Тот, кто зажал мне рот, похоже, был тот самый юноша в стороне. [Он оказался моложе, чем я ожидала. Несмотря на маску, лоб у него был чистый, ни пятнышка грязи. Видно было, что в подобной «работе» он совсем недавно.]

«А, вот значит, как...новичка прислали на такое дело?» - пробормотала я с усмешкой. «Не удивительно, что всё пошло не по плану.»

На его лице мелькнуло смущение. Глаза нервно дрогнули, скользнули к мужчине, похожему на главного, потом снова вернулись ко мне. Он словно цеплялся за надежду, что я лгу.

[Но, к его несчастью, именно я надеялась, что всё происходящее, просто плохо разыгранная пьеса.]

Повисло долгое молчание. Их взгляды - тревожные, оценивающие, смотрели на меня, как на бесполезный, испорченный лотерейный билет.

«Я же знал, что рано или поздно ты облажаешься.»

Юноша затряс головой:

«Я всё сделал, как сказано! Женщина на балу была одна, только она!»

«Думаешь, этого оправдания будет достаточно?»

Юноша отступил и тут же рухнул на колени.

Удары посыпались почти сразу. Кулаки, сапоги, всё пошло в ход. Он сжался, закрываясь руками, выгнулся от боли.

Я чувствовала, как сжалось сердце, будто били меня.

[Но ясно было одно: даже если они поняли, что схватили не ту, отпускать меня никто не собирался. Скоро начнутся переговоры. Но что они захотят взамен?]

[Что бы это ни было, даже мёртвый зверь стоил бы больше. Любая их «цена» была выше моей. Сейчас я была ничто. Даже не человек, так, вещь.]

Глаза жгло от сухости.

Мужчина, завершивший побоище, выпрямился. Грудь его ходила от возбуждения. Он стряхнул с рук грязь и с презрением наступил на того, кто лежал в пыли.

С пола донёсся сдавленный вскрик.

«Хватит. Всё равно надо торопиться. Соберите всё необходимое и отправляйтесь к уединённому дворцу. С ней разберёмся потом.»

Он обернулся к молодому парню:

«А, что делать с девчонкой? Даже в темноте она могла нас запомнить.»

На мне остановилось сразу несколько взглядов.

«Раз она была на балу, значит, дворянка. Свяжемся с ней, будут проблемы.»

«Но ты уверен, что можно просто так её отпустить?»

«Да посмотри на неё. Не похоже, что она побежит жаловаться принцу.»

В его голосе звучало презрение, как будто всё, что со мной произойдёт, не имеет ни малейшего значения.

[И он был прав. Я была щитом. Разменной монетой.]

[Заметят ли вообще, что меня нет на балу?]

[Я надеялась, что рыцари ищут меня. Но время шло, и ни единого звука, ни весточки.]

[Они могли бы выследить меня по камням, но те давно потускнели и рассыпались по полу.]

«Если она - просто щит, значит, без знатной семьи. Без связей. Без денег.»

«То есть?»

«Она - та, кого никто не станет искать.»

«Тогда, может, избавимся от неё без лишнего шума?»

«Ты хочешь дать им отличный повод? Убьём дворянку, и получим скандал.»

Я даже не смогла заплакать.

Мужчины болтали у огня, обсуждали, убить меня или нет.

И всё это, в этой грязной, сырой хижине с чадящим факелом.

«Она ведь не откроет рот, правда, девочка?»

Он смотрел прямо в глаза. Холодно. Без намёка на сомнение. Ждал, что я поддакиваю.

Я посмотрела ему прямо в лицо и произнесла с ледяной усмешкой:

«Убей.»

Разговоры оборвались. Все повернулись ко мне.

Мужчина почесал ухо, будто ослышался.

«Что ты сказала?»

«Просто убейте меня. И всё.»

Их это явно поразило. Они застыли.

[Лучше умереть здесь, чем вернуться к той грязи.]

[Быть рядом с Дэоном, всё равно что проверять, как долго можно терпеть, пока тебя ломают.]

[Сколько ещё он собирался мной пользоваться? Я пыталась быть настороженной, защищаться, но никогда не ожидала, что всё закончится так.]

[Умирать здесь, в этом затхлом складе, было мерзко. Но возвращаться, ещё хуже.]

[Там меня снова использовали бы.]

[Я не хотела быть марионеткой.]

«Давайте уже.» - сказал тот, что сидел у огня. «Раз она просит, исполните желание.»

«Ты забыл, что сказал главарь? Никаких убийств перед важным делом. Сам знаешь, если нарушим, всё пойдёт прахом.»

«Эта «примета» срабатывала у нас всегда.»

[Пустяковая деталь. Я выжила, потому что для Дэона я была пустяком.]

Мужчина подошёл ко мне, не с ножом, а с другим намерением. Он просто перерезал верёвки, стягивавшие меня.

Оковы спали. Но я осталась сидеть, не шевелясь.

«Ну, ты собираешься уходить?»

Он схватил меня за руку и поднял, подтолкнув к выходу.

У двери тускло сиял камень, всё, что осталось от цепи. Он пережил падения, удары, как и я.

Я подняла камень.

Он был сломан, но всё ещё светился.

[Позади снова началась суета, похоже, они готовились схватить Изеллу. Настоящую женщину принца.]

