внеплановое заседание. Перейдём сразу к делу… после многочисленных экспериментов нам, Институту науки о магии, удалось обнаружить причину миазмов, – первые же слова Наги прозвучали настолько уверенно, что вызвали переполох в конференц-зале. Наги поправил очки и серьёзно продолжил. – Не то, что мы предполагали изначально, но решение мы нашли.

– ! В самом деле?! – неволей восхищённо вырвалось у председателя.

– Да. Но… – Наги покосился на выжидающе смотревших на него членов Блу Оус, легонько нахмурился, но быстро вернул себе серьёзный вид и завёл рассказ. – Я объясню решение постепенно, шаг за шагом. Решающим фактором в споре стал образец элемента, который мисс Мегу привезла из Абима. На его расшифровку потребовалось месяца три, но затраченное время с лихвой окупилось полученной ценной информацией. Позвольте первым делом поблагодарить вас, мисс Мегу.

Наги повернулся к Мегу и поклонился, та же моргнула, застенчиво улыбнулась и ответила таким же поклоном.

– Мы провели повторные эксперименты с образцами, предоставленными мисс Мегу, и смогли определить причину миазмов… Но мисс Мегу. Быть может, вы поняли причину ещё до того, как мы получили результаты? Если вы уже нашли причину и выдвинули гипотезу относительно решения, не могли бы поведать о ней первой?

– Э? …Я-я? – вырвалось у Мегу, удивлённой неожиданным выдвижением своей кандидатуры.

– Да. Мы, Институт науки о магии, полностью нейтральны в отношении других стран. Если бы в истории был зафиксирован тот факт, что именно мы предоставили подобное решение, это привело бы к большим политическим потрясениям в дальнейшем, что не может не беспокоить нас.

– … А-а~, вполне возможно. Поняла вас. Итак, сделанный вами вывод и то, что я ожидала обнаружить в своих изысканиях, ну-у… бесспорно, по сути своей совпадают, – игривый тон Мегу вдруг сменился серьёзностью, она встала и с достоинством заговорила. – Ещё до того, как вы попросили меня провести геологическую разведку, я путешествовала по миру вместе с Рин.

Пока Мегу рассказывала, не теряя серьёзности, Мизки взглянула на неё с мольбой в глазах. Пожалуй, всё началось с того, что она обратилась к Менторе с просьбой: в обмен на то, что они закроют глаза на побег Мегу в Виола Вискио вместе с истинной реинкарнацией, Рин, она будет использовать свои особые способности на благо Менторе. Подвластные ей техники запечатывания вкупе с магией элемента земли были настолько редки, что даже в Институте науки о магии о них были ни сном, ни духом, а потому Менторе в Институте и те, кто был на стороне председателя, с лёгкостью дали своё согласие. Они установили отношения сотрудничества, оговорив, что их деятельность не повлияет на дипломатические дела друг друга. Первоначальное впечатление о дружелюбии Мегу было вскоре перекроено её обширными познаниями в магии и археологии, заставив призадуматься, откуда она только этого набралась; все присутствовавшие здесь уже наверняка узнали её истинную природу как человека небывалой мудрости. Потому и слушали её с напряжёнными лицами.

– Исходя из информации, которую добыла, посетив различные места по всему миру, я пришла к следующему выводу… – Мегу помолчала, сделала короткий вдох и лишь после продолжила. – Король-Феникс Лен. Реинкарнация Феникса, владеющая силой сильнейшего из Божественных Птиц-Прародителей. Его могущественная и нестабильная сила повлияла на элементы земли.

Услышав решительное заявление Мегу, все затаили дыхание, и только Юма кивнул, словно так и думал. Юма с его компаньонами верили в историю о Прародителе Ятагарасу и потому давно поддерживали теорию о том, что на землю влияет сила могущественной реинкарнации. Менторе из фракции председателя тоже кивнули.

– Если бы Король-Феникс переродился должным образом, до этого, вероятно, могло бы и не дойти. Он родился с огромной силой, но неполноценен как Феникс. Элементы, над которыми властвуют Фениксы, – разрушение и возрождение. Каким бы слабым ни был Феникс, он рождается с ними обоими. Но… Король Лен владеет лишь силой разрушения. В каком-то смысле он близок к неполноценному божеству.

