Самое старое воспоминание Тихаи было, когда ей было только два года. Она была в больнице, а потом дома.

Всего из того времени она не помнила. Только отдельные моменты и яркие сцены. Но всё было именно так.

Мама сидела на диване и плакала. Отец пытался её утешить. Похоже врач что-то сказал им в больнице. Для Тихаи было шоком то, что мама плачет. «Взрослые тоже плачут», — подумала она.

Теперь она знала. Родители плакали из-за проблем с сердцем Юу.

Тогда она этого не понимала. Только помнила чувство тревоги.

Появление сестры девочку не обрадовало. Раньше родители были лишь её, а теперь любовь пришлось делить. Родителей у неё забрали. Именно это ощущала Тихая и не любила свою сестрёнку хоть сколько-то.

До того дня.

Тихая подошла к её детской кроватке. Она увидела, что та, напоминающая красную обезьянку, сладко спит. Она с раздражением смотрела на спящую девочку, и тут что-то сжалось в груди. Как когда она плакала, а мама её обнимала. Или папа гладил по голове за новые достижения.

Странное, но не неприятное чувство. В груди стало легко и тепло.

Тихая сунула руку в колыбельную. Достала. Она нежно взяла ручку сестры. И ручка Юу была такой крохотной, будто пыталась куда-то исчезнуть из этого мира.

В начальной школе Тихая узнала, что со здоровьем Юу.

У неё сердце было неправильной формы. Одно из первых воспоминаний Тихаи было о том, как врач предлагал провести операцию на Юу. Хирургическое вмешательство прошло успешно. До детсткого садика Юу была бодрой девочкой.

Но с годами состояния сердца становилось хуже.

Юу постоянно попадала в больницу, а в школу не ходила. Родители, особенно мать всё время проводила с девочкой, но Тихае не было грустно. Хоть в школе и заправляла королева, Тихая подружилась с Мисоги и остальными и заботилась о младшей сестре.

Девочка с сияющими глазами слушала об их похождениях. Была новая операция, но ничего не поменялось. Юу слушала рассказы сестры, будто они были наполнены магией.

И вот она начала говорить.

Когда вырасту, я ведь поправлюсь.

Смогу я играть с сестрёнкой, Мисоги-куном и остальными?

Вряд ли получится ходить в среднюю школу. Но может я смогу посещать старшую. И тогда буду с вами веселиться, учиться и сдавать экзамены. Ва, наверняка весело будет.

Я так жду, когда стану старшеклассницей. Эй, быстрее бы, сестрёнка.

В шестом классе начальной школы она перенесла очередную операцию.

В этот раз прогноз был неутешительный.

Состояние сердца Юу становилось хуже. Родители и врачи думали, что делать дальше, о том же думала и Тихая. Она ничего не могла, но всё же считала, что думать надо. Всё же Юу была прямо перед ней. Жила рядом, улыбалась, боялась и плакала.

В средней школе Мисоги, на которого Тихая полагалась сильнее всего, переехал. Спросить его совета она не могла, но она не могла спросить его вообще ни у кого. Ей хотелось отправиться к нему, сквозь слёзы она пыталась побороть тревогу и страх, но не вышло.

Девочка понимала, что Мисоги находится в плену того алого кошмара.

В конце она победила. Королева с улыбкой на лице украла у Тихаи радостное детство, весёлые деньги и связь с Мисоги.

В третьем триместре шестого класса после всех издевательств подчинённых королевы Тихая придумала «план устранения королевы» и не жалела об этом. О чём она думала? Быть может к этим действиям Тихаю «подтолкнула» она.

Ей полегчает, если королевы не станет.

Но будущее сложилось иначе.

Сердце Мисоги вернуть не вышло. А здоровье Юу стало хуже.

И тогда Юу впервые сказала.

Сестрёнка... Если, если я умру, у меня не будет будущего, а Ага-сан, Сандзё-сан и другие будут ходить в среднюю школу, а потом станут старшеклассницами, чего я очень хочу.

