Я двигался тихо — в рамках того, что мне позволял мир. Мои бронированные ноги делали негромкое «шлёп-шлёп-шлёп». Иногда раздавался стук устанавливаемой таблички. Следуя за указаниями стрелки компаса, я шёл туда, где, по моим расчётам, было паучье гнездо.

— Ш-ш-ш-ш!

— Началось, — прошептал я и шагнул за угол в том самом коридоре, где был побеждён, — прямо над рассадником пауков.

Чтобы избежать удара в спину, я запечатал оба края туннеля камнями и деревянными дверями. Затем я блокировал выстроенную мной лестницу вниз, подошёл к дыре в полу и убрал закрывавший её блок.

Снизу тут же сверкнула пара пунцовых огней: монстр приготовился к прыжку.

— Время искупаться, — сообщил я и вылил в дыру ведро лавы.

За секунды жидкий огонь пожрал пауков, паутину и пламя в клетке, порождавшее арахнидов.

Я не глумился и даже не отреагировал на победу. Я собрал лаву в ведро, подождал, пока испарится остаточная лава, и подготовился к встрече выживших. Их не оказалось. Я выиграл свою первую тактическую стычку без единой царапины.

Затем я перешёл к камере скелетов. Я услышал слитное щёлканье до того, как увидел их. Четверо снаружи. Несомненно, внутри есть и другие. Они увидели меня, а я — их. Они подняли луки, но я не заслонился щитом. Стоит принять пару стрел, чтобы установить моё новое чудо-оружие, которое называется «раздатчики». Книга описывает раздатчик как подобие машины по продаже вещей. Они могут содержать много разного и выплёвывать содержимое, когда включаются. Наверное, их придумали, чтобы сэкономить усилия, но раздатчики легко использовать как оружие.

В них я пометил не инструменты либо факелы, а пучки смертоносных стрел. Установил натяжную нить на железных крючках — спасибо за них книге про красный камень! — между раздатчиками и скелетами, и встал поодаль, чтобы наблюдать за сценой.

— Раздай-ка им! — смеясь, выговорил я.

Раздатчики выплёвывали смертоносные снаряды, как пулемёты моего мира, неустанно избивая костистых лучников. Ливень стрел не прикончил скелетов на месте. Да ему и не требовалось. Я хотел задержать их и отвлечь. Пока враги угощались своим же злом, я прокопался вокруг комнаты с рассадником и проломился сквозь дальнюю стену внутрь — как раз к моменту рождения очередного костлявого врага.

— Ох, дружок, доброй ночи, — сказал я ему.

Сверкнуло алмазное лезвие.

Разбив клетку с порождающим монстров пламенем, я выглянул в дверь. Там раздатчики заканчивали с последней жертвой.

Тогда я вернулся тем же путём, каким пришёл, поскольку ловушки и мины не распознают хозяина, и принялся их разбирать. Войне далеко до финала, у стрел и раздатчиков ещё много работы.

Моя следующая ловушка состояла из раздатчика и небольшого, ранее не использовавшегося набора предметов, называемого «кремень и кресало». Он состоит из С-образного куска железа и осколка кремня. Если ударять одно о другое, вспыхивает маленькое, быстро гаснущее пламя. Однажды я нечаянно его сделал, но не смог найти применения.

Теперь я знал, зачем он.

Если поместить кремень и кресало в раздатчик и поставить рядом с нажимной пластиной, раздатчик действует как мина, надёжно защищающая тылы. Не забывайте, что монстров могут производить не только рассадники. Чудовища могут случайно возникать в уцелевших участках темноты.

Как только я установил первую ловушку, из коридора донёсся стон зомби. Ага, вот и ходячий мертвец вынырнул из темноты. Я отошёл на несколько шагов, но не настолько, чтобы монстр перестал меня ощущать. Зомби медленно и тупо поплёлся вперёд. Он совсем не чувствовал опасности.

— Не останавливайся, — подбодрил я. — Давай получай подарок.

Тварь ступила на нажимную пластину, она активировала раздатчик, и тот ударил кремнем по кресалу. Вспышка — и зелёный монстр запылал. Ворча, шевелящийся факел побрёл ко мне.

— Гори, детка, гори! — пропел я, отступая со скоростью монстра.

Через несколько секунд я понял, что огонь не прикончит тварь. Однако зомби ослабел, и хватило одного сильного удара мечом.

— Неплохо, — отметил я и расставил новые ловушки в проходах и коридорах.

Ловушки сработали великолепно. Я слушал, как вопли сгорающих зомби эхом разносятся по туннелям.

— Не беспокойтесь, я скоро прекращу ваши мучения, — пообещал я и сосредоточился на новой ловушке.

Она не отличалась оригинальностью, но была гораздо смертоноснее других: нажимная пластинка, люк и яма, наполненная лавой.

— Эй, ты, любитель бубух! — крикнул я ближайшему криперу. — Сюда!

Странным образом живая бомба повернула в другую сторону.

— Болван, не туда! — вскричал я и поднял лук.

