«Ты гражданка Империи?»

Охотник задал вопрос, крепко сжимая в руке копьё с острым наконечником. В другой ладони он держал наждачную бумагу, которой только что шлифовал дерево, и теперь молча ждал моего ответа.

[Скрывать человека, которого разыскивает знать, серьёзное преступление. Но если он уже солгал, заявив, что здесь никого нет, вполне возможно, что теперь решит избавиться от меня тихо и без лишнего шума.]

[В этих лесах я могла быть куда опаснее любого дикого зверя. Особенно для простого крестьянина.]

[Мне нужно было действовать с умом.]

«Нет.» - покачала я головой и уверенно встретила его взгляд. Затем чётко произнесла:

«Как видите, я из национального меньшинства. Работала служанкой в доме одного из Имперских дворян, возвращалась домой, но меня унесло разлившейся рекой. Так я и оказалась здесь.»

Я быстро придумала правдоподобную историю, чтобы вывернуться из опасной ситуации.

[Мои волосы были и поводом для недоверия, и средством усыпить бдительность. Их цвет сам по себе говорил о многом.]

[По крайней мере, красные волосы не ассоциировались с воинственными племенами.]

Я украдкой взглянула на охотника. Его суровое выражение постепенно смягчилось, похоже, моя версия его устроила.

«Да, именно поэтому я тебя и спас.» - кивнул он. «По цвету волос сразу ясно, откуда ты. Слышал, люди с такими волосами живут на Западе. Наверное, туда и направлялась?»

Враждебность в его взгляде исчезла, и он заметно расслабился.

Отложив только что отточенное копьё, он взял лежавшее рядом одеяло и, довольно грубо, накинул мне на колени.

«Укройся.»

«У меня уже есть одеяло.»

На соломенной подстилке действительно было тонкое и короткое покрывало, прикрывающее колени.

«Этого мало. Это из лисьего меха, будет тепло. У тебя тело всё ещё опухшее. Я тебя еле вытащил из реки, не удивительно, что до сих пор не можешь согреться.»

Я вытянула пальцы вперёд, ладони были сморщенными, с еле заметными следами ожогов или ссадин.

«Ты ведь домой направлялась? Значит, тебе сейчас негде остановиться?»

«...Да.» - прошептала я, сжав пальцами меховое одеяло. В жаровне тлели угли, но мокрая одежда не давала согреться. Кровать не держала ни капли тепла.

«Останься здесь, пока не восстановишься полностью. Я редко бываю в этом доме, так что можешь жить тут сколько потребуется. Только мой племянник иногда наведывается, точит оружие. Так что никто мешать не будет.»

«Ваш племянник?»

«Ага. Кажется, он приходил сегодня.»

Не успел он договорить, как тень мелькнула за дверью.

Снаружи послышались шаги, затем дверь резко распахнулась.

Старая деревянная створка с грохотом ударилась о стену и тут же захлопнулась обратно от порыва ветра. В проёме на фоне яркого света появился силуэт крупного мужчины.

«Дядя, ты куда собрался на этот раз?»

Но, завидев меня на кровати, он резко оборвал фразу.

«К-кто это?»

Он быстро закрыл рот. Его пальцы сжали колчан, перекинутый через плечо, как будто это был спасительный якорь.

Он был велик и крепок. Хотя не такой устрашающий, как охотник на пне, но лицо грубое, будто способное прорваться сквозь шкуру кабана.

[Было почти смешно видеть, как такой громила побледнел при виде женщины, сидящей на кровати.]

«Я её подобрал.» - небрежно объяснил охотник.

«Что? Нельзя же просто так подбирать людей, дядя!»

Племянник замялся, по лбу стекал пот. Одна из его рук, блуждая в воздухе, сжимала какой-то лист бумаги. В его больших ладонях он казался крошечным, словно лепесток, случайно попавший под сильный ветер.

«Шучу. Она попала в наводнение, унесло течением. Приютил на время, ей некуда идти.»

«А...я тогда?» - начал он, бросив на меня взгляд. Когда наши глаза встретились, он тут же отвёл взгляд и покраснел до ушей.

Он был скорее растерян, чем недоволен.

Просто не привык к посторонним, особенно к женщинам, в охотничьем доме.

«Извините. Я уйду, как только согреюсь.» - сказала я тихо.

При этих словах он снова вздрогнул и быстро замотал головой, лицо его налилось жаром.

«Н-нет! Всё хорошо! Оставайтесь сколько хотите...»

Охотник хмыкнул и усмехнулся, обнажив пожелтевшие зубы. Видно, его позабавило замешательство племянника.

«Он просто не ожидал. Давненько он не видел молодых девушек. У нас в деревне одни старики, новички не появляются. Меня самого за «молодого» держат, представляешь?»

Он рассмеялся в голос, не скрывая удовольствия от ситуации.

Племянник так и не осмелился поднять глаза. Казалось, он чувствует себя чужим в собственном доме, переминаясь с ноги на ногу, не зная, куда себя деть. [Его неуклюжесть даже показалась мне милой, и я невольно улыбнулась.]

«Так что тебя привело? До охоты ещё рано.»

