Весной 210-го года правления в Западной Лян. Наследник чжуншаньского вана, Сюань Юй, возглавил поход на север с тридцатью тысячами отборных воинов и разгромил стотысячную тяжёлую кавалерию государства Бэй, тем самым положив конец семнадцатилетнему противостоянию между двумя государствами.

Государство Бэй признало поражение и добровольно приняло статус вассального удела.

В начале зимы Сюань Юй возвратился в столицу победителем.

Император пребывал в великом восторге и удостоил победителя титулом дацзянцзюнь*, а также устроил пышный банкет, на который собрались высшие сановники.

На берегу пруда Тайечи.

Свет сотен дворцовых фонарей мерцал, отражаясь в прозрачной глади воды.

Там, среди сияния огней и блеска драгоценностей, празднество достигло апогея: голоса певцов сливались с весёлыми разговорами правителя со своими поддаными, разносясь далеко вдоль берега озера, туда, где на краю праздничного стола восседал мужчина в белоснежных одеждах. Луна зависла прямо над ним, окутывая его голову мягким серебристым светом.

«Мой дорогой Сюань», — обратился к нему император.

Мужчина поднялся, и лунный свет, словно серебряный поток, заструился по его стройной фигуре.

Среди присутствующих прокатился восхищённый шепот и приглушённые вздохи изумления.

Он же оставался невозмутимым, спокойно пройдя по мраморной дорожке, искусно украшенной резьбой, приблизился к императору.

Император добродушно окинул взглядом собравшихся, а затем с теплотой посмотрел на безупречное, словно вырезанное из нефрита, лицо юноши: «Мой дорогой Сюань, помнишь, Чжэнь обещал исполнить любое твоё желание, если ты победоносно завершишь северный поход? Настал час сказать Чжэню, чего же ты хочешь?»

«Ваше Величество, у меня есть просьба, которую нелегко высказать», — голос его был тихим и ровным, словно гладкий камень, лежащий на дне неглубокого ручья.

Император мягко улыбнулся: «Говори же».

«Позвольте просить руки достойной и прекрасной дочери знатного рода».

Все присутствующие, включая самого императора, замерли в напряжённом ожидании!

«Для моего младшего брата Сюань Иня».

Присутствующие: «…»

Будто ледяной душ пролился на собравшихся!

Если Сюань Юй считался самым завидным женихом в государстве Западная Лян, то его младший брат был кошмаром, которого любая девушка предпочла бы избежать любой ценой!

Бездарный, беспринципный, бесполезный, да к тому же с невероятно уродливой внешностью. Но что ещё хуже, его восемь знаков** были настолько неблагоприятными, что приводили к гибели невест: уже три невесты ушли из жизни одна за другой.

Сейчас вряд ли найдется семья, которая рискнет обручить с ним свою дочь.

Казалось, Сюань Юй не обратил внимания на наступивший холодок в зале. Сделав короткую паузу, он добавил: «В благодарность готов взять в жены вторую дочь из той же семьи».

Эти слова вызвали мгновенную вспышку интереса в глазах присутствующих.

Любовь Сюань Юя к младшему брату была известна всем, и никто особо не удивился, что он способен принести столь значительную жертву ради родного человека. Тем не менее …

Хотя предложение, сделанное им, звучало заманчиво, но тем не менее оно было слишком жестоким — счастье одной девушки должно было быть оплачено жизнью другой!

Отец семейства, возможно, согласился бы, но сердце матери никогда бы не позволило пожертвовать дочерью.

Разве что эта дочь была неродная.

 …….

В комнате стоял холод, словно в леднике, Нин Юэ вздрогнула и проснулась.

«Эй, сколько уже дней прошло, а третья барышня всё не приходит в себя?» — посетовал чей-то голос.

«Будь я на её месте, мечтала бы оставаться в беспамятстве всю жизнь. Кто захочет выйти замуж за такого никчёмного человека? Я слышала, что Инь Цзюньван уже погубил трёх невест подряд. Так что пусть лучше лежит здесь, чем отправляться на верную гибель», — ответил другой голос.

Третья барышня? Инь Цзюньван? О чём они вообще говорят?

Нин Юэ широко раскрыла глаза и огляделась по сторонам. Комната показалась знакомой, но она долго не могла вспомнить, где именно находится.

Тут она снова услышала тот голос — сладкий, но раздражающе неприятный: «Ну какая же это жертва? Сам император пожаловал ему титул Цзюньвана. Мало того, что она горшок для варки лекарств***, так ещё у неё и мать сумасшедшая, а ей выпала честь стать Ванфэй! Как по мне, так она должна радоваться и улыбаться во сне!»

Не успела она договорить, как дверь распахнулась, и в помещение ворвался суровый женский голос: «Что за шум? Работы, что ли, нет? Грязь на плите до сих пор не стерта! Целыми днями только и делаете, что бездельничаете! Получаете деньги и ничего не делаете! Совсем ума лишились? Всё ещё стоите здесь? Быстро беритесь за тряпки! Плиту вымыть, посуду перемыть, бельё собрать!»

Этот голос … Кажется, это момо Чжун?

