Генри повел башней широкую дугу, в то время как обрыв стремительно надвигался на лобовое стекло.

Все остальные пути были отрезаны, так что у них не оставалось иного выбора, кроме как прорываться через левый фланг. Да, там было не протолкнуться от бралноров, но, если разыграть всё как по нотам, у них был шанс.

К сожалению, им всё еще предстояло как-то разбираться с топающей позади них горой.

Любая смена курса означала потерю скорости, а даже пара секунд торможения позволила бы этой твари подобраться на дистанцию, где одной лишь ударной волны от её шагов хватило бы, чтобы перевернуть MRAP. Вдобавок ко всему, поле Монолитов заставит их вилять зигзагами, и если Гиголит доберется до них, пока они всё еще будут там барахтаться, им всем настанет полный пиздец.

Но, допустим, они прорвутся без потерь. Допустим, Гиголит их не догонит. Они всё равно приведут тварь Девятого Ранга прямиком в Харвук, не имея ни малейшей возможности разорвать дистанцию до самого города. Люкан бы с этим справился — он сам был Девятого Ранга и, вероятно, разобрался бы с проблемой без единой потери, — но Генри потом век бы не отмылся от его насмешек. Люкан и в лучшие свои дни был первостатейным мудаком, а если дать ему такой повод поглумиться, он перейдет в разряд мудаков S-класса.

И это была лишь его личная головная боль. Гильдия дала добро на сбор материалов, а не на сафари на Гиголита. Завалиться обратно в город с такой тварью на хвосте означало бы похоронить их репутацию раз и навсегда.

Генри потратил секунд пять, перебирая в голове возможные варианты, но цикл замкнулся впустую. Ни один из сценариев не выдавал результата, на который он мог бы с уверенностью опереться. Любой путь либо упирался в Гиголита, либо требовал от него полагаться на слепую удачу в вещах, которые он никак не мог проконтролировать.

Это было дерьмово, потому что раньше у них всегда был следующий шаг. Они еще никогда не оказывались в настолько безвыходном положении. Каждое столкновение до этого момента проходило на их условиях: контролируемая обстановка, подавляющая огневая мощь, чистый отход. Впервые удача повернулась к нему задом.

Он нажал тангенту рации.

— Я открыт для предложений.

Сэра ответила незамедлительно.

— Гони прямо с обрыва!

Прозвучи это из чьих угодно других уст, он бы списал это на панику. Но это не отменяло того факта, что сама по себе идея была просто ебанутой.

— Чего?

— Гони с обрыва, — повторила она так спокойно, будто предлагала свернуть направо на перекрестке. — Просто доверься мне.

— Чувак, десять секунд! — заорал Рон. — Что делаем?!

Генри ни секунды не сомневался, что Сэра уже просчитала вариант с прорывом через левый фланг. И раз уж она выбрала этот путь, значит, она либо окончательно слетела с катушек, либо полет в бездну каким-то непостижимым образом давал им больше шансов на выживание.

Да пошло оно всё.

— Делай. — Он снова нажал тангенту, даже не дожидаясь подтверждения от Рона. — Йен, мы сигаем с обрыва.

— Принял, — невозмутимо отозвался Йен.

— Погодьте — чего-чего?! — воскликнул Хейс по связи.

— У Сэры есть план.

— ... Принял, — протянул Хейс.

Генри отпустил кнопку PTT и посмотрел на Сэру.

— Ты уверена?

Сэра уже поднялась с сиденья и как раз с силой толкала люк вверх.

— Держи меня крепче, — бросила она, на ходу вытаскивая из пальто палочку. — Я построю трамплин.

Она высунулась наружу прежде, чем он успел сказать хоть слово. Впрочем, учитывая, что до обрыва оставалось меньше трех секунд, это уже не имело никакого значения. Всё, что оставалось Генри — это вцепиться в ее ноги и приготовиться к удару.

