Глава 196: Смерть Чэнь Жун

— Пара Ван-Се действительно влюблена! — закричал мужчина, когда толпа повернула головы.

Оказавшись в центре внимания, он торжествующе воскликнул:

— Угадайте, какими любовными штучками они занимались? Хахаха. А Би из Дома Се и лорда Ван Гу застали играющими в постели с шестью другими мальчиками.

Как только были произнесены эти слова, поднялся шепот. Мир, в котором они жили, был похотливым и абсурдным. Как для членов королевской семьи, так и для аристократов было обычным делом проявлять страсть перед аудиторией. И все же семьи Ван и Се немного иные. Почти у каждого прямого потомка из этих семей был сборник стихов, переданный миру. Когда они участвовали в конвенциях, их талантам в четырех искусствах завидовали. Их темперамент и самообладание были еще более впечатляющими.

По этим причинам любовные связи, которых в изобилии у других дворян, были редкостью в этих двух домах. Более того, помолвка между А Би из Дома Се и Ван Хуном, а затем Ван Гу, находилась в центре всеобщего внимания.

— Вот это интересно. Неудивительно, что Ван Цилан больше не хочет ее видеть, — послышался голос под всеобщими смешками толпы.

— Верно, верно, — согласились с ним окружающие.

— А Би из Дома Се и Ван Гу действительно влюбленная и веселая пара

— Ха-ха, Ван Цилан, вероятно, знал, что А Би из Дома Се – распутница, поэтому он оказал голубкам услугу, позволив им быть вместе.

Среди этих криков люди, распространявшие новости, удобно опустили факт, что молодые люди, развлекавшиеся с Се Би и Ван Гу, изначально были подарком императора Чэнь Жун... После спасения Чэнь Жун, репутация Ван Хуна распространилась с невообразимой скоростью. В отличие от суровых ученых, простолюдины не осуждали предпочтение Ван Хуна романтике, а не справедливости. Несмотря на то, что в их сердцах имелась некоторая критика, самая важная новость для них заключается в том, что Ван Хун смог победить самого могущественного бога войны среди Ху и, следовательно, спасти империю.

Таким образом, подсознательно они хотели защитить Ван Хуна и Чэнь Жун, которую он любил.

— Более того, я слышал, что Девятая принцесса также была поймана за безудержным весельем с тремя молодыми людьми, — прокричал че=то голос вновь.

На этот раз шепот стал громче. Голос мужчины был громким, но вскоре его слова оказались заглушены... Что такого, что принцесса спит с несколькими мужчинами? Кто из принцесс не делал этого за последние несколько столетий?

Среди смеха и суматохи люди все еще говорили о любовных историях между Се Би и Ван Гу, и эти истории становились все более и более возмутительными.

На лице слушавшей все это некоторое время Чэнь Жун, медленно появилась улыбка: "Судя по этим слухам, имидж Ван Хуна полностью изменился. Есть некоторые, называющих происхождение шести симпатичных парней, но их быстро заглушают. Похоже, что простолюдины поддерживают Ван Хуна, в то же время высмеивая скандал Се Би и Ван Гу."

Со своими охранниками на буксире она целый час бродила в толпе, прислушиваясь к распространяющимся слухам. Послушав некоторое время, она повернула голову и сказала:

— Возвращаемся.

— Да.

Все трое направились обратно к особняку Ван Хуна. Как раз в тот момент, когда они входили в переулок резиденции, ее внезапно окликнул голос:

— А Жун из дома Чэнь.

Это был очень знакомый голос.

Она обернулась.

Она увидела экипаж, припаркованный в затененной части переулка. В этот момент женщина подняла занавеску и вышла, направляясь к ней.

У нее было красивое лицо, но волосы были взъерошены, а платье помято. Она выглядела довольно неприглядно для дворян, всегда следившх за своей внешностью.

Это была Девятая Принцесса.

Как только она увидела ее, Чэнь Жун подсознательно оглянулась назад и с облегчением увидела одинокого охранника, стоящего рядом с экипажем. Как и Чэнь Жун, двое охранников тоже вздохнули с облегчением.

