Такое спокойствие...

Парта под ладонью Юки была тёплой от солнца, а в классе витал сладковатый запах сакуры из открытого окна. Мальчик сидел, подперев щеку рукой, и следил, как золотистая пыль плавно парит в луче света. Учитель что-то чертил на доске, а он смотрел на облака, которые медленно плыли по голубому небу.

Наконец-то уроки закончились, и можно идти домой. Такеши, как всегда, дремал, уткнувшись носом в учебник. Он всегда так смешно просыпается, вставая с парты, что Юки не мог сдержать улыбку.

На улице был лёгкий ветерок. Юки было так хорошо, словно он давно не чувствовал себя настолько спокойно.

Они шли по знакомой дороге домой, болтая о пустяках. Юки не слышал, что говорил Такеши, потому что оглядывался и рассматривал улицу, которая как будто пыталась напомнить ему о чём-то. Он чувствовал радость и, вместе с тем, даже немного тревогу.

Сейчас, как обычно, они топают к нему домой, чтобы подготовить Такеши к экзамену. Потому что этот...

Вдруг Юки резко схватили за воротник и дёрнули назад. Чёрный силуэт машины промчался в сантиметрах от лица, обдав горячим ветром. Сердце замерло, а улыбка сошла с лица. Юки стоял как вкопанный возле пешеходного перехода, не в силах пошевелиться от страха.

— Эй, ты что, уснул? Тут же поворот, — беспокоясь, начал ругать его Такеши и тряс за плечо.

«Пока я разглядывал всё вокруг, даже не заметил угол дома и чуть не вышел на обочину на красный свет светофора».

— Видишь, тут дорога, тем более... — продолжал говорить друг на фоне.

Юки стало не по себе. Только что он радовался, но в эту же секунду его жизнь могла так просто и быстро прерваться. Ему стало знакомо это чувство...

Он обернулся к другу, медленно опустив голову:

— Спасибо, Такеши... Я боюсь представить, что бы со мной случилось.

— Ты уж внимательнее иди, по крайней мере, вперёд смотри. А если бы я не удержал тебя?

Тут внутри Юки что-то ёкнуло. На секунду ему показалось, что он уже слышал эти слова. Они были ему так знакомы, будто от них что-то зависело.

— Пойдём, а то мало времени останется... — сказал Такеши, потянув друга за рукав.

Невольно повернувшись, за поворотом он увидел старый разбитый фонарь. По его мнению, он выбивался из всего окружения. За спиной друга на стене Юки заметил табличку, будто предупреждающую о чём-то. Он пытался разглядеть, что там написано, но буквы казались размытыми.

— Быстрее-быстрее! — в этот раз друг потянул его сильнее, и Юки не успел разобрать текст.

Он всё ещё не мог понять, что сейчас произошло. Всё это было так быстро...

Яркие лучи солнца ослепляли своей силой. Даже на небо было тяжело взглянуть.

Они прошли большую часть дороги до дома, но солнце всё ещё не садилось, хотя в это время обычно уже темнело.

— Странно, что ещё светло. Да и солнце так ярко светит... — заметил Юки.

— Да не, тут же всегда так.

Ответ Такеши прозвучал для Юки немного странно, но ладно.

А вот они и подошли к дому. Возле входа Юки заметил маму с сестрёнкой, которые встречали их.

«Возможно, мама пришла с работы пораньше и забрала Сору из садика».

Юки захотел поделиться тем, что только что с ним случилось.

— Тут такое сейчас произошло... — с неловкой, нервной и неестественной улыбкой произнёс он, будто сам себя пытался убедить, что всё это просто шутка. — У меня сегодня, походу второй день рождения. Я... Я чуть не умер.

Произнеся это, Юки слегка усмехнулся, опустил глаза и начал ждать их реакции.

Повисла неловкая тишина.

Вдруг, вместо ответа мамы, он услышал чей-то совершенно чужой голос:

— Почему "чуть"?

По его коже пробежали мурашки.

«Этот голос... Такой знакомый».

Эхо раздалось по всей улице. Деревья начали колыхаться, как от сильнейшего ветра.

Обернувшись, от страха парень отпрыгнул назад. Перед его ногами образовалась огромная пропасть. В ней не было видно дна, а воздух у обрыва стал таким густым, что было трудно дышать. И тут он понял, что произошло.

Юки обернулся к другу и маме, но увидел, как мир искажается, отдаляя их от него. Он не стал кричать, ведь сам понимал, что это бесполезно, хотя всё ещё не мог поверить в происходящее. Такеши что-то говорил маме, а сестрёнка дергала её за руку. Видимо, они ничего этого не видят. О чём они говорят, Юки не слышал.

Вдруг мама полезла в карман и протянула другу его телефон. Похоже, в тот раз Такеши забыл его у них дома.

Юки заметил, что мама начала плакать, смахивая слёзы рукой, стараясь не выдавать их на вид. Ему очень хотелось помочь, но они ведь не замечали его присутствия.

Сделав шаг в их сторону, он вдруг ощутил за спиной ледяное дыхание опасности. Резко обернувшись, мальчик увидел, как эта Богиня с жутко растянутой улыбкой тянула к нему руку.

Со всех ног он отбежал назад, и в тот же миг её пальцы впились в асфальт, превращая его в крошащиеся обломки, которые тут же исчезали в зияющей бездне.