Я всадил стрелу ему в спину, и притом — вы не поверите — надеялся, что не убью. Молчаливая зелёная колонна повернулась, зафиксировалась на мне и медленно заскользила вперёд.

— Правильно! — заорал я и отошёл на безопасное расстояние. — Вот твоя мишень!

Крипер вплыл на пластину, упал в люк, загорелся и, подпрыгивая, сдался неотвратимой судьбе.

— Как жалко! Мне бы пригодился порох, — глядя, как враг обращается в дым, заметил я.

Я нашёл дорогу в главную пещеру и коридор, выводивший в дыру прямо над озером лавы. Расставляя свои аттракционы ужасов, я услышал хихиканье. Оно становилось всё громче. Из-за угла явилась пара ведьм, держащих в руках свои невразумительные страшные снадобья.

— Идеально! — воскликнул я. — Вот вы заслужили больше всех!

Я дёрнул за рычаг, и по несущим энергию рельсам помчалась вагонетка. Новая комбинация дерева, золота и, конечно, красного камня послала мой самодвижущийся снаряд прямо в злодеек.

Маниакально хихикая, они полетели с обрыва в кипящую лаву.

— И кто теперь смеётся? — заорал я — и через мгновение понял, что всё-таки они. — Зато я посмеюсь последним, — добавил я.

Я прыгнул в вагонетку. В руке — пакет новых рельсов. Наклонившись вперёд, будто на носу лодки, я мог заставить вагонетку ехать саму. Уложить новую секцию рельсов впереди, соединить их с предыдущими — и можно носиться по туннелям, как гоночная машина.

Если бы не война, наверное, гонять было бы чертовски приятно.

— Уже скоро, — мчась по бесконечным туннелям, уговаривал я себя. — Как только вычищу этот лабиринт, построю внизу американские горки. Вот будет круто!

Прокладывая на ходу рельсы и поворачивая в нужную сторону, я проверял список побед. Пауки: сожжены. Скелеты: уничтожены. Случайные участки темноты: освещены. Проходы: заминированы. Остался один рассадник — и мы выиграли!

Я остановился поблизости от места размножения зомби, соскочил с вагонетки и, будто маньяк, кинулся к двери.

— Гры-ы-ы, — сказал зомби и высунул голову.

— На место! — заорал я и ударил щитом.

Я хотел, чтобы тварь оказалась заперта внутри, — но не пала. Не успел монстр опомниться и сгруппироваться для удара, как я заложил вход стеклянными блоками.

Стекло? Именно! Я не только заложил им дверь, но и заменил все каменные блоки стены на стеклянные. Я запланировал кое-что особенно интересное для моих шаркающих ногами друзей.

Закончив первую стену, я построил вторую за блок от первой и заполнил пространство между стенами водой.

Вы спросите, почему водой? Да потому, что она — единственное вещество, способное поглотить энергию взрыва ТНТ. На эту идею я набрёл, вспомнив своего первого крипера. Помните, он сделал дыру в песке у самой лагуны? Но ведь взрыв повредил только берегу, а блоки даже под небольшим слоем воды остались невредимыми.

Я считал себя предусмотрительным. Проверил свою теорию в пещере с остывшей лавой — и всё сработало. Потом сделал лестницу наверх, к потолку комнаты рассадника, вынул несколько блоков наверху и заполнил образовавшееся пространство ТНТ.

Я считал себя крайне осторожным. Провёл запальную дорожку из краснокаменной пыли до самого низа и поставил на последней ступеньке деревянную кнопку. Как символично и поэтично — ведь кнопку я создал первой. Всё вернулось на круги своя.

— Вы были моими первыми врагами и станете последними, — насмешливо объявил я зомби.

Когда я наклонился, чтобы нажать кнопку, во мне всплыло смутное воспоминание — какие-то слова о другой кнопке и другом взрыве. Странно — в моём воображении нарисовалось грибовидное облако.

— Бух-бада-бум! — выговорил я и нажал маленький деревянный квадратик.

И мир кончился.

По крайней мере так показалось, когда рвущий перепонки взрыв разнёс комнату, зомби и факелы, освещавшие мою «победу».

— Я-ху-у-у-у! — торжествуя, завопил я, но мой крик захлебнулся в огромной волне.

«Наверное, разбилась верхушка стеклянной стены», — подумал я и решил отступить.

Но не смог. Что-то не позволяло мне это сделать. Я обернулся.

За мной рухнула целая стена гравия.

Я посмотрел вверх, чтобы определить, откуда течёт, — и моё сердце застыло в ужасе: я допустил огромную ошибку, я не представлял, насколько дно океана близко ко мне, решив, что над моей головой — толстая скала. Взрыв не только распорол дно океана, но и высвободил огромные залежи гравия за моей спиной.

Я в ловушке. Идти некуда. Только вверх.

Так далеко.

Так медленно.

Холодно. Темно.

ХРУСЬ!

Я открываю рот, но вода глушит стон.

ХРУСЬ!

Всё как раньше. Начало и конец.

ХРУСЬ!

Я потянулся к далёкому свету, дыханию и жизни.

ХРУСЬ!

Конец — это новое начало.

ХРУСЬ!

Теперь я всё понял…