Подойдя Девятая Принцесса встала перед Чэнь Жун.

Она подняла взгляд и серьезно посмотрела на. Ее глаза были серьезны, гораздо серьезнее, чем когда-либо во время их предыдущих встреч.

— Это его рук дело, не так ли? — спросила Девятая Принцесса с бледным лицом, глядя прямо на Чэнь Жун.

Чэнь Жун пораженно застыла.

— Я знаю, что он сделал бы что-то подобное, тебе не нужно это скрывать, — с твердым взглядом добавила та.

— О чем ты говоришь, Ваше Высочество? — в замешательстве спросила Чэнь Жун, моргнув.

Девятая Принцесса печально улыбнулась.

— Это он. Он меня не любит, а любит он лишь тебя. Ему наплевать на мою помолвку, но ему было небезразлично, что ты страдаешь из-за убийства твоего племянника моими людьми. Разве это не так?

Когда Чэнь Жун услышала это, выражение ее лица стало холодным и безмолвным.

Губы Девятой Принцессы выглядели обескровленными, и она ошеломленно произнесла:

— Ему было недостаточно того, что он засунул в мою постель нескольких мужчин, но зачем он еще и зажег благовония? Мое целомудрие... отнято четырьмя мужчинами... Недостаточно того, что он не любит меня, но он еще и причинил мне такую боль?

— Ваше Высочество, ты считаешь человеческие жизни мусором, — с безжалостным выражением лица произнесла Чэнь Жун. — Все, что ты потеряла – свою девственность. Я не понимаю, из-за чего весь сыр-бор?

— Ты не понимаешь, из-за чего весь сыр-бор? Как ты смеешь сравнивать меня с этими простолюдинами?! — Девятая принцесса подняла глаза к небу, чтобы рассмеяться, и по их щекам покатились слезы. “Я сохранила свою девственность для него до сих пор… Как он мог так обращаться со мной? А Ронг из Дома Чен, как он мог так поступить со мной?

Лицо Чэнь Жуна оставалось бесстрастным. Она смотрела на Девятую принцессу и с ненавистью думала: "Потеря твоего целомудрия легкое наказание. Если бы я могла, я бы хотела изгнать тебя и дать тебе познать несчастья и боль простолюдин."

Безразличие Чэнь Жун постепенно успокоило взволнованную Девятую Принцессу.

Подняв руку, она на некоторое время прижала ее к груди, а когда снова подняла голову, в ее глазах не было слез, только ненависть. С горечью посмотрев на Чэнь Жун, она печально пробормотала:

— Если он безжалостен, то не вините меня за жестокость. Ван Хун Ван Цилан, я хочу, чтобы ты жил в агонии всю оставшуюся жизнь.

Ее звучал голос очень тихо. Чэнь Жун видела лишь шевелившиеся губы, и слышал только несколько слогов. Она не поняла, что конкретно та произнесла.

После этих слов взгляд Девятой Принцессы, устремленный на Чэнь Жуна, стал свирепым. Почти внезапно ее правая рука дернулась, и из рукава вылетел короткий кинжал.

В темном переулке холодный свет мгновенно ослепил Чэнь Жун.

Пораженная Чэнь Жун рефлекторно попятилась. Девятая принцесса бросилась вперед. Ее рывок был чрезвычайно быстр и яростен, и она была искусна в своих движениях, которые, по-видимому, практиковались много раз.

Бросившись на Чэнь Жу Девятая Принцесса сократила дистанцию. В то же время ее правая рука сделала размашистое движение, и кинжал описал дугу.

Вспышка света была подобна молнии, чрезвычайно быстрой, яростной и точной.

Два охранника, стоявшие сзади, одновременно вскрикнули. Они в отчаянии выбежали и бросились к ней, чтобы остановить руку принцессы.

Но было слишком поздно, уже слишком поздно.

Каждое действие принцессы в этот момент было отработано более тысячи раз до этого. Более того, ее удар был нанесен с глубокой ненавистью. Поэтому, несмотря на то, что Чэнь Жун продолжала отступать, Девятая Принцесса, видевшая все ее возможные реакции, наступала без промедления.

