Перевод подготовлен командой «Звёздный Раскол» 🌌

Приятного чтения!

* * *

— Клайя!

— Урсу... гх?!

Едва переступив порог, девушка-знаменосец сгребла Клайю в охапку, стиснув в объятиях и оборвав ее возглас на полуслове. Я наблюдал за этой картиной в упор, и в голове мелькнула единственная мысль: «Это еще кто?»

Разумеется, я знал, что прибывшей должна быть Урсула Утгарза. Нам заранее сообщили, что придет одна из представительниц Золотого Поколения, да и сорвавшееся с губ Клайи имя не оставляло сомнений. И все же признать в ней Урсулу с первого взгляда я не смог: слишком уж разительно отличался образ из моей памяти от девушки, стоявшей прямо передо мной.

Та Урсула, которую я помнил, обладала синими, словно озерная гладь, глазами, волосами цвета меда, тронутой загаром золотистой кожей и лицом, щедро усыпанным веснушками. Она терпеть не могла сковывающие движения женские наряды и, сколько помню, появлялась исключительно в мальчишеской одежде. Ростом она не вышла — была на целую голову ниже миниатюрной Клайи. Манера называть себя мальчишеским «боку», короткая стрижка под пацана — со стороны ее запросто можно было принять за сорванца. Полная противоположность Сидни Скайшипу, которого вечно путали с девчонкой: любой, кто впервые видел Золотое Поколение, неизменно ошибался с их полом. Такой Урсула осталась в моей памяти пять лет назад.

Сейчас же переменилось все. Прежде всего — рост. Когда-то уступавшая Клайе, теперь она заметно ее переросла. Короткие прежде волосы она отрастила до самых плеч, кожа стала гладкой и белой, а в разрезе глаз миндалевидной формы причудливо переплелись острота закаленного мечника и женственная прелесть. На точеных чертах не осталось и следа веснушек; руки и ноги стали длинными и гибкими, а форменные хаори и хакама знаменосца Синего Леса сидели на ней поразительно ладно. Сквозь ткань отчетливо угадывались округлые женские формы, а лицо стиснутой в объятиях Клайи наполовину утонуло в груди подруги. В нынешней Урсуле уже никто не признал бы мальчишку.

«Да и Урсула ли это вообще? Словно совсем другой человек...»

Пока я пребывал в искреннем замешательстве, Урсула, словно ощутив мой пристальный взгляд, обернулась ко мне. Ее озерно-синие глаза широко распахнулись от крайнего изумления. Я не успел даже толком понять, чему именно она так поразилась, как бесстрастный голос Диарта Берхи осадил девушку:

— Поумерь пыл, Утгарза.

— ...Слушаюсь. Прошу прощения, командующий.

Неохотно выпустив Клайю, Урсула отступила назад. В момент, когда она отвечала Диарту, в глубине ее глаз мелькнул острый, холодный блеск, и это точно не было игрой воображения.

Клайя упоминала, что Урсула служит в Первом Знамени. Выходит, Диарт — ее прямой начальник, однако во взгляде подчиненной не читалось ни уважения, ни преданности. Скорее уж нечто прямо противоположное. Мне смутно показалось, что Урсуле прекрасно известны истинные причины побега Клайи с острова. Иначе с какой стати ей держаться со старшим по званию с подобной неприязнью?

Дойдя в мыслях до этого вывода, я про себя озадаченно покачал головой. Моя уверенность в том, что приставленный сопровождающий непременно окажется человеком дома Берхи, дала ощутимую трещину: выбор Урсулы выглядел крайне загадочным. Не мог же Диарт не замечать ее настроя. О чем он вообще думает?

Я молча вгляделся в командующего, но тот, как и следовало ожидать, не собирался раскрывать карты. Он лишь сухо констатировал принятое решение:

— Урсула Утгарза. Десятый ранг Первого Знамени, прекрасно ориентируется внутри Демонических Врат. Как было оговорено ранее, вам надлежит отправиться вместе с ней.

Лицо Диарта оставалось непроницаемым, точно ритуальная маска театра но, не позволяя проникнуть в его замыслы, и этим ледяным спокойствием странно напоминало моего отца, Шикибу. Задавать вопросы этому человеку бесполезно: любые слова отскочат от его чугунного самообладания. Рассудив так, я лишь коротко кивнул в знак согласия и промолчал.

