Город-крепость Ордр, расположенный где-то в трёх часах езды верхом от столицы Грандоб, был построен сто лет назад и представлял собой огромный секретный военный объект контроля, что управляет различными типами тайной информации, собранной как внутри страны, так и за рубежом. Кроме всего прочего, огромная тюрьма, составляющая примерно треть от площади города, была единственной тюрьмой в стране Феникса. Высокие внешние стены, окружавшие город, были сделаны из прочного камня и окружены многослойными барьерами, что затрудняло их разрушение и не меньше усложняло побег изнутри. Единственный контрольно-пропускной пункт круглосуточно охраняют стражники с исключительными способностями к обнаружению элементов, а жители проходят строгий отбор, чтобы попасть в город или покинуть его.

• Ordre – порядок или приказ с французского.

– А-а. Может, по мне и не скажешь, но я генерал этой страны… и не могу спокойно пройти с одним лишь пропуско-ом. Чувствую себя подавленной каждый раз, как приезжаю сюда. Я просто поражена, Гаку, как тебе вообще удаётся сохранять такую спокойную мину? – шедшая рядом с ним Мейко выглядела измученной после прохождения контрольно-пропускного пункта. И правда, многоуровневый досмотр длился около получаса, в течение которого инспекторы применяли различные методы поиска и обнаружения, дабы тщательно проверить, не было ли ввезено каких-то странных проклятий, инструментов или оружия, так что её можно было понять. Независимо от того, является ли человек генералом или премьер-министром страны, стандарты остаются неизменны. Разрешение войти в крепость имеют лишь те, кто прошёл проверку.

– Ничего не поделаешь. Это мы, власть имущие, построили эту крепость именно такой. На этом контрольно-пропускном пункте Ордра ко всем относятся с одинаковым подозрением, будь ты высокопоставленный правительственный чиновник или солдат Блу Оак. Вот почему сотню лет, минувшую с момента постройки крепости, не произошло ни одного побега из тюрьмы или ограбления.

– Ну-у, до постройки этой крепости было много случаев, когда военнопленные Синие Птицы обманом осуществляли побег из тюрьмы и даже крали ценные исследовательские материалы~, кажется, это происходило постоянно. Думаю, лучше быть предельно осторожным, чем потом сожалеть.

• 念には念を入れる – идиома, означает быть чрезвычайно осторожным; быть настолько уверенным, насколько это возможно; быть уверенным вдвойне.

– Вер… но.

– …? А, Гаку! Впереди!

– !

Он бесцельно брёл, ведя с Мейко лёгкую беседу, как вдруг перед глазами у него ни с того ни с сего выросло придорожное дерево. Всё-таки с самого утра он неважно себя чувствовал.

– Боже~, всё хорошо? Так и знала, что и ты устал от всех этих проверо-ок. Не перетруждайся.

– Нет, это… похоже, прошлой ночью я плохо спал, так что, видимо, сказывается недостаток сна.

– Тогда не беда~

Продолжая вести непринуждённый разговор, они с Мейко двинулись по городу. Он был посдержаннее, нежели другие города Страны Феникса, его облик был куда более строгим, без кричащих безвкусных украшений, которые так любят видеть Фениксы. Вдобавок все здешние жители были трудолюбивыми работягами. «Город-крепость из скромных и порядочных людей со всей страны», – так частенько подшучивал Лен, когда был ещё озорным ребёнком. Король Кайто же, напротив, с пониманием и симпатией отнёсся к городу и его жителям, схожим по темпераменту с ним самим, что вызывало ностальгию по тем временам, как он с радостью отправлялся в так называемые поездки с инспекцией.

– Господин Гаку, госпожа Мейко! Благодарю Вас за весь проделанный путь. Мы ждали Вас.

Вдруг в поле зрения появилось огромное здание с воротами; у врат тюрьмы Ордр их встретил стражник с яркой улыбкой. Гаку и Мейко миновали крепко запертые железные ворота, после чего их провели на самый нижний уровень тюрьмы.

