Глава 80

Взгляды, устремленные на меня, были самыми разными. Кто-то был удивлен, кто-то — в ярости.

Я в принципе не люблю откладывать дела в долгий ящик. Предпочитаю решать всё на месте. В этом смысле нынешнее собрание, где собрались влиятельные лица со всего мира, было отличной возможностью разом покончить с надоедливыми проблемами.

К тому же мне надоело слушать, как повсюду судачат о моих способностях.

Поэтому я подготовил сцену.

Есть претензии — высказывайте.

Интересно, насколько смело они смогут говорить, когда объект их недовольства стоит прямо перед ними.

— Говорите.

В атмосфере, где все негласно перекладывали ответственность друг на друга, руку поднял мужчина средних лет с типичной германской внешностью и каштановыми волосами.

— Я Швантнер.

Швантнер — чешский сверхчеловек, сторонник оборонительной системы под эгидой ЕС.

Он стал сверхчеловеком более десяти лет назад и был тем еще «генератором проблем», постоянно попадающим в скандалы из-за своего вспыльчивого характера и неосторожных высказываний.

Я припомнил, что он болтал обо мне. Вроде бы называл меня «пугалом», созданным корейцами, чтобы скрыть смерть Ким Ёнхвана? Он яростно критиковал «маленькую страну с полуострова» за безрассудство, утверждая, что этот «проект гения» скоро лопнет.

Когда я охотился на Нури, он заявлял, что я преувеличиваю, называя его обычным магическим зверем 8-го уровня. А потом сам же обделался, когда пытался охотиться на магического зверя плюс-стадии в Чехии.

Мир тесен для таких, как он. Есть люди, которые судят обо всем по своему усмотрению и меряют вселенную своим крошечным мирком. Подумав, я понял, что не сильно от них отличаюсь. Разница лишь в том, что у меня есть сила преодолеть это, а у них — нет.

Благодаря синхронному переводу понимать его слова было несложно.

— Говори.

— Существует значительный разрыв между показаниями Железного сердца и временем, когда ты закончил охоту на Нури. Как ты можешь это объяснить?

Железное сердце — это прозвище Ли Чхантхэка.

— Потому что я не убил Нури сразу.

— Не убил?

— Мне стало любопытно, как работают его дар и управление форсом, поэтому я поймал его и проверял, сколько он выдержит. А когда он больше не смог сопротивляться и «поплыл», я его прикончил.

—...

В зале воцарилась тишина. Если уж я нейтрализовал магического зверя, почему бы не провести пару экспериментов? Чего они все так всполошились? Неужели они поняли, что я использовал «Промывку мозгов»?

Хотя, если подумать, прирученный магический зверь 8-го уровня плюс-стадии — это действительно жутко.

— Ты не только подавил его, но и проводил эксперименты?

— Ага.

—...Чушь.

Глаза Швантнера яростно забегали. Не понимаю, почему нынешние люди называют правду ложью, даже когда им ее преподносят на блюдечке.

— Если не собирался верить, то и не спрашивал бы.

— Я не могу в это поверить. Сверхлюди из разных стран едва выжили при встрече с магическим зверем плюс-стадии. А ты не только охотился в одиночку, но еще и эксперименты ставил?

— Не хочешь верить — не надо. Или нападай.

— Что?

— Ты же трепался, что мою силу можно проверить парой пальцев. Называл меня «пугалом», а теперь струсил? Гряземес?

Услышав «Гряземес», Швантнер скривился.

Это было насмешкой над его даром создания грязи, а само слово «гряземес» (свормер) обычно означает того, кто выполняет грязную работу.

—...Хорошо, мне давно было любопытно узнать твою истинную силу.

— Постой...!

Когда в воздухе мгновенно разлилась жажда убийства, люди в испуге попытались вмешаться, но Швантнер действовал быстрее.

Он сорвался с места и выбросил руку вперед. Форс забурлил, и он бросился на меня. Хотя ношение оружия здесь было запрещено, сверхчеловек его уровня мог проявить свою мощь и голыми руками.

Оправдания в духе «я проиграл, потому что не использовал всю силу» — это бред неудачников.

Я было дернулся навстречу, но замер. Почва под моими ногами внезапно превратилась в вязкую трясину, пытаясь удержать меня.

Впрочем, это лишь слегка мешало. В обычных условиях я бы легко развеял это, наполнив ноги «Миной.»

Но у меня есть «Иммунитет ко всем ядам.» Пусть он на мгновение дал сбой, но в такой ситуации проявил мощь, достойную легендарного дара. Он снял дебафф трясины, удерживающей мои ноги, и освободил движения.

Когда я двинулся без каких-либо помех, глаза Швантнера расширились.

Па-са-са!

