В главе 174: А Жун и Ван Хун посещают приветственный банкет в поместье принца Нань'яна. Принц Нань'яна пытается выслужиться перед А Жун и посылает Чжан Сяна принести ей сокровища после окончания банкета. Затем Чжан Сян напоминает ей о их знакомстве через ее двоюродного брата Чэнь Саньланя, и спрашивает, может ли он служить ей. Она разочаровывается в том, что когда-то хотела выйти замуж за этого человека. Он выглядит как праведник, но он с готовностью работает на кого-то вроде Принца Нань'яна и с готовностью подчиняется такой постыдной женщине, вроде нее. Это означает, что он без колебаний использовал бы ее (преподнес ее в дар другому) ради продвижения по службе или связей, если бы они тогда поженились. Она отпустила его, а затем попросила слугу Ван Хуна купить недвижимость в Мояне на деньги, только что присланные Принцем Нань'яна.

********************

Глава 175: Повторная встреча с Мужун

Получив приказ от Чэнь Жун, слуги повернулись за подтверждением к своему хозяину.

В это время Ван Хун все еще спокойно смотрел на Чэнь Жун. Он отвел взгляд и небрежно кивнул им.

С его согласия дальше все шло очень гладко и естественно. Слуги уехали в тот же день с тремя сотнями коробок с деньгами.

Чэнь Жун встретилась со своими слугами, оставшимися в Нань'яне. Как она и ожидала, земля и магазины, купленные ею, неуклонно увеличивались в цене, повысившейся более чем в десять раз с тех пор, как Ху отступили.

Она знала, что это только начало. На ее памяти, недвижимость в Нань'яне увеличится в десятки раз в течении десятилетия. Ее первоначальные покупки в конечном итоге стоили бы в сто раз больше.

Если не случится ничего непредвиденного, ей больше не нужно будет беспокоиться о средствах.

В течение следующих нескольких дней она виделась с Ван Хуном. Чэнь Жун решила, что он ушел ради выяснения правду об осаде Мо'яна.

Вместе с его исчезновением исчезло и большинство охранников Ван. Кроме слуг, уехавших на покупку земель в Мо'яне, в этот момент с Чэнь Жун осталось только десять.

Нань'ян все еще был полон песен и веселья.

Чэнь Жун спокойно слушала песни на расстоянии находясь в своем экипаже. Поглядев на закатное небо, она сказала:

— Давай посетим поместье Чэнь.

— Да.

Раньше поместье Чэнь было заполнено потоками людей, приходящих и уходящих. Теперь тут было ужасно пустынно. Верно, хозяев здесь не было, а слуги только присматривали за домами, так что здесь не могло быть так оживленно, как раньше.

После того, как Чэнь Жун сообщила управляющему о своей личности, ее экипаж подъехал ко двору, где она когда-то жила.

Ворота не были закрыты.

Чэнь Жун спустилась с экипажа, толкнула тяжелые ворота и вошла внутрь.

Несмотря на то, что двор был прибран, он был пуст. Трава в углу выросла до колен.

Чэнь Жун некоторое время ошеломленно стояла там. Дом в Пине промелькнул у нее перед глазами, а затем превратился в дом Жань Миня из ее прошлой жизни. К тому времени, когда она встряхнулась, Чэнь Вэй и Чэнь Цянь, казалось, сидели во дворе, смеясь и поддразнивая ее.

— То, что не наше, никогда не будет нашим, — со вздохом произнесла она с закрытыми глазами.

Охранники последовали за ней, увидев, что она вошла. Махнув им рукой она тихо сказала:

— Оставь меня на некоторое время одну.

— Слушаюсь.

Добравшись до ступенек, она протянула руку и толкнула дверь в главный холл.

Когда она распахнулась, затуманенные глаза Чэнь Жуна увидели улыбающееся лицо Матушки Пин. Моргнув, она увидела, что это всего лишь свисающая паутина.

С тихим вздохом Чэнь Жун закрыла дверь и вошла внутрь.

Пройдя через холл и смежные комнаты, она направилась в свою спальню.

Все было точно так, как она помнила, кроме того, что было немного пыльно. Должно быть, прошло много времени с тех пор, как кто-то приходил сюда убираться.

Чэнь Жун подошла к кровати. Когда услышала шаги позади себя, она неожиданно очнулась от своего транса и хмуро спросила:

— Разве я не говорила оставить меня одну?

