Пока паладины день за днём прочёсывали город, Маркус с помощью слоняющихся без дела наёмников тоже исследовал Соленион вдоль и поперёк.

Однако результата не было ни у тех, ни у других.

Маркус раздражённо бурчал:

— Я, конечно, в драках с демонами не великий герой, но видал их уже не раз и не два. А за эти три дня — ни одного демона, ни даже чего-то на него похожего!

Элбридж тоже был в замешательстве.

«Не раз мне не удавалось одолеть демона. Но чтобы я даже не мог его найти — такое со мной впервые».

Три дня бесплодных поисков. И за эти три дня город изменился до неузнаваемости.

Жители стали просыпаться пугающе поздно. Теперь улицы оживали едва ли не к полудню.

Среди горожан нарастала тревога.

Поскольку все жители Солениона столкнулись с одним и тем же странным явлением, скрыть происходящее было невозможно с самого начала. Люди боялись этой напасти и старались не засыпать.

Но с наступлением глубокой ночи их одолевала непреодолимая сонливость. Люди теряли сознание на месте, засыпали где придётся и приходили в себя лишь на следующий день.

Хорошо хоть, стояло лето, а не зима: по крайней мере, сон под открытым небом не грозил серьёзными последствиями.

Странное бедствие — и никаких способов с ним справиться. Испуганные жители Солениона стали слоняться вокруг храмов.

И больше всего народу, разумеется, собиралось у святилища Ржавого Щита.

По городу разошёлся слух, что совет командиров боевых орденов заседает именно здесь, да и в недавних сражениях с демонами именно Элбридж добился самых убедительных успехов.

О прежних неприятных слухах — будто Элбридж по недоразумению убил Корвина и официально извинился перед Орденом Окровавленного Копья — теперь никто больше не обращал внимания.

Число верующих, возносящих молитвы Богине Ржавого Щита, тоже выросло.

В обычное время Богиня наверняка похвасталась бы этим перед Элбриджем, задирая нос. Но сейчас ей было не до хвастовства.

— Богиня, можете ли Вы ниспослать откровение об этой напасти? — помолился Элбридж.

В ответ раздался непривычно подавленный голос:

— Мне нечего тебе сообщить. Прости.

— Богиня, скажите хотя бы: Вы знаете, но не можете рассказать — или действительно ничего не знаете?

— То, что демоны творят на земле, не является тайной Небес. Знай я хоть что-то, я бы непременно рассказала тебе. Твоя богиня сейчас бессильна лишь потому, что сама ничего не знает об этом демоне.

— Понял. Я постараюсь как-нибудь уладить это дело, так что не тревожьтесь.

— Прости, что не могу помочь тебе, Элбридж.

Остальные боги тоже ничем не могли помочь. Даже Бог Лисьего Дождя, на которого обычно можно было положиться, оказался бессилен.

— Маркус, Бог Лисьего Дождя передал какое-нибудь откровение?

— Сказал, что ничего не знает.

— ...

Еще один день прошел впустую.

Наступила ночь. Элбридж не ложился, беспокойно меряя шагами комнату.

«Если так пойдет и дальше, завтра люди очнутся только к обеду».

Время сна растягивалось с каждым днем. Что будет, когда люди просто перестанут просыпаться?

Весь Соленион погрузится в вечный сон и тихо вымрет от голода.

«Эвакуировать жителей за пределы города?..»

Нереально. Вывести такое скопище народа за считанные дни невозможно, да и бежать им некуда. А бодрствовать с каждым днем удается всё меньше.

«Что же делать?..»

В этот миг на сознание обрушилась непреодолимая, свинцовая сонливость.

Элбридж едва успел рухнуть на кровать.

В глазах потемнело.

***

Когда Элбридж открыл глаза, вокруг царила тьма.

«Темно...»

По всем расчётам, он должен был очнуться в лучах полуденного солнца.

Но за окном стояла глухая, чёрная ночь.

При этом усталости не было — тело наполняла удивительная бодрость, словно после долгого и крепкого сна.

По спине пробежал холодок:

«Неужели я проспал целые сутки?..»

Демон изменил правила?

