Небо едва начало светлеть, когда вторая госпожа во дворе Цинхэ занималась подсчётами расходов второй ветви за текущий месяц. Её муж был старшим сыном от законной супруги, поэтому по правилам его доля серебра была даже больше, чем у четвёртой ветви. Однако в последнее время второй господин активно занимался налаживанием связей, и расходы из малого хранилища значительно превысили бюджет.

Она нахмурилась и обратилась к служанке Линь: «Почему расходы второго господина на налаживание связей записываются на счёт второй ветви? Ведь это делается ради всей семьи цзянцзюня* Ма! Подобные траты должны проходить через общие средств!»

Служанка Линь, с трудом подбирая слова, проговорила: «Четвёртая госпожа сказала, что с этого месяца все расходы на налаживание связей записываются на того, кто их осуществляет. Даже когда четвёртый господин вернётся, он тоже не будет брать деньги на это из общих средств».

Ма Юань был главой семьи Ма, и неиспользуемые общие средства принадлежали ему. Для него не имело значения, берет он деньги из общих средств или нет. Но для второй ветви это означало, что придётся тратить личные сбережения!

Лицо второй госпожи потемнело: «Что задумала Линь Юнхэ? Раньше всё распределялось равномерно, почему вдруг всё стало так чётко поделено?»

Служанка Линь задумалась: «Госпожа, может быть, … мы чем-то обидели её?»

«Я ничего не делала, чтобы её обидеть!» — воскликнула вторая госпожа. Единственное, что я сделала, это то, что позволила Нин Вань и Нин Чжэнь передать сообщение третьей молодой госпоже, но ведь помолвка не была расторгнута? Неужели Линь Юнхэ из-за этого подняла такой шум? В этот момент вторая госпожа даже не подозревала, что несла чёрный котёл** за Нин Юэ.

Её глаза холодно сверкнули, и она резко приказала: «Пойди к третьей госпоже и узнай, что происходит!»

Служанка Линь уже собиралась уходить, как третья госпожа, с покрасневшими от слёз глазами, словно она только что плакала, вошла, отодвинув занавеску: «Вторая сестра! Ты должна заступиться за меня! Четвёртая сестра … она так несправедлива ко мне!»

Вторая госпожа сделала знак служанке Линь удалиться, и когда та вышла, строго спросила: «Что натворила Линь Юнхэ?»

Третья госпожа с преувеличенными эмоциями рассказала о событии, произошедшем сегодня утром: «Я всего лишь хотела заказать для Нин Вань и Нин Чжэнь несколько комплектов красивой одежды, но она заявила, что доля третьей ветви уже исчерпана, и если мне нужны дополнительные вещи, то я должна оплатить их сама! Я знаю, что наша ветвь происходит от наложницы, но неужели мы не имеем права заказать несколько комплектов одежды?»

Происходит от наложницы? Хм! В этой семье, кто кроме второго господина, не происходит от наложницы? Просто Ма Юаню повезло, что его усыновила старая госпожа и провозгласила законным наследником! Линь Юнхэ осмелилась выдавать куриное перо за стрелу***! Когда Линь Ланьчжи управляла особняком, то не была такой высокомерной!

Вторая госпожа поправила рукава и гордо произнесла: «Не выдать несколько рулонов ткани — это ещё ничего. Она даже ограничила денежные средства второго господина на налаживание связей!»

Третья госпожа, услышав это, была поражена: «Что? Она даже осмелилась не считаться со вторым братом?»

Вторая госпожа была настолько разгневана, что чуть не порвала свой платок: «Её дочь скоро станет невестой шизцы. Кого она оставит в живых?»

Хотя они с Линь Юнхэ всегда были не в лучших отношениях, они никогда не переходили в открытый конфликт. Но на этот раз Линь Юнхэ сама нарушила этот баланс.

Ха! Она думает, что никто не сможет её урезонить?

Во дворе Танли Нин Юэ проснулась естественным образом и, не дожидаясь зова старшей служанки Чжун, сама выбралась из-под одеяла.

Старшая служанка Чжун удивлённо моргнула: «Уже проснулись? Ещё рано, поспите ещё немного!»

«Нет, а то опоздаю!» — ответила Нин Юэ, поспешив в ванную комнату, откуда вскоре послышались звуки всплеска воды.

Старшая служанка Чжун улыбнулась, заметив, что молодая госпожа действительно увлечена учёбой.

Тем временем Линь Юнхэ отправила служанок на двор Танли доставить два совершенно новых комплекта официального наряда ученицы.

«С тех пор как старая госпожа разрешила третьей барышне пойти в высшую школу, госпожа сразу же велела двум швеям срочно сшить для третьей барышни официальный наряд ученицы. Работали две ночи подряд, чтобы успеть вовремя!» — с улыбкой сообщила управляющая Фан из двора Цяньси.

Нин Юэ не стала разоблачать эту ложь: на самом деле работа началась только прошлой ночью, а ткань явно была взята из старых нарядов Нин Си, которые просто перешили и отдали ей, выдавая это за великую милость. Линь Юнхэ, кажется, вознамерилась вознестись на небеса!