Как только она это сказала, внезапно пронесся порыв ветра. Вздрогнув, она обернулась, когда почувствовала острую боль в шее. В глазах у нее мгновенно потемнело, и она тут же рухнула без сознания...

Чэнь Жун проснулась от утреннего ветерка.

Распахнув глаза, она увидела золотое солнце, только что взошедшее с востока, освещавшее небо и землю. При ближайшем рассмотрении оказалось, что листья тополя в сотне шагов от них все еще были покрыты блестящей росой.

Вдохнув свежий и прохладный воздух, Чэнь Жун медленно себя ощупала.

— Проснулась? — раздался магнетический мужской голос почти сразу же, как она пошевелилась.

Чэнь Жун вздрогнула.

Приподнявшись, она повернулась, желая взглянуть на говорившего.

Она увидела стоявшего к ней спиной мужчину. Он казался молодым, с красивой и подтянутой фигурой. Он смотрел вниз, вырезая кусок дерева в руке, орудуя лезвием. Сквозь разлетавшиеся опилки она могла видеть только его тонкие губы.

Этот человек носил бронзовую маску синего цвета, старого стиля и экстравагантного дизайна. Под мрачной маской его красивый подбородок и тонкие губы представляли таинственную красоту.

— Мужун Кэ? — выпалила она при виде него.

Мужчина медленно положил резьбу по дереву и повернулся на нее взглянуть.

У него была пара глубоких, бездонных глаз. В тех же бездонных глазах Жань Миня горело гнетущее адское пламя. Его, с другой стороны, были так же приветливы, как бескрайнее море.

— А Жун из дома Чэнь, давно не виделись, — улыбнулся мужчина, глядя на нее.

Он явно был в маске, но улыбка Мужун Кэ была подобна позднему весеннему ветерку.

— Верно, давно.

Чэнь Жун тоже улыбнулся. Она медленно села и лениво провела пальцами по спутанным волосам.

Хотя она не привела себя в порядок и ее волосы были взъерошены, такая улыбающаяся Чэнь Жун, обладала определенной грацией, элегантностью и превосходством, которыми обладали только высокородные аристократы... Но, конечно, ее самообладание ничего не значило в глазах Ван Се. Можно даже сказать, что это было претенциозно. В конце концов, самообладание Чэнь Жун пришло скорее из практики, чем от рождения.

Тем не менее, она столкнулась только с представителем племени сяньбэй.

Мужун Кэ окинул ее восхищенным, оценивающим взглядом. Его глаза под маской улыбались.

— Даже по сей день мои солдаты все еще говорят об А Жун из Дома Чэнь, выехавшая вперед в своем белом платье, чтобы присоединиться к полю боя. Даже мои братья и сестры глубоко восхищаются тобой, желая быть свидетелями твоей решимости. Ты пришла и ушла так быстро, что у меня не было возможности как следует рассмотреть тебя в тот день. Поэтому я специально пригласил тебя сегодня, чтобы продолжить наше незаконченное дело (1).

Его низкий голос трепетал, как мимолетный весенний ветерок.

Этот его голос и манера держаться... Неудивительно, что знать Цзянькана невольно хвалила его, хотя они хорошо знали, что их народ был убит племенем Сяньбэй.

— Продолжить наше незаконченное дело? — усмехнулась Чэнь Жун. — Мой Дорогой Лорд Кэ, вы намеренно пробрались в Нань'ян и похитили меня, и все это ради того, чтобы продолжить незаконченное дело? — Мой Дорогой Лорд Кэ – это прозвище, которое девушки дали молодому генералу Мужун Кэ. В тоне Чэнь Жун звучала отчетливая насмешка, когда она обратилась к нему этим именем.

Она прикрыла свою прекрасную улыбку, которая сияла, как солнечный свет, даже если в ней был сарказм.

— Ну естественно, — засмеялся Мужун Кэ. Он махнул рукой, подав знак своим солдатам принести еду и вино. — Слышал, что ты очень близка с двумя моими хорошими друзьями, Жань Минем и Ван Хуном... Я – Мужун Кэ, я – Ху. Если я смогу использовать простые методы, тогда я не буду тратить свое время на усложнение вопросов

Теперь Чэнь Жун поняла.

Он использовал ее как приманку, чтобы заманить Ван Хуна и Жань Миня.