Такое вполне могло случиться.

Элбридж сжал кулаки, коря себя:

«Оплошал. Потерял бдительность!»

Но следом в голове шевельнулась странная, тягучая мысль:

«Ну, случилось и случилось. Чего теперь переживать?»

Мысль была на редкость беспечной. Но самобичевание и впрямь ничего не исправит.

Элбридж медленно и глубоко вздохнул:

«Спокойнее. Надо просто расслабиться».

Удивительно, но на душе мгновенно стало легко и безмятежно.

Паладин легко поднялся на ноги и вышел на улицу.

В соседних святилищах Трущоб тоже появлялись люди, растерянно оглядывавшиеся по сторонам. По их виду было ясно: они, как и Элбридж, совершенно не понимали, что происходит.

Тут Элбридж заметил странность: есть не хотелось вовсе.

Отсутствие голода означало одно: он не проспал целые сутки. Он провалился в сон лишь на короткое мгновение, но каким-то чудом успел полностью восстановить силы.

От этой мысли дышать стало ещё легче.

Рассудок Элбриджа устремился по уютному, благостному руслу:

А что, если страхи про вечный сон и голодную смерть были просто преувеличением?

Вдруг этот демон связан вовсе не со сном, а с... ленью? Демон просто сделал людей немного ленивыми на пару дней, подарив взамен по-настоящему сладкий отдых?

Элбридж зашагал вниз по склону холма лёгкой, пружинистой походкой.

Ночное небо раскинулось над головой. Звёзды казались ярче и чётче обычного, а даже тёмное ночное небо почему-то выглядело уютным.

Топ-топ.

Миновав храмы небоевых орденов, он вышел на широкую улицу.

Здесь тоже бродили люди, очнувшиеся среди ночи. На их лицах читалось замешательство, но мрачными они не выглядели.

И вдруг откуда-то донеслись нежные звуки струн:

— ♪♬

Музыка ласкала слух, идеально вплетаясь в прохладу летней ночи.

Такую изысканную музыку можно было услышать разве что на пирах знати или больших торжествах. От неожиданного праздника атмосфера на улице стала неуловимо хмельной.

Поддавшись этому очарованию, супружеская пара средних лет в пижамах робко взялась за руки.

Сначала они осторожно соприкоснулись кончиками пальцев, а потом переплели их. Немного смущённо посмотрев на сцепленные руки, они слегка покачали ими в такт музыке:

— Как в молодости... Попробуем?

Лёгкое покачивание переросло в неуклюжий, но трогательный танец.

Они явно не танцевали целую вечность, но кружились на широкой улице, стесняясь, словно юные влюблённые, и не обращая внимания на взгляды окружающих.

Впрочем, никто над ними не смеялся. Наоборот — люди вокруг заулыбались и один за другим начали кружиться парами. Улицы Солениона плавно заколыхались в такт мелодии.

— Простите...

К Элбриджу подошла раскрасневшаяся девушка и застенчиво протянула руку.

Она явно надеялась пригласить Элбриджа на танец.

Элбридж мягко покачал головой, отказываясь.

Но девушка не спешила уходить. Она уже набиралась смелости, чтобы попробовать ещё раз, как вдруг между ними вклинилась волосатая ручища.

Хриплый бас рявкнул:

— Сейчас не время. А ну брысь отсюда!

Девушка обиженно шмыгнула носом и отступила.

Впрочем, горевала она недолго: к ней тут же подскочил ровесник, схватил за руку, и пара растворилась в кружащейся толпе.

— Совсем молодёжь стыд потеряла... Куда катится этот мир, — проворчал прогнавший её Ромбель.

В эту странную ночь дварф выглядел так, будто проглотил жабу.

Впрочем, не он один.

Рядом возникла Соня — с точно таким же кислым и раздражённым выражением лица.

— По-моему, вокруг творится какая-то чертовщина. Не находите?

Ромбель согласно кивнул:

— Ещё какая. Кто-то определённо крутит здесь свои делишки.

— Ромбель, о чём вы? — нахмурился Элбридж.