Но, вспомнив события прошлой жизни, она нашла это довольно ироничным: в детстве она всегда донашивала старые вещи Нин Си, а повзрослев, уже Нин Си доставались её старые вещи. Разница лишь в том, что она носила её одежду, а Нин Си — её мужчин.

Нин Юэ отложила принесенную одежду в сторону и достала из шкафа официальный наряд ученицы, приобретённый накануне в магазине готовой одежды. Хоть он и не был сшит на заказ, материал и качество работы были даже лучше, чем у принесенного от Линь Юнхэ, но что с того? Она скорее пойдёт голой, чем наденет вещи, которые носила Нин Си!

Закончив с прической и макияжем, Нин Юэ начала собирать книги. Старшая служанка Чжун не умела читать, поэтому расписание уроков и перечень необходимых книг были для неё загадкой. Если бы служанка Чуньси была здесь, то эти заботы легли бы на её плечи, но теперь Нин Юэ пришлось делать всё самой.

Собравшись, она решила, как обычно, сначала навестить бабушку во дворе Фушоу, а затем отправиться в высшую школу. Старшая служанка Чжун настаивала, чтобы Нин Юэ взяла с собой одну из служанок, но та решительно отказалась.

Зачем брать этих служанок, которые не стоят доверия, да ещё и являются шпионами Линь Юнхэ? Ещё не хватало, чтобы они вместо помощи навредили мне.

Прибыв во дворе Фушоу, Нин Юэ увидела, что там уже собрались три госпожи и её сестры. Линь Юнхэ принесла извинения за отсутствие Нин Си на вчерашнем ужине, а Нин Си с театральным кашлем сообщила, что врач настоятельно рекомендовал ей отдыхать несколько дней, но ради учёбы она всё же решила встать.

Вот это пример для подражания!

Вторая госпожа с притворным сочувствием утешила Нин Си и похвалила её как образец для младших сестёр, призвав Нин Вань и Нин Чжэнь брать с неё пример.

Нин Вань, всегда умевшая держать себя в руках, не проявила особого удивления, но своенравная Нин Чжэнь неожиданно почтительно согласилась: «Я поняла, вторая тетушка, я буду равняться на вторую сестру!»

Нин Юэ незаметно приподняла бровь, ощущая как атмосфера вокруг накалена: Похоже, Линь Юнхэ решила возложить вину за подставу Нин Си на вторую и третью госпожу, применив к ним экономические санкции. А их неожиданно дружелюбное поведение, возможно, свидетельствует о том, что их недовольство Линь Юнхэ перешло из открытой фазы в скрытую?

Если это так, они обязательно что-нибудь предпримут!

Покидая двор Фушоу, Нин Чжэнь окликнула Нин Юэ: «Третья сестра, не хочешь сегодня поехать с нами в высшую школу?»

Под словом «нами» подразумевались, конечно, Нин Вань и Нин Чжэнь.

Нин Юэ прищурилась, собираясь ответить, но тут подошла Нин Си с улыбкой на лице, и тоном, не терпящим возражений, заявила: «Третья сестра, как хорошо, что ты ещё здесь! Я совсем забыла позвать тебя, и боялась, что ты уже ушла. Сегодня поедем в высшую школу вместе на моей карете!»

Нин Юэ приподняла бровь: «Э?»

Губы Нин Чжэнь презрительно скривились: «Вторая сестра привыкла ездить одна, лучше не мешать её уединённости. Мы с четвёртой сестрой любим компанию, так что третьей сестре с нами будет гораздо веселее!»

«А почему же вы тогда вчера не пригласили третью сестру?» — голос Нин Си стал холоднее.

Нин Вань молчала, а Нин Чжэнь со смешком ответила: «Но ты ведь тоже не позвала её! И даже заставила её упасть в воду!»

«Ты …» — Нин Си едва не задохнулась от возмущения!

Нин Юэ прикоснулась к подбородку. Эти люди принимают меня за дурочку? В первый день учёбы вы все игнорировали меня, а теперь, когда я уже освоилась, пытаетесь исправить ситуацию задним числом? Какая жалкая попытка!

Нин Юэ слегка улыбнулась и спокойно сказала: «Я ценю ваши добрые намерения, но я предпочитаю ехать на своей карете. Я ещё не до конца поправилась, и, если вдруг заражу вас, это может негативно повлиять на вашу учёбу».

Услышав это, все трое замялись. Приближался Новый год, и не только взрослые были заняты — барышням тоже приходилось нелегко. Им нужно было не только подготовиться к ежегодной итоговой аттестации, но и участвовать в совместном турнире по цзицзюй****. Если кто-то из них заболеет, то пропустит все эти важные мероприятия.

_____________________________

Примечание:

* - цзянцзюнь – ист. полководец;

** - чёрный котёл – обр.выражение - ложные обвинения;

*** - выдавать куриное перо за стрелу – обр.выражение - много на себя брать, корчить из себя важную персону;

**** - цзицзюй - аналог современного поло, игра в мяч сидя верхом на лошади, популярная при династиях Тан и Мин.

Перевод: Флоренс