Эта девушка выглядела сумасшедшей. Казалось, весь существовавший ужас собрался в её лице. За её спиной клубилась стена пыли и дыма от рушащихся зданий, а пронзительные светящиеся глаза направили луч прямо на мальчика.

Она медленно приближалась, передвигаясь на изломанных конечностях, её пальцы с каждым движением вонзались в асфальт, оставляя за собой рваные кратеры.

Юки отступал, чувствуя, как сердце колотится так сильно, что, кажется, вот-вот вырвется наружу. Его ноги дрожали, но инстинкт самосохранения заставлял двигаться.

Её улыбка становилась всё шире, неестественно растягивая губы, будто кожа вот-вот лопнет. Она выглядела как самый настоящий монстр. С раздвинутыми в разные стороны локтями, она цеплялась за землю, выползая из пропасти.

Он не хотел в это верить. Всё это выглядело как какой-то бред.

— Это всё не по-настоя...

Не успел он договорить, как земля под ним вздыбилась. Асфальт раскололся, а его огромные плиты взмыли вверх под давлением.

Юки резко рванул в сторону мамы и друга — туда, где ещё асфальт был цел.

— Такеши! — его крик сорвался с губ, протягивая руку.

В последний момент он увидел, как друг вздрогнул, приподняв голову — будто что-то услышал.

Землю разорвал оглушительный грохот. Трещина змеёй метнулась под ногами, разделяя поверхность и расступаясь чёрной бездной. Юки потерял равновесие и, соскользнув ногой с торчащего обломка, упал прямо в темноту.

Он закрыл глаза.

Ледяной ветер выл в ушах, а слёзы, срываемые с лица падением, сами начали течь по его лицу.

Боязно приоткрыв веки, он протянул руку вверх, но увидел, что никого и ничего уже не было. Только бесконечная тьма, затягивающая его глубже.

Слёзы превратились в летящие вверх бриллиантовые капли. Его руки пытались найти опору, но бесполезно. В этот миг он снова осознал, что больше никогда не увидит друга и родных.

Разгоняя пыль, в глубине этой тёмной пропасти нависло огромное лицо Богини, искажённое в безумной улыбке. Её глаза, будто вспышки, резко рассекли мрак, сделав её жуткое лицо видимым.

Её пасть распахнулась. Всё шире, шире и шире.

Внутри скалились ряды острых зубов, как у пираньи, только очень огромных и сверкающих, готовых перемолоть мальчика. Она жадно ждала, когда тот упадёт прямиком в её рот.

«Нет-нет-нет-нет!» — крик рвался изнутри, но он не мог издать ни малейшего звука.

Юки летел прямо в эту пасть, не в силах даже пошевелиться. Тело не слушалось. Пальцы судорожно сжимали пустоту. Лёгкие горели. Сердце бешено колотилось, словно пыталось вырваться из груди.

И когда её челюсти сомкнулись — горящий взгляд был последним, что он увидел перед тем, как тьма полностью поглотила его.

*** 

Свет заполнил всё пространство. Юки вскрикнул, резко вскочив, как будто его вырвали из глубины кошмара.

Сердце стучало как бешеное, в глазах сияли искры, а тело было покрыто потом. Его голова сильно кружилась, пока он не осознал, что произошло. Мир плыл перед глазами.

Он судорожно сжал кулаки, впиваясь пальцами во что-то невероятно мягкое.

— Ты в порядке? — эхом раздался голос в его голове.

«Голос... Женский. Но не её».

Парень заморгал, пытаясь понять, где находится.

Слева от него сидела Ринэя. Её серебристые волосы, отражающие солнечный свет, были немного растрёпаны. Но больше всего его пронзил её взгляд — широко раскрытые глаза, в которых виднелось беспокойство.

Под ним снова была та мягкая трава, которую даже травой не назовёшь. Это скорее было похоже на разноцветную вату, переливающуюся в лучах солнца.

Юки поднял голову вверх.

«Точно, здесь же не Солнце, а что-то другое».

Яркие радужные кольца сливались друг с другом и создавали будто мультяшную атмосферу вокруг.

По его груди снова ударило беспокойство. Это было то самое чувство, которое возникает, когда ты в незнакомом месте. Ощущения беспомощности и страха начали окутывать его.

Осматриваясь по сторонам, он истерично произнёс:

— Снова? Тут...

— Ты чего так кричишь? Ещё и во сне разговариваешь, — склонив голову набок, с удивлением сказала она.

— Я во сне говорил? А что именно?

Ринэя, с тихим вздохом, опираясь руками на колени, поднялась.

— Не знаю. Кажется, ты говорил про какого-то Такеши и... Маму.

«Богиня во сне была не такой, какой я видел её в последний раз, когда... умер».

Сцепившись руками за свои волосы, он отчаянно прошептал:

— Какой бред, что всё это значит?

Странная пушистая трава ворсинками осталась на его руках.

Юки повернулся в сторону Ринэи и увидел, что она стояла возле того дерева и, подняв голову вверх, рассматривала его ветви. А он сам сидел в трёх метрах от него. Это немного смутило. Он же засыпал, упёршись головой о ствол дерева, а сейчас он так далеко.

Он захотел спросить об этом Ринэю:

— А как...

Но не успев договорить, она, развернувшись в его сторону, с улыбкой ответила:

— Ты так ворочаешься во сне, что аж укатился туда.