И, если честно, он реально попытался сгруппироваться. Вообще-то это было даже забавно: он участвовал в запусках ракет, выходил в открытый космос на скорости семнадцать тысяч миль в час, но всё это даже близко не подготовило его к тому, как быстро земля уходит из-под колес. Секунду назад под ними была твердь, а в следующую — лобовое стекло уже клюнуло вниз, в пустоту, навстречу лесу, раскинувшемуся хрен знает где внизу. Желудок ухнул вниз с такой силой, что он едва им не подавился.

На какую-то долю секунды он вообще напрочь забыл, что у Сэры был какой-то там план — он реально думал, что сейчас сдохнет.

К счастью, Сэра ничего не забыла. Скала перед ними буквально взорвалась: камень рванулся наружу, сплавляясь в нечто, подозрительно напоминающее начало трассы.

Передние колеса врезались в нее с такой силой, что у Генри лязгнули зубы. Угол был просто пиздец каким крутым, и MRAP едва не клюнул носом в камень, но поверхность выдержала.

К несчастью, их скорость сейчас явно опережала темпы строительства Сэры, и несколько жутких секунд передний край пандуса стремительно приближался, а не отдалялся. Но Сэра быстро адаптировалась. Зазор стабилизировался, затем начал увеличиваться, и к тому времени, как Генри вспомнил, что надо дышать, Сэра стабильно прокладывала перед ними добрых двадцать метров монолитной трассы. По бокам выросли V-образные бортики, удерживая MRAP на траектории, словно боб в ледяном желобе.

Рон всё это время не отпускал руль — не то чтобы от этого был какой-то толк. Поскольку желоб сам задавал направление, это походило не на вождение, а на судорожное цепляние за жизнь, как за поручень безопасности на американских горках.

Вот только, в отличие от американских горок, у этого аттракциона тормозов не было от слова «совсем». MRAP с воем несся по трассе, а стрелка спидометра уползла за пределы всего, на что эта машина вообще была рассчитана.

И, разумеется, какие же американские горки без тряски и рывков? Каждые несколько секунд машину сотрясало: это новые колонны, вырастая со дна котловины, врезались в днище пандуса и намертво сплавлялись с ним.

Любой нормальный человек обделался бы от страха. Генри тоже было страшно, в какой-то мере. Но, как ни безумно это звучит, какая-то напрочь отбитая часть его мозга в этот момент кайфовала как никогда в жизни. Он понимал, что это чистое безумие. Он понимал, что объективно, на бумаге, это была одна из самых опасных херней, которые он когда-либо вытворял.

Но, камон — сигануть с обрыва на тачке, чтобы прокатиться по трамплину, который в реальном времени строит эльфийка, чтобы свалить от толпы каменных монстров? Насколько же это, мать его, круто? Видимо, настолько круто, что его организм не видел разницы между этим и парком развлечений Six Flags — как и та часть мозга, которая отвечала за адреналин. Черт, если бы внизу стояла камера, фотка получилась бы просто легендарной.

Они пулей неслись по желобу; Сэра по-прежнему успевала надстраивать трассу, несмотря на то что их тачка всё это время продолжала набирать скорость. Вскоре они миновали кромку леса и начали снижаться прямо сквозь кроны и ветви.

Поездочка длилась около минуты, хотя по ощущениям — целую вечность. Земля стремительно поднималась им навстречу, и с каждой секундой колонны под пандусом становились всё короче по мере сокращения дистанции.

Сэра, должно быть, грамотно прикинула расстояние, потому что трамплин начал выравниваться задолго до того, как они достигли дна: угол наклона плавно перешел от чего-то похожего на лыжный трамплин к чему-то более привычному, вроде съезда с шоссе. Впервые с момента прыжка с обрыва Генри показалось, что Рон снова управляет машиной, а не просто летит по инерции.

Это было бы почти облегчением, если бы Генри не вспомнил, что вся эта инерция падения должна была куда-то деться. И она ушла вперед — MRAP несся на скоростях NASCAR по бездорожью, и как его тормозить, было абсолютно неясно.

