«Динамичная Корея.»

Так называли Республику Корея до того, как мир захлестнула волна магических зверей, когда происшествия и инциденты случались здесь ежедневно.

Лучшего определения для этой страны и не найти.

Недавние новости о «сообщниках Лиги», наводнившие Корею, заставили президента изрядно понервничать.

— Переполох начался в политических кругах и перекинулся на деловые. Мы были на волосок от катастрофы.

От политиков до членов семей чеболей — Лига пустила корни, словно ядовитый гриб, расширяя свое влияние и наращивая мощь в тени.

Лига пустила корни, словно ядовитый гриб, расширяя свое влияние и наращивая мощь в тени.

Медовые ловушки, фиктивное трудоустройство, взломы, тайные сделки — и всё это ради утечки технологий. Операции Лиги всегда были проблемой, но тот факт, что они добрались до прямых наследников корпораций, стал настоящим шоком.

Трудно даже представить, насколько велика угроза, если это распространится не только на Корею, но и на весь мир.

Впрочем, в моем нынешнем положении это еще цветочки.

В конце концов, всё ограничилось лишь легким испугом.

Республика Корея теперь официально считается страной, свободной от Лиги.

Если даже здесь всё так серьезно, что творится в других местах? Политики, сотрудничающие с Лигой, компании, из которых утекают технологии, внутренние предатели, разделяющие их идеологию...

А ведь есть еще и отделения, которые набирают силу, словно собираясь перевернуть государственные структуры.

В других странах уже вовсю идут настоящие войны.

Я невольно подумал, как же хорошо, что я в Корее.

— И всё это обнаружил Чхве Джунхо. Он снова нас спасает. Поразительный человек, не правда ли?

—...Да. Но ситуация всё еще крайне опасна.

— Опасна. Ведь, по сути, мы уже получили серьезное ранение.

Бомба, которую Чхве Джунхо сбросил на деловой мир, задела и политиков.

После того как наследник «Тэён Групп» Чин Сынху признался в сотрудничестве с Лигой, вновь всплыл факт, что связующим звеном между бизнесом и Лигой был Ю Джунхо.

Ю Джунхо, считавшийся восходящей звездой правящей партии, оказался добровольным шпионом Лиги, что привело к отставке всего руководства партии и внутреннему кризису.

Упоминание имени Ю Джунхо было крайне нежелательным для Чхонвадэ.

Рейтинги правительства и правящей партии действительно падают.

— Он вскрыл нарыв, который вот-вот должен был прорваться. Нам стоит быть благодарными. Рейтинги — дело наживное, нельзя поддаваться сиюминутным эмоциям.

— Полностью согласен.

—...И всё же, высокие рейтинги — это хорошо. Может, попросить Чхве Джунхо поохотиться на какого-нибудь магического зверя?

Чхон Мёнгук на мгновение загорелся этой идеей, но быстро взял себя в руки.

— Это может привести к непредсказуемым последствиям.

— Не поспоришь. Но я рад, что мы получили подтверждение: с этим покончено.

— Хотя тогда я вас отговаривал, устранение депутата Ю Джунхо было верным решением.

— М-м.

Когда нужно было вытянуть информацию из Ю Джунхо, президент пошел на открытый конфликт с руководством правящей партии и действовал жестко.

Результат превзошел все ожидания. Даже если рейтинги временно пошатнулись, граждане знают, что правительство действовало искренне.

Более того, это дало уверенность, что «голова» была отсечена, что позволило взять риски под контроль.

— В других странах ситуация наверняка куда хуже. Сравнивать даже нет смысла.

— Мы предупредили их по горячей линии, так что сейчас у них там настоящий пожар.

— У нас есть Чхве Джунхо, а у них — нет. Боюсь, им придется несладко.

В Корее силы Лиги были зачищены так легко, что возникал вопрос: неужели всё было настолько просто?

Кто-то мог бы даже сказать, что это была всего лишь мелкая банда злодеев.

Пока не заговорил Чхон Мёнгук.

— Зато мы сполна ощутили на себе «вкус» Чхве Джунхо.

—...Хм! Но иногда такой освежающий вкус бывает полезен. Разве нет?

— И всё же, глядя на то, как постоянно случаются инциденты...

— Верно. Мы стареем не по дням, а по часам, и это одна из причин.

Президент, сказав это, покачал головой.

За свою жизнь он повидал немало безумцев, но сегодня вновь осознал, что всегда есть кто-то, кто стоит выше остальных.

Он каждый день доказывает, что его «уровень» совсем иной.

Даже по его собственным размышлениям, присутствие Чхве Джунхо несло в себе как огромные риски, так и огромную выгоду.

— Наверное, из деловых кругов уже пошло давление?