На её лице появилась милая улыбка и раздался звонкий смех. Это заставило улыбнуться и его тоже.

— Кстати, — с интересом посмотрела на него Ринэя. — Так, а кто же эти Такеши и Мама? Твои друзья?

Юки потянулся за своей сумкой, перекинул её через плечо и медленно поднялся. Сбавив улыбку, он взглянул на неё:

— Ну, в том мире у меня было мало знакомых, но среди них был друг Такеши. Мы учились с ним в одном университете и, хоть виделись довольно редко, для меня он, наверное, единственный лучший друг. А из родных были мама и сестра Сора...

— А кто такая мама? Это имя? — спросила Ринэя.

Сделав несколько шагов вперёд и обернувшись к нему, она продолжила:

— Пойдём, я пока покажу тебе место, с которого лучше видно весь этот мир!

Юки последовал за ней. Он немного удивился тому, что сказала девочка:

— А у тебя нет мамы?

Ринэя, пристально глядя на него, наклонила голову.

— Я... не понимаю, кто это.

Вздохнув, он ответил, одновременно рассматривая всё вокруг:

— Мама, это человек, который тебя родил и вырастил. Как ты родилась в своём мире?

Ему стало интересно:

«Как тогда родилась Ринэя в своём мире, если не знает таких слов? А может, у них просто другое слово вместо мамы?».

В любом случае, это была отличная возможность расспросить человека из другой вселенной об их жизни и узнать, чем они отличаются от нас.

Ринэя шла около него, но заметно быстрее его шагов. Ещё он обнаружил, что у неё не было обуви. Она так и ходила полностью босая.

— Мы, Атомарии, рождаемся в специальном месте по несколько штук...

Сквозь её слова Юки услышал странный ползающий звук под ним. Даже, возможно, он исходил прямо из-под земли.

Вдруг из невысокой зелёной травы возвысились длинные скрученные стебли. Словно щупальца, они медленно извивались в разные стороны, стремительно вытягиваясь вверх. На этих синих стеблях свисали маленькие белые капли, будто роса.

Ринэя, спокойно идя впереди него, как ни в чём не бывало, продолжала свой рассказ:

— После рождения мы можем сразу выйти в мир и участвовать в битвах. Кстати, красивые растения, да? Мне так они нравятся!

— Да, круто... — тихо ответил он, пристально рассматривая живые стебли, которые доставали аж до его роста. — А что за битвы?

— У нас постоянно происходят соревнования, в которых отбираются лучшие из астр! Астры, если что, это существа из разных племён. У каждого свои способности. Я Атомария, и мою силу ты уже видел.

Юки заметил, как забавно она жестикулировала руками, пока шла к нему спиной. Как будто перед сценой выступает.

Из интереса он протянул руку к одному из стеблей. Растение медленно подвинулось к его пальцу и легонько коснулось его.

— А ты выигрывала в этих соревнованиях? — спросил Юки, играя с растением, которое с интересом изучало его самого.

Ринэя остановилась и повернулась к нему. В её глазах он увидел ярость. Юки аж резко убрал палец от стебля, не понимая, из-за чего она так резко замерла.

— В одном из них... я умерла.

Её выражение резко сменилось, она сжала руку в кулак и твёрдым голосом дополнила:

— Но как только вернусь обратно, я обязательно выиграю!

Юки начал понимать, что каждый из этого мира будет добиваться возвращения назад. Ведь все хотят жить. А если в конце выживет только один — это значит, что ему придётся сражаться и с ней...

Но не показывая настоящих эмоций, он просто улыбнулся.

— Я верю, что ты победишь!

— А давай... Давай выйдем из этого мира вместе? Победим вдвоём! И ещё... мне интересно, почему ты попал сюда?

Юки не понимал, почему Ринэя это сказала.

«Разве она не знает, что отсюда сможет выйти только один?»

Но ещё его волновал её вопрос.

— Я...

«Что мне сказать? Что я неудачник? Что я просто упал в люк по случайности? Она, наверное, даже не знает, что такое люк...»

Мысли окружили его. Ему не хотелось врать, но и портить отношение к себе тоже.

«Если она держится за меня, потому что думает, что я сильнее, то узнав обратное, она ведь может просто убить меня...»

На секунду ему даже стало страшно находиться возле неё. Он ощутил себя в опасности, из которой очень тяжело выйти.

«Возможно, сейчас у меня есть только два варианта: либо соврать и спасти жизнь, либо сказать правду и... Я не знаю, что произойдёт».

Но так как неизвестный исход пугает больше, чем просто соврать и получить уже представленную в голове реакцию собеседника, то он решил попытаться отмазаться тем же типом ответа, который ему сказала Ринэя.

— Я... Тоже умер в бою...

Его сердце закололо, потому что он боялся и за то, что соврал, но и одновременно, что ему могут не поверить или начать что-то расспрашивать.

Но вместо подозрения на лице Ринэи он увидел восхищение.

— Правда? Мне бы очень хотелось посмотреть, что ты умеешь! — восторженно сказала она, сделав к нему пару шагов.

Хоть он и не успокоился, но был даже немного рад, что она поверила.

Развернувшись к нему спиной и расправив руки, она воскликнула:

— Мы пришли!

