— Моя леди! 

Дверь офиса резко распахнулась, и мужчина бросился внутрь.

Его золотистые волосы были взъерошены, мокрые от пота и прилипшие ко лбу. Обычно их аккуратно зачесывали назад с помощью помадки, но, судя по его беспорядочному состоянию, он, должно быть, в панике торопился сюда.

— Сэр Лау, – Люси тихо позвала его по имени.

Мужчина шагнул вперед, а затем опустился на колени. Его выражение лица было искажено болью, будто бы вся ситуация причиняла ему глубокие страдания. Взглянув на Люси, он наконец заговорил:

— Моя леди, я глубоко сожалею. Я должен был быть рядом с Вами.

Судя по тому, как всё выглядело, сэр Лау, должно быть, слышал о недавнем переполохе и бросился сюда, чтобы найти Люси.

Люси протянула руку и нежно погладила его по плечу:

— Всё в порядке, сэр Лау. Я не поранилась.

— Но моя леди...

— Это была не я. Моя подруга закрыла меня собой и приняла удар на себя, – Люси обратилась к нему спокойным голосом.

— Сэр Лау, у Вас есть с собой лекарства?

— Ох, у меня есть немного обезболивающего, но… ничего такого, что можно было бы нанести непосредственно на рану.

Сэр Лау наконец повернул голову, его взгляд впервые остановился на Шарлотте. Казалось, он только сейчас понял, что она была здесь.

— Я в порядке, Люси. Не так сильно болит, к тому же здесь полно лекарств, если потребуется.

— Всё же, Шарлотта...

Шарлотта помотала головой, пресекая беспокойство Люси до того, как оно могло бы продолжиться.

Затем, поднимаясь со стула, она заговорила мягким тоном:

— У тебя едва ли было время, чтобы оправиться от шока, а теперь ещё это. Тебе стоит пойти домой и отдохнуть, Люси. В любом случае, мне нужно вернуться к работе, так что давай поговорим позже.

— Хорошо… Спасибо тебе. Ты заметила, не так ли?

Люси заколебалась на мгновение, прежде чем медленно встать. Шарлотта к ней подошла и нежно взяла её дрожащую руку.

— Кто бы ещё заметил, если не я?

Люси не ответила. Она лишь слегка улыбнулась, ничего не говоря.

Сэр Лау осторожно поддерживал её, направляя к двери. Как раз перед тем, как выйти, Люси остановилась, будто хотела что-то сказать.

Но в конечном счете она только пробормотала:

— До свидания, Шарлотта...

 На этом она закончила и удалилась.

— Угу. Увидимся в следующий раз, Люси.

— Хорошо.

Шарлотта молча смотрела вслед удаляющейся фигурой Люси. 

«Не могу поверить, что я даже на секунду засомневалась в ней».

Тряхнув головой, она села обратно за стол. Затем достала чистый лист бумаги и начала писать новый отчёт. 

Прямо перед кабинетом Люси внезапно остановилась. Она повернулась, и её взгляд скользнул к маленькой щели во все ещё открытой двери. Через неё она мельком увидела Шарлотту: её рука двигалась быстро, ручка скользила по бумаге, пока она писала.

Люси наблюдала, как Шарлотта тщательно высушила чернила, аккуратно сложила бумагу и вложила её в конверт.

Её взгляд был прикован к движениям подруги.

А за вуалью, накинутой на её лицо —

Её губы скривились в странной, нечитаемой форме.

— Моя леди?

Голос сэра Лау вернул её в настоящее. Только после этого Люси отвернулась, возобновляя свои шаги.

Но это едва заметное искривление её губ —

Оно продолжалось.

Ещё долго, очень долго.

✶ ✶ ✶

Шарлотта крепко прижала документы к своей груди, шагая вперёд с особой осторожностью. И тут же она столкнулась головой с кем-то, кто проносился мимо. 

— Уф!

— Прошу прощения!

Мужчина едва бросил на неё взгляд, прежде чем ускользнуть прочь. 

При нормальных обстоятельствах это вывело бы Шарлотту из себя. Но сейчас? Она была слишком озадачена, чтобы обращать на это внимание. 