Форс, который использовал Швантнер, разлетелся в щепки, и моя «Мина» достигла его лица. Даже при сжатии форса мой дар «Мина» имел явное преимущество.

— Кх!

С коротким стоном он скрестил руки и едва успел заблокировать удар. Конечно, сверхчеловек такого уровня не даст «Мине» просто так пробить защиту.

Однако, в отличие от защиты, атака у него была неуклюжей. Это из-за того, что его основное оружие — двуручный меч, и без него он чувствует себя неловко.

Если он умрет здесь, то на том свете будет ныть, что погиб только из-за отсутствия оружия.

И что мне с того?

Если знал, что придется так сражаться, надо было учиться рукопашному бою. В конце концов, на любую отговорку найдется причина.

Я ведь тоже сражаюсь голыми руками, соблюдая те же ограничения.

— Если ты слаб, то длинный язык лишь приблизит твой конец.

— А-а-а-а!

Швантнер, сопротивляясь моей «Мине», собрал весь форс и взорвал его.

Бабах!

Раздался звук лопнувшего шара, и поднялась чудовищная волна форса. Зал мгновенно превратился в хаос, но человеческих жертв не было — подоспевшие сверхлюди уже занялись защитой важных персон, гася последствия взрыва.

Я был отброшен на мгновение из-за взрыва его силы, но не более того. Мои руки с упорством преследовали Швантнера, и наконец я вцепился ему в горло.

— Кх!

Он издал сдавленный стон, задыхаясь. Он отчаянно сопротивлялся, окутав себя форсом, но моя рука даже не дрогнула.

Я уже собирался безжалостно сломать ему шею левой рукой, но, заметив фигуру, бросившуюся на меня сбоку, был вынужден отпустить его.

Хрусть!

Изогнутый древесный корень, пытавшийся опутать мои ноги, сломался. Я почувствовал силу, которая, в отличие от простого наложения статуса, пыталась въесться в мое тело так же настойчиво, как «Мина.»

Переведя взгляд, я увидел прекрасную блондинку с гибкой фигурой, которая смотрела прямо на меня.

Это была Лора Энн, немецкий сверхчеловек. В свои 34 года она была главной надеждой Европы и получила статус сверхчеловека примерно в то же время, что и я.

Она никогда не отзывалась обо мне плохо, наоборот, хвалила как перспективного бойца, так что я не понимал, зачем она вмешалась.

— Зачем вмешиваешься?

— Швантнер — ценный ресурс Европейского союза. Я не могу позволить ему умереть. Если он погибнет, от этого выиграют только Лига или магические звери.

— Решать это буду не ты, а я.

— Но я могу помешать. Если придется, я могу нанести тебе смертельный урон.

— Понимаю это как твое желание умереть вместе с ним.

Не тратя слов, я бросился на Лору. Я чувствовал, как древесные корни пытаются опутать мои ноги, но легко разбил их ударом ноги.

Однако, даже разлетаясь в щепки, осколки прилипали к моим ногам, пытаясь проникнуть внутрь.

Это был совершенно неожиданный метод, я был удивлен. Принцип был похож на мою «Мину.»

Кстати, я слышал, что Лора Энн — ученица Франца, мастера «Мины.» Неужели она применила этот принцип к своему дару? Талант у нее выдающийся, как и подобает сверхчеловеку, проявившемуся в столь юном возрасте.

Но против меня, кто с помощью «Иммунитета ко всем ядам» снимает любые статусные эффекты и владеет искусством «Мины» в совершенстве, ее дар не представлял большой угрозы.

Сколько крови было на моих руках... Пожалуй, я использовал «Мину» дольше и убил больше людей, чем Франц. Сняв статусное воздействие «Иммунитетом ко всем ядам», я полностью подавил силу, пытавшуюся проникнуть в меня с помощью «Мины.»

Устранив все препятствия, моя рука достигла Лоры.

Хрусть!

— Ух!

Когда древесные корни на кончиках ее пальцев сломались, Лора вскрикнула. Я оттолкнул ее царапающие руки и снова потянулся к Швантнеру. Видимо, восстановив силы, он создал «Клинок силы» из шариковой ручки и заблокировал мою «Мину.»

Я начал яростно теснить их обоих, поочередно атакуя то Швантнера, то Лору.

— Кх!

— Уг!

«Клинок силы» и ручка разлетелись вдребезги, Швантнер с вмятиной в груди отлетел, кашляя кровью, а я, сломав руку Лоры с помощью «Мины», всадил заряд прямо ей в плечо. Все-таки сверхчеловек — она не сломалась сразу, а упорно сопротивлялась.

Но как только она позволила мне атаковать, все было кончено. Пока Лора не могла использовать свою силу, я переломал Швантнеру голени, бедра, кисти, запястья и локти.

Основа, на которой держалась его сила, была уничтожена.

