- Какую книгу вы имеете в виду, принцесса?

У императора есть такая же книга, как у Ямины или Арлены? Он когда-то встретился с Иным?

Если да – что же в той книге написано?

- Я не знаю её названия. Она в его кабинете.

- А вы знаете, откуда он её получил?

Девочка помотала головой.

- Вы видели, что находится внутри?

Она помотала головой ещё раз.

- Вам что-нибудь о ней известно?

-…Нет.

- Но вы знаете, что император к ней прислушивается?

- Мм.

На этот раз Эми уже не могла не нахмуриться.

Она сама не понимала, почему не рассматривала вариант, что одну из тех книг получит лично Его Императорское Величество. Уж явно не потому, что он неважен. Будучи владыкой империи, он, вне всякого сомнения, обладает колоссальной властью.

Но он всегда казался странно далёким от глубинных течений, скрывающихся под поверхностью мира.

Эми помнила, что император и в игре не оказывал существенного влияния на сюжет. Реальность оказалась ещё хлеще: здесь Хозяйка явно до определённой степени водила мужчину за нос. А вот фракции, с которыми сталкивалась Эми, как раз напрямую занимались важными делами, в основном – не имеющими отношения к короне.

В лучшем случае, она ожидала, что он будет в курсе некоторых глубинных дел, которые попали в его поле зрения в качестве правителя. И даже не думала, что он окажется ещё одним игроком, сидящим за той же доской, что Ямина или сама Эми.

Она несколько секунд разглядывала принцессу.

Девочка смотрела на неё в ответ.

- Принцесса, - наконец, произнесла Эми. - Вы не знаете, была ли ваша сестра в курсе, что ваш отец обладает такой книгой?

У Регины была похожая. Возможно, они связаны?

- Сестра не знала, - помотала головой Хильда.

- Вы уверены?

- Мм.

- Почему?

- Отец не позволяет другим видеть её. Он не хотел, чтобы её видела я.

Эми отвела глаза.

Немножко странно, что принцесса так уверенно говорит об одних вещах, зная так мало о других. Впрочем, прямо сейчас многое касательно её способностей и восприятия кажется странным.

В любом случае, Эми нужно этим заняться.

Это не входило в изначальный план, но, возможно, ей потребуется подойти непосредственно к императору и посмотреть, что можно у него узнать. В рамках сегодняшнего расписания устроить такую встречу вполне реально.

Эми вновь посмотрела на принцессу.

- Вы говорите, что он слушает только свою книгу. Вы имеете в виду, что она направляет его решения? Что в ней есть нечто, заставляющее его игнорировать вас, когда вы рассказываете ему о своих способностях или тревогах?

Девочка на несколько секунд замолчала, поднесла руку к золотой косе, не достающей до плеча, и принялась вертеть одну прядь между пальцами.

- Да, - наконец, произнесла она. – Я не знаю, что, но что-то есть.

- Понимаю.

Эми сложила руки на груди и задумалась. Принцесса продолжила созерцать её – так тихо, что Эми потребовалась ещё секунда, чтобы осознать, что Хильда хочет что-то сказать.

- Что такое?

Девочка замялась.

- Ты можешь заставить ту книгу исчезнуть?

Эми замерла.

- Вы хотите, чтобы я её похитила?

- Мм.

- Почему?

- Она мне не нравится.

Не самое всеобъемлющее объяснение.

-…Не знаю, получится ли у меня. Это от многого зависит. У вас есть идея, как долго он ей владеет?

Она не собирается воровать у императора только потому, что вторая принцесса просит об этом. Но если это действительно одна из книг, выпущенных в мир Иным, то Эми может быть полезно её прочесть.

Или нет.

Такое реально нельзя предвидеть заранее.

Впрочем, не факт, что украсть книгу, не привлекая внимания, так уж невозможно. Смотря как сложатся обстоятельства.

- Мама говорит, что он читает её годами, - сказала Хильда.

- Годами? – повторила Эми.

Если это – ещё одна книга, раскрывающая детали будущего, тогда император должен был узнать о вторжении Племени, Белд Тилелион и всём прочем достаточно рано, чтобы подготовиться. А это никак не соответствует тому, что наблюдает Эми. Кроме того, теперь-то она уверена: часть причины, заставившей Регину покинуть Рассветный дворец, заключается в том, что девушке оказалось не под силу убедить отца в том, что что-то грядёт.

Выходит, его книга – иного рода?

Эми ещё раз прокрутила в голове слова второй принцессы.

Возможно, это…

Она замерла.

Кое-что, сказанное девочкой, зацепило её мысли и заставило брови наморщиться снова.

…Та ведь оговорилась, верно?

Эми опять всмотрелась в почти бесстрастное лицо Хильды.

- Принцесса, когда вы сказали, что ваша мать так говорит, вы имели в виду, что она однажды сказала это вам, верно?

Принцесса посмотрела на неё.

Эми продолжила ждать.

«Мама говорит». Настоящее время. Возможно, оговорка? Но тут Эми вспомнила: девочка использовала такую же формулировку, когда говорила, что её мать владеет одной из музыкальных шкатулок.

Один раз – случайность.

Два – навряд ли.

Принцесса ничего не сказала, однако выражение её глаз заставило Эми обострить внимание.

Это была не ошибка.

- Принцесса, - медленно сказала Эми, - вы в курсе, что императрица…

Она не закончила фразу.

Возможно, так девочка справляется с горем. Возможно, она в замешательстве. А, возможно, дело в чём-то совершенно другом.

В любом случае, Эми обнаружила, что ей не по душе сама идея сказать Хильде, что её мать мертва. Не из-за простой эмпатии. Не совсем. Скорее, из-за неприятного эхо старых сожалений.

Она не могла не вспомнить, каким ударом стала для Скайлер гибель её собственных родителей.

Для Эми потеря родителей, несомненно, была печальным и несчастливым событием. Но, в конечном итоге, это лишь одно событие среди множества, и со временем ей стало сложно относится к этому иначе, даже когда хотелось. Частично именно поэтому она так до конца и не поняла, как общаться с такими людьми, как сестра, в чьих глазах смерть родителей приравнивалась к распаду мира на части.

И вот что забавно: кажется, она стала лучше в этом после слияния со Скарлетт. Возможно, потеря Арлены чему-то её научила?

Самой Эми нравилось так считать.

Впрочем, дистанция никуда не делась. Та крохотная пропасть между «видеть, как кто-то скорбит» и «знать, в какую форму облечь свой ответ».

В такие времена она не могла с уверенностью сказать, безопасно ли вообще говорить хоть что-то.

Но…

Не затрагивать эту тему тоже нельзя.

- Принцесса, - Эми постаралась оставить свой голос настолько естественным, насколько возможно, - Ваша мать, императрица. Вы знаете, где она?

Девочка промолчала.

Лишь указала глазами на полку с музыкальными шкатулками.

Для Эми это стала настоящим сюрпризом. До сих пор принцесса вела себя открыто.

- Позвольте перефразировать. Когда вы в последний раз говорили со своей матерью?

Хильда ничего не сказала.

Эми уже начала думать, что не дождётся ответа, когда принцесса тихо произнесла:

- Недавно.

- Недавно? – Эми взглянула на неё более пристально. – А ваш отец? Не знаете, общался ли с ней недавно он?

- Мм.

Эми втянула воздух.

Возможно, девочка таким образом просто справляется с печалью, но…

Иттар намекал на связь Эйдолона не только с принцессой, но и с Воспоминаниями, не так ли?

Если сама девочка не до конца понимает, что происходит, тогда, пожалуй, Эми не стоит смотреть прямо на неё. Наверное, лучше смотреть на ненормальные вещи вокруг Хильды. И та версия мёртвой императрицы, о которой говорит девочка, как раз замечательно подходит под описание.

Возможно, Эми только что выяснила часть «личности» Эйдолона.

Причём, видимо, ту, с которой каким-то образом связан император.

- Принцесса, как думаете, могу ли я встретиться с вашей матерью?

На лице девочки мелькнуло выражение, которое можно было бы принять за удивление. Небольшое. Просто сдвиг в районе глаз. Затем Хильда сжала губы и вновь притихла.

- Если я с ней встречусь, - продолжила Эми, - мы, пожалуй, сможем обсудить ту дверь, которая вызвала ваше любопытство.

Принцесса смотрела на неё ещё несколько секунд, прежде чем отвернуться. Её взор упал на небольшой секретер в углу. Девочка подошла к нему, открыла верхний ящик, заглянула внутрь, закрыла его и повернулась.

- Возможно, ты сможешь с ней встретиться. Позже.

- Когда?

Девочка склонила голову набок с таким видом, словно и сама не знала.

- После, - наконец, произнесла она.

- После?..

Она коротко пожала плечами.

- Ладно, - тихо вздохнула Эми. – Значит, я постараюсь найти вас после, принцесса.

-Мм.

Девочка кивнула, после недолгих колебаний кинула беглый взгляд на секретер, а потом опять сконцентрировалась на Эми.

-…Обещай, что не ранишь её.

Эми слегка распахнула глаза, и выражение её лица смягчилось.

- Обещаю.

Раздался стук в дверь.

Принцесса посмотрела в ту сторону.

-…Мне нужно готовиться.

- К церемонии?

Хильда кивнула.

Эми покосилась в окно. Солнце забиралось всё выше в небо.

Скоро полдень. Наверное, приём продлится ещё час. Аристократы и прочие почётные гости всё ещё вращались в саду, но вполне логично, что принцессе следует готовиться заранее. Более странно, что в такой день она вообще может перемещаться настолько свободно.

- Тогда я пока что откланяюсь.

Пожалуй, самое время поменяться с двойником обратно. Эми уже узнала то, что ей требовалось, и у неё есть отличная идея, чем занять остаток дня.

- Принцесса, - Эми указала на секретную дверь, - не могли бы вы ещё раз связать её с каким-нибудь безлюдным местом?

Хильда посмотрела на дверь и жестом попросила Эми подойти ближе.

Эми так и сделала. Затем нажала на тот же орнамент, которым принцесса пользовалась ранее. Дверь со щелчком приоткрылась. Эми распахнула её шире и обнаружила, что смотрит в абсолютно пустой, тускло освещённый коридор.

- Спасибо, - сказала она, обернувшись.

Девочка уже переключила внимание на парадную дверь, в которую постучали ещё раз.

Эми ещё на миг задержала на ней взгляд, а затем шагнула вперёд и позволила потайной двери захлопнуться за спиной.

Она достала и активировала сферу Хозяйки, чтобы проверить ситуацию в Саду Розалинды. Поиск копии не отнял много времени. Та женщина стояла на боковой террасе, ни с кем не общалась и выглядела ровно настолько дружелюбно, насколько и ожидалось.

Эми не смогла удержаться от вздоха облегчения.

К счастью, ничего слишком хаотичного, на первый взгляд, не произошло.

Несмотря на ограничения, наложенные на другую Скарлетт, она всё-таки немного волновалась.

Объединив чувства со сферой, Эми телепортировалась в ту же комнату отдыха, которую использовала ранее, и принялась ждать. Наконец, копия выдвинулась в сторону одного из выходов из сада.

У них не было способа пообщаться напрямую, но Эми в данный момент владела [Памятью Соглашения], которая служила ядром для формирования тела другой Скарлетт. Таким образом, копия была связана с артефактом и чувствовала, когда он оказывается поблизости. Если разлучить их достаточно надолго – тело, лишённое подпитки, начнёт постепенно развоплощаться.

Эми всерьёз рассматривала вариант позволить этому случиться.

Но она ещё могла получить пользу от той женщины.

И они, как бы, заключили сделку.

Она прождала в комнате отдыха несколько минут, прежде чем дверь открылась, и другая Скарлетт вошла внутрь.

Странное это ощущение, когда кто-то с твоим лицом входит в комнату и немедленно морщится, будто ты самим своим существованием наносишь этому «кому-то» личное оскорбление.

Ещё более странно, когда данная личность говорит твоим голосом и с твоими интонациями, только немного резче.

- Ну что, повеселилась? – спросила женщина.

- Можно и так сказать, - ответила Эми, протянув ей кинжал.

Другая Скарлетт выгнула бровь. Эми поняла, что та просто не хочет переходить на менее формальное общение.

Эми самой не нравилось это признавать, но после почти часа попыток она была склонна поддержать данное мнение.

Часть личности Эми оказалось легче демонстрировать, когда она расслаблялась в личном пространстве офиса, где и говорить-то не с кем, кроме Розы. Но в Рассветном дворце? В окружении аристократов, древних правил и ожиданий, возложенных на плечи баронессы Хартфорд? Здесь неформальный стиль ощущается более неуместно, чем где бы то ни было.

Впрочем, это не значит, что она сожалеет о том, что выпустила Эми Бернал наружу.

Другая Скарлетт взяла кинжал, и маскировка тут же слетела.

Теперь в зеркале отражалась ещё одна Скарлетт Хартфорд. Взор её янтарных глаз был острым, а на лбу уже собралась первая морщина.

Скарлетт потратила миг на то, чтобы разгладить выражение лица, после чего повернулась к копии.

- Возникли ли сложности?

- Ни одной, достойной упоминания, - сказала женщина, принимая облик Илоны Хартфорд.

- По твоим меркам.

- Да. По моим меркам.

Скарлетт изучала её несколько секунд, после чего покачала головой.

- Могу ли я ожидать, что ты сможешь найти путь отсюда, не устроив переполох?

- Естественно.

- Тогда мы здесь закончили. Оплату за содействие можем обсудить при следующей встрече, как и прочие темы, которые ты захочешь поднять.

Женщина задержала на ней взгляд.

- Желаешь что-то сказать? – посмотрела ей в глаза Скарлетт.

- Нет, - другая Скарлетт улыбнулась, и приятной эта улыбка вовсе не выглядела. – Удачи, наверное. Подозреваю, что она тебе понадобится.

Она прошла мимо Скарлетт к одной из кабинок – переодеться. Скарлетт пришлось достаточно долго ждать, чтобы получить обратно собственное платье и вернуть ношеную форму горничной. После этого она вернулась в Сад Розалинды.

Ей не хотелось, чтобы резкая смена поведения выделялась слишком сильно, поэтому она придерживалась того же шаблона, что и другая Скарлетт. Стояла возле края. Избегала больших скоплений народа. Присутствовала, не привлекая слишком много внимания, и дожидалась конца приёма.

В какой-то момент она заметила Эвелин. Их взгляды пересеклись. Скарлетт увидела в глазах сестры нечто нечитаемое, отчего у неё зародилось смутное дурное предчувствие.

Интуиция подсказала, что другая Скарлетт оставила после себя проблему, с которой придётся разбираться.

Впрочем, сейчас не время для этого.

Скарлетт оставила эти тревоги на потом, а сама остановилась на спокойной террасе, откуда открывался вид на один из малых оркестров. Поблизости стоял стол с закусками – отличный повод задержаться здесь и не выглядеть так, будто она осознанно отступила.

За следующие полчаса к ней подошло несколько людей, но разговоры с ними прошли в расслабленном ритме. Вскоре началось движение: слуги объявили, что гости могут проследовать в Райскую Палату.

Леди Винтерсворт в компании Эвелин и пары малознакомых дворян быстро нашла баронессу. Они вместе направились в тронный зал, поддерживая лёгкую светскую беседу.

Теперь Скарлетт убедилась, что ей не почудилось – с Эвелин определённо что-то происходило. Продолжительные взгляды со стороны молодой женщины демонстрировали это достаточно ясно.

Тем не менее, по какой-то причине это взгляды прекратились почти сразу же, стоило Скарлетт спросить, что не так. После этого Эвелин, по большей части, вернулась к обычному поведению, что сделало ситуацию в целом ещё более подозрительной.

Скарлетт хотела копнуть глубже, но не могла.

Так они и шли по коридорам дворца, ведомые сопровождающими и окружённые другими группами аристократов, многие из которых переглядывались с леди Винтерсворт. Ни Эвелин, ни Скарлетт не вмешивались в это слишком сильно – лишь настолько, чтобы поддержать видимость вежливости.

Скарлетт, например, уже начала уставать от разговоров. Утренние приветствия, встреча с авгуром, общение с принцессой, а также время, когда Эми находилась ближе к поверхности сознания, чем обычно – в совокупности всё это истощило ментальную энергию куда сильнее, чем хотелось.

Не то чтобы Скарлетт не могла продержаться до конца дня, но лучше беречь силы, пока есть возможность.

Что до Эвелин… Возможно, это лишь воображение Скарлетт, но сестра тоже выглядела немного усталой. Это не было очевидно по её позе или выражению лица, но Скарлетт, по собственному мнению, познакомилась с ней достаточно близко, чтобы заметить признаки.

Эвелин отрывает время от собственного сна, чтобы справляться с делами баронства? А ведь Скарлетт говорила ей, что дела, не требующие личного внимания, следует чаще делегировать.

Вот как так вышло, что окружающие относятся к Скарлетт, как к трудоголику, пока существуют такие люди, как Эвелин? Она мысленно вздохнула и сконцентрировалась на окружении. Как оказалось, они уже пришли.

Впереди во всём своём знакомом великолепии раскинулась Райская Палата.

Куполообразный золотой потолок ловил солнечный свет странно прозрачным способом – совсем так, как и запомнилось Скарлетт. По стенам из белого мрамора и невероятным гобеленам, покрывавшим их, разливалось тёплое сияние. Красная ковровая дорожка протянулась через весь зал: от высоких бронзово-красных дверей до приподнятой платформы, где под багровым балдахином покоился императорский трон. Вдоль стен выстроились солнечные рыцари в чёрной броне и белых плащах.

Палата уже была полна дворян. Они, в основном, собирались в небольшие группы вдоль стены, пока сопровождающие направляли поток новоприбывших. Скарлетт перекинулась несколькими словами с леди Винтерворт, прежде чем их группа распалась.

Старушка взглядом пожелала ей удачи и направилась туда, где полагалось стоять сопровождающим гостям и членам семей, не имеющим титула.

Эвелин, не спуская глаз со Скарлетт, последовала за ней.

Скарлетт сделала вид, будто не заметила этого.

Вместо этого она развернулась и направилась к противоположной стороне помещения, где собиралась титулованная знать.

Кое-кто следил за её приближением.

В прошлый раз, когда Скарлетт была здесь, те же самые люди в массе своей смотрели на неё с издёвкой.

Теперь таковых почти не осталось.

Этого уже хватило, чтобы на губах баронессы заискрила небольшая улыбка.

Она заняла своё место в ряду и принялась ждать.

Всё новые гости входили внутрь. Тихий гул беседы менял тон, но так ни разу и не нарушил торжественную атмосферу Палаты. Скарлетт позволила взгляду свободно скользить, выхватывая из толпы знакомые лица. А мысли так и продолжали возвращаться к принцессе, книге императора, откровению авгура и наполовину готовому бальному помещению Хозяйки, спрятанному в глубинах дворца.

Наконец, высокий мужчина в чёрно-красном церемониальном одеянии – королевский глашатай – ударил посохом в пол.

- Его Величество, Гартелнас Артициус Верддун Терония!

В помещении моментально настала тишина. Двери позади трона распахнулись.

- На колени перед избранным светом Иттара!

Все, за исключением Солнечных Рыцарей, преклонили колено.

Первыми вошли два королевских гвардейца. Их бело-золотая броня сверкала под золотистым светом. Затем по изогнутой лестнице к трону спустился сам император в багрово-золотой мантии. За ним последовали кронпринц, вторая принцесса, Хозяйка в амплуа имперской советницы и остальная часть королевской гвардии.

Скарлетт зацепилась глазами за двух Клинков, шедших последними.

Император занял законное место.

Глашатай вновь поднял посох.

- Да узрят все, собравшиеся под светом Его Величества!

Все встали.

Только теперь баронесса сфокусировалась на мужчине, восседающем на троне. И она могла поклясться, что он тоже мельком взглянул на неё.

Скарлетт выпрямилась.

Настал час вести себя так, будто она здесь – главная героиня.