Каждый раз, когда кинжал взмахивал, его холодная вспышка прорезала часть одежды Чэнь Жун. Каждый раз, когда налетал ветер, что-то падало на землю, будь то волосы или ткань.

Чэнь Жун, пошатываясь, отступила на три шага назад, а затем покрылась холодным потом: "Кинжал принцессы, такой острый, это оружие высочайшего качества."

Как только Чэнь Жун отступила, Девятая Принцесса внезапно мелькнула в ее сторону, словно дракон. Затем, держа в руке кинжал, она, словно молния, ударила Чэнь Жун в грудь.

В то время как мысли мелькали в голове Чэнь Жун, пронизывающий холод коснулся ее кожи.

В этот момент маленький камешек внезапно вылетел с другой стороны переулка и из угла, который был вне досягаемости обоих охранников.

Камешек был маленьким и не нес в себе большой силы. Он попал в кинжал, но смог лишь слегка отбросить тот в сторону. Затем, с лязгом, кинжал вонзился в правую грудь Чэнь Жун.

Кровь хлынула фонтаном.

Девятая Принцесса действовала молниеносно. Как только ей это удалось, она решительно отступила на несколько шагов. Холодно глядя на Чэнь Жун, которая смотрела на торчавший из раны кинжал желая его вытащить, но не осмелившаяся этого делать.

— Давай, вытаскивай его. Мой кинжал все равно покрыт ядом.

Двое охранников как раз подбежали к Чэнь Жун, но услышав такое предложение, их лица мгновенно побледнели.

Кинжал покрыт ядом?

Лицо Чэнь Жун побледнело. Она покачнулась, будто могла рухнуть на земь в любую минуту.

Девятая Принцесса торжествующе смотрела на нее и ее охранников.

— Ну как? — спросила она с улыбкой. — Ты сейчас в отчаянии, не так ли? А Жун из Дома Чэнь., хорошенько осмотритесь вокруг. О, я забыла тебе сказать, этот яд называется Уюсан (порошок без печали). Те, кто был отравлен, могут нормально прожить еще месяц.

Она наклонилась ближе и сказала с тихим смехом:

— Я хочу, чтобы Ван Хун медленно наблюдал, как ты умираешь.

Сказав это, она выпрямилась и презрительно посмотрела на двух разгневанных охранников позади Чэнь Жун. Улыбнулась, и, покачав бедрами сказала:

— Что? Хотите убить меня? Хотите откусить мне голову? Подходите, не бойтесь, я всего лишь принцесса. Самое большее, ваши семьи будут похоронены вместе со мной, ничто из этого не приведет к уничтожению девяти поколений ваших родственников.

Услышав это, охранники Чэнь Жун резко вдохнули воздух сквозь зубы. Но, как и сказала принцесса, не осмелились сделать больше ни шага.

В этот момент пошатывающая Чэнь Жун начала медленно двигаться.

Из нее текла кровь, когда она изо всех сил пыталась дойти до Девятой Принцессы.

На все более бледном лице Чэнь Жун появилась улыбка.

При виде ее приближения Девятая Принцесса тоже улыбалась. Но ее улыбка была торжествующей и довольной. Она даже сделала шаг вперед, глядя на шатающуюся Чэнь Жун.

Девятая принцесса встала перед Чэнь Жун, наклонилась и выдохнув ей в лицо, тихо рассмеяласьь:

— А Жун из Дома Чэнь, ты полна ненависти, сожаления и тоски? Позволь мне сказать тебе, что мой царственный брат самое большее посадил бы меня под стражу на полмесяца за убийство так называемого Великого Управляющего вроде тебя... Ах да, когда я навещу твою могилу в следующем году, нужно ли сообщить тебе, сколько месяцев длилась любовь Ван Хуна к тебе? Ха-ха, не хочешь ли угадать прямо сейчас? Думаю, максимум через полгода он будет встречаться с другой.

В этот момент голос принцессы резко оборвался. Когда она посмотрела вниз, раздались три крика ужаса.