«А, да. Я вот...принёс это.» - он словно очнулся, засуетился, полез в карман, хотя бумага уже была в другой руке.

Поняв свою ошибку, он поспешно развернул помятый лист.

«Я стащил это у одного рыцаря, что обыскивали деревню.»

«Ты всё ещё карманник?»

«Ничего подобного! В этот раз, по справедливости! Это они у нас тут всё перевернули!»

Он выпрямил бумагу и передал дяде. Я заглянула через его плечо.

Это было похоже на листовку с розыском.

Посередине пустой квадрат, где обычно печатают портрет, но сейчас он был чист. Вокруг, строки текста.

«Тут сказано, что ищут кого-то, но точной информации нет. Пишут, что человек пропал после того, как его похитили. Думают, наверное, что он уже мёртв. Поэтому и прочёсывают леса и реку, а не деревню.»

Я резко вдохнула.

[Не оставалось сомнений, это касалось меня.]

[Хоть и не было изображения, описание, возраст, цвет волос, особенности, ясно указывали на меня.]

«Если думают, что человек мёртв, зачем искать в деревне?» - буркнул племянник. «Что, надеются, что мы прячем труп?»

Я молча сглотнула.

[Хорошо ещё, что не успели нарисовать мой портрет, иначе я давно бы висела на каждом столбе.]

[Хотя это не был официальный указ, в нём ясно чувствовалась тревога. Они действительно искали меня.]

[Мне хотелось наклониться поближе и вчитаться, но любое движение могло вызвать подозрения.] Я лишь крепче сжала одеяло, спрятав руки под ним.

Они продолжили обсуждать таинственного беглеца с листовки, не замечая, как моё лицо побледнело.

«Они прочёсывают всё вокруг. Допрашивают даже маленьких девочек…Жестоко. Представь себе: на похоронах в соседней деревне они пытались открыть гроб.»

«Да что ж за человек пропал такой...Они бы и ради государственного преступника так не суетились.»

[Моя инсценировка смерти сработала. Дэон, похоже, действительно поверил, что я утонула. Сигнал оборвался где-то на дне реки.]

Я крепче вжалась в меховое одеяло. Шерсть лисы под пальцами стала грубой, я сжимала его так сильно, что на ощупь оно потеряло свою мягкость и узор.

[Теория с переносом «сосудов крови» оказалась верной.]

[Я смогла избавиться от него, лишь "умерев".]

[Если они всё ещё ищут меня, значит, не знают, что ребёнок Элизабет, следующий сосуд.]

[Возможно, из-за хаоса после похищения у них не было возможности, это проверить.]

[Значит, мне остаётся только ждать, когда Дэон сам узнает. Как только личность нового сосуда раскроется, рыцари успокоятся и прекратят поиски.

[Конечно, вскоре они поймут, что кровь слабеет. И тогда начнётся новая охота, за мной.]

[Куда мне теперь идти?]

Этот запоздалый вопрос всплыл в сознании.

[Я всегда думала о побеге, но ни разу не задумывалась, что будет потом?]

[Я потеряла нить происходящего. Поступала на эмоциях, думая лишь о его жизни.]

[Да и выбраться из плена удалось без подготовки, ни вещей, ни припасов у меня не было.]

Отчаяние сдавливало грудь.

Я тяжело вздохнула, и встретилась взглядом с мужчиной. Он тут же отвёл глаза, неловко откашлявшись.

***

«Скучно…»

Я легла прямо на траву и закрыла глаза. До слуха доносилось журчание реки. Лёгкий ветер касался щёк, оставляя прохладные поцелуи.

Перед домом, где я временно жила, река казалась спокойной, будто никогда и не бушевала.

[Хотя я видела её каждый день, сложно было поверить, что именно она унесла меня так далеко.]

[Эта маленькая деревня, затерянная далеко за пределами столицы, стала моим убежищем. Я пряталась здесь уже довольно давно.]

[Дни текли ровно и однообразно.]

[Время здесь словно застывало.]

[Жизнь в домике казалась невыносимо скучной. Тишина вытягивала из памяти старые воспоминания. Я старалась забыть, но образы Императорского дворца всё равно всплывали, внезапно, как сон.]

[Сначала я чувствовала злость. Но со временем эмоции угасли.]

[Нашли ли похитители Изеллу? В безопасности ли Элизабет?]

[Такие мелкие вопросы всё ещё кружились у меня в голове.]

Ветер рябил поверхность воды.

[В округе почти не было диких зверей. Тишина стояла такая, что временами становилось не по себе. Иногда из леса выходил одинокий олень, чтобы попить, и сразу исчезал.]

[Спокойствие казалось даже чрезмерным.]

А пейзаж, каким бы красивым он ни был, со временем приедался.

Я присела на корточки у берега и стала бросать в воду камешки, просто чтобы нарушить тишину.

Камни с плеском уходили под воду, оставляя за собой круги.

[Я не могла скрываться вечно. Когда поиски ослабеют, мне придётся уйти. Не просто из деревни, из Империи.]

[День, когда я покину этот дом, должен стать днём, когда я исчезну из этой страны навсегда.]

С этой мыслью я подняла ещё один камешек.

На гладкой поверхности воды отражалось моё лицо - с тёмными, почти чужими волосами.