Ной прижал указательный и средний пальцы правой руки к вискам, безуспешно пытаясь унять пульсирующую головную боль. Последние несколько дней он только и делал, что вел переговоры с дюжиной торговцев, сбывая части левиафана, и это было лишь верхушкой айсберга его проблем.

Став новоиспеченным бароном, он столкнулся не только с типичной дворянской рутиной, но и с трудностями, вызванными продажей товаров, которых континент еще не видывал. К примеру, трон Халдора наконец-то обратил внимание на внезапный приток мяса левиафана, и Ною пришлось официально признать, что именно он сразил чудовище. Это повлекло за собой гору новой работы: сначала нужно было доказать сам факт подвига, а затем посещать бесконечные приемы. Там напыщенные аристократы осыпали его фальшивыми улыбками, за которыми скрывался лишь один вопрос: как бы поудачнее примазаться к его триумфу или же вставить палки в колеса.

К счастью, жена время от времени приходила на помощь, заметно облегчая его участь. Жаль только, что помогать она могла лишь в общих вопросах — её одержимость тренировками не оставляла времени на изучение тонкостей бюрократии. Ной подумывал нанять секретаря, но найти того, кому можно доверять и кто не окажется засланным казачком от какой-нибудь враждебной фракции, было той еще задачкой.

Вдобавок ко всему, каждый раз, когда он надолго забрасывал тренировки, в сердце стреляла фантомная боль. Как это там называлось? Психосоматические симптомы? Что-то вроде «обратной травмы», когда солдаты, слишком долго пробывшие вдали от передовой, начинают страдать от физических недомоганий. Они могли ненавидеть войну всем сердцем, но уже не могли жить без неё.

Ной убрал руки от висков и с тяжелым вздохом отложил документ. Он откинулся на спинку кресла из дорогой древесины дарбеана, прикрыл глаза, а мгновение спустя снова открыл их, глядя в окно — туда, где тренировалась Ариэль.

Он обустроил тренировочную площадку прямо под окнами поместья, а рядом приказал возвести отдельный кабинет. Так он мог наблюдать за её занятиями день и ночь. Поначалу Ною эта затея показалась слегка жутковатой, и он хотел от нее отказаться. Но когда Ариэль случайно услышала об этом, она подошла, крепко сжала его предплечье и твердо сказала:

— Да. Сделай это.

Приятно удивленный и слегка озадаченный, он построил кабинет из того самого экстравагантного дарбеана, который теперь мог себе позволить благодаря богатствам левиафана.

Истинные причины её энтузиазма вскрылись позже, одной особенной ночью, когда они впервые решили предаться «ночным утехам». Оказалось, у его жены была тяга к эксгибиционизму. Эта стоическая, гордая воительница, которая превращалась в милую восторженную девчонку только в пылу яростной битвы, оказалась любительницей острых ощущений. Впрочем, Ной не собирался её осуждать. Он понимал азарт подобного риска и не имел ничего против, хотя поначалу это его изрядно огорошило.

Если не считать её специфических предпочтений, вид из окна всегда действовал на него умиротворяюще — Ариэль на арене всегда была у него на виду.

Сейчас мягкий оранжевый свет заката падал на её распущенные огненно-рыжие волосы. В сочетании с её суровой красотой и тем, как она вращала копье, Ариэль казалась воплощением богини войны. Глядя на неё, Ной уронил голову на стол и позволил сну забрать себя. Он не спал уже тридцать часов и, в общем-то, с делами на сегодня было покончено.

К несчастью, у судьбы были другие планы. Стоило ему провалиться в сон, как дверь с грохотом распахнулась.

— Твою мать! Да я из тебя всё дерьмо выбью, ублюд... ох. Добрый вечер.

Ной вскочил в ярости, но тут же прикусил язык, заметив красно-золотые одежды незваного гостя. За спиной мужчины стоял Седрик, прижимая ладонь к виску — точь-в-точь как Ной пару минут назад. Рядом с ними застыла горничная.

Сбитое дыхание Седрика и его понурый вид сказали Ною всё. Человек в вызывающем красно-золотом наряде явно принадлежал к королевской семье Халдора и бесцеремонно ворвался в поместье. Седрик пытался его сдержать, понимая, как Ной отреагирует на подобное вторжение в свой кабинет.

— Кхм. Чем могу быть полезен в этот чудесный вечер? — Ной сделал вид, что не орал только что ругательства, пытаясь спасти свою репутацию. Этот человек был связан с короной, и производить на него плохое впечатление не входило в планы. Увы, было уже поздно.

Мужчина застыл с ошарашенным выражением лица, а через мгновение в комнату вошла Ариэль.

— Ной? Я слышала твои крики. Кого мне избить? Я как раз в настроении для хорошей взбучки... Ой, а это кто? Выглядит как дебил. По-моему, из него выйдет отличный манекен для битья.

Ариэль, помешанная на битвах и тренировках, понятия не имела, как выглядят особы королевской крови. Ну, теперь-то его уже никто бы не узнал — лицо бедняги было превращено в кашу. Ариэль прибила его одним ударом.

В панике Ной немедленно начал трансформацию.

«Имитация: Единорог x 8!»

Спустя некоторое время четверо человек — женщина со своим фирменным бесстрастным лицом, двое мужчин с потухшим взором и один очень, очень злой господин — сидели за столом из дарбеана в кабинете Ноя.

/ Послесловие переводчика:

Привет! Я ожил и все-таки решил довести перевод до логичной паузы на 120 главе, дабы снять пунктик в своем списке.