Снабжение

◆

«…Что это было?»

[…Что именно?]

«Я спрашиваю, что вы такого сделали с госпожой, что она так послушно нас отпустила».

И это была правда, прошлой ночью…

Грей, на мгновение замешкавшись и посмотрев в пустоту, тут же схватила Карлайла за шиворот и вышвырнула из комнаты.

«…»

Нет, ну серьёзно, что это было?

Он помнил, что лицо Грей, в отличие от обычного, было совершенно красным.

«Вы ведь что-то сделали, так?»

[…]

Карлайл молча уставился на молчащий Святой меч.

Этот человек, похоже, пытался притвориться невинным, но перед его глазами было неопровержимое доказательство.

-System Message

▶ Установлена связь между «Святым мечом» и «Грей Чейзфилд».

▶ «Грей» будет действовать в соответствии с намерениями «Святого меча»!

▶ По мере развития отношений между «Святым мечом» и «Грей» может возникнуть конфликт.

…Даже судя по тому, что здесь написано, было ясно, что разговор у них был не совсем нормальным.

Что же нужно было сделать, чтобы в будущем возник конфликт?

«Вы что, обманули её?»

[Я не делала ничего, за что не смогла бы понести ответственность.]

«…»

[Эй, я серьёзно!]

«…»

Холодно.

В грудь будто вонзили нож…

[Ну, со временем сам потихоньку узнаешь. Для тебя в этом тоже ничего плохого не будет.]

«…Не верится».

[На коммуникатор пришёл сигнал. Не хочешь ответить?]

«…»

Вид Святого меча, который так открыто менял тему, был крайне подозрительным, но, в общем, коммуникатор действительно звонил.

И звонившим была, как назло, Феликс. Сигнал шёл с коммуникатора, который она ему дала.

В итоге Карлайл, продолжая сверлить взглядом Святой меч, поднёс коммуникатор к уху.

[Помнишь, о чём мы говорили? Кажется, всё получится.]

«…Не могли бы вы объяснить немного подробнее, госпожа кардинал».

Как и подобает занятому человеку, она сразу же переходила к делу, что было впечатляюще, но, если она будет так говорить, он ничего не поймёт.

[Да о том, о том.]

«…»

[О том, от одного взгляда на которое голова болит. Я нашла способ с этим разобраться.]

Хоть он и не видел, какие жесты делала Феликс на том конце провода, но он прекрасно понял, на что она указывает.

Карлайл высунул голову из окна и посмотрел на небо.

Была видна фигура Чёрного Кита, парящего в небе над Колыбелью.

…Даже просто паря там, он отбрасывал тень на часть академии, так что после долгих уговоров его удалось заставить «припарковаться» немного поодаль от академии.

Стоит ли радоваться тому, что он, кажется, был готов выполнить любую просьбу Карлайла?

‘Похоже, он и вправду понимает слова…’

Гипотеза, возникшая из легенды, рассказанной Панхаймой, о том, что даже магические звери могут обладать разумом, теперь становилась почти что фактом.

Нет, не просто обладать разумом, а было почти наверняка, что он обладал богатыми эмоциями и мыслительными способностями на уровне человека.

Ведь что бы он ни пытался ему объяснить, он всё понимал.

Когда он жестами, мимикой и всем прочим передал, что «если ты будешь здесь, то другие люди будут беспокоиться и чувствовать себя некомфортно», тот, моргнув, охотно кивнул.

И даже, словно извиняясь за доставленные неудобства, плавно сделал полуоборот в воздухе, помахав плавником.

В таком виде его можно было бы принять за человека в форме кита, а не за магического зверя, который движется лишь по инстинктам…

В этом смысле, у него возникало другое желание.

‘Вот бы можно было с ним поговорить’.

То, что в его голове была заложена бомба из энергии смерти, означало, что он определённо контактировал с демонами.

И то, что было нужно Карлайлу, — это информация об этом.

«…»

И это было важно потому…

Что если были те, кто мог по своему усмотрению управлять разумом магического зверя класса «Катастрофа», не давая ему и шанса на сопротивление, то это мог быть лишь один вид.

Самые коварные из глубин серного пламени.

Великие враги человечества, выкованные из злобы, от одного столкновения с которой, казалось, плавился мозг.

‘Архидемоны’.

Семь смертных грехов.

Те, с кем во всех регрессиях в итоге могла справиться только Грей.

Даже отряд Героя, не считая саму Героиню, бросившись все вместе, едва ли мог справиться хотя бы с одним.

Он не знал, перешли ли они уже из ада в материальный мир и действуют здесь, или же просто послали свою силу.

И уже то, что он мог бы проследить, как они действуют в этой временной линии, было бы невероятно ценной информацией.