Следуя за сопровождающим стражником, они спустились по винтовой лестнице, что вела в тускло освещённый подвал, и оказались на самом нижнем, десятом подвальном этаже. Пламя ровными рядами установленных на стенах факелов зловеще высвечивало покрытые защитными чарами стены и потолок. Шедшая рядом Мейко поджала губы и схватила Гаку за рукав его рубашки. Вопреки тому, какое смелое впечатление создавала, на деле она была не в ладах с таинственными сущности вроде магии и призраков.

Гаку впервые лично посетил эту тюрьму и потому был более чем удивлён её незнакомым необычным интерьером. В важных помещениях королевского дворца установлено множество барьеров, но в основном то были барьеры-пентаграммы – самый распространённый тип магических щитов. Здесь же имело место нечто совершенно иное. Особый магический круг был подобен художественной фреске, расписанной яркими пёстрыми цветами с замысловатыми геометрическими узорами и искусно вырисованными реалистичными птицами и зверями, навевавшими жуткую атмосферу. Возможно, заметив неподдельный интерес Гаку к этим росписям, охранник учтиво объяснил, что то была древняя магическая формула, которая уже давно как не в ходу. Пройдя ещё какое-то время, они оказались в самой глубине тюрьмы, перед толстой стальной дверью. Собрав элементы в правой руке, страж использовал заклинание, чтобы развеять барьер, и после его снятия – дон, – с тяжёлым гулом распахнулись створки двери.

– Мы запечатали все её элементы, оставив лишь необходимые для поддержания жизнедеятельности. Так что не думаю, что возникнут какие-то проблемы, но если всё же что-то случится, немедленно позовите меня.

Дверь понемногу открывалась. Лицо охранника напряглось, быть может, из страха перед находящимся в этой камере человеком. Гаку и сам насторожился.

– Да всё в порядке! Я здесь на случай чего, так что проблем не будет, – окончательно восстановив силы после изнурительного путешествия и совершенно позабыв о прежней робости, ныне Мейко была полна энергии и крепко шлёпнула нервного охранника по сгорбленной спине. Она лёгким шагом вошла в открытую дверь, будто заходила в собственную комнату. Гаку последовал её примеру, тоже шагнул внутрь, и стражник тихо закрыл за ними дверь.

В тускло освещённой комнате имелось лишь самое необходимое: простая кровать да санузел. Особого освещения не было: единственным источником света в комнате была одинокая лампа на кронштейне на стене. Женщина, сидевшая за столом прямо под лампой спиной к вошедшим, заметив Гаку и Мейко, обернулась.

• 水廻り – часть здания, где циркулирует вода (кухня, ванная комната и т.д.); влажная зона. Не уверена, что в камере была отдельная ванная комната.

– Ой… какие необычные гости, – хозяйка этой комнаты, Лука, откинула назад свои длинную бледно-розовую чёлку, обнажив умные серые глаза. Она зачесала набок свою длинную чёлку, которую, пожалуй, невесть когда стригли в последний раз, и скучающе подпёрла рукой подбородок в позе, неподобающей заключённой в грязной одежде: она источала элегантность.

Лука, бывший генерал Королевства Блу Оак. В настоящее время она содержалась в качестве военнопленной здесь, в тюрьме Ордра. До аннексии Блу Оак они неоднократно скрещивали мечи. Как только королева была повержена и стало ясно, что поражение неминуемо, самый грозный враг Армии Феникса, полагая, что бессмысленно проливать ещё больше крови, предложила сдаться до того, как её армия будет окончательно уничтожена. И в обмен на собственную жизнь умоляла о снисхождении к другим захваченным в плен солдатам. Многие из выживших воинов Блу Оак были обычными солдатами, и пускай они ныне находятся под надзором армии Феникса, не попали в тюрьму, а работали разнорабочими или охранниками по всей территории Блу Оак. Для народа Феникса она была самым поразительным человеком, и из-за исключительного ума, харизмы и популярности её не приговорили к смертной казни, а заключили на самом нижнем уровне этой тюрьмы.