— Да. Они надеются решить ситуацию как можно тише. Некоторые уже выразили готовность проявить «достаточное усердие.»

— Несут какую-то чушь.

На кону стояла судьба наследника «Тэён Групп.»

Чин Хвасон уже обнажил меч, и было бы ошибкой полагать, что остальные чеболи останутся в стороне.

Оставить всё как есть, чтобы было тихо?

Тогда Чхве Джунхо сам устроит им шумную жизнь.

— Всем отказать.

— Слушаюсь.

— И если будут медлить, передай им: мы лично отправим к ним Чхве Джунхо. Даже если мы попытаемся его остановить, он всё равно пойдет сам. Пусть сами решают, что для них лучше.

Когда придет время, никто уже не сможет колебаться.

Это безответственно, но другого выхода нет.

—...

Чхон Мёнгук чувствовал, что даже президент воспринимает Чхве Джунхо как бомбу замедленного действия.

* * *

После того как Чин Сынху был изгнан из «Тэён Групп», ситуация была чисто разрешена.

Это было аккуратное решение, в котором мне даже не пришлось участвовать. Председатель Чин Хвасон извинился передо мной и поклялся, что воспитает достойного наследника.

Не уверен, стоило ли заходить так далеко, но раз он сам проявил волю...

Я его ни к чему не принуждал.

Должно быть, он прозрел после слов Ли Ёнмуна.

Чин Сынху, показавший себя с худшей стороны, будет отправлен на Чеджудо.

Остров, выбраться откуда не так-то просто — фактически, это изгнание.

Чин Хвасон сказал, что раз «Тэён Групп» подала пример, остальные тоже во всём разберутся сами.

Ну-ну? Посмотрим.

Когда дело доходит до таких вопросов, те, кто стоит на вершине, часто показывают пример, но их подчиненные пытаются всё замять.

Впрочем, если не разберутся как следует, тогда и вмешаюсь.

В любом случае, даже если я буду бездействовать, всё решится само собой.

Корпорация — это те же джунгли, оппозиция есть всегда, и они не упустят возможности использовать этот козырь против тех, кто связан с Лигой.

Один из списка «черного списка» уже устранен. Вот почему нужно жить честно.

Мое внимание привлекло кое-что другое — наркотик, который был у Чин Сынёля.

«Пента.»

Так сейчас называют этот наркотик, известный как «наркотик для пробужденных.»

Лига представляла его как стимулятор, способный раскрыть дар.

Покупатели лишь усмехаются в ответ. И правда, если бы наркотик мог раскрыть дар, большинство пробужденных уже давно бы примкнули к Лиге.

Они принимают его, потому что, несмотря на побочные эффекты и зависимость, он дает мощный эффект и надолго сохраняет состояние бодрствования.

Так уж вышло, что он получил нелепую репутацию «наркотика, обостряющего чувства и раскрывающего дар», но, на мой взгляд, в этом утверждении была доля истины.

Пента действительно помогает в раскрытии дара.

«Хотя нужно знать, какой именно дар скрыт внутри.»

Если знать, какой дар можно раскрыть, и принять Пенту, состояние бодрствования сохраняется, а чувства обостряются. Полностью сконцентрированное внимание позволяет исследовать каждый уголок неизведанной области, называемой даром.

А если в этом состоянии тренироваться в нужном направлении?

Можно быть уверенным, что эффект будет драматическим.

В конце концов, общепринятое мнение гласит, что дар либо дается с рождения, либо раскрывается через комбинацию нескольких факторов в течение жизни.

Повышение эффективности означает ускорение процесса раскрытия дара.

Конечно, не на 100%. Но попробовать стоит.

Проблема в том, что официально использовать его нельзя.

Нельзя ли убрать наркотический эффект и оставить только стимулирующий?

Тогда можно было бы гарантированно раскрыть дар у одного человека.

Первой на ум пришла Юнхи, но я не могу дать младшей сестре то, что классифицируется как наркотик.

«Надо будет попросить Ли Сехи.»

Возможно, это станет тем самым «гейм-чейнджером», который изменит правила игры.

Если можно раскрыть дар, пробужденные пойдут на всё, чтобы получить его.

В этот момент сзади послышался женский голос.

— Если смотреть на наркотик с таким тоскливым взглядом, можно вызвать подозрения.

Это была Чон Дахён, которая согласилась помочь мне с тренировками.

Она пришла по моей просьбе, так что это был способ вернуть долг.

Мы договорились, что в ближайшее время вместе зачистим одну из организаций злодеев для практики.

— Пришла?

— О чем вы так задумались?

— Об этом.

Я показал ей Пенту.

— Думал, нельзя ли убрать наркотическую составляющую и оставить только эффект пробуждения.

— Зачем?

Похоже, Чон Дахён тоже не верит, что Пента может помочь в раскрытии дара.