Но, как и следовало ожидать, Сэра всё предусмотрела. Она разрыхлила землю перед ними, превратив ее в песок, и в ту же секунду, как шины коснулись его, всю машину резко дернуло вперед. Торможение было таким жестким, что Генри вмяло в ремни, а из легких вышибло весь воздух.

И на этом она не остановилась. Песок загустел, превратившись во что-то тяжелое и влажное, что вцепилось в шины, как сырой бетон, гася остатки их скорости. После этого земля плавно пошла вгору, мягко ставя точку в их безумном заезде.

Сердце Генри продолжало бешено колотиться даже после того, как MRAP полностью остановился; оно билось так сильно, как ни на одной другой миссии. Он творил много разной безумной херни, но добровольный прыжок с обрыва на тачке определенно возглавил этот список.

— Пиздец, чувак, — выдавил Рон.

— Ага, — выдохнул Генри. Он отпустил ноги Сэры, подался вперед и включил боевой модуль. MRAP Хейса застыл метрах в пятидесяти позади, на песчаной колее. Он вызвал их по рации. — Хейс, вы как там, целы?

— Да. Да, мы в норме.

Тогда Генри развернул башню в сторону обрыва. Монолиты столпились на самом краю, но ни один из них не рискнул спуститься, а Гиголит — слава Богу — развернулся и потопал обратно в котловину. Находясь более чем в миле от подножия обрыва, они, видимо, решили, что преследовать их больше не стоит.

Он оторвался от экрана и посмотрел вверх через люк.

— Сэра. Ты в порядке?

Она ответила не сразу, и одно это уже о многом говорило. Спускалась она тяжело — настолько, что ей приходилось перехватываться за раму дрожащими руками. По правде говоря, Генри впервые видел, чтобы она выложилась до такой степени, что бак был абсолютно пуст.

Она рухнула в кресло и положила палочку на колени.

— Да. Могу я попросить у тебя зелье маны?

Генри уже открывал подсумок с медициной. Он выудил флакон и протянул ей.

Сэра откупорила его и выпила всё залпом. Она посидела так мгновение, а затем закрыла глаза.

— Давай вернемся домой.

Она бессильно откинулась на спинку кресла и отрубилась еще до того, как Генри успел сказать хоть слово.

Генри поймал пустой флакон прежде, чем тот упал на пол, отложил его в сторону и потянул ремень безопасности. Защелкнув замок, он как мог аккуратно подтянул лямки, чтобы ей было удобнее, а затем откинулся на спинку своего кресла.

Он нажал тангенту рации.

— Ладно, народ — выдвигаемся на базу.

Рон вывел машину с песка и начал пробираться сквозь деревья, пока они не выехали на что-то, отдаленно напоминающее тропу. На дорогу это, конечно, не тянуло, но земля была достаточно твердой и просторной, чтобы не жаловаться.

Генри вернулся к боевому модулю и развернул башню обратно к обрыву.

Весь масштаб того, что построила Сэра, дошел до него только сейчас, когда он увидел это издали.

Верхняя часть — та самая, по которой они ехали, — крепилась к скале паутиной каменных ферм, расходившихся от породы через равные промежутки. Каждая из них была достаточно толстой, чтобы сойти за железобетонную опору. Там, где скала отступала слишком далеко для прямого крепления, со дна леса поднимались отдельно стоящие колонны, подпирая трассу; некоторые из них были настолько высокими, что их вершины скрывались в кронах деревьев. Поперечные балки попарно соединяли колонны, а вся конструкция сужалась по мере спуска, переходя в ту самую песчаную колею, где они и затормозили.

Всё это сооружение растянулось почти на милю, и она возвела его меньше чем за минуту. Без него — без Сэры — обе машины просто улетели бы в пропасть.

Генри уже привык к тому, что Сэра вытворяет невероятные вещи. Но это был совершенно другой уровень. Одно дело — просто построить всё это, но инженерные решения, стоявшие за конструкцией, говорили о том, что она применяла на практике всё, чему научилась — и всё это в условиях, когда большинство людей вообще не смогли бы соображать.