– Давно не виделись, почтенная госпожа Лука, – вежливо поклонился Гаку, и Лука ответила тем же поклоном, хоть и осталась сидеть. Два года назад они встречались за столом переговоров в Виола Вискио, но с тех пор всё разительно изменилось. Гаку вновь представился, коротко упомянув, что поднялся в должности с помощника короля до премьер-министра.

– Давненько не виделись~. Хорошо поживала, веселилась? – нарочито гулкими шагами Мейко приблизилась к Луке, встала напротив и окликнула, глядя на неё сверху вниз.

– Есть ли кто-то, кому нравится сидеть в тюрьме? – оставшись сидеть, Лука подняла голову и отозвалась раздражённым тоном.

– Похоже, твоя чёлка изрядно отросла, но… смена имиджа? Если мешает, может, мне подстричь?

• イメチェン – аббревиатура от image change – изменение имиджа; изменение имиджа; макияж.

– Благодарю за беспокойство. Но я пас. Не хочу отдавать свои волосы в руки человека без чувства стиля и получить потом неудачную стрижку.

– … Хватает же наглости говорить, как всегда. Отлично! Своей гордостью и радостью, Мечом Молний, я в один удар сделаю тебе быструю элегантную стрижку.

– Не припоминаю у этого меча такой остроты.

– А-ан!?

– Стой, Мейко. Почему ты так разволновалась? Успокойся, – испытав зловещее предчувствие, Гаку поспешил к ним и тороплив оттащил Мейко от Луки, которую та схватила за воротник.

– Я спокойна! Но когда вижу эту самодовольную рожу, она та~ак бесит.

– Какое совпадение. Меня тоже.

Успокаивая Мейко, что вышла из себя на Луку и до сих пор не остыла, Гаку испытывал определённую тревогу за будущее. Быть может, было бы лучше, если бы Гаку всё же пришёл один?

– Так в чём же причина? Раз Вы зашли так далеко, чтобы прибыть сюда, значит, случилось что-то серьёзное. Или, может, наконец была назначена дата моего приговора?

– Если вынесем приговор Вам, побеждённой стороне, тлеющие по всей стране остатки солдат Синих Птиц взбунтуются при первой же возможности.

Лука говорила так, будто ждала его реакции, и Гаку ответил, тщательно подбирая слова. Сначала с Лукой пытались договориться через Лорда юго-восточного региона, знавшего её ещё со времён Королевства Блу Оак. Но тот почему-то посоветовал доверенным вассалам Короля-Феникса, таким как Гаку или Мейко, отправиться к ней лично, а не пытаться передать свои слова через кого-то ещё. Поверив ему на слово, Лен оставил этот вопрос на Гаку и Мейко. Пускай истинные намерения юго-восточного Лорда были неизвестны, так будет проще донести до неё свою искренность, если сторона Феникса обратится напрямую, – так истолковал это Гаку.

Лука жила в этой камере с тех самых пор, как два года назад была заключена под стражу во время войны. Возможно, от своего тюремщика она получила самый минимум информации о текущем положении дел, но подробности она вряд ли знала. Она ждала ответа, её прекрасные серые глаза были полны живого любопытства к тому, что происходит в мире за пределами её клетки.

– … Сегодня мы пришли просить Вас о содействии.

– Моём содействии…? Означает ли это, что просьба исходит от Вас как премьер-министра?

– Да. Точнее, по просьбе нашего Короля – думаю, лучше сказать так.

– … – глаза Луки слегка округлились при упоминании «нашего Короля», но она промолчала, слушая продолжение рассказа.

– С последней войны прошло два года. Теперь, когда Блу Оак перешёл под власть нашего королевства, существовавшие в нём поколениями традиционная культура и классовая система в значительной степени остались нетронутыми, этими землями управляют по доверенности дворяне. Лорд юго-восточного региона Блу Оук продолжает благополучно править…, нет, мы работаем рука об руку с умеренными, включая бывшего левого министра, способствуем идее возрождения и стремлению стать единой страной.

– Ясно… Хороший курс, полагаю, – на миг Лука погрустнела, но после вдруг выпалила слова одобрения. Радовало, что она положительно отнеслась в отношении мер по установлению мира меж двумя странами.