«Хмпф! Только ты здесь трудолюбивая! — противно пробормотала молодая служанка, сердито топнув ножкой и удалившись вслед за подругой.

«Совсем распоясались!» — буркнула старшая служанка Чжун, входя в комнату и откинув занавес на кровати. Поставив чашу с целебным отваром на столик, она с тревогой обнаружила, что кровать пуста, и сердце её ёкнуло от страха. Лишь потом она заметила, что барышня сидит перед бронзовым зеркалом, и с облегчением вздохнула.

«Молодая госпожа, вы проснулись? Почему не накинули одежду?» — укоризненно спросила она, набрасывая тёплый халат на плечи Нин Юэ.

Нин Юэ внимательно посмотрела сперва на отражение в зеркале, затем на значительно помолодевшую старшую служанку Чжун и всё ещё не могла поверить собственным глазам: «… Ущипни меня».

Старшая служанка Чжун удивлённо заморгала: «А?»

«Ладно, не надо, я сама», — решила Нин Юэ и действительно сильно ущипнула себя за щеку.

Ой!

Очень даже больно!

Это не сон — я действительно помолодела, и тетушка Чжун тоже явно стала моложе.

Опустив руку, она рассеянно рассматривала линии на своей ладони и, наконец, спросила с лёгкой дрожью в голосе: «Момо Чжун, скажи, какой нынче год?»

Замечая странность в поведении молодой госпожи, старшая служанка Чжун обеспокоенно коснулась её лба — температуры не было, и она успокоилась: «210-й год правления в Западной Лян. Молодая госпожа, почему вы вдруг спросили об этом?»

210-й год правления в Западной Лян — год, ставший переломным в моей судьбе.

В тот год её обручили с самым никчёмным человеком в Западной Лян, чтобы обеспечить удачное замужество второй сестры с первым цзянцзюнем**** Западной Лян.

В тот год она отвергла сватовство Инь Цзюньвана, окончательно испортив отношения с резиденцией чжуншаньского вана.

В тот же год второстепенная жена её отца выгнала её из дома, и она встретила мужчину, ставшего причиной всех бед её дальнейшей жизни.

В тот год мать, разыскивая её, выскользнула посреди ночи из дому и утонула в реке.

В тот год отец, узнав о трагедии, бросился сквозь метель с границы домой, но по пути попал в засаду и был убит вражескими стрелами …

Вся трагедия её жизни началась именно в тот год. Возможно, Небеса сжалились над ней, возможно, судьба не захотела её покидать — но каким-то чудом она вернулась обратно, до того, как произошла катастрофа!

Теперь она ни за что не упустит подаренного судьбой шанса!

Устранить тех, кого следовало устранить, защитить тех, кого нужно было защищать, вернуть себе всё, что принадлежит ей по праву. Начиная с сегодняшнего дня, она возьмет управление колесом судьбы в собственные руки!

………..

Выпив лекарство и поговорив немного со старшей служанкой Чжун, Нин Юэ постепенно разобралась в своём положении. Она не воскресла до того, как начались все события, по крайней мере, переговоры о браке уже велись. К счастью, процесс заключения брака — от составления карточка брачащегося***** до передачи подарков невесте — занимал минимум полгода. Этого срока должно было хватить, чтобы изменить судьбу родителей и свою собственную.

«Момо Чжун, как мама чувствует себя сейчас? Она всё ещё не в себе?»

Старшая служанка Чжун тяжело вздохнула: «Да, эта служанка ходила проведать её недавно, всё осталось по-прежнему».

Нин Юэ надолго замолчала.

На самом деле она редко проводила время с матерью. Хотя последняя была законной женой отца, но после кончины старшего брата разум её помрачился, и, казалось, она узнавала лишь одного человека — своего мужа.

Однажды служанки рассказывали, что мать купала её и забыла разбавить кипяток холодной водой. Девочка чуть не сварилась заживо.

Это случилось, когда ей было всего три года.

После этого инцидента её навсегда забрали со двора матери.

Несколько раз мать пыталась отыскать её, похищала и прятала в собственном шкафу.

Однажды зимой девочка описалась в тёмном шкафу, мать не сменила её мокрую одежду, и малышку охватила тяжелейшая лихорадка. Жизнь висела на волоске.

После этого случая её мать поместили под постоянный надзор.

Как и все прочие, она долгое время полагала, что мать полностью безумна. Лишь после того, как та погибла, ища её, она поняла: сколь бы безумна ни была мать, память о собственном ребёнке оставалась живой в её душе навсегда.

Сейчас уже прошло больше половины одиннадцатого месяца по лунному календарю, до этого рокового дня осталось всего десять дней.

На этот раз она была намерена пресечь трагедию в самом зародыше!

______________________________________

Примечание:

* - дацзянцзюнь – главнокомандующий;

** - восемь знаков - служащие для обозначения года, месяца, дня и часа рождения человека (типа гороскоп);

*** - горшок для варки лекарств – обр.выражение – так говорят о человеке, вечно больном;

**** - цзянцзюнь – полковедец;

***** - карточка брачащегося – в ней указывался возраст и имя вступающего в брак, заполнялась при заключении брачного контракта.

Перевод: Флоренс