Впрочем, она из тех, кто предпочитает классические методы, а не уловки.

Глядя на то, как она упорно идет своим путем, я подумал, что это в её духе.

— Мне кажется, это может помочь в раскрытии дара.

— Правда?

Глаза Чон Дахён широко раскрылись.

— Да.

— Не думала, что то, что говорит Лига, может оказаться правдой.

— Они сами, скорее всего, не знают, есть ли такой эффект на самом деле.

— Но сопротивление будет огромным. Пента — головная боль по всему миру.

— Верно.

Таково уж восприятие подобных вещей.

Я ответил так, но внутри остался осадок. Стремление стать сильнее любыми способами — это, в некотором смысле, естественно. Пока я настаиваю на правильных методах тренировок, другие ищут любые пути, чтобы стать сильнее как можно быстрее.

Да я и сам, чтобы стать сильнее, не гнушался пить чужую кровь.

Жаль, что из-за общественного мнения нельзя это использовать.

Впрочем, оставим пока эти неразрешимые вопросы и сосредоточимся на деле с Чон Дахён.

— Есть какие-то трудности или моменты, где ты застреваешь?

— Наоборот, проблема в том, что всё идет подозрительно легко.

— Правда?

Каким бы талантом ни обладала Чон Дахён, в жизни всё не может идти так гладко, верно?

— Да. Например...

Чон Дахён внезапно протянула руку, целясь мне в глаза. Я перехватил её левой рукой, а когда выбросил правую, она, словно ожидая этого, извернулась и уклонилась.

Она естественно разорвала дистанцию и улыбнулась.

— У меня в голове выстраивается вот такой поток движений.

То есть она хочет, чтобы я похвалил её за то, что она хорошо использует интуицию.

Но я думал иначе.

— Это нехорошо.

— Что?

— Это не победный поток. Это означает, что ты тратишь лишний Форс и разбрасываешься даром.

— А!

— Так ты выдохнешься и не сможешь даже стоять.

—...

Я не прекращал давать советы, пропитанные заботой.

— Скоро ты начнешь встречать пробужденных своего уровня, и они сразу это заметят. Представь, что будет, если ты окажешься в невыгодном положении по выносливости против них.

— Ужасно.

— Ты просто вошла в раж. Именно в таком состоянии пробужденные гибнут чаще всего.

—...Я всё поняла.

— Поэтому теперь сосредоточься на контроле темпа использования дара. Если не видишь выгодной картины, смело отключай его. И ищи кусочки пазла, чтобы создать выгодную ситуацию.

Конечно, это будет непросто.

Против меня найти хотя бы один кусочек пазла будет нелегко.

Но только через такие трудности можно добиться прогресса.

— Я попробую.

— Отлично.

* * *

Я думал, что разобрался со своими мыслями по поводу Пенты.

Но, глядя на Юнхи, я снова вспомнил о ней.

Глядя на то, как усердно она тренируется, кажется, что ей нужен лишь толчок, чтобы пробудиться. Она словно стоит на распутье, и это меня еще больше подстегивало.

Юнхи, встретившись со мной взглядом, нахмурилась и тут же отреагировала.

— Почему ты так смотришь?

— Как?

— Мне не нравится твой взгляд. Опять задумал что-то странное?

— Нет.

— Я же вижу!

Теперь она придирается к каждой мелочи.

…Но как она догадалась?

Что мне делать с этой Юнхи? Это был вопрос, который не давал мне покоя.

Скорость раскрытия дара у Юнхи была настолько низкой, что я даже начал задумываться о Пенте.

Конечно, по моим меркам.

Ли Сехи и Чон Дахён говорят, что она вовсе не медленная.

Конечно, это лишь мои завышенные ожидания, таланта Юнхи не занимать. Она обладает отличными навыками для своего возраста, состоит в гильдии «Синсон» и набирается опыта в реальных боях под руководством старших — всё это её большие преимущества.

Но мне этого было мало.

По крайней мере, она должна уметь постоять за себя.

Я не прошу многого.

Хотя бы уровня Чон Дахён? Чтобы я не переживал, что её где-то побьют.

Хм, может, я слишком многого жду?

В любом случае, я хочу, чтобы она росла быстрее.

И это вовсе не потому, что я хочу гонять её еще сильнее.

Моя искренность доказывается тем, что я вернулся из прошлого, желая сестре лучшей доли.

Словно прочитав мои мысли, Юнхи попросила помочь ей с тренировкой.

— Помоги мне.

— А как же твои обычные истерики?

— Ну... я чувствую, что приближаюсь к этому.

— Правда?

— Да. Обычно я должна была уже выдохнуться, но внезапно чувствую прилив сил. Как ты и говорил, если мой дар — «Несгибаемость», то это, похоже, связано с ним.