Из-за всего этого стресса Юки даже не заметил, как они дошли до места. Перед ними, над высоким обрывом, раскинулся чуть ли не весь мир. Под небом, усеянным множеством разноцветных звёзд, были красивые поля, наполненные красочной травой. Леса, состоящие из столбов, в одном из которых он уже был. А ещё участки с высокими живыми растениями и холмами.

Это так необычно выглядело. Многое тут отличалось от его мира. Хотя то, что здесь есть что-то похожее на обыкновенную зелень и деревья, немного удивляло мальчика.

Ринэя, повернувшись к нему, чтобы увидеть реакцию, продолжила:

— Мне кажется, этот мир красивый.

— Да, но такой яркий и разноцветный, будто его создавала маленькая девочка...

Вдруг правее него послышался чей-то тоненький голосок:

— Ну, можно и так сказать...

Обернувшись, Юки увидел, как к нему сделала шаг очень высокая девушка, которая на секунду ослепила его своим ярким белым свечением, из-за чего ему пришлось даже прищурить глаза.

Нет, она правда светилась. И это было видно, хоть даже сейчас и светло.

Помимо того, что девушка была в раза два выше их обоих, у неё вообще не было одежды. Она стояла полностью голая, но из-за того, что светилась, — ничего не было видно. И, думаю, это хорошо.

— Здрасте, — раздался не очень приветливый голос Ринэи.

Не обратив внимание на приветствие, эта девушка продолжила:

— Ну как? Нравится мир?

Поняв, что эти слова она сказала ему, снова глянув на горизонт, Юки ответил:

— Да... Тут необычно... Хотя мне всё равно некомфортно от мысли, что я вообще сюда попал.

— Но ведь у тебя есть шанс выйти отсюда. Да и... Точно ли ты хочешь выбраться из этого мира?

Взглянув на Ринэю, он заметил, как она молча слушала их, разглядывая неизвестную ему девушку.

О чём бы он не думал, какие бы сценарии не представлял, он понимает, что ему всё равно хочется назад. Поэтому Юки ответил:

— С чего вы решили, что мне не захочется покидать это место?

— Ну, мало ли... — ухмыльнувшись широкой улыбкой, ответила она и, обернувшись назад, пошла обратно.

На секунду её лицо показалось ему подозрительно знакомым. Но одновременно он почувствовал слабую тревогу глядя в её чёрные глаза, которые чётко выделялись на фоне белоснежного лица.

— Такая знакомая улыбка, как будто я где-то её уже видел. А может, она из моего мира? Поэтому я и узнал её...

Сделав шаг вперёд, задумав догнать ту девушку, его остановил тихий голос Ринэи:

— Это Богиня... Иногда она ходит по своему миру и спрашивает у всех, как им тут живётся.

— Вот как...

Не отрывая взгляда от Богини, что уходила вдаль, она внезапно исчезла прямо на его глазах.

Хоть он и пытался делать вид, что для него это обычное дело, но в голове кружились только одни мысли:

«Какой дурдом тут творится...»

Получается, здесь — в своём мире, Богиня в обычном "человеческом" облике. И ведь даже не отличается от нас, кроме роста и кожи.

Но оказалось, что это не так.

Откуда-то снова раздался её голос, но уже со стороны края обрыва:

— Итак, мои любимые существа!

Ринэя, развернувшись в сторону голоса, удивлённо отреагировала:

— Чего это она?

Юки тоже обернулся, и в чёрном небе он увидел сначала силуэт, а потом и полностью эту огромную девушку, которая теперь была такого же размера, как во сне и в люке.

Словно повелитель, она смотрела сверху вниз, будто весь этот мир был на её ладони. А лёгкий туман на небе местами скрывал её лицо и остальные участки тела.

Будем называть чёрный открытый космос со звёздами "небом", чтобы было понятнее. Хотя привычного голубого неба здесь точно не было.

Её голос звучал максимально неестественно и ехидно, будто сейчас что-то происходит не к добру:

— Спустя немного долгое время нахождения на моём тестовом поле, пожалуй, я объявлю начало наших великолепных игр... Сейчас у нас здесь...

Во время этих слов около неё появилась огромная красная надпись, которая несколько раз промелькнула в его глазах. Будто размазавшись, из непонятных символов она превратилась в число 97.

— ...97 игроков.

— Даже 100 не набрала, — ответила Ринэя, поправляя свои длинные белые волосы, приводя их в порядок.

— Почему она решила начать играть сразу через день после того, как я появился в этом мире? — тихо задал себе этот вопрос Юки.

На фоне Богиня продолжала:

— Я надеюсь, вы перестанете убивать друг друга до начала игр, и я смогу нормально собрать тут ровно 100 великолепных игроков...

Услышав, что она дважды повторила слово, он в шутку подметил:

— У неё слово "великолепно" заело?

Ринэя мило усмехнулась, взглянув на него, видя, что он подшучивает над Богиней.

С высоты он начал проглядывать передвижения некоторых существ, которые в основном по форме были похожи на обычного человека.

Голос Богини продолжался:

— Но я предлагаю вам выбор и даю возможность выйти из этого мира прямо сейчас!

Раздался громкий звук щелчка её пальцев.

В нескольких метрах от них снизу обрыва прямо из-под земли появился огромный чёрный квадрат. Словно дверь в никуда, он стоял посредине пустого поля. Трава, которая была синего цвета, раздвинулась в районе портала и обернулась в серую сухую золу.