Юу говорила, что не хочет ходить в подготовительную школу, и была рада заниматься с репетитором. Тогда девочка чувствовала себя лучше. Может на её здоровье это бы не сказалось, но Тихая не могла простить себя за то, что не заметила издевательств Ага Санаэ и остальных. Когда узнала, пусть у других спросить было сложно, она поговорила с Ага Санаэ и Нагасако Рейно.

Рейко заплакала и извинилась, но вины не испытывала, просто боялась Тихаи. Ага Санаэ это показалось глупым, для неё это были лишь детские шутки. Сандзё Юме сказала, что злого умысла у неё не было, и её сестра просто всё не так поняла. Шутки? Не поняла? Тихае кровь ударила в голову.

Она ещё никогда не была так зла.

Девушка пожелала всем им смерти.

Но умерла Юу.

Её смерть не была связана с этими издёвками. Ей стало значительно хуже, когда Тихая сдала экзамены в старшую школу и ушла на весенние каникулы.

На церемонии она снова встретилась с Мисоги. Но воспоминания девушки о том времени были расплывчатыми. Она помнила, как плакала и мучилась из-за Юу.

Девочка так и не смогла насладиться жизнью в старшей школе. А те, кто издевались тогда над ней, чтобы просто выпустить стресс, без проблем будут наслаждаться этим.

Каково ей было от того, что она ничего не получит, а они получат всё? Юу лишь один раз говорила о том, что над ней издевались. Но и от этого легче не стало.

Если бы существовала душа. Было бы здорово, если существует загробный мир или перерождение. Но со смертью Юу Тихая поняла, что ничего этого нет.

Когда её сердце остановилось, её реанимировали, но до самой смерти она так и не очнулась. Врач сказал, что ей лучше не приходить в себя. Как бы её ни звали и ни сжимали руку, девочка не реагировала, их молитвы ничего не принесли, Юу умерла.

Кровь перестала поступать в мозг, она получила травму мозга и её сознание было утеряно. Она осталась во тьме.

Сознания Юу больше нигде не было. Тяжёлая и неприятная истина. После кремации Тихая с грустью поняла.

С повреждением мозга разрушается сознание человека. Но после смерти тело сжигалось, и никакого сознания в нём не было. Нет никакого загробного мира и перерождения.

Твой разум исчезает и всё. Больше ничего.

Но... Как же это печально.

Когда встретилась с Мико, она ощутила.

К Мико... Она испытала к этому жуткому нечеловеческому созданию отвращение и страх. Но не только это, что-то ещё. Тихая поняла это, когда покинула особняк и шла под дождём.

Её личность, воспоминания и предсмертная злоба воплотились в проклятии...

Мико была не духом, а природным явлением. Но она осталась такой же, какой была при жизни. Для Тихаи она была скорее душой.

Может после смерти всё не заканчивается?

Если у Мико получилось, может и у Юу получится?

Идя, она думала лишь об этом. Мисоги переживал за неё, и она смогла уйти от ответа, сказав, что думает о Юу.

А потом не только капли дождя падали на землю, но и Наэсиро Юрика.

Ага Санаэ, Нагасако Рейко и Наэсиро Юрика... Садистки, унижавшие Юу, причинявшие ей боль и терзавшие её доброе сердце, умирали одна за другой. С ненормальными улыбками они прыгали и умирали.

Тогда девушке и пришла в голову мысль.

Что-то близкое к надежде.

Вдруг это злоба Юу, проклятие уже умершей сестрёнки...

Если существует проклятие Мико, то может существовать и проклятие Юу. Само существование Мико могло доказать существование Юу.

Конечно это могло быть лишь случайностью. Чья-то ещё злоба.

Но сердце Тихаи подсказывало, что это Юу.

Она плакала не из-за шока смерти, случившейся поблизости.

Возможно душа Юу существует. Где-то в этом городе сохранилось сознание Юу. Вот о чём думала девушка.

К тому же всё слишком часто случалось рядом с ней, чтобы она не была замешана, потому Тихая стала думать, уж не её ли это проклятие. Может оно действует без её ведома?