Дварф небрежно ткнул в паладина пальцем:

— Гляньте на него! Сам туда же! Стоит, лыбится, морда довольная... Тьфу, размяк как кисель!

Лёгкое благодушие Элбриджа как ветром сдуло.

Язвительный тычок дварфа обладал отрезвляющей силой хорошей оплеухи.

Что-то и впрямь было не так.

— Объясни толком, Ромбель.

— Ты ведь тоже проснулся сразу после того, как заснул? Обычно, если вскочишь среди ночи, на душе паршиво. А тут — благодать, птички поют! Да не просто хорошо — я аж почувствовал себя счастливым!

Элбридж внутренне подобрался.

Он вспомнил: только что, столкнувшись с непонятной аномалией, он мгновенно успокоился и начал придумывать оправдания демону. В здравом уме он никогда бы так не поступил.

— Быть в хорошем настроении — это нормально, — продолжал Ромбель. — Но счастье?! Я смогу стать счастливым, только когда вознесусь на Небеса! И если я вдруг чувствую себя счастливым без всякой причины — значит, кто-то что-то подстроил. Скорее всего, этот проклятый демон!

Ромбель жаждал вознесения. Соня — мести за отца.

Ни тот, ни другая не могли быть счастливы, пока не добьются своего. Они не просто не могли быть счастливы — они отвергали само счастье.

Именно поэтому они не поддались этому странному наваждению.

Соня повернулась к Элбриджу:

— И ещё кое-что. Это сон.

— Сон?

— Проверить хочешь?

Она с силой ущипнула паладина за предплечье.

Но вместо резкой боли Элбридж почувствовал лишь тупую, приглушённую боль. Да и болью это назвать было трудно.

— Чувствуешь? Ощущения не такие, как обычно, верно?

Элбридж нахмурился:

— Но если это сон... как вы попали в мой сон? Нет, постойте. Неужели и вы — часть моего сна?

Соня покачала головой:

— Обычные сны не бывают такими подробными. Я недавно приехала в Соленион и не могу знать каждый его закоулок, да и лица сотен незнакомцев, которых я никогда не видела, не могу настолько чётко представить. Это не обычный сон.

— Тогда какой?

— Похоже, общий. Весь Соленион словно затащили в одно общее сновидение.

Если догадка Сони верна, всё вставало на свои места.

Люди не проснулись среди ночи. Они всё ещё спали и просто видели общий, поразительно реалистичный сон.

Элбридж посерьёзнел:

— ...Нужно снова искать демона.

Не потому ли все эти дни им не удавалось найти его, что он прятался не в реальном мире, а внутри сна?

— Где Маркус?

Сообразительный наёмник сейчас пришёлся бы как нельзя кстати.

— Он рядом, — скривился Ромбель. — Но на него можешь не рассчитывать.

— Почему?

— Мы уже пробовали. Я ему даже по морде съездил — ноль реакции.

Дварф указал пальцем в глубь танцующей толпы.

Маркус кружился в танце.

На его лице сияла такая блаженная, безмятежная улыбка, будто ему на лбу крупными буквами вывели слово «СЧАСТЬЕ».

Элбридж перевёл взгляд на его партнёршу.

Конопатая, слегка полноватая девица с простыми рыжевато-каштановыми волосами. Самая заурядная внешность.

Но была одна выдающаяся деталь: дама обладала столь внушительным бюстом, что легко могла потягаться с той самой соседской девчонкой из воспоминаний Маркуса.

Ромбель и Соня не могли обрести во сне истинное счастье, а потому не поддались наваждению демона.

А вот Маркус нашёл в этой иллюзии своё истинное счастье. И вытащить его оттуда было невозможно.

Соня с явным презрением пробормотала:

— Мужчины...

Элбридж деликатно кашлянул и отвёл глаза.

В глубине души он считал себя порядочным человеком.

Они с Маркусом знали друг друга уже целый год. И пусть Элбридж не мог порадоваться за товарища, нашедшего своё простое мужское счастье, мешать ему он точно не станет.

— ...Что ж. Придётся искать демона без него.

Оставив блаженного Маркуса кружиться в танце, троица растворилась в зачарованных улицах ночного Солениона.