Диарт перевел немигающий взор на девушку:

— Утгарза, ты не возражаешь?

— Слушаюсь.

— Прекрасно. На этом разговор окончен. Глава дома Берхи, господин Гилмор, велел передать: на все время пребывания на острове это жилище предоставлено в ваше распоряжение. Можете свободно пользоваться флигелем. Если чего-то не хватит — слуги подготовят.

Окончив речь, Диарт бросил на нас — а точнее, исключительно на меня — мимолетный взгляд, после чего неторопливо поднялся и вышел из комнаты. Слушая, как затихают в коридоре его шаги, я невольно подумал: к собственной сестре он так ни разу и не обратился.

***

Оставшись одни, мы втроем переглянулись в повисшей тишине. Я счел невежливым встревать в воссоединение старых подруг; Клайя колебалась, не решаясь заговорить раньше меня, а Урсула, переводя взгляд с одного на другого, явно не знала, с чего начать.

Если так пойдет дальше, разговор не сдвинется с мертвой точки. Смысла отсиживаться в этой осажденной крепости молчания не было, поэтому я, почесав щеку, заговорил первым:

— Пять лет... Нет, прошло уже пять с половиной. Давно не виделись, Урсула.

Услышав приветствие, девушка с явным облегчением кивнула:

— Давно, Сора. Извини, что сразу к делу, но не мог бы ты рассказать мне обо всем подробно? Командующий обрисовал ситуацию лишь в общих чертах, и пусть у меня есть догадки, я хочу услышать, как все было на самом деле, из первых уст.

Ее прямолинейная манера речи звучала для девушки ее возраста несколько грубовато, однако именно эти угловатые интонации мигом смели накопившееся чувство чуждости. Вот оно. Пять лет назад она говорила в точности так же.

Заметив, как я невольно хлопнул в ладони от внезапного узнавания, Урсула озадаченно сдвинула брови:

— Что-то не так?

— Да нет, просто ты настолько изменилась внешне, что я грешным делом засомневался, ты ли это. И только сейчас, услышав твои привычные интонации, наконец разглядел прежний облик.

Урсула удивленно захлопала ресницами, явно не ожидая подобного признания, а затем ее нежно-розовые губы тронула усмешка с явной ноткой неловкости:

— За пять лет внешность у любого хоть немного да изменится. Впрочем, к тебе это относится ничуть не меньше. Когда я увидела тебя рядом с Клайей, у меня просто глаза на лоб полезли от изумления.

— Вот как? Ну, что физиономия у меня стала куда более разбойничьей, я и сам знаю.

Я небрежно провел ладонью по лицу, но Урсула лишь покачала головой:

— Дело не в лице. Ты выглядишь невероятно... живым. Пять лет назад ты вечно шагал понурившись, глядя себе под ноги. Увидев тебя сегодняшнего, Аяка тоже обрадовалась бы.

На эту прямолинейную фразу мгновенно отреагировала Клайя, до сих пор тихо стоявшая рядом:

— У-Урсула, это же!..

Встревожившись, она в панике переводила взгляд с меня на Урсулу, явно опасаясь, что напоминание о бывшей невесте выведет меня из равновесия. Если подумать, Клайя до сегодняшнего дня ни разу не произносила имени Аяки вслух — старалась не бередить старые раны. Совершенно излишняя забота: меня давно не ранит простое упоминание ее имени.

Впрочем, тема эта и впрямь не из приятных, так что я решил поскорее перейти к делу:

— Выходит, переменились мы оба. Что до обстоятельств нашего прибытия...

Оборвав фразу на полуслове, я окинул взглядом комнату. Диарт предложил расположиться во флигеле, но оставаться здесь я не собирался. Нас запросто могли подслушать, да и нежелательные лица, прознав о моем визите, могли нагрянуть сюда в любую минуту. Раз уж разрешение клана Мицуруги получено ценой согласия взять Урсулу в провожатые, медлить незачем. Самое разумное сейчас — поскорее миновать Демонические Врата.

— Место здесь неподходящее. Расскажу обо всем по пути к Вратам.

На эти слова Урсула и Клайя кивнули одновременно.

* * *

Над главой работал:

— malstach