Миниатюрные руки Элизы отразились в глазах Кардейла. Судя по тяжёлому дыханию девушки, она сделала это непроизвольно. Из-за напряжённых мышц мужчина едва не упустил это едва уловимое прикосновение кончиков пальцев. Не остановись он, Элиза бы точно потеряла сознание.

Прекратив мучить её, мужчина отстранился.

— Ха-а… Ха-а… – Девушка с алым румянцем на щеках тяжело дышала. Её хрупкое тело содрогалось, а грудь быстро вздымалась и опадала.

Кардейл негромко цокнул языком.

Девушка, что собственными руками сняла свою накидку, совершенно не умела даже дышать во время поцелуя. И всё же, герцогу это было по нраву.

Обучить её всему с нуля, сделать такой, как желанно ему, – привлекательная мысль.

После затянувшейся паузы, во время которой Элиза попыталась отдышаться, она подняла голову. Её белоснежная кожа, покрасневшие уголки глаз и опухшие от поцелуев губы будоражили в мужчине странное извращённое возбуждение.

— Как долго ты планируешь меня трогать? – Спросил Кардейл, пристально глядя на неё.

Элиза, не сразу поняв его, спустя мгновение вздрогнула и убрала руку с его ноги.

— П-про… про… Мгх… – Герцог слегка надавил на губы девушки большим пальцем. Кожа под ним оказалась слишком мягкой. Элиза же была такой хрупкой и слабой, что возникало желание разрушить её. Интересно, какой девушка окажется на вкус, если её просто проглотить?

Да, ему следовало признать это. Кардейл желал эту девушку, ту что была лишь незаконнорождённым ребёнком и не имела ничего, кроме этого ничтожного тела. Мужчина перевёл взгляд на бедро, к которому некоторое время назад прикасалась Элиза. Понимала ли она вообще, к чему именно прикоснулась? Ощутив тяжесть внизу живота, мужчина усмехнулся.

— И что же мне с тобой делать? – Отняв руку от девичьих губ, тихо пробормотал герцог.

Никто бы не посмел осудить его, потащи он прямо сейчас эту девушку в постель. Даже сама Элиза Шуван.

Глубокий взгляд герцога устремился к Элизе. Понимая, что тот означает, девушка вздрогнула. Её небольшие губки продолжали то открываться, то закрываться. После недолгих колебаний раздался её дрожащий голос.

— Если Вам сегодня ночью… требуется спутница…– Румянец, что мгновение назад рассыпался по её щекам, улетучился, оставив после себя мертвенную бледность.

Нет, не так. Кардейл цокнул и поднялся со своего места. Его отнюдь не устраивал подобный акт по принуждению. Это было сродни скучной охоте.

— Уходи.

— В-ваша Светлость…

Но прежде, чем Кардейл коснулся верёвки, прикреплённой к сонетке[1], Элиза схватила его за край рукава, поэтому мужчина был вынужден перевести взгляд на белоснежно тонкие пальцы, цепляющиеся за него. Вероятно, именно из-за того, что девушка не коснулась его кожи, герцог не отмахнулся от столь дерзкого поведения.

— Я… Я буду стараться и позабочусь о том, чтобы Вы остались удовлетворены… – Другой рукой Элиза крепко сжимала подол платья, от чего тонкая ткань смялась. – Пожалуйста, позвольте остаться. Не прогоняйте меня… – Голубые, словно драгоценные камни глаза, мерцали. – Если Вы откажетесь от меня, то моя мама… – Голова девушки опустилась.

Внезапно на ум мужчине пришёл образ их первой с Элизой встречи. Перед ним тогда предстала жалкая фигура девушки, пришедшей в особняк графа, дабы просить милостыню на лечение своей больной матери, и полные мольбы глаза.

“Ничего не изменилось.”

Выражение лица, продемонстрированное ему сегодня, напомнило Кардейлу о том времени. Внешний вид Элизы изменился так, словно она переродилась, но всё же девушка осталась прежней. Она всё так же балансировала на краю пропасти, ведя отчаянную борьбу за выживание.

“Значит мать…”

Герцог сразу же понял, за счёт чего граф держал свою незаконнорождённую дочь на коротком поводке. Это было смекалистое решение, ведь эта девушка, судя по всему, ценит свою мать больше собственной жизни.

“Что ж, весьма неплохо.”

Если Герхард Шуван пользовался слабостью Элизы, то же самое мог сделать и Кардейл. Разве лишь одному человеку дано манипулировать слабостями других?

Герцог не чувствовал никакой вины. Кроме того, такие чувства были излишни для человека его положения.

Мужчина молча смотрел на девушку, отчаянно умоляющую. Загнанная в угол, скоро она будет вынуждена сдаться.

Умоляй, Элиза Шуван. Попроси спасти тебя, вытащить из этой трясины.

Отдай всё, что у тебя есть.

— Я сделаю всё, что прикажет Ваша Светлость. Поэтому, молю…

Наконец, из её уст вырвались долгожданные для Кардейла слова. От чего уголки его губ изогнулись в улыбке.

Ему уже доводилось приручать животных. Самым простым способом было забрать детёныша ещё совсем маленьким, лишив жизни самку. Затