Я безответно влюблена.

— Ты видела сон? И о чём же он был?

— Ну… во сне я провалилась.

— Что за ерунда? Ты слишком зациклилась на экзаменах.

— Я не о провале на экзамене, во сне я провалилась и падала вниз!

Разговаривая обо всякой чепухе, мы набивали рот онигири с умебоши (Прим.пер.: онигири — рисовые шарики с начинкой; умебоши — японская солёно-квашеная слива) из круглосуточного магазинчика вместе с другом детства по имени Сайто, в которого я влюблена. Тем не менее этой любви не суждено было расцвести. Ведь…

— Эй, Сайто. Ты ведь знаешь Танаку, мою одноклассницу?

— Ага.

— Так вот, она хочет поговорить с тобой после уроков, — я сказала это небрежно, будто говорила о чём-то обыденном. Это была просьба моей одноклассницы. Недоумение Сайто было типичной реакцией для мальчика его возраста. — И она будет ждать тебя сегодня после занятий на крыше школы.

— …

— Разве не здорово, Сайто? Ты ведь сам говорил, что Танака симпатичная.

Несмотря на мои попытки подбодрить, он только сильнее хмурился. А ведь я была искренне рада за него. Но с того момента Сайто только молчал и недовольно толкал вперёд свой велосипед. Что ж, вот, что происходит, когда тебя приглашает самая популярная девочка в классе.

— Знаешь, Сайто.

— …Что?

— Я… те… тебя… — признавшись первой, я перешла бы дорогу подруге. Но, вообще-то, первой влюбилась в Сайто именно я. — Ничего… После уроков, на крыше школы. Не забудь.

И всё же я испугалась. Трусиха. Как всегда, мысли остались лишь мыслями. Ну что за неудачница…

На этом перепутье я оказалась, перейдя в выпускной класс старшей школы.

* * *

Провалившись на экзаменах, я сильно разочаровала родителей. Потому что не смогла поступить в альма-матер родителей и старшего брата — серьёзную частную школу. Я старалась, действительно старалась изо всех сил, но этого оказалось недостаточно.

— Не плачь… Разве не здорово, что мы будем вместе ходить в одну старшую школу? — так сказал мне Сайто — мальчик, живший по соседству. Вечером того дня, когда огласили список поступивших, я притаилась под дверью и плакала совсем одна, но он заметил меня.

Точно. Наверное, здорово быть вместе с Сайто.

Вторая школа, в которую я попыталась поступить, была близко к дому, в их столовой вкусно кормили, да и школьная форма была симпатичной. Это не было утешением для моих родителей, но стало утешением для меня самой и дало надежду на будущее. Моё единственное спасение.

Поступив в старшую школу, почти каждое утро я шла на занятия вместе с Сайто и по пути болтала с ним о разной чепухе. Мы делились друг с другом учебником, когда один из нас забывал его, а вечером, после занятий в школьном кружке, вместе возвращались домой.

Некоторые ошибочно считали, что мы встречались, но это было не так. За прошедшие 3 года я действительно влюбилась в Сайто, однако смелости, чтобы признаться в своих чувствах, у меня не хватало, и наши отношения оставались дружескими.

Наверное, мне просто не доставало уверенности в себе. После признания нашим тёплым дружеским отношениям пришел бы конец, и я могла оказаться лишь ненужной обузой для Сайто. Вот почему мне было так страшно. В последний раз я даже использовала подготовку к экзаменам в качестве оправдания, чтобы не признаваться в чувствах...

И всё же…

— Знаешь, Ода. Кажется, мне тоже нравится Сайто, — такие слова шепнула на ушко моя одноклассница Танака. Женственная, милая, производящая хорошее впечатление. И, конечно, пользующаяся популярностью у мальчиков. Но иногда она говорила странные вещи и частенько витала в облаках, поэтому среди девочек её считали чудачкой. Для них она была настолько же отталкивающей, насколько другим казалась милой и необычной.

Изначально Танака общалась с другими девочками, но произошло что-то, из-за чего её начали бойкотировать. На втором году обучения, когда мы учились в одном классе, я позвала её вместе пообедать.

— Посмотри на мою заколку, Ода! Точно такая же, как твоя, только другого цвета!

Танака всегда повторяла за мной, что бы я ни делала. Например, эта заколка, или любимые канцелярские принадлежности. Её вещи отличались от моих только цветом, она посещала те же места, и даже стиль одежды постепенно становился похожим на мой. Наверное, она просто не хотела, чтобы и я тоже возненавидела её.

В то же время, от Танаки я узнала множество увлекательных вещей. Будучи членом литературного клуба, она просто обожала книги и мангу. Она делилась со мной любимыми произведениями и даже рассказала, что пишет собственную новеллу. В моём же доме были строгие порядки, и подобные книги, и, тем более, манга, были под запретом. Истории из книг, одолженных у Танаки, были как глоток свежего воздуха, да и слушать рассказы о её собственной новелле было не менее интересно.

Таким образом, у нас было много общего: и интересы, и секреты, и любимый человек. Вот только… я совсем не хотела делить с ней любимого человека.

— Тебе… нравится Сайто?

— Ага. Он классный и такой добрый. Мы оба члены литературного клуба, и во время дежурства разговорились о будущем. Он не стал смеяться и очень серьезно отнёсся к мечте стать писателем. Я была так рада! — по правде говоря, я была в смятении. Именно благодаря мне Сайто и Танака познакомились, и Танака прекрасно знала, что Сайто уже нравился мне. — В следующем году мы окончим школу, так что, думаю, нужно набраться храбрости и признаться в своих чувствах.

— Ага… Думаю, это хорошая идея.

— Правда?! Ты правда тоже так думаешь? Спасибо, Ода! Знаешь, я хотела попросить тебя о небольшом одолжении. Завтра после уроков…

На самом деле, мне хотела сказать «ну уж нет», или «ты ведь прекрасно знаешь, что мне самой нравится Сайто». Но произнести подобное вслух просто язык не поворачивался.

Так я стала не соперницей, а помощницей Танаки. Если у этих двоих всё сложится хорошо, я окажусь лишней, как надоедливое насекомое.

* * *

Я ненавидела себя за то, что скрывала чувства и со всем соглашалась. Так было всегда.

Танака получила моё одобрение, она не сделала ничего неправильного. В конце концов, победителем станет тот, кто первым признается, даже если придётся обманывать друзей и идти по их головам вместо того, чтобы смиренно отступить. Для этого тоже требуется смелость. Я сама была виновата, что, в отличии от Танаки, боялась рискнуть.

— Нет, хватит. Экзамены важнее всего. А любовь… с меня достаточно.

Любой, кто посвятит себя любви, должен провалить экзамены. С этим девизом я вышла через школьные ворота после уроков.

В этот момент незнакомый белокурый парень прошёл мимо меня.

— ?.. — я взглянула на него только краем глаза, это был юноша с правильными чертами лица. Обернувшись, я подумала, он, наверное, наш новый учитель английского языка.

Ах… В той же стороне на крыше виднелись силуэты Сайто и Танаки. Эти двое стояли друг напротив друга и о чём-то говорили. Думаю, прямо сейчас Танака признавалась в любви Сайто. В груди всё сжималось сильнее и сильнее. Неужели я так и окончу школу, ничего не рассказав Сайто только потому, что боюсь обидеть Танаку?

— Нет, я… всё же не хочу этого, — даже если Сайто отвергнет меня, даже если Танака будет презирать. Потерять сразу двух близких людей страшно. Но если ничего не сделать, буду горько сожалеть. — Всё же я хочу донести до Сайто свои чувства…

Резко развернувшись, я побежала, словно героиня подросткового фильма.

Я вернулась в школу, которую только что покинула. Заходящее солнце освещало вечернее здание школы. Коридор, по которому я бежала и лестница, по которой поднималась, были окрашены в яркий оранжевый цвет.

Быть может, Танака уже призналась в любви. Быть может, Сайто принял её чувства. И всё же, я…

— Сайто, Танака!.. — я с грохотом распахнула дверь и вышла на крышу. Сегодняшний закат, окрасивший всё небо в багровый цвет, казался не совсем обычным.

Напротив было открытое место, эти двое наверняка там. Сделав глубокий вздох, туда направилась и я. Даже если это предательство близкой подруги, я хотела признаться любимому человеку. Таково решение, которое я приняла.

— Что?.. — но что-то было не так.

Пол под ногами был краснее, чем багровое небо. Целое море крови… в котором было два тела. Это были Сайто и Танака, неподвижно лежащие лицом вниз.

— Ой…

Я не могла поверить в реальность увиденного, не могла дышать, просто продолжала стоять на месте. Побледневшая и дрожащая.

Что это такое?.. Они оба мертвы?..

— Сколько бы раз ты не возродилась, — я обернулась на голос, который услышала из-за спины. Там был человек в куртке. Окровавленной рукой он снял глубоко накинутый на голову капюшон.

Ах… Это был тот белокурый парень, которого я недавно видела перед школьными воротами. На меня уставились его глаза, горящие диким гранатовым цветом, а в руке был окровавленный нож. Неужели это он убил Сайто и Танаку?

Не понимаю. Ничего не понимаю. Ужас охватил меня. На дрожащих ногах я отошла к краю крыши.

Точно, я на крыше. А выход заслонил этот юноша. Бежать было некуда, поэтому я вцепилась в перила и много раз прокричала: «Помогите! Помогите мне!». Но голос был недостаточно громким. Отсюда хорошо виднелась площадка, на которой занимались члены спортивной секции, но на меня никто не обратил внимания.

...удар.

После того, как я почувствовала толчок в спину, по телу пробежала боль. Я сразу поняла, что случилось с моим телом. Меня тоже пронзили ножом. Точно так же, как Сайто и Танаку.

— Мейдер, — всего одно слово. Он прошептал его у самого моего уха.

Я услышала странный звук, словно кто-то щёлкнул переключателем внутри меня.

—Сколько бы раз ты не возродилась, я тебя непременно убью, — не успела я понять смысл этих слов, как парень толкнул меня, и тело начало стремительно падать вниз, вниз, вниз… Что-то сломалось и разбилось с неприятным звуком.

Ах… Где и когда я совершила ошибку, из-за которой жизнь закончилась вот так? Я росла, слушаясь строгих родителей, но всё равно не смогла оправдать их ожиданий. Мне не хватало уверенности говорить то, о чем хотелось сказать. Я не могла рассказать любимому человеку, что думала о нём, и не могла столкнуться лицом к лицу с собственной подругой.

Что, например, случилось бы, если бы я ясно сказала Танаке, что мне тоже нравится Сайто? Или если бы сегодняшним утром опередила Танаку и сказала «люблю» Сайто? Как всё сложилось бы, не окажись никого на крыше? Если бы я справилась со своей «безответной любовью», результат изменился бы хоть немного? Или ничего не поменялось бы?

Если бы я переродилась… то на этот раз мне точно хватило бы уверенности признаться любимому человеку.