Юнхи всё правильно поняла. «Несгибаемость» — это дар, позволяющий в любой момент выложиться на 100%.

Раз просит гонять её — буду гонять.

— Тебе так нравится, что я буду тебя гонять?

— Нет?

— А чего тогда улыбаешься?

…Не удалось скрыть выражение лица.

Раз ей не нравится, что я притворяюсь, буду улыбаться открыто.

Если говорить о результате, то раскрыть дар Юнхи не удалось.

Но признаки были. Раскрытие дара иногда происходит внезапно, а иногда — как кульминация долгого и упорного труда.

Если бросить её в гущу магических зверей, инстинкт выживания должен сработать на пределе, и дар раскроется сам собой.

Это радикальная мера, но может, стоит попробовать?

Всё это — ради Юнхи.

— Не думай ни о чем странном. Убью.

…Может, она уже получила дар чтения мыслей, но притворяется, что нет?

Впрочем, раз она так старается...

Надо будет присмотреть за ней.

* * *

После того как Чин Хвасон подал пример, выявление сообщников Лиги в деловых кругах ускорилось.

Группы, которые еще недавно видели, как изгоняют наследника Чин Сынху, начали массово отправлять всех причастных на Чеджудо.

Глядя на это, Чеджудо скоро станет самым популярным местом.

Как бы они там все не встретились, когда выйдут на прогулку.

Если уж отправлять в ссылку, то Уллындо тоже подошел бы.

Пока в Корее было шумно, по всему миру происходили инциденты.

В Эстонии, одной из стран Балтии, фактически установился пролиговский режим. Теперь они в открытом конфликте с Россией, и Восточная Европа стала ареной острого противостояния Лиги и российских сил.

Китайская организация злодеев «Тхэпхёнмун» объявила о появлении нового сверхчеловека, а на Ближнем Востоке из-за магического зверя плюс-стадии «Пустынный дракон» погиб один сверхчеловек и пропало более тысячи пробужденных.

А в США всё бурлило из-за нового аномального явления.

Аномальное явление? Разве это не должно было случиться в это время?

Ни дня покоя.

Прибыв в Чхонвадэ, как обычно, я встретил лицо, которого совсем не ожидал увидеть.

— Хай! Джунхо! Рад тебя видеть!

Это был американский сверхчеловек, Джеймс Рид.

Этот Джолламэн, с какой стати он вообще появился передо мной?

Я решительно направился к нему.

— Хорошо, что ты пришел.

— А?

— Не забыл, как обещал рецепт средиземноморской кухни, а сам напихал туда кучу мидий?

— Уат?! Ты говоришь слишком быстро! Мой корейский плох!

Врет, этот Джолламэн.

Я уже давно понял, что он не дурак.

Притворяется, что плохо знает корейский, только когда ему это выгодно.

Если меня не будет рядом, он, возможно, будет говорить на корейском не хуже любого корейца.

Из тех, кто меня обманывал, выжили только... а, торговцы на черном рынке. Но они обманули меня в прошлой жизни, так что тут ничего не поделаешь.

Я не собирался оставлять этого Джолламэна в покое.

По крайней мере, до тех пор, пока он не протянул мне документ.

— Ха-ха! Я знал, что ты так скажешь, поэтому принес рецепт нью-йоркской кухни. Это просто отвал башки! Кто попробует — тот умрет от восторга!

…Может, поверить ему?

Ведь рецепты, которые он давал, всегда были вкусными.

Я протянул руку, но он слегка отстранился.

— Отдавай.

— Можно потом?

— Думаешь, я наступлю на те же грабли дважды? Быстро отдавай.

— Какой же ты дотошный!

Ворча, Джеймс Рид передал мне документ с рецептом, написанный на хангыми на хангыле. Пишет он, кажется, лучше, чем я, кореец.

Надеюсь, он не подшутил над рецептом.

Я почувствовал неладное, но решил проявить великодушие. Оглянувшись, я увидел, что все с интересом наблюдают за происходящим. Если они хотят поделиться рецептом, придется принять.

Раз уж я свел счеты в Японии, пора выслушать, зачем он пришел.

— Так зачем ты пришел?

— США и Корея с давних пор были такими близкими союзниками!

— И что с того?

— Это значит, что мы — старые союзники! Помогаем друг другу!

— Ближе к делу. Чего ты хочешь?

— Да. Сейчас США в огромной опасности!

Очень кратко и по существу.

Значит, это и есть то самое аномальное явление в США?

Я понял, о чем он.

— Понял, постарайся там всё уладить.

— Постой! Джунхо! Ты должен помочь!

— С какой стати?

— Джунхо! Какой же ты скупой!

Джеймс Рид открыто выразил свое разочарование.