Даже фестивальная улица не была такой хаотичной. Люди носились в разные стороны, их торопливые движения превращали пространство в бурю тел и шума. Крики раздавались со всех сторон: люди перекрикивали суматоху, пытаясь быть услышанными в этом безумии.

Шарлотта протиснулась вперед, пробираясь сквозь толпу, пока не нашла маленький уголок, чтобы отдышаться. Ей пришлось столкнуться пять раз, чтобы добраться добраться сюда. 

— Что за катастрофа…

Неужели она просчиталась? Она опустила взгляд на отчёт в своих руках, издавая тихий, разочарованный стон.

После составления своего отчёта о Роберте Турове, который, по ее мнению, был тесно связан со смертью Алекса Турова, Шарлотта направилась прямо к директору. 

В тот момент, когда Амила увидела Шарлотту, она глубоко вздохнула и жестом предложила ей сесть. 

Шарлотта опустилась на кушетку, в то время как Амила заняла место напротив неё, практически рухнув на его.

— Хорошо, что ты здесь. Позволь мне начать первой. 

Её голос был опустошённым, полностью лишённым энергии.

Услышав в её голосе явную усталость, Шарлотта криво ухмыльнулась и слегка кивнула.

Амила ущипнула себя за виски, её глаза крепко зажмурились, и она испустила ещё один долгий вздох.

— Итак… результаты вскрытия. Они убедились?

— Убедились.

Амила что-то пробормотала себе под нос и снова потерла лоб. Затем, тряхнув головой, она резко выдохнула:

— Что ж… по крайней мере, это то, чего желала семья Турова. 

— В самом деле?

— Да. Собственно, они могли бы провести похороны в церкви неподалеку от его поместья. Но семья настаивала на том, чтобы привезти его сюда на вскрытие. О чём это тебе говорит? 

— Что простая естественная смерть или несчастный случай… были бы для них неприемлемы.

Шарлотта пробормотала эти слова себе под нос, и директор, глубоко откинувшись на спинку стула, кивнула в знак согласия. 

— Именно. А теперь официальной причиной смерти стало отравление. Подозрение на убийство.

— Будет ли проведено расследование?

— Конечно. Полиция, вероятно, уже собирает подозрительных личностей для допроса. 

— Тогда..!

Шарлотта швырнула отчёт на стол и подтолкнула его к директору. Она открыла рот, готовясь объяснить всё, что она обнаружила. 

Но Амила опередила её:

— К слову, какие именно у вас отношения с баронессой Туровой?

— Что?

— Вы двое близки?

— Ах, да… мы друзья.

Услышав ответ Шарлотты, Амила глубоко вздохнула. 

— Тогда тебе стоит отойти от этого дела.

— Что?! Почему?

— Тебе правда нужны мои объяснения? 

Амила неодобрительно цокнула языком.

— Главной подозреваемой в этом деле является баронесса Турова. Она может получить огромное состояние после смерти своего мужа, и у неё было множество возможностей отравить его. Даже семья Турова уже указала на неё как на вероятную преступницу.

— Нет! Люси никогда бы так не поступила!

— Это ты так думаешь. Но скажи мне, Шарлотта, кто в самом деле такой человек, кто смог бы пойти на это? Люди меняются в зависимости от ситуации. 

Директор поднялась со своего места.

— В нашей работе нет места личному мнению. Мы верим только тому, что видим перед собой. И прямо сейчас твоя подруга – подозреваемая. Я не могу верить, что ты останешься объективной.

Она скрестила руки, её голос был твёрд.

— Как только семья Турова узнает об этом, они взбунтуются. Громко взбунтуются. И давай не будем забывать: ты уже защищала баронессу у них на глазах. На этот раз мне удалось все уладить, сказав, что ты просто не могла стоять в стороне и смотреть, как бьют женщину. Но если это всё продолжится, даже это оправдание не сработает. 

Шарлотта хотела возразить.

Но что она могла сказать?

Её губы слегка приоткрылись, но она не произнесла ни слова. 

— Все здесь усердно трудятся. Если мы потеряем доверие из-за одного случая, то это подвергнет риску всё это учреждение. И я не позволю этому случиться. Ты это усвоила, не так ли?