— Больше такой возможности у вас не будет... — произнесла Богиня, распахнув свою широкую зловещую улыбку, — Выход прямиком из этого мира!

— А что, так можно? — тихо спросил Юки.

Его окружили мысли, что это его шанс.

Мальчик сделал шаг вперёд.

«Шанс снова увидеться с родными. Не бояться, не видеть всего этого...»

— Лучше не иди.

Ринэя схватила его за руку, из-за чего он даже вздрогнул, резко выйдя из своих мыслей. Его сумка соскользнула с рук, но он успел поймать её и накинуть обратно.

Она продолжила:

— Что-то же тут не так... Но зато смотри, сколько желающих...

Она показала рукой на существ, которые за короткое время бежали уже около портала. Из них четверо и ещё двое с какими-то жуткими криками неслись к заветному выходу. Последний отчаянно из всех сил полз по земле без одной ноги.

— Реально, разве может быть всё так просто? — задумался он.

— И мне тоже не верится, — ответила Ринэя.

Все эти существа вошли внутрь. Вслед за ними тень испарилась в чёрном портале. Издалека тяжело рассмотреть, как конкретно выглядели те создания, но зато с этого высокого места можно было видеть всё происходящее.

Раздался голос Богини:

— Великолепно! Теперь, когда у нас есть противники моего мира, их можно спокойно отправлять туда, куда они так и не дошли.

Всё затихло, затаив дыхание. Обычно этот мир и так был довольно тихим для него, но сейчас ничто не издавало звуков. Юки стал слышать своё участившееся сердцебиение и прерывистое дыхание. А ещё звук сползающей сумки с его плеча.

Его держала тревога о том, что он упустил свой шанс отправиться обратно в свой мир. Как бы это странно для него ни звучало, но он будто уже привык к таким странным словам.

Вздохнув, он решил нарушить тишину, посмотрев на Ринэю и сказав:

— Мы ведь тоже могли бы выйти отсюда.

Она стояла и пристально смотрела на портал в ожидании того, что сейчас произойдёт. Тихим голосом Ринэя произнесла:

— Я думаю...

Внезапно раздался громкий крик. Юки дернулся, обернувшись к порталу. Громкий низкий гул из портала начал оглушать его. Изнутри доносились хрипы, вой, шум, будто тысячи тел сминают в мясорубке. Ему аж стало не по себе. Ощущение, будто он прямо сейчас стоит перед своей смертью. Каждый его вдох был тяжелым и обжигающим изнутри. Страшные звуки продолжали исходить изнутри портала.

Юки не мог отвести взгляд от портала. Он словно застыл, не в силах оторваться.

Богиня снова растянула свою широкую улыбку, с азартом наблюдая за всем этим. Вот теперь он стал узнавать это зловещее лицо, что он видел во сне.

— Ладненько, надеюсь все, кто был с ними знакомы, успели попрощаться, — произнесла она весёлым, жутким, но, по правде, довольно милым голосом.

Голос Богини действительно будто не подходил её внешности. Милый, завораживающий тоненький голосок, способный заставить любого даже забыть своё имя, звучал добродушно, но и неприятно одновременно.

— Значит этот портал... — со вздохом задумалась Ринэя.

— Ведёт в ад? — продолжил он её слова.

Девочка удивлённо посмотрела на него. Тут Юки понял, что здесь, возможно, никто не знает про Рай и Ад, или называют по-другому.

Чёрный квадрат медленно начал сжиматься в землю до тех пор, пока не исчез. На месте, где он был, осталась лишь воронка из сухого пепла. А от существ ни следа.

Ринэя продолжила:

— Но... они ведь тоже хотели жить. Доверились ей...

Её голос был тихим и хриплым. Взглянув в глаза Ринэи, Юки заметил, как яркий жёлтый цвет её глаз потемнел. Ему стало очень жалко её. Он понял, что она переживала за тех существ.

— Ненавижу её... — слышался тихий голос Ринэи.

Юки отложил сумку немного левее на землю. Он хотел как-то поддержать девочку, но пока не знал как. Его рука неуверенно тянулась погладить Ринэю по голове, хотя для него делать это было пока недопустимо.

— Ну что-ж... — вновь нарушила тишину Богиня своим мелодичным голосом, словно озвучивала долгожданную развязку интриги. — От мусора избавились... И теперь, так как этот мир был всего лишь пустой заготовкой, я рада представить вам моё новое творение, созданное специально для вас!

Её слова прозвучали мягко, но тонко скрывали сарказм и угрозу.

— Какой ещё новый мир? — раздражённо сказал Юки, одновременно переживая за Ринэю и слушая Богиню.

— Наслаждайтесь смертью, мои великолепные гости... — эхом повторил её высокий самоуверенный девичий голос, уходящий вдаль.

Силуэт Богини растворился среди звёзд, оставляя лишь лёгкое мерцание в ночном небе. А вместе с ним исчез туман, перекрывающий сияние множества ярких звёзд. В небе показался плотный, как тяжелая ткань, космос. Иногда кажется, что до него можно даже дотронуться. Снова стала видна та огромная необычная звезда, состоящая из колец.

Но взглянув вдаль горизонта, Юки заметил что-то странное. Там, куски земли, холмов и гор словно пересобираются между собой.