– Однако… – Гаку слегка поджал губы, намереваясь перейти к сути.

– Правый министр, верно? Это фракция… дворян, настаивающих на чистоте крови Синих Птиц, вряд ли их земли хорошо управляются. Если обобщить, столкновение патриотов, одержимых культом Синей Птицы, и страдающих от нищеты бедняков, жаждущих перемен, породило хаос, а поскольку из-за всё более неоднозначных притязаний каждой стороны общественное мнение стало намного сложнее, вместе с тем стало труднее и подавлять повстанцев… как-то так?

– … Как и следовало ожидать от человека, заполучившего известность мудрого генерала. Вы очень проницательны. В целом Вы правы.

Даже не услышав всего, Лука, видимо, догадалась, с какой целью её сегодня навестили Гаку и Мейко. Гаку прикусил язык, поражённый остротой её интуиции и точностью предсказания ситуации, ясно проявившихся у него на глазах. Мейко, всё ещё стоявшая рядом в вызывающей позе, смолкла и опустила на ту взгляд, округлив глаза в совсем не соответствовавшем её позе шоке.

– Итак, что Вы хотите от меня?

– Нам нужна Ваша помощь в подавлении восстаний в разных частях страны. По возможности мы бы сами предпочли мирное решение, нежели правление силой.

– … Хотите сказать, такова воля того Короля? – Лука сделала особое ударение на словах «того Короля», бросив на Гаку пронзительный взгляд. В её глазах читалось негодование к Королю Лену, погубившему её королеву.

– Да, именно так. Мой Король не желает истреблять народ Синих Птиц. В результате пророчества о том, что две реинкарнации должны поставить на кон свои жизни, чтобы привести народ к процветанию, и победа выбрала нас, сторону Феникса. Если полагаться на толкование пророчества, нам уже обещан вечный мир. Но если только народ Синих Птиц мирно сдастся нам… если Синие Птицы смогут считать себя территорией Блу Оак в составе Королевства Ги Вермиллион, и они будут наслаждаться миром. Мы хотим попросить тех упрямцев, что постоянно выступают против, быть немного более гибкими в своих взглядах и принять перемены. Но наши слова, слова Фениксов, ещё не достигли их. Вот почему мы хотели бы попросить Вас – человека, пользующегося большим доверием у народа Синей Птицы и обладающим острым умом – о силе и мудрости.

– …

Гаку склонил голову так искренне, как только мог. Такова была воля короля и его собственное желание. Лука отвела взгляд от Гаку, нахмурилась и замолчала.

– Ну, некоторые из полукровок действительно хорошие~, они очень понимающие, так сказать~? Но эти твердолобые престарелые лисы всегда закрывали глаза на обнищавших простых людей, не имеющих ни малейшего представления о том, что принесёт им завтрашний день!?

– …

Даже когда Мейко высказала то, что, казалось, должны были поставить в сомнениях точку, Лука продолжала хранить молчание, потупив взгляд. Даже Гаку не мог предугадать, как поступит она – верная подданная королевы Синих Птиц. Будь она обычным гражданским лицом, а не военным офицером, никакого конфликта бы не возникло. Но этот бывший генерал жил свою жизнь с единственной миссией – защищать страну Синей птицы и победить Феникса.

Подчинение приказам и воле Короля Лена для неё, генерала, значило бы сменить объект своей верности с родины на нацию Феникса. Конфликты, что она испытывала как воин, пожалуй, были куда сильнее, чем Гаку мог себе представить. Но даже если откажется подчиняться новому королю и продолжит жить, как мёртвая, взаперти в этой неприступной комнате, уже ничего не сумеет сделать впредь.

Покинет ли это место, откажется ли от своей твёрдой миссии, начнёт ли новую жизнь в качестве силы народа Феникса? Или проведёт остаток своей жизни в этой тюрьме, словно мертвец, сохранив свою гордость воина и полагаясь на одну лишь верность своей покойной королеве?

– … Я бы хотела задать несколько вопросов.

– Каких же?

После долгого молчания Лука наконец подняла глаза.