— Ассасинация на данном этапе потребует слишком много ресурсов. Это всё еще возможно, но не идеально. С учетом того, что вторжение демонов не за горами, добыча чешуи левиафана в будущем может стать проблемой. Вскоре я намерен начать торговлю с Одиром ради чешуи, которая еще не распродана. Если Ной перестанет быть Лордом, торговля может осложниться по многим причинам.

— Зачем торговать? Вы можете просто найти повод для санкций против Халдора. Король Лазарь — кажется, так его зовут, если мне не изменяет память — будет вынужден капитулировать. К чему колебания, король Оберон? Ваше Королевство Эбонрич превосходит Халдор по всем статьям.

Король Оберон закрыл глаза и вздохнул.

— Это, честно говоря, оскорбительно — полагать, что я куплюсь на подобное, Святая Дева.

— Хе-хе!

Все великие монархи желали падения друг друга, чтобы возвыситься самим. Дерзкая Святая Дева, юная правительница церкви Калисты, чья резиденция находилась в Королевстве Руна под покровительством королевы Валерии, непринужденно попыталась подтолкнуть Оберона к санкциям, которые стоили бы ему гораздо больше, чем он мог бы приобрести.

— Моё решение неизменно. Я не допущу, чтобы Ной был убит, запуган или ранен. Я не могу позволить, чтобы надежная «золотая антилопа», приносящая чешую левиафана, противостояла мне еще сильнее, чем это уже диктует мой статус великого монарха.

— Если вам нужна только чешуя, Герои легко могут уничтожить подобное сущес...

— Нет.

Голос резко прервал королеву Изольду из Королевства Эйра.

— Прошу прощения?

— Мы не станем размениваться на истребление обычных монстров.

Никто не проронил ни слова после этого непреклонного заявления Героя. Он сидел спиной к окнам, и солнце отбрасывало зловещую тень, скрывая его лицо и даже дикие, чисто-белые волосы во тьме. Монархи в зале нахмурились и заерзали в креслах, но промолчали. Столкнувшись с подавляющей силой Героев, правители, привыкшие быть самыми могущественными в любом месте, почувствовали себя муравьями и медлили с ответом.

Кроме одной, разумеется, которая заговорила без колебаний, не открывая глаз.

— Успокойся, Герой. Сочти за честь уже то, что тебя пригласили на этот совет великих монархов. Ни один другой Герой не может похвастаться подобным. Это признание мощи, которой вы четверо обладаете — мощи, сопоставимой с целой великой нацией у каждого. Это заслуживает уважения. Однако мы не позволим вам проявлять столь явное неуважение.

На лице Героя проступили едва заметные черты ухмылки.

— И что? Ты что-то сделаешь с этим, императрица Сети?

Глаза и рот императрицы Сети остались закрытыми; она не выразила ни малейшего намерения отвечать на провокацию. Ни складки её фиолетового юката, спущенного с одного плеча, ни её фиолетовое каре, скрывающее один глаз, даже не колыхнулись под натиском угнетающей маны, в которой Герой медленно грозил утопить комнату.

Давление маны продолжало расти, и его мощь была видна по каплям пота на лицах большинства присутствующих. Казалось, она вот-вот сокрушит барьеры, наложенные архимагами на стены зала, но внезапно мана исчезла, будто её и не было. Герой откинулся на спинку кресла, всё еще сохраняя слабую ухмылку. Сети никак не отреагировала на его выходку.

Снова воцарилась тяжелая тишина, пока королева Валерия громко и нарочито не кашлянула.

— Мы переходим к следующему пункту повестки — вторжение демонов с запада. Учитывая масштаб угрозы, я предлагаю, чтобы каждый герой возглавил контингент и выстроил линию обороны между малыми странами и землями демонов. Король Оберон, полагаю, ваш Эбонрич, находящийся дальше на севере, справится сам?

— Нет. Мы будем полагаться на Героев. Королева Валерия, советую вам прекратить попытки втянуть меня в ненужные потери.

Медеус заметил, что ему незаметно подали знак говорить.

— Ладно, король Оберон, королева Валерия, пожалуйста, хватит. Мы, Герои, уже разработали план обороны.

С этими словами он обратился к Героине Фабер, которая передала ему свернутый пергамент размером с её собственный торс. Медеус развернул его перед собой, удерживая так, чтобы видели все в зале.

Прошло несколько мгновений, пока монархи анализировали написанное, прежде чем король Оберон озвучил то, что заметили остальные.

— План, при поверхностной оценке, кажется достаточным, за исключением дыры в оборонительном валу. Почему Халдор, малая страна, расположенная буквально на полосе рядом с Демоническим лесом, оставлен совершенно без защиты?

— А, это... это было его решение.

Все взгляды, кроме Фабер и Кьюпит, сидевших рядом, обратились на Героя, на которого указал Медеус. От увиденного у большинства монархов по спинам пробежал холодок.

Искаженная, злобная гримаса застыла на его лице, всё еще скрытом тенью.

— Я просто экспериментирую. Не волнуйтесь, оборона от вторжения с нашей стороны пройдет безупречно. Даже если нет — это всего лишь малая страна, которая будет разрушена, верно? Всем плевать.

— Мне не плевать! Я только что заявил, что лорд на той территории — моя... золотая... антилопа... Нет, приношу извинения.

Король Оберон капитулировал под уничтожающим взглядом Героя, когда тот повернулся к нему с этой гримасой чистой злобы.