В его глазах я увидел, как боевой дух сменяется ужасом.

Теперь конец.

В этот момент я почувствовал, как на меня несется нечто обладающее колоссальной силой.

Развернувшись, я сложил руки и применил «Бурю клинков.» Раздался грохот, и гигантская скала разлетелась в пыль.

Осколки камней, словно магнитом, притянулись друг к другу, принимая форму огромного чернокожего мужчины.

Это был Траоре, французский сверхчеловек родом из Мали. Выходец из иммигрантов, достигший вершин во Франции, он был символом успеха и «хозяйственником», выполняющим всю грязную работу в Европе. В мире его знали под прозвищем «Каменный голем.»

— Хотелось бы, чтобы ты остановился. Они оба — ценные члены нашей команды.

— Восхищаюсь твоей дружбой и заботой о товарищах.

На мои слова Траоре просиял. Похоже, он неправильно понял смысл моих слов.

Интересно, как бы это оценил кто-то со стороны? Наверное, сказали бы, что я сошел с ума, раз бросился на троих сверхлюдей.

Да какая разница. Я-то не сошел с ума.

Когда я был Кровавым мастером, я выживал и в куда более тяжелых и мрачных ситуациях.

Хоть меня и блокировали трое сверхлюдей, мне было плевать.

— В качестве платы за эту дружбу, я убью вас всех троих.

*

«Какого черта! Мазафака!»

Джеймс Рид мысленно закричал. Он не мог понять, сон это или реальность.

Изучая корейский, он нахватался слова «чолла» (очень/чертовски) и теперь не мог оторвать глаз от поединка, постоянно повторяя его.

«Это же чертовски безумный сценарий!»

Он знал, что Чхве Джунхо крут. Понимал, что это ограниченное пространство и условия, в которых сверхлюди не могут проявить всю свою силу.

Но это уже перебор!

Швантнер, затягивающий противника в бесконечную трясину, немецкая суперзвезда Лора Энн, французский решала Траоре...

Все они — первоклассные сверхлюди.

И все же Чхве Джунхо подавлял их всех троих.

Этого достаточно, чтобы доказать его силу. Если считается, что магического зверя плюс-стадии могут одолеть только двое сверхлюдей, то подавление троих — прямое доказательство того, что он действительно охотился на Нури в одиночку.

Ни дебаффы Швантнера, ни творческое применение способностей Лоры, ни вес и мощь Траоре не работали против Чхве Джунхо.

«Словно объединили Хелл Мастера и Чёрную гончую.»

Джеймс Рид, вспомнив двух легендарных злодеев, основавших Лигу, вздрогнул, когда кто-то похлопал его по плечу. Обернувшись, он увидел Гильермо, который не мог оторвать взгляд от места боя.

— Спасибо тебе. Если бы я полез, то уже был бы мертв.

При первой встрече Гильермо был готов даже к столкновению с Чхве Джунхо.

Но теперь он понимал, к чему бы это привело.

Почувствовав облегчение от того, что его страдания наконец оценили, он попросил о помощи.

— Проблема не в этом. Нужно их остановить.

— Я вмешаюсь.

— Я помогу. Мы только разнимем их.

Джеймс Рид, наблюдавший за ситуацией, вместе с Гильермо бросился в гущу боя.

Мощь «Бури клинков», создаваемой краем ладони, невозможно было описать словом «огромная.»

Словно яростный порыв, стремящийся разорвать противника в клочья. В каждом лезвии таилась густая жажда убийства.

«Чертовски силен! Он оптимизирован исключительно для уничтожения врагов!»

Джеймс Рид содрогнулся, почувствовав жажду убийства, скрытую даже в одном-единственном движении.

—...

Гильермо, почувствовав то же самое, помрачнел.

Когда они вдвоем погасили последствия «Бури клинков» Чхве Джунхо, трое сверхлюдей отступили.

Травмы Швантнера выглядели серьезными, но, к счастью, жизни ничего не угрожало.

Джеймс Рид закричал:

— Джунхо! Хватит!

— Ты тоже хочешь умереть?

— Да успокойся ты, черт возьми!

— С какой стати?

— Этот инцидент произошел только потому, что мы не знали тебя! Дай нам время узнать тебя получше, и недопонимание исчезнет! Убийство — не выход! Так поступают только злодеи!

Хотя его действия уже выглядели куда хуже, чем у любого злодея.

Джеймс Рид знал, что слова «злодей» и «твенджан-ччигэ» — единственное, что может сдержать Чхве Джунхо, поэтому намеренно упомянул злодея.

И это сработало.

—...

Джеймс Рид с тревогой смотрел на молчащего Чхве Джунхо. Он перешел черту, вмешавшись, но если тот решит продолжить, у него не будет повода его остановить.