В этом смысле, общение с Чернышом было необходимо…

[…То есть, ты действительно уверен, что называть его Чернышом — это правильно? Нет, ладно. Всё равно ведь будешь упрямиться.]

‘А ты что знаешь о Черныше?’

[…]

Черныш — это Черныш.

Кто бы что ни говорил, Карлайл уже решил его так называть…

[Если ты хочешь поговорить… ну, наверное, это возможно. Я ведь и сама вела расследование в этом направлении.]

Пока он вёл этот бессмысленный разговор со Святым мечом, Феликс на том конце провода передала ему эту информацию.

«…»

Как она ещё и это успела расследовать?

Этот человек, есть ли вообще что-то, что ей не по силам?..

[Я немного поднапрягла своих знакомых в Магическом королевстве и Гильдии алхимиков. Говорят, в деле «очеловечивания» магических зверей уже есть довольно большой прогресс.]

«…А зачем вообще были исследования по очеловечиванию магических зверей?»

[…]

Феликс на том конце провода замолчала.

Было видно, что она всерьёз раздумывает, стоит ли ей самой говорить об этом…

[…Среди магических зверей, хм, как бы это сказать. Есть довольно много тех, кто, если их превратить в человеческую форму, будет выглядеть довольно мило, так?]

«…»

[…Не молчи так. Это не моё мнение, а тех, кто проводил эти исследования.]

«…Да, думаю, на этом можно и закончить».

Дальше слушать было страшно.

Ему и знать не хотелось, о чём думали эти ужасные люди, глядя на магических зверей…

Пока Карлайл дрожал от злодеяний непроходимых любителей фурри, Феликс, кашлянув, продолжила:

[В общем, при наличии особых материалов и правильного процесса, само превращение магического зверя в человека возможно. Но материалы, необходимые для этого, настолько редки, что их не так-то просто достать.]

«Даже вам трудно их достать?»

[Даже мне.]

Хм.

Раз уж не кто-нибудь, а этот человек так говорит, то, видимо, это действительно редкие материалы.

Пока Карлайл думал об этом и кивал, Феликс продолжила:

[Но я знаю человека, который может их достать. Точнее, семью.]

«Семью?»

[Это место, с которым ты можешь связаться через свою знакомую.]

«?»

◆

Елена Линдель Анастасия в последнее время проводила каждый свой день очень насыщенно.

Можно сказать, она наслаждалась лучшими годами своей юности в лучшей академии Империи, Колыбели, будучи в хороших отношениях со всеми.

Красавица, с очень мягким характером, и настолько общительная, что не будет преувеличением сказать, что вся полезная для жизни в академии информация проходила через неё. Естественно, ей было приятно, что её везде приветствовали.

«Здравствуйте».

«…»

«…Сэмпай Елена, давно не виделись».

…То есть.

То, что, столкнувшись с человеком, способным одним махом разрушить эту счастливую жизнь, её лицо тут же посинело, не было чрезмерной реакцией.

Увидев знакомого рыжеволосого кохая перед собой, Елена, дрожа, ответила:

С мёртвыми глазами и посиневшим лицом она попятилась назад, будто увидела сразу две свои травмы.

«…За-а-а-а-а-чем… кхек, за-а-а-а-ачем………»

«…»

Кто-то мог бы подумать, что её тошнит.

И, на самом деле, она была так напугана, что ничего странного в этом не было бы.

В общем, Карлайл кое-как разобрал смысл её слов.

‘Зачем ты притащил этих людей ко мне?’ — вот что это было.

«…Хоть мы и знакомы, но я представлю вас ещё раз. Её преосвященство Феликс и госпожа Герой».

«…»

«…»

Феликс и Грей, скрестив руки на груди, молча смотрели на Елену.

Обе они, в том или ином смысле, были виновницами ужасных воспоминаний Елены.

И то, что они молчали, было, вероятно, потому, что Карлайл умолял их: «Пожалуйста, просто молчите и ничего не говорите».

Ведь если бы хоть одна из них открыла рот, то Елена, скорее всего, потеряла бы сознание от нервного срыва.

«Я хотел бы попросить об одной услуге».

«П-п-бу-э-э-эк…»

«…»

Он не знал, до какой степени нужно было напугаться, чтобы потерять дар речи, но, в общем.

«Нам нужно будет посетить ваш родовой дом с этими людьми».

«…»

«…Я бы хотел встретиться с членами вашей семьи».

«…»

«…Простите».

Хоть он и не был виноват.

Но если он не извинится, то Елена, кажется, упадёт в обморок…

«— Стойте, сэмпай, сэмпай?!»

«…Упала в обморок».

«…»

Хм.

Похоже, его усилия были напрасны.

◆