— Что это? — спросил он, сделав пару шагов вперёд.

Целые участки ландшафта — холмы, скалы, даже куски неба будто сорвались со своих мест, как детали пазла, который кто-то безжалостно встряхнул. Глыбы земли поднимались в воздух, сталкивались, крошились, а затем снова собирались во что-то новое. Пространство стало сливаться с землёй, и словно вода — перемешивалось воедино.

Ринэя вдруг встревожилась. Она торопливо произнесла:

— Всмысле, новый? А как же моё деревце?!

Звуки ударов поверхности земли друг о друга стали слышны всё сильнее. Эта волна двигалась с огромной скоростью, убедив его, что мир за горизонтом меньше, чем казался. Или это только сейчас он становится таким большим...

Мальчика схватили за руку и потянули на себя.

— Пойдёшь со мной?

Глаза Ринэи выглядели пустыми, будто полностью выгоревшими. А лицо истерически выражало страх.

Прямо перед ними по земле прошла трещина. Она рассекла почву, как нож.

Как только Юки успел кивнуть в ответ, звук полностью затих. Вдруг его сердце словно остановилось. Будто кто-то сжал его со всей силой кулаком. Мир в его глазах размылся, и он почувствовал, что с них полились слёзы.

— Нет-нет-нет, — слышался отчаянный тихий голос Ринэи.

Впереди Юки начал различать размытый облик того дерева, возле которого они ночевали. Он понял, что Ринэя переместила его к нему с помощью своей способности.

Не успев ничего сказать, прямо перед его лицом пролетел кусок камня. Потом второй. Под ним стал разламываться мир, образуя глубокую чёрную дыру. Низкий гул начал давить на уши с большей силой.

Хоть снизу не было земли — они не падали, а будто парили в невесомости, пока обломки земли вращались, собирая новую поверхность.

Отпустив руку мальчика, Ринэя без какого-либо плана со всех сил рванула в сторону дерева. Она мчалась вперёд, отталкиваясь от обломков, парящих в воздухе, в то время как время и пространство замедлялись вокруг неё. Юки видел лишь искажённые образы и едва различимую жёлтую полосу, оставляемую её движением. Но трещина пробиралась быстрее неё, разрывая всё впереди.

— Почему именно сейчас? — кричала она.

Но не успев сделать и пары шагов, невесомость сковала её тело, поднимая вверх, лишая возможности двигаться дальше.

А потом — тишина.

Послышался треск, тонкий, хрупкий, как лёд под ногами. Ринэя застыла, а её дыхание прервалось.

Перед ней, то самое деревце, что стояло секунду назад, треснуло пополам.

Кора безжалостно лопнула, образовав взрыв вокруг неё. Древесина расщепилась, разлетев в разные стороны. Ветви дёрнулись, а листья осыпались дождём, застывшим в невесомости.

Она протянула руку, будто могла схватить эти исчезающие фрагменты, но её пальцы проходили сквозь.

Пространство вокруг дрожало, искажаясь, как экран под атакой вируса.

— Да ты тварь! — раздался яростный крик Ринэи.

На её лице читалась сильная злость и отчаяние. Она была в ярости, глаза пылали, словно два уголька в пепле.

Развернувшись туда, где недавно была Богиня, Ринэя сложила ладони рук на уровне груди, и спустя мгновение:

БА-БАХ!

Грохот ударил по ушам, как взрыв, заполнивший атмосферу звоном и треском. Это было так громко, что Юки инстинктивно закрыл уши двумя руками.

Обернувшись в сторону звука, он увидел, как границы этого мира сотряслись и исказились, образовав кольца, словно капля упала на воду. Гул в ушах, как волны, то слышался, то пропадал. Эхо ещё некоторое время расходилось по миру.

Земля под ними срослась в единое целое, будто ничего и не было. Вокруг простиралась мёртвая чёрная трава, которая ещё некоторое время плавно распространялась по территории.

Усталый вздох сорвался с губ Ринэи, прежде чем она рухнула на колени, опустив голову.

— Прости, — тихо произнесла она.

— Это... Ты так? — прошептал Юки, не находя слов как это описать.

Вокруг снова стали слышны звуки. Мир будто ожил, хотя поблизости даже не было вещей, которые издавали бы шум. Казалось, что он сам генерируется в ушах.

И тут, взглянув себе на плечи, Юки заметил:

— Стоп, блин, сумка...

— Что-то случилось? — отреагировала Ринэя.

­— Я сумку свою забыл где-то... там, — ответил он, смотря по сторонам. Он пытался вспомнить, откуда они пришли сюда.

Девочка вскочила и подошла к Юки.

— Прости, это всё из-за меня. Я поторопила тебя...

— Да не, ничего страшного.

— Мы можем пойти обратно и найти её. Вроде, мы пришли с той стороны, — Ринэя уверенно показала рукой чуть правее Юки.

— Да ладно, не стоит уже...

— Ну ты чего?

— Не думаю, что это важно...

— А я думаю, что важно!

***

— Интересно... очень интересно, — почти шёпотом произнёс высокий мужчина, безэмоционально пристально смотрящий вдаль.

Он стоял неподвижно на вершине тёмного, стекловидного утёса в сотне метров от того места, где Юки и Ринэя беззаботно спорили и были у всех на виду.