– Что-что…! – все Менторе поражённо воскликнули. Мизки и сама смутно догадывалась, из чего проистекала нестабильность Короля Лена, и это объяснение в конце концов подтвердило её подозрения. Быть может, – думалось ей, – он так сильно отличается от Короля Кайто потому, что в его пламени нет тепла возрождения?

– Пламя Феникса необычайно сильно, но сожжённая им земля наполняется ещё большей жизненной силой и в конце концов возрождается. Вот почему клан Фениксов и практикует подсечно-огневое земледелие, периодически опаляя горы в качестве способа обогащения земель. Но обладай они только силой разрушения, и выжженная земля бы выпала из круговорота священной энергии, погибла, но мир продолжил бы свой цикл. Природа, люди и души продолжают свой великий круговорот рождения, смерти и возрождения уже в иной форме, верно? Но поражённые миазмами земли находятся за пределами этого цикла. Причина – влияние несовершенной силы, по мощи равной Богу. Будь он не реинкарнацией, но просто обычным слабым потомком Феникса, одно его существование не привело бы к тому, что несовершенный элемент спонтанно пришёл в буйство.

В зале заседаний воцарилась тишина. И в этой тишине подняла руку Лили.

– Могу ли я кое-что спросить? Сегодня нам сообщили о том, что в результате проведённых экспериментов Институт науки о магии установил причину беды, но насколько она согласуется со сказанным мисс Мегу? Нам будет трудно принять всё это, основываясь лишь на ваших словесных доводах.

Слова Лили были правдивы. На первый взгляд аргументы звучали логично, но поскольку никто никогда не видел, как Король-Феникс порождал миазмы прямо у них на глазах, верилось с трудом.

– Господа, я знал, что вы скажете так, и потому, признаться, принёс с собой доказательства, – сказал Наки и вышел к трибуне с двумя круглыми сосудами под чёрной тканью; поставив их на подставку, он медленно снял полотно. Взору открылись две большие стеклянные колбы. И стоило всем увидеть, что внутри, как их лица окаменели. Внутри стеклянных колб располагалось небольшое растение в горшке, но если в одной из влажной почвы пробивались свежие побеги, то в другой была обугленная почва и мёртвое, видом напоминавшее уголь деревце в извивавшихся клубах миазмов.

– Вот результат наших действий: мы культивировали огненный элемент как Короля-Феникса, так и обычного Феникса, и одновременно подожгли горшки с кислицей. В правом горшке, что был сожжён три недели назад рукой мирного жителя, почва возродилась, новые побеги хорошо растут. Результат такой же, как и при подсечно-огневом земледелии Фениксов, вот только левый горшок, сожжённый пламенем Короля-Феникса, не только не возродился, но и через две недели начал исторгать миазмы. Мы проводили эксперименты в самых разных условиях, но итог всегда был один. Подробные данные проведённых исследований будут предоставлены всем вам позднее.

• Кислица: https://ru.wikipedia.org/wiki/Кислица

Поскольку после объяснений Наги все будто воды в рот набрали, Мегу встала и сообщила, что хотела бы добавить ещё кое-что.

– Эм-м. То, что мистер Наги использовал в экспериментах, было образцом элемента пламени Короля-Феникса, который я тайно добыла и сохранила во время битвы два года назад, а после взрастила под благословением Фениксов в землях Абим. Элемент обычного жителя-Феникса дал естественный результат. Пускай землю выжгли, вскоре она возродилась вновь, – Мегу бросила быстрый взгляд на Наги. Ранее Наги сказал, что хочет, чтобы Мегу лично определила причину миазмов и представила решение, а первым шагом определения причины было экспериментальное её доказательство. Её рассказ ещё не подошёл к концу. Мегу обвела глазами собравшихся, затем с напряжённым ликом открыла рот. – Лен – неполноценное перерождение, лишённое способностей к регенерации, растратив свою силу, он стал не более чем воплощением разрушения. Нужно победить его прежде, чем его сила распространятся дальше. Полагаю, это единственное решение проблемы миазмов.

Напряжение в комнате нарастало. На лицах у всех было самое разное выражение. Губы у членов Блу Оус дрожали в радостном волнении, какое невозможно было скрыть, в то время как сторонники председателя с ним во главе понимающе закивали. На лицах Лили и председателя отразилась смесь тревоги и горечи, ибо они видели, как подступал новый хаос.