Сколько же времени прошло с тех пор?

Как только звуки битвы стихли, окровавленный наконечник копья описал в воздухе дугу. Вжух — со свистом рассекая воздух, Онест одним движением стряхнул с него кровь, словно капли с зонта.

Похоже, он закончил зачистку монстров. Закинув на плечо свой «Древний артефакт» — копьё, — он обернулся.

— Эй, Алек. А почему ты используешь только «Тандерболт»?

Он задал этот вопрос как ни в чём не бывало, даже не поморщившись от трупного смрада, от которого сворачивался нос.

— А?

— Ну, ты же владеешь всеми видами атакующей магии, но использовал только «Тандерболт». Кстати, в бою со стариком тоже.

…Если подумать, так оно и было.

Я и сам не замечал, но, похоже, в любой ситуации рефлекторно использовал именно «Тандерболт». Хотя в академии я старался применять разную магию, чтобы быть готовым ко всему.

И тут в моей голове почему-то всплыло лицо одного человека.

Лицо наследного принца.

Этого самонадеянного, но при этом абсолютно бездарного принца, чья уверенность в себе была совершенно не подкреплена силой.

— Этого я убью сам! Так что вы не лезьте!!

Он, видимо, отчаянно жаждал славы. Сколько же мне пришлось попотеть, чтобы защитить его, когда он с этими словами бросался на монстров, с которыми ему было явно не справиться.

Из-за этого мне пришлось с нуля изучать вспомогательную магию, которой я никогда не владел, а для экстренных случаев оттачивать именно «Тандерболт», как самое быстрое заклинание…

В этот момент в моей голове что-то щёлкнуло. Словно недостающий кусочек пазла встал на место.

— …

Точно. Я ведь постоянно тренировал «Тандерболт», чтобы в любой момент спасти принца.

Но признаваться в том, что это пережиток времён, когда я был его нянькой, мне совсем не хотелось. …Если я скажу это, Онест меня точно засмеёт.

Поэтому я отвернулся и перевёл взгляд в сторону.

— …Так. Идём дальше.

Я сделал вид, будто предыдущего разговора и не было, и собрался идти, но…

— Что ты скрываешь? Говори.

…он преградил мне путь и впился в меня обвиняющим взглядом.

— …Тебе показалось.

— Хо-о. Скрывать что-то от меня? А ты смелый, да?! А?!

— Ты и сам только что кучу всего от меня скрывал!

Не говори, что забыл! И вообще, кто бы говорил?!

Я высказал ему всё, но толстокожесть Онеста, казалось, была непробиваема.

— Пф, это дела давно минувших дней! — ответил он как ни в чём не бывало. Неудивительно, что меня охватило желание его придушить.

— …Шуметь, конечно, можно, но, пожалуйста, не выдыхайтесь до того, как мы проверим, что там, — сказала Йорха, почему-то с укором глядя не только на Онеста, который был явно виноват, но и на меня. Вот уж попал под раздачу.

— …Что значит «там»? — переспросил я, не поняв, о чём речь, и проследил за её взглядом. Присмотревшись, я увидел вдалеке массивную, старинную железную дверь.

— А-а, второй босс этажа.

Так называемый мид-босс. Или же — «безопасная зона».

За этой дверью скрывался босс, на ступень слабее основного босса этажа, охраняющего проход на следующий уровень. Поэтому его и называли мид-боссом.

Однако в комнате за этой дверью можно было не опасаться нападения других монстров, а после победы над мид-боссом, если не выходить наружу, это место превращалось в «безопасную зону». Если же выйти, то через некоторое время мид-босс возрождался. Но из-за возможности спокойно отдохнуть авантюристы и называли такие места «безопасными зонами».

— Ну что, как поступим?

— Как-как, идти надо, — конечно же, именно Онест попытался продавить своё решение, не дожидаясь мнения остальных.

Был немалый шанс, что спасаемые могут отдыхать в одной из таких «безопасных зон», которых на этаже несколько. Так что, чтобы не разминуться, заглянуть туда было бы разумно. Но как только откроешь дверь, бой с мид-боссом начнётся автоматически.

— …Ну, независимо от того, есть там кто-то или нет, отдохнуть здесь было бы неплохо, — сказала Класия.

Сколько времени мы уже провели в подземелье? Часы здесь носить не рекомендовалось. «Время может стать ядом, отравляющим твой разум», — эту фразу нам твердили в академии постоянно.

— К тому же, мы на 64-м этаже впервые. Если мы ищем людей, то нам нужно как можно скорее обменяться информацией о структуре этажа, — добавила она, заметив, что в месте, где в любой момент могут напасть монстры, спокойно всё обсудить не получится.

Возражать против этого не было причин, и я согласился.

— Решено.

И вот, когда мы определились с планами, земля под ногами вдруг едва заметно дрогнула. Если бы мы сражались, то, скорее всего, и не заметили бы. Прислушавшись, я уловил зловещий гул, похожий на дрожь земли.

— …А? — Онест тоже это заметил. Он первым отреагировал на вибрацию и звук, удивлённо вскинув бровь. — Эй-эй-эй. А мы, случаем, не сорвали джекпот?

На секунду я подумал, что это Левиэл шумит, чтобы привлечь внимание, как до этого Онест. Но это был не звук битвы, а звук разрушения. Звук, который возникает, когда что-то без разбора крушат. И он не прекращался, а наоборот, нарастал.

— …Похоже, кто-то очень зол, — заметила Йорха, по характеру звука определив, что его источник не сражается, а просто в ярости всё крушит.

С монстрами обычно нельзя договориться, но известно, что они куда вспыльчивее людей. Судя по тому, что звук был слышен так далеко, бушевал монстр уровня босса этажа. И он, несомненно, был в бешенстве.

Вывести противника из себя — эффективная тактика в бою с монстрами, но мало кто способен так искусно спровоцировать существо, не понимающее слов. Нужно было методично давить на его больные точки, издеваться и насмехаться… И тут я подумал:

— …Кстати, в группе Кристы как раз был один такой мудак, — состроив кислую мину, сказала Класия. Её выражение лица тут же передалось Йорхе и Онесту.

— …А, точно, был там один. В команде гориллы-качка был тот ещё отморозок, — оценка была самой низкой. Было очевидно, что ничего, кроме ругани, я об этом человеке не услышу.

— Запомни на всякий случай, Алек, — сказал Онест, видимо, заботясь обо мне, несведущем. — Локи Сильверия. Тот, кто довёл монстра до белого каления, — это, несомненно, он. Первостатейный мудак из группы S-ранга, который бесит одним своим существованием. В народе его так и зовут — «Мудак».

…Что-то мне подсказывает, что это не «в народе», а только ты его так называешь.

Я хотел было это сказать, но, увидев кислые мины Класии и Йорхи, решил промолчать.