Должно быть, он поместил людей в Нань'яне. И едва получил известие о ее прибытии в город, он воспользовался возможностью действовать... В этом отношении Ху отличались от Цзинь. Знатные Цзинь никогда бы не похитили женщину чтоб угрожать кому-то.

Варвары всегда остаются варварами. Даже если аристократы Сянбэя многому научились у ученых Цзинь, врожденному превосходству и самоуважению просто невозможно научиться.

Хотя Чэнь Жун относилась к нему с презрением, она не настолько глупа, чтобы провоцировать его.

— Если Мой Дорогой Лорд Кэ пригласил меня сюда, тогда ты должен был проявить ко мне хоть немного вежливости. — тихо сказала она, вставая. — Позови сюда своих служанок, чтобы помогли мне вымыться.

Ее слова были полны властности.

— Отведи юную леди в ее шатер и хорошо обслужи ее, — не теряя самообладания сказал он со смехом, махнув рукой слуге.

— Слушаюсь, господин.

Ему ответили голоса нескольких женщин Хань. Чэнь Жун обернулась и увидела четырех женщин, покорно стоящих позади нее. Все эти женщины были привлекательны, скромны и красиво одеты. Однако их взгляды и движения выглядели напряженными и наполненными страхами, которые невозможно было стереть. Это были явно женщины Хань, захваченные Ху.

Увидев их, Чэнь Жун была поражена. Только теперь она полностью проснулась и осознала ситуацию, в которой оказалась.

Она попала в руки Ху.

Небеса так над ней насмехаются. Она только что получила собственность и надежду, но теперь в мгновение ока оказалась в опасности.

Она действительно попала в руки Ху.

В течение короткого времени смех солдат поблизости, ржание лошадей, шелест ветра... Все кружилось и уносилось вдаль.

Почувствовав замешательство Чэнь Жун, губы Мужун Кэ изогнулись в улыбке. Он подошел и встал у нее за спиной, говоря своим магнетическим, но нежным голосом:

— Не бойся, А Жун. Ты моя особая гостья, — а, после паузы добавил, — Думаю, что не пройдет много времени, как твой дорогой Господин Жань или Господин Ван приедут, чтобы забрать тебя домой

Его харизматичный голос медленно вывел Чэнь Жун из транса.

— Думаешь, что герои Хань похожи на твоих людей Ху, что они откажутся от своих целей только ради женщины? — сказала она с улыбкой не оглядываясь, держа спину абсолютно прямо.

— Мой Дорогой Лорд Кэ, на этот раз ты напрасно потратил свои усилия, изображая негодяя.

Сказав это, она самодовольно удалилась.

Женщины Хань поспешно последовали за ней.

Чэнь Жун отвели в шатер прямо рядом с шатром главнокомандующего. Когда она проходила мимо, солдаты Ху время от времени кричали и показывали на нее.

— Помогите мне вымыться, — сказала она, как только они вошли в шатер.

— Да.

Слуги принесли ей таз с водой, полотенце и бронзовое зеркало.

Чэнь Жун села и посмотрелась в зеркало. Девушка, смотревшая на нее в ответ, все еще была прекрасна, как весенний цветок. Ее взгляд скользнул к ее иссиня-черным волосам, в которые была воткнута золотая заколка. При виде нее она расслабилась.

Пока служанки помогали ей с мытьем, Чэнь Жун в смятении нахмурила брови.

Никто лучше нее самой не знал сколько она значит. Жань Минь никогда бы не стал рисковать из-за такой легкомысленной женщины, как она. А что Ван Хун?

Чэнь Жун покачала головой. Он – золотое дитя Дома Ван, как он может так рисковать? Кроме того, она всего лишь женщина, с которой он небрежно развлекается на досуге. Что она по сравнению с благополучием страны и его собственной безопасностью? Ничего, совсем ничего.

Матушка Пин и Старый Шан, пожалуй, единственные в этом мире, кто заботился о ней. Ее брат может любить ее, пока она стояла перед ним, но он скоро забудет ее, как только она скроется из его поля зрения.

Чэнь Жун глубоко вздохнула и остановила свои скачущие во весь опор мысли.

— Я не могу сидеть и ждать смерти. — сказала она само себе со стиснутыми зубами. — Было нелегко достигнуть моего нынешнего положения. Я не могу просто так сдаться.

***************************

1. 前缘 цяньюань – предопределенные узы, любовь из прошлой жизни и т.д.