Но были и странности. Тихая после смерти Юу и до самых смертей почти не думала о покончивших с собой девушках. Другое дело, если бы они были повинны в смерти сестры.

Всё же Юу умерла из-за болезни. Ей некогда было думать о Ага Санаэ и других.

Потому она и сказала, что ей бы было легче, если бы выяснилось, что это она источник.

В Тихае не было ненависти, она просто думала, что если всё закончится, то и пусть.

Она лишь молчала про связь девушек. Может это не Тихая, а воля Юу... На это она рассчитывала в душе.

И потому не позволит мешать.

Если это желание Юу, какую бы форму оно ни приняло... Пусть даже жуткого проклятия, ей не хотелось, чтобы это заканчивалось.

Всё же это проклятие — душа Юу, её сердце, её воспоминания. На это надеялась Тихая.

И не хотела, чтобы Мико всё разрушила.

Воскрешённая проклятием, Мико оставалась собой. По собственной прихоти она втаптывала в грязь чувства других.

Ей было неспокойно от того, что Мико здесь. Она собирается съесть оставшиеся воспоминания Юу. Без особого интереса она разрушит их, точно оторвёт крылья насекомому. И этого девушка не могла принять.

Нет, сам факт того, что Мико здесь...

После оставленной травмы, она должна была уйти... Больше не имела права появляться перед Мисоги...

Тихая не желала смерти группе Ага Санаэ. Лишь сказала, чтобы они все умерли, когда узнала про травлю.

Когда представила их смерти, было так страшно и тяжело, что её чуть не стошнило. Видя на поминках плачущих родителей, она вспоминала, что испытывала, когда умерла Юу, и её сердце разрывалось на части. Выжившие должны быть до ужаса напуганы.

Их было сложно простить. Но если бы у Тихаи спросили, заслужили ли они такую смерть, она бы не смогла утвердительно кивнуть. Девушка ощущала боль в груди. Сердце вопило. От всякой мысли хотелось плакать. Она уже не выдерживала морально. Её изводило чувство вины.

И всё же...

Когда она увидела «хлюпальщика» в особняке Мико, испугалась. Но вместе с тем ощутила в нём что-то знакомое. Тогда она не поняла.

Вечером в её комнате «хлюпальщик» появился вновь.

Он сел в углу комнаты и тихо смотрел на Тихаю, точно дожидаясь указаний. Тогда девушка и поняла. Это напоминало дежавю, как когда смотришь на старую, забытую фотографию.

Она пробормотала.

— ... Ты — моё проклятие?

Она получила ответ на свой вопрос. Внутри она ощутила подтверждение.

Да. Это моё проклятие. Не проклятие вечернего кролика. Моя злоба... Проклятие проросло из ненависти к Мико.

Не будь Мико, проклятию вечернего кролика, которым может являться Юу, никто бы не мешал.

Не будь Мико, она бы не переживала, что воспоминания Юу растопчут и она исчезнет.

Без Мико её юность не была бы разрушена.

Без Мико... Мисоги не подвергался бы опасности из-за проклятия. Они могли бы излечить сердца друг друга...

Тихая вытянула руку, и, хлюпая, проклятие подошло. Точно по указке, оно коснулось щекой... Предположительно щекой к её руке. Тихая подумала. Она бы могла позволить ему съесть Мико. Вряд ли оно навредит Тихае.

... Подумав миг, она сказала:

— Быстрее. Хоть немного стань сильнее.

Она подумала, что сказала нечто ужасное. Но решила не думать, хорошо это или плохо. Она больше не могла. Её это достало. Она всё это время терпела.

У неё забрали Юу.

Мико постоянно издевалась.

— Я сделаю так, что больше она никого себе не подчинит...

Говоря это, Тихая подумала. «Хлюпальщик» был жутким, прямо как ненавистная девушкой обезьяна-монстр. Плача, она подумала.

Так ведь.

Проклятие принимает форму души источника...