«Разве от того, что я здесь, атмосфера не стала вдвойне некомфортной?»

Лина посмотрела на Сейна, потягивая чай. Он наслаждался едой с непринужденным видом, словно не замечал пристального взгляда окружающих. Сейн ел вторую тарелку, которая была долей Лины.

«А он много ест. Как в него столько влезает с утра?»

Он дружелюбно улыбнулся пожилой горничной, которая раздавала еду, и та до отказа наполнила его и так не пустую тарелку. Лина посмотрела на еду, которой не становилось меньше, хотя Сейн много съел, и украдкой ткнула его пальцем.

― Вы поели?

― Нет, ещё остался десерт.

― …Вы ещё и десерт будете?

― Потому что мне его дали. Мой принцип ― не оставлять еду на тарелке.

― Но вы же едите мою еду.

― Потому что вы мне её дали, Лина.

― …Верно. Тогда я пойду к госпоже первой.

― Если вы придёте без меня, госпожа не откроет вам дверь.

Сказав это, Сейн откусил от яблочного пирога, не обращая внимания на пристальный взгляд Лины. Она холодно посмотрела на него и отвернулась.

«Что я здесь делаю?»

Лина прекрасно понимала, что даже если бы Сейн ел один в рыцарской одежде, он бы стойко перенёс пристальное внимание к себе. И, на самом деле, его это вообще не особо волновало.

― Если вы закончили, может, мы уже пойдём?

― Да, наверное, сейчас самое время.

Сейн встал со своего места, вытирая рот. Он шёл рядом с ней, приноравливаясь к её шагу. Лину раздражало, что Сейн нарушал её границы, но она старалась это скрыть.

«Почему он меня так раздражает?»

Лина остановилась. Она поняла, кого ей напоминает Сейн.

«Да, они определённо похожи».

― Лина?

― А, тут муха летала. Пойдёмте.

Лина и Сейн направились в комнату Велиты. Когда горничная постучала в дверь, та открылась. Когда они вошли в комнату, то увидели, что Велита надевает шляпку, глядя на себя в зеркало, а горничные поправляли её платье.

― Госпожа?

― Лина, Сейн, собирайтесь, мы уезжаем.

― Куда вы едете? Точнее, вы уже готовы выходить?

― Я позвала несколько горничных, чтобы они меня одели. Давай, собирайся. Ты же моя личная горничная, верно? Сегодня, скорее всего, будет напряжённый день.

― Я всегда готов, госпожа.

Лина, которая пришла в себя, услышав ответ Сейна, быстро сказала:

― Я тоже готова, мне нужно только забрать пальто из комнаты, госпожа.

― Вот как? Ты, сходи за пальто Лины. Мы будем ждать у кареты, поэтому поторопись.

Горничная, которая приводила в порядок шкатулку с драгоценностями, кивнула на слова Велиты. Когда она выходила из комнаты, то скривилась.

― Карета уже готова, поэтому выдвигаемся сразу же.

― Куда мы едем, госпожа?

― В ювелирный магазин Адженс.

Велита шла очень быстро. Она так торопилась, что выглядела обеспокоенно. Лина посмотрела на нее и закрыла рот.

«Снова».

Глаза Велиты стали похожи на тёмное море, такое Лина уже видела раньше, но тогда графиня улыбалась. Но сейчас на её губах не было улыбки.

― Я здесь.

Получив пальто, Лина поспешно последовала за Велитой в экипаж. Когда Сейн тоже сел в карету, горничная подвинулась, освобождая ему место. И Сейн, и Лина посмотрели на Велиту, сидящую напротив них.

― Госпожа, могу я спросить, зачем вы едете в ювелирный магазин Адженс?

― Мне нужно кое-что проверить.

― Насколько всё плохо?

― Не знаю.

― Даже если всё плохо, не делайте ничего опасного, как в прошлый раз. Вы можете пострадать.

― …

― Прошу вас, госпожа. Вы знаете, как я беспокоился, сообщать об этом милорду или нет?

― Так ты сообщил об этом?

― Нет, я докладываю только о вашей безопасности. Если вы поранитесь, я сразу же сообщу об этом, но… Я не докладываю о таких вещах.

― На этот раз такого не будет.

― Надеюсь на это.

Когда Сейн закончил говорить, карета остановилась. Харен ждал перед магазином, возможно, с ним связались заранее.

― Прости, что приехала так внезапно, Харен.

― Ничего, комната для почётных гостей всегда готова для вас, Ваше Сиятельство.

― Мебель поменяли?

― Мы поменяли всё на самое дорогое и прочное. Благодаря этому я смог изменить интерьер магазина.

Харен мягко ответил на лёгкую шутку Велиты, пока они поднимались в комнату для почётных гостей на втором этаже. Как только дверь в комнату закрылась, Велита, сидевшая во главе стола, улыбнулась и сказала:

― Ты сможешь получить информацию о незаконном ввозе лекарств от чумы, которое имело место тринадцать лет назад?

― Конечно, госпожа.

Как только исчезли лишние глаза, Харен стал обращаться к Велите по-другому.

― Сколько времени это займёт?

― Для документирования достаточно трёх часов.

Три часа спустя Харен положил перед Велитой стопку документов. Она прищурилась, увидев их.

― Довольно много.

― Это только верхушка айсберга.

― Правда?

― …Госпожа, это действительно только верхушка айсберга. В то время.

― Что ж, как сказал кто-то, за деньги можно купить даже жизнь.

И были жизни, которые были проданы за эти деньги. И Велита, и Харен, оба знали об этом, но не произнесли ни слова.

― Нужно найти брешь.

― О какой бреши вы говорите?

― Это могла быть организованная торговля. И она продолжается по сей день. Просто товар превратился в железную руду.