[Но это будет непросто. Финал фестиваля, охрана.]

[Она в безопасности. Дэон всё предусмотрел.]

Я вышла наружу. Передо мной, ещё одна жаровня.

Я встала рядом, глядя на пламя. Руки дрожали.

Развязала пояс на талии. Камни рассыпались по земле.

Чёрный жемчуг под ногой хрустнул. Но внутри по-прежнему было пусто.

Ночной воздух был холодным, но терпимым.

А вот прилипшее к телу платье вызывало отвращение.

Каждое движение ткани по коже, как вспышка боли. Мороз по телу.

Оно не снималось. Липло от пота и отчаяния.

Я впилась ногтями, разрывая ткань. Кожа поцарапалась, появилась боль.

Лоскуты платья развевались на ветру.

Я осталась в одном только белом белье. Убедившись, что от платья ничего не осталось, я бросила чёрную ткань в огонь.

Щипцами подтолкнула её в жар. Ткань прожглась. Пошли дыры. Платье сгоралось, съёживалось.

Я смотрела, как оно превращается в пепел.

И подумала, картина из иллюстрации ожила.

[Леония, в чёрном платье, с растрёпанными волосами, цеплялась за ноги Дэона, рыдая.]

[Сейчас на мне было куда более роскошное платье, и стояла я не перед ним, а перед жаровней, но результат был тем же: я не поднимала меч, и всё же это ощущалось как конец.]

Последние обрывки платья исчезли в огне.

Только тогда я по-настоящему почувствовала, как ледяной ветер с реки впивается в кожу, обжигая, словно иглами.

С вершины холма открывался вид на реку.

Над длинным мостом, что простирался через воду, рассыпались фейерверки.

Каждая вспышка озаряла течение внизу, живое, дрожащее, как дыхание.

Я пошла к реке, будто во сне.

В ладони я сжимала камень, прикасалась к нему, словно заклинание шептала. Тёрла его до гладкости, как будто хотела стереть с него всё прошлое.

[Хорошо, что я тогда вытащила ожерелье из озера.]

[Пусть оно было для меня оковами, но сейчас могло послужить делом.

[В нём был встроен маячок.]

[Они вряд ли догадались, что я поняла свою роль, приманки вместо Изеллы.]

[Если брошу его в реку, они решат, что я утонула.]

[Платье - в пепле, верёвки - разрезаны, сигнал - прерван.]

[Всё указывало на побег, окончившийся гибелью.]

[Пожалуй, неплохая легенда.]

[Мой шанс исчезнуть. Уйти от него.]

Но даже в этот момент я колебалась.

[Больше всего мне хотелось, просто стоять рядом.]

[Будто ничего не случилось. Будто не было ни похищения, ни угроз.]

[Хотелось остаться рядом с ним, даже зная, что он лжёт.]

***

Я перешла реку и побрела по улицам.

Всё вокруг дышало праздником.

Веселье с бала перетекло в народную толпу.

Я добралась до окраины деревни.

Огромные воздушные шары, лепестки, рассыпанные по дороге, сладкий аромат, витающий в воздухе, всё говорило о празднике.

А я, в одном лишь белом подъюбнике, ловила на себе удивлённые взгляды прохожих.

Я опустилась на скамью, перевести дыхание.

Рядом стоял мальчишка, у которого лицо было перепачкано сладким соусом. Он уставился на меня во все глаза.

Постоял, а потом робко протянул мне фруктовую конфету на палочке.

Я удивлённо посмотрела на него, но он не отдёрнул руку.

«Это мне?»

Мальчик кивнул. Я неуверенно взяла угощение.

На конфете был сахарный налёт. По всему было видно, он уже попробовал её. Рот у него липкий от сахара.

«Почему ты даёшь её мне?»

«Потому что праздник.»

«Чтобы урожай был хорошим, все должны быть счастливы.»

Но, несмотря на свои слова, он то и дело косился на конфету. [Ясно было, что ему не хочется с ней расставаться.]

Я улыбнулась и вернула угощение.

«Мне не нужно.»

«А почему ты такая грустная? Тебе не весело?»

«Я не часть этого праздника.»

Небо озарили новые фейерверки.

Но мой праздник закончился давным-давно.

[В тот самый миг, когда я увидела, как Изелла была в том же платье, что и я.]

Бум.

Где-то вдалеке раздался глухой звук.

Со стороны, где располагались дома знати.

[Бомба?]

Я резко поднялась. Огляделась.

Но никто, кроме меня, не обратил внимания.

Дети по-прежнему бегали с воздушными шарами, влюблённые прогуливались, уличные торговцы зазывали покупателей.

Бум.

Звук повторился, на этот раз громче.

[Теперь уже можно было примерно определить, откуда он.]

Гул, такой мощный, что дрожала земля, прокатился по улицам, как волна.

Меня пошатнуло, будто тело не справилось с силой, пришедшей извне.

[Я уже слышала нечто подобное.]

[Когда Элизабета впервые почувствовала, как ребёнок внутри неё шевельнулся под рукой Дэона.]

[Тогда тоже прошла такая волна.]

[Новое поколение дало о себе знать.]

[Элизабета родила.]

[Я поняла это сразу.]

[Этот гул исходил оттуда, от госпиталя, где она находилась.]