Она опустила глаза и увидела кинжал, торчащий у нее в груди. Всего несколько мгновений назад он застрял в плоти Чэнь Жун. Но теперь Чэнь Жун вытащила его и молниеносно вонзила ей в грудь. Хотя и не с большой силой, он вошел так глубоко, что оставалась видна только золотая рукоять.

Настала очередь Чэнь Жун улыбнуться.

Она слабо улыбнулась, ее побледневшее лицо было прекрасно, как только что распустившийся цветок. Легкое движение ее правой руки заставило Девятую Принцессу закашляться кровью.Подняв голову, она выдохнула ей в лицо, прошептав:

— Неужели принцесса забыла?Я, А Жун из Дома Чэнь, раньше уже убивала. Ты такая наивная! Как ты могла так сблизится с противником, который видел кровь на своих руках?

Увидев, как Девятая Принцесса разинула рот, а изо рта у нее выступила кровавая пена, Чэнь Жун улыбнулась:

— Неужели ты думала, что даже если убьешь меня, никто не сможет тебе ничего сделать? Жаль разочаровывать... Но я вершу свою месть лично.

В момент, когда были произнесены эти слова, Девятая Принцесса закашлялась кровью.

Глядя на принцессу, чьи глаза быстро тускнели, Чэнь Жун слабо крикнул:

— Позовите кого-нибудь. Вызовите кого-нибудь сюда в качестве свидетеля... чтобы Цилан мог избежать каких-либо последствий.

Ее охранники быстро поняли, чего она хочет. Они смотрели на Чэнь Жун со слезами на глазах и одновременно выкрикивая:

— Убийство! Есть кто-нибудь? Произошло убийство...

Их крики далеко разнеслись, и в этот момент на улице вновь стало оживленно. Внезапно многочисленные шаги стали приближаться, становясь все ближе и ближе к ним.

Громкие шаги заставляли землю вибрировать, но для слуха Чэнь Жун они звучали все дальше и дальше.

Она теряла слишком много крови. Чэнь Жун медленно прикрыла свою рану:" Я не могу упасть, я еще не могу упасть."

Как будто прошло столетие, у Чэнь Жун пересохло в горле от жара, который она чувствовала вокруг себя. Заставив себя открыть глаза, она посмотрела на Девятую Принцессу, стоявшую прямо с помощью своего охранника.

— Ваше Высочество, Девятая Принцесса... — слабо произнесла она с улыбкой.

Как только она объявила этот титул, вокруг них раздался взрыв восклицаний.

Однако Чэнь Жун больше ничего не слышала вокруг себя. Ее следующие слова сопровождались холодной улыбкой:

— Ты вонзила в меня кинжал, поэтому я использовала твой собственный кинжал, чтобы отплатить тебе тем же... — ее голос ослаб, и в этот самый момент вся ее сила быстро иссякла.

Затем, под всеобщий крик ужаса, Чэнь Жун медленно откинулся назад, упав в объятия.

Широко раскрытыми мутными глазами она посмотрела на расплывчатое лицо перед собой и протянула окровавленную руку, чтобы нежно погладить его. Шевельнув губами, она пробормотала:

— Цилан, Цилан… Это я убила ее, это не имеет к тебе никакого отношения. Тебе не нужно мстить за меня, не создавай себе проблем.

Как только она закончила, ее рука упала в сторону.

Молодой человек, державший ее в руках, опустил свое красивое, окровавленное лицо. Этим человеком был Се Хетин. В тот момент, когда Чэнь Жун упала, он бессознательно выбежал из толпы и поймал ее раньше, чем это смогли сделать ее охранники.

Посмотрев сверху вниз на бледную, ничего не видевшую Чэнь Жун, Се Хетин на мгновение уставился на нее. Он закрыл глаза, после чего у него вытекла слеза, а его хриплый, уже не такой ледяной и холодный, голос произнес:

— Ты прав, Ван Цилан. По сравнению с этой женщиной главное положение Дома Ван – всего лишь кусок гнилого мяса.