В шестом классе Мисоги во время осеннего культурного фестиваля вместе с Тихаей отправился в кабинет четвёртого класса. Вот только вели себя там не по-детски, атмосфера была дольно странной.

Тихая вздохнула.

— Вот ведь. Здесь и там, всюду, всюду, всюду всё из-за неё. Как надо было растить, чтобы она стала такой злюкой?

Дети и взрослые с утра были напряжены. Причина была очевидна. Мико.

Всё из-за её слов, сказанных в том году перед фестивалем.

... Устроим соревнование, кто меня сильнее повеселит.

После её слов все забегали и в школе началась суета.

Большая часть старших ребят из её окружения поддалась. Были даже несколько учителей. Утром ей преподнесли букет роз, и даже нашёлся тридцатилетний учитель, который раздавил его.

Её красота и жестокость сводили с ума даже взрослых.

Главной проблемой стали «жертвоприношения».

В группах выбирали кого-то самого низшего или того, над кем издевались, и преподносили девочке. А она сказала «можете делать с ними всё, что захотите». В том году Мисоги даже не верил в происходившее. Всё же в прошлом году на фестивале он старался держаться от королевы с её свитой подальше.

Дети были напуганы и плакали.

Но настроение у Мико даже не поднялось. Все изгалялись как могли, а настроение у неё только портилось.

Никто не смог заставить её улыбнуться и во второй половине дня она сказала: «Всё, хватит, слишком скучно». Все дети сразу же разошлись.

Но после всего этого безумия остался страх перед королевой, подавленность и шок от направленной травли. После фестиваля радикально настроенных прислужников просили остановить как более нейтральные дети, так и учившиеся на других годах обучения.

В этом году Мико не выказывала интереса к фестивалю. Похоже школа осторожно попросила её не повторять прошлый год.

И всё же многие не забыли события прошлого фестиваля.

— Думаю, многие приспешники королевы её ненавидят. Просто из-за «таланта» боятся. Если мы предложим, может они... — говорившая Тихая замолчала. В кабинете первой группы четвёртого класса была королева.

Они пришли посмотреть на картинку сестры Тихаи. Сама Юу находилась в больнице. Но её картинку выставили. И Мико смотрела именно на неё.

Темой были «мечты о будущем».

Тихая сразу же разозлилась.

— Что ты делаешь? Не смотри на картинку моей сестрёнки.

Мико бросила на них взгляд, а потом снова посмотрела на картинку.

— Просто пришла посмотреть, в этом вроде ничего такого нет... Тихая, твоя сестра нарисовала клубную деятельность средней или старшей школе?

— ... Какую ещё клубную деятельность?

— Нет. Ничего. Скажу как есть, рисует она так себе. Но я завидую её мечте — наслаждаться клубной деятельностью в старшей школе.

Эти слова переключили внутренний переключатель в Тихае. Она тут же стала воинственной. Девушка зло посмотрела на Мико. Мисоги не смог её остановить. И мальчик понимал, что в данном случае виновата Мико.

— Чего? Иди ты. Из-за того, что Юу болеет, можно над ней насмехаться?

— Разве такое было? Может я что-то не так сказала? Я не в том смысле. Я сочувствую твоей сестре. И завидую я тому, что она думает не о каком-то далёком будущем, а о том, что поблизости.

— Хизаки-сан, — тут позади них прозвучал голос. Мико замолчала.

Это была ученица второй группы шестого года, Сандзё Юме. Когда-то давно она тоже играла с Тихаей, но сейчас была заводилой соседнего класса, верная королеве. Увидев Мисоги и Тихаю, девочка застыла. А потом собралась и пошла вперёд.

— Хизаки-сан, вы ты где. У нас для тебя подарок.

Мико наконец посмотрела на Сандзё. Мисоги сразу подумал, что дело плохо. Девочка явно была недовольна. Но Сандзё этого не поняла.

— Ты ничего не говорила, но мы хотим реванша за тот год. Тебе ведь не нравится Унехара из пятого класса? Мы его схватили. Разденем до гола и опозорим как следует. Мы бы хотели, чтобы ты пришла посмотреть...

— Исчезни.

Сандзё напряглась, улыбка стала более натянутой.

— А, э-это. Хизаки-сан, он ведь тогда над нами...

— Ты не слышала? Исчезни. С глаз моих долой.

Голос был раздражённым, Сандзё побледнела. Она так и застыла у входа. Мико вытянула правую руку и шагнула к девочке. У той перехватило дыхание, и она в спешке убежала. Мисоги и Тихая какое-то время переглядывались с Мико.

— Скучно, — пробормотала девочка. Над головой Мисоги появился вопросительный знак.

— ... Что?

— Я вот что хотела сказать, Тихая. Твоя сестра мечтает о том, чтобы и дальше радоваться жизни здесь через несколько лет. Я считаю, что она скучная, но она с оптимизмом смотрит в будущее. И этому я завидую. Тому, что можно наслаждаться обычными днями.

Мисоги понял и сказал:

— Тебе скучно?

— Скучно, скучно, скучно. Всё так, как я хочу, всё только так, как я желаю, вообще никакого выбора, ничего удивительного. Я уже устала от того, что все лишь боятся и слушаются. Раньше это казалось весёлым, но не теперь. В этом мире одни лишь игрушки.

— Всё потому что ты так решила. Если не нравится, относись ко всем подобающим образом, — сказал Мисоги, у уголки губ девочки приподнялись.

— Мой пёсик, мой милый пёсик. Я забываю о скуке лишь когда играю с тобой или твоими друзьями... Я не отвечаю за чужие слабости, и мне нравится играть людьми. Такая я есть. Но тут нечем гордиться, меня бояться, и я не могу перестать думать о других лишь как о своих куклах. Это тоже часть меня. Я...

Мико вздохнула. Такой её можно было увидеть нечасто.

— Мир лишился своих красок. Я устала. Я тоже хочу мечту. Что-то вроде картинки твоей сестры, Тихая. Хочу что-то, что снова добавит в мой мир красок...

Мико смотрела на картинку Юу взглядом, в котором читалось что-то близкое к зависти.