Он посмотрел на нее. Она даже не пошевелилась с тех пор, как отключилась — всё так же неподвижно полулежала в кресле, дыша медленно и размеренно. Палочка наполовину сползла с ее колен.

Он подхватил палочку, пока та не упала, и сунул ее в карман ее пальто.

Затем он тоже расслабился. Остаток пути прошел в тишине; все, вероятно, всё еще переваривали эту сумасшедшую погоню.

Рон продолжал ехать вдоль реки, пока та наконец не повернула на юг, к главной дороге. Там он выехал на развязку и взял курс на дом.

Генри по привычке не выключал камеру боевого модуля, но ничего интересного больше не произошло.

Примерно через час они наконец-то въехали во внешние ворота Харвука. Рон покатил по главной улице и припарковался у таверны; Йен пристроился следом.

Все выбрались наружу и собрались между двумя машинами. Генри вышел последним, оставив Сэру спать внутри.

— Итак. На сегодня мы закончили — отдохните, приведите себя в порядок, а как все будут готовы, сходим в Гильдию и закроем квест. Спешить некуда.

Рон потянулся.

— Я пойду тачки гляну. Подвеске, походу, могла прийти пизда после этого трамплина.

— Ага, я тоже слышал подозрительный стук, — сказал Хейс. — Проведем техосмотр обеим.

— Я помогу, — вызвался Йен. — Заодно проведу инвентаризацию боекомплекта, раз уж на то пошло.

Док поправил очки и достал свой планшет.

— Что ж. Полагаю, мне лучше заняться составлением отчета, пока все детали свежи в памяти.

— Спасибо, парни, — кивнул Генри.

Когда все разошлись по своим делам, остались только он и Сэра.

Он забрался обратно в MRAP и отстегнул ее ремни безопасности. При щелчке замка она слегка пошевелилась, но не проснулась — лишь повернула голову и устроилась поудобнее, словно этот ремень был единственным, что мешало ей окончательно провалиться в глубокий сон.

Вытащить ее из MRAPа, не разбудив, оказалось задачей скорее из области геометрии, чем тяжелой атлетики. Люк не был рассчитан на то, чтобы вытаскивать через него человека боком, а Сэра была достаточно высокой, чтобы ему пришлось аккуратно маневрировать, чтобы не задеть раму. Он подхватил ее под колени, пропустил вторую руку под плечи, поднял с сиденья, пригнулся, проходя через люк, и спустился на улицу.

Как только она оказалась у него на руках, она тут же прижалась к нему, уткнувшись лицом в грудь с такой явной осознанностью, что он искренне не мог понять, спит она еще или уже нет.

Генри не смог сдержать улыбку.

Он занес ее внутрь и поднялся по лестнице. Достать ключ из кармана ее пальто, не опуская ее на пол, потребовало некоторой сноровки, но он справился и толкнул дверь ботинком.

Внеся ее в комнату, он осмотрелся. Кровать, конечно, была куда более удобным вариантом, но Сэра вряд ли обрадовалась бы, если бы ее чистые простыни испачкали дорожной пылью. Поэтому он подошел к дивану и опустил ее на подушки так осторожно, как только мог, затем достал из шкафа в коридоре плед и укрыл ее.

Он уже собирался отойти, когда ее рука снова нащупала его куртку и крепко сжала ткань. Хватка была слабой, почти невесомой — но этого хватило, чтобы остановить его.

Генри, честно говоря, был совсем не против задержаться, но то, как Сэра держалась за него, не походило на бессознательный рефлекс спящего человека, цепляющегося за ближайший твердый предмет. Казалось, она чего-то хотела, и он, кажется, точно знал, чего именно.

Он наклонился и поцеловал ее в лоб.

— Спи крепко.

Ее хватка ослабла почти мгновенно. Дыхание окончательно выровнялось, рука соскользнула с его куртки и легла на плед.

Он поправил плед, который сбился у нее на плече, затем выпрямился и направился к двери. Выйдя, он закрыл ее за собой без единого звука.