Поэтому он выложил свой второй козырь — твенджан-ччигэ.

— Я попрошу Гильермо дать тебе рецепт твенджан-ччигэ в мексиканском стиле!

—...!

— И еще добавлю туда североевропейские и средиземноморские нотки! Как тебе?

И это его козырь? Неужели докторская степень Стэнфорда способна лишь на такую импровизацию?

Джеймс Рид почувствовал стыд за то, что не смог придумать ничего лучше.

Но произошло чудо.

Чхве Джунхо умерил свою жажду убийства.

—...Все равно я собирался остановиться, потому что аппетит испортился. Сдержи свое обещание.

— Положись на меня! Я дам тебе чертовски вкусный рецепт.

Это вообще реально?

Джеймс Рид с облегчением выдохнул, глядя, как Чхве Джунхо отступает.

*

После этого мероприятие завершилось в слегка сумбурной атмосфере.

Все оставшееся время я чувствовал на себе колючие взгляды.

Надоедливые люди.

Хотя я никого из них не убил, особого сожаления не было. Будь я Кровавым мастером, я бы нашел способ прикончить их всех, но я — нормальный, здравомыслящий сверхчеловек. Решил довольствоваться тем, что хоть немного поправил им манеры.

Если не поймут — тогда и убью.

В конце концов, каждый человек может совершить ошибку.

Даже я сам удивился, насколько стал великодушным.

— Швантнеру придется несладко.

Я хорошенько «промял» его тело «Миной», так что на восстановление уйдет немало времени.

Лора и Траоре отделались легче, но вряд ли скоро снова полезут на рожон.

Подумав, я понял, что сделал так, чтобы они больше не могли дерзить.

— Это что?

Собираясь отдохнуть в номере, я почувствовал мрачную и липкую ауру.

Я уже где-то встречал эту ауру. Она звала меня.

Следуя за ней, я вышел из отеля. На ухоженной аллее невысокий чернокожий мужчина ростом около 165 см махал мне рукой.

Я узнал его — это был Диавара, сверхчеловек из Гвинеи.

— Рад встрече, Джунхо.

К моему удивлению, он говорил на беглом корейском.

— Это ты меня звал?

— Да.

— Зачем?

— Сегодняшняя дуэль была досадной. Если бы Мачомен не вмешался так поздно, ты бы мог убить их всех.

—...

Я молча слушал, что он скажет.

Оглядевшись по сторонам и убедившись, что никого нет, он понизил голос:

— Я всё знаю. Ты ведь из Лиги, верно?

Что за бред он несет?

Посчитав мое молчание за согласие, он начал выкладывать информацию.

— Ты тоже притворяешься государственным сверхчеловеком. Я всё знаю.

Нынешние сверхлюди что, вынимают мозг перед выходом? Одно было ясно точно: этот парень как-то связан с Лигой. Я тихо включил диктофон на смартфоне.

— Я встречался с Чёрной гончей.

— О! Ты действительно крут. Я даже 12 Зодиаков не видел. Спрашиваешь, зачем я тебя позвал? Не хочешь заключить союз? Давай на этом мероприятии спровоцируем конфликт и устраним пару сверхлюдей. Тогда Лига высоко оценит нас обоих. Лига как раз разработала секретную технику для искусственного усиления силы.

— Откуда ты узнал о моей связи с Лигой?

— Аргос сказал. Сказал, что ты — настоящий злодей, рожденный, чтобы стать злодеем.

...Аргос, я когда-нибудь обязательно сверну тебе шею за этот длинный язык.

Слушая восторженную болтовню Диавары, я пришел к выводу.

Есть причина, по которой Лига не забрала его к себе, и из-за их ячеистой структуры обмен информацией у них работает плохо.

Поэтому он судит по старым данным и выкладывает мне всё как на духу.

Но почему он так уверен, что я из Лиги?

Я же на глазах у всех проявил великодушие, не убив ни одного сверхчеловека.

Разве не логичнее было бы считать меня праведным сверхчеловеком?

— Аргос опять наговорил чепухи.

— Ха-ха! Он же так красноречив, правда? И этот его образ такой крутой.

Войдя в раж, он наконец выложил самую важную информацию.

— Я, как и ты, притворяюсь государственным сверхчеловеком. Поэтому в Лиге меня очень ценят как шпиона.

— Понятно, значит, шпион.

— Чего ты притворяешься? Ты ведь в таком же положении.

—...

В каком еще «таком же положении.»

Добыча сама пришла мне в руки.

Как это называется?

Пока я лихорадочно соображал, пропуская его слова мимо ушей, он посмотрел на меня с недоумением.

— Чего ты улыбаешься?

— А, вспомнил.

— А?

— Золотой гоблин.

Я протянул к нему руку.