Услышав слова Велиты, глаза Харена расширились. Некоторое время он молчал, а затем встал.

― …Мы соберём больше данных.

*****

Когда солнце начало садиться, Иан открыл глаза от того, что свет упал ему прямо на лицо. Он чувствовал остаточное тепло на коленях, но маленький зверёк, который заснул вместе с ним, исчез.

«Похоже, мне приснился сон…»

Иан открыл окно, чтобы проснуться окончательно. Дул холодный ветер. В окно было видно озеро и лес. Озеро, окрашенное в алый цвет, было прекрасно. В отличие от него, лес был темнее обычного, и казалось, что тьма шевелилась.

«Мне просто показалось».

Иан закрыл окно и задёрнул штору, зная, что лучше не обращать внимания на это чувство, даже если это была не иллюзия. Повернув шею, которая затекла из-за того, что он довольно долго спал, Иан попытался выйти из кабинета.

― Приходи в лес.

Услышав тонкий голос за спиной, Иан вынул из-за пазухи острый кинжал и бросил его. Фигурка маленькой девочки рассеялась, словно дым, а потом снова собралась.

― Ты…

― Пойдём в лес, дитя мое.

― Нет, я больше туда не пойду.

― Ты не пожалеешь об этом?

― Я уже сожалею об этом.

― Ты о том, что отправил Велиту одну?

― Не произноси это имя.

― Ты скучаешь по ней?

Иан закрыл дверь и вышел, не ответив. Но в его голове раздался громкий смех. Вскоре смех исчез, оставив после себя слово «трус».

«Скучаю».

Иан знал, что ему недостаточно было уже просто обнимать её, любуясь её ласковой улыбкой. Если ему хватит смелости поцеловать её первой, тогда он поймёт, чего же так желает.

― Приди в себя, идиот!

Иан ударился головой о стену, чтобы заставить себя остановить поток мыслей. С каждым днём он всё сильнее страдал от неконтролируемых чувств.

― Господин, вы в конце концов достигли уровня самоистязаний?

― Фил?

Дворецкий подошёл к Иану, схватил его за плечо и сказал.

― Не лучше было бы просто отправиться в столицу?

― Нет.

― Ох… Господин, госпожа поймала Сейна.

― Что? Как?

― Это случилось во время встречи с герцогиней Итан. Он сразу же прислал почтового голубя.

⎾ Прошу прощения, милорд. Герцогиня Итан такая же, как мы. Меня поймали! Поэтому мне ничего не оставалось, как рассказать всё госпоже. Это не было секретом, так что все должно быть в порядке, верно? В дальнейшем я останусь рядом с ней, маскируясь под эскорт. А, и госпожа просила кое-что передать вам. Чтобы вы приготовились к тому, когда она вернётся, будет жарко. А ещё, что милорд ― трус. Госпожа сказала это с улыбкой, но не думаю, что она обо всём с лёгкостью забудет, учитывая характер госпожи.⏌

Иан, закончив читать письмо, вздохнул, подумав о Велите. Он ненавидел себя за то, что думал о том, что хочет увидеть её, даже если в данный момент она была зла.

― …Поэтому ты хочешь, чтобы я поехал?

― Потому что страх наказания хуже, чем само наказание.

― Будет лучше, если я сам приеду, чтобы меня отругали?

― Хм, ну… Я не уверен. Но этот старик считает, что лучше отправиться к госпоже и защищать её там, даже если она вас будет ругать, чем быть здесь.

― Но я позволил ей сбежать, поэтому я не могу догнать и поймать её.

― В конце концов, выбор остается за господин. Позвольте мне откланяться.

Фил ушёл, а Иан снова подумал о Велите. Каждый раз, когда кто-то упоминал её, у него болело сердце. Иан ещё раз ударился головой о стену и сел, чувствуя, что ему хочется плакать.

«Я не могу плакать».

Слёзы, которые Иан пролил, когда думал, что потерял Велиту в лесу, были первыми с тех пор, как он закрыл свое сердце для людей. И даже после этого он часто плакал перед ней. Всё это было вызвано страхом потерять Велиту. Но после её ухода Иан не мог заплакать. Слёзы, которые однажды прорвались, всегда были наготове, но они не проливались.

«Ты тоже скучаешь по мне? Ты сейчас плачешь? Или смеёшься?»

― Ха-ха-ха…

Велита смеялась. Но это не был счастливый смех. Скорее, её лицо было искажено, словно она могла заплакать в любой момент. Документов, разбросанных по полу вокруг карты, было достаточно, чтобы укрепить её подозрения.

― Большинство людей, от которых я это ждала, продавали лечебные травы в другие страны.

― Таким образом они смогли заработать больше денег. Самое важное ― те, кто стоят в начале всего. Должен быть кто-то, кто является центром тринадцать лет назад и сейчас.

― Данных тринадцатилетней давности недостаточно. Они дают всего лишь общее представление.

― …На самом деле, если посмотреть на то, что у нас уже есть, всё может быть не тем, что кажется.

― Да, я выясню, куда уходят их деньги.

― Да, в итоге мы снова вернулись к самому началу. Сначала мне нужно отобрать возможные кандидатуры.

― Госпожа, это действительно кто-то из аристократов? Мне действительно сложно понять, кто так мог поступить в такое неспокойное время.

― …Не знаю. Пока что я знаю только то, что это кто-то из светского общества. Вам следует поискать другие влиятельные фигуры.

― Хорошо.

Всё сказав, Велита села на диван. Лина убрала остывший чай и поставила перед ней только что заваренный.

― Все должны молчать о том, что сегодня произошло.

― Хорошо.

― Да, госпожа.

― Конечно!

Получив подтверждение от всех троих, Велита отпила чай. На её лице снова появилось холодное выражение, а губы сжались в тонкую линию.