— Да…

— Тогда иди. Вчера Юджин отработал еще одну ночную смену — иди помоги ему.

Тяжело ступая, Шарлотта вышла из кабинета директора.

«Это… правда конец?»

Мысль вертелась в её затуманенном разуме. 

Она не винила директора. В конце концов, она знала, сколько усилий пришлось приложить, чтобы довести это отделение для вскрытий до того состояния, в котором оно находится сегодня. 

Шарлотта не была свидетелем этого воочию, но слышала истории. И каждый раз, видя, как директор работает не покладая рук день и ночь, было ясно — это место было всем для неё. 

Шарлотта с трудом передвигала ноги, её шаги были медленными и тяжёлыми.

В словах директора не было ничего, против чего можно было бы возразить.

Разве не она первая подозревала Люси?

Люси, по всем логическим соображениям, была наиболее вероятной подозреваемой. А в этом случае, если друг выступит на её защиту, это навредит не только Шарлотте, но и всему отделению аутопсии. 

Но Люси никогда бы не совершила подобное.

Шарлотта поджала губы, бормоча себе под нос.

Если полицейское расследование уже начато, тогда Люси наверняка допрашивают.

А Люси…

Люси была тем человеком, кто держал всё в себе, молча переживая свой стресс. Каждый раз, когда происходило что-то подобное, она оказывалась больной в постели. Шарлотта тяжело вздохнула, она покачала головой, представив, как Люси лихорадит и ей трудно дышать.

Затем в её поле зрения попала вывеска.

[→ СТОЛИЧНОЕ ПОЛИЦЕЙСКОЕ УПРАВЛЕНИЕ]

Отделение аутопсии стало независимым только в последние годы. Не так давно это место было под полицейской юрисдикцией, и именно поэтому эти два здания стояли бок о бок, непосредственно примыкая друг к другу.

Шарлотта крепче обхватила свои документы. Бумаги смялись в её руках, их грубая текстура царапала ладони. Она с трудом сглотнула.

«Полицейские, вероятно, уже собирают всех подозрительных личностей для допроса».

Слова директора громким эхом отдавались в её голове.

По мнению Шарлотты, показания Люси насчёт Роберта Турова имели решающее значение. Если бы кто-нибудь в полицейском управлении услышал их, то они не смогли бы проигнорировать возможность того, что он причастен к этому делу. Это может изменить вектор расследования, подвергнув Роберта пристальному наблюдению.

Но это могло произойти только в том случае, если бы кто-то действительно выслушал Шарлотту. Прямо сейчас Люси была главной подозреваемой. Что означает, что полиция, скорее всего, засыпала каждого свидетеля вопросами о ней, о её передвижениях и отношениях с бароном Туровым. 

И если бы это было так —

Подозрительное поведение Роберта Турова, возможно, никогда не всплывет наружу. 

«Тогда тебе стоит отойти от этого дела».

Предупреждение директора всплыло в её сознании.

Когда Шарлотта впервые услышала это, у нее даже не возникло мысли ослушаться.

Но сейчас —

Она сильно прикусила губу и покачала головой.

Подготовка одного отчёта не была чем-то особенным. В чём разница между этим и отчетом об вскрытии, который она уже представила? Во всяком случае, этот был даже лучше. Новый документ не содержал её собственного мнения, а только фактическую запись того, что она услышала. 

Шарлотта глубоко вздохнула и шагнула вперед, к стрелке на вывеске.

На мгновение она подумала о Юджине, который, зарывшись в гору бумаг, вероятно, гадал, где она.

«Простите меня, старший. Я скоро приду вам на помощь».

Это маленькое обещание промелькнуло у неё в голове —

Но это было обещание, которое она не сдержала. 

Если отделение аутопсии всегда было многолюдно, то полицейский департамент был совершенно иным уровнем хаоса. Просто стоя и наблюдая за их работой, было достаточно для того, чтобы у Шарлотты разболелась голова.

Найти того, кто был ответственен за дело барона Турова?

Так, она быстро поняла, что это было бы невозможно.