Зирин, как его звали, был неестественно высок и худ, словно тень, вытянутая до предела. Его кожа напоминала потрескавшийся фарфор тёмно-фиолетового оттенка. Руки Зирина по какой-то причине постоянно тряслись, будто перетерпели что-то ужасное. Его бледно-синие глаза были неподвижно направлены на подростков. Он наблюдал не глазами в привычном смысле, а мыслями, транслируя их речь с огромного расстояния, словно эхолокатор.

— Ты же сказал, что она зашла в портал... — донёсся позади него женский голос.

Он был резок и чист, как удар хрустального бокала, но таким же хрупким, как стекло. Зирин не обернулся. Его синеватые глаза оставались прикованы к одной точке.

За ним на своём великолепном стеклянном троне, который был хаотично разбит на острые прозрачные фрагменты, восседала Элиан. Девушка, созданная из волшебного материала, переливалась оттенками звёздного света, едва пробивающегося сквозь мрак утёса, где они находились.

Её тело местами было покрыто кровью, и сейчас она казалась не богиней, а заложницей — запертой в собственном страхе.

— Да подожди, это не она, — цыкнул ей в ответ Зирин, словно отмахнулся от назойливой мухи. — Кто-то из них тоже с такой же способностью, как та девка. Вот только кто...

Его глаза, холодные и безжизненные, нервно метались между Юки и Ринэей. Его целью было разузнать, кто спровоцировал сильный взрыв на границе мира. Зирин тщательно вслушивался в их разговор, но не мог определить. Он вдумчиво продолжал говорить себе под нос:

— Может, пацан этот... А может, подружка его. Хотя нет, она выглядит слабой.

— Ну так может в этот раз разберёшься с ними сам? Раз уж ты решился расчистить всех перед началом игр? Хороший шанс показа...

— А-ха-ха! — перебил слова Элиан громкий, проницательный и будто фальшивый смех. — Да если я выйду в свет, то все эти ничтожества преклонятся передо мной! Так что просто уничтожь их. У тебя отлично получается.

Девушке не понравился такой подход. Она понимала, что Зирин сильнее её, но это переходило все грани. Голос Элиан дрогнул, но она заставила себя говорить твёрже:

— Я приняла твой союз ради выживания, но после стольких услуг ты тоже должен...

ДЗИНЬ!

Острая, длинная игла — тонкая, как змеиный клык — выскользнула из его ладони и замерла в паре сантиметров от её шеи. Солнечный блик скользнул по лезвию, и на секунду она увидела в нём своё искажённое испуганное отражение.

Зирин наклонился к ней:

— А если кто-то не заткнётся, — прошептал он, — я вгоню эту иглу туда, куда тебя пырнула твоя же дочь... Приятные воспоминания?

Элиан, не показывая страха, вздохнула:

— Давишь на больное?

Вдруг их разговор прервал голос Богини, который эхом плавно разнёсся по всему миру.

— Великолепные игроки!

Резким движением руки игла втянулась обратно, а Зирин развернулся в сторону звука, оставив девушку в покое.

— Этой что надо? — недовольно сказал он.

Богиня продолжала:

— С этого дня время суток будет меняться относительно других звёзд космоса, а значит длительность дня и ночи будет постоянно разной. Так что, удачки!

Разошёлся звук щелчка.

В эту же секунду, у той необычной звезды над миром сложилось одно кольцо, словно книга. Прогремел низкий металлический звук. Так сложилось второе, третье, четвёртое... Спустя девять звонов, небо полностью покрылось мраком. Только разноцветные звёзды точечно испускали свет.

***

— Это что-то новенькое, — удивилась Ринэя, смотря вверх.

— Ладно, завтра сходим поищем.

На этом месте того дерева больше не было, поэтому, по-видимому, ночевать придётся прямо здесь. Юки тихо выдохнул и, прежде чем сесть, провёл ладонью по траве. Он осторожно опустился, чувствуя, как земля мягко проминается под давлением.

Девочка, взглянув на него, улыбнулась и тут же без церемоний плюхнулась рядом. Подняв свой взгляд к небу, она медленно легла на спину, раскинув руки.

— Красивое небо, правда? — прошептала она.

— Ага...

После этих слов Юки тоже лёг на спину, и его взгляд заворожил невероятно красивый космос. Звёзды здесь были совсем другими — не холодными точками, а живыми искрами, будто кто-то рассыпал горсть алмазов по бархатной тьме. Они сверкали, разгораясь то ярче, то приглушённо, словно подмигивая. Там, вдали, висели туманности — лёгкие, как дым, переливающиеся сиреневыми и голубыми оттенками. А где-то по краям вспыхивали и гасли крошечные звёздочки.

И среди всего этого, где-то далеко, едва уловимо, промелькнула падающая звезда. Она прочертила небо длинной, плавной полосой, оставив после себя след.

— Смотри, — восторженно произнесла Ринэя. — Звёздочка упала!

Она повернула голову в сторону Юки, чтобы посмотреть на его реакцию. Мальчик лишь кивнул в ответ. Сделав глубокий вдох и снова взглянув на бескрайнее небо, она сказала:

— Прости, что так вышло...

— Да ты ни в чём не виновата.

— Если бы не я, мы бы могли более спокойно встретить изменение мира...

Юки молчал.

Протянув руку вверх, Ринэя наводила палец то на одну звёздочку, то на другую. Между тем, она продолжала свои слова:

— Возможно, что это растение из моего мира, — голос её стал тише, но чётче. А на лице появилась улыбка. — Хоть я ни разу не видела ни одно из них вживую. Я знаю, что они давали нам свет по ночам, а днём на них распускались красивые цветы.

Её улыбка погасла, а рука резко опустилась на траву, сжав пучок стеблей.

— Но из-за жестоких войн между племенами, астры начали обустраивать полями для соревнований чуть ли не весь мир...

Она провела ладонью по воздуху, словно стирая что-то.

— Срубали одно дерево за другим, пока их не осталось вовсе... Вскоре половину жизни нам пришлось жить в полной темноте. Но за всё время мы адаптировались и научились...

Ринэя повернула голову к Юки. И в этот миг её длинные волосы, лежащие на траве, слабо засветились изнутри тусклым, белоснежным сиянием, озаряя её лицо и ближайшие травинки.

— ...делать свет самим.

Сияние плавными пульсациями переходило от кончиков волос до самого верха.

— Это так красиво, — отреагировал Юки.

— Ой, спасибо.

Свет волос вспыхнул ярко, словно солнечный луч. В этот короткий миг девочка выглядела немного смущённой. Свечение так же быстро угасло, как и появилось, оставив лишь слабый отблеск. Ринэя снова перевела взгляд в небо.

— Я думала, что однажды ночью это деревце засветится, и я смогу показать тебе его красоту... Поэтому так сильно волновалась за него.

— Вот почему той ночью ты стояла у дерева...

— Ага, я надеялась, что оно меня послушает. Но оно никак не хотело светиться.

Мальчик задумался:

«По теории Ринэи в этом мире могут быть объекты, которые присутствуют в различных мирах. В её мире тоже есть такие же растения, как и в моём, но у них они светятся. Значит, возможно...»

— Хех, а я кажется, знаю, в чём причина... — усмехнулся Юки.

— В чём?

Девочка с интересом обернулась на него, желая услышать ответ.

— Дерево это, походу, не с твоего мира, а с моего. У нас это обычные растения, которые хоть и могут цвести, но уж точно не светятся в темноте.

Ринэя резко вскочила, сев на колени около Юки. На её лице виднелось недоумение:

— Да, оно совсем немного отличалось от тех, что были в моём мире...

Говоря эти слова, она оглянулась по сторонам, в надежде увидеть поблизости ещё одно такое растение. Снова посмотрев на мальчика, Ринэя продолжила:

— Так значит, и у тебя были такие же деревья? А я тут волновалась, думала, что для тебя оно необычно...

В эту секунду ветерок легко пробежал по её серебристым волосам, заставляя их мерцать.

Ринэя рассмеялась, так звонко и искренне, что казалось, словно весь мир вокруг на мгновение стал ярче. Белый свет мягко окутал её черты, а звёзды отражались в её зрачках, создавая впечатление, будто в них заточена целая вселенная.

— Если у нас есть что-то общее... — произнесла девочка, глядя вверх на звёзды, — Значит, наши миры не так уж далеки друг от друга, правда?

И в этот миг, под бескрайним ярким небом, рядом с ней, Юки впервые за долгое время испытал необычное чувство. Что-то тёплое и будто давно забытое.

Здесь не было слышно звуков природы, пения птиц или сверчков, но сама тишина придавала ощущения спокойствия и безопасности. Вдвоём они лежали на полностью чёрной безжизненной траве, разглядывая прекрасное ночное небо, которое с этого мира было видно лучше любого другого...

***

— Хорошо. Завтра их убьёшь, — твёрдо произнёс Зирин, поворачиваясь к Элиан после своего наблюдения за ними.

Он двинулся к её трону, и каждый его шаг отдавался в тишине зала тяжелым эхом. С наглой небрежностью он облокотился на подлокотник, слишком уж демонстративно расслабленно.

Девушке не понравилось такое поведение. Сжав кулаки, она тихо ответила:

— Но… они же просто дети. Как они могут...

Вдруг пальцы Зирина дёрнулись — от трона вонзились тонкие, почти невидимые шипы. Боль пронзила руку, по спине пробежала острая, жгучая волна. Мускулы на его лице дернулись, челюсти стиснулись до хруста, перемалывая крик в молчаливую ярость. Резко оттолкнувшись, он отошёл на шаг, будто просто решил сменить позу. И, грубо взмахнув рукой, прервал её:

— Мне всё равно. Мы ведь не хотим лишних соперников...

Он аккуратно наклонился около Элиан, стараясь снова не прикоснуться к острому трону. Его голос стал тише и убедительнее. Почти шёпотом, он произнёс:

— Только так ты сможешь вернуться домой и увидеть свою дочь. На что ты готова ради неё?

Зирин, плавно отойдя, направился в глубь этого утёса. Тень поглотила его фигуру, но последние слова застряли в голове девушки, словно лезвие.

Элиан сидела неподвижно. Её кулаки, сжатые от возмущения его наглостью, разжались. Пальцы бессильно дрожали. В груди кололо что-то тёмное и неудержимое. Она медленно подняла голову — и вдруг её глаза вспыхнули ярким синим пламенем. Свет пылал в глубине зрачков, излучая нечеловеческую решимость и абсолютную, безоговорочную готовность к бою.

Читайте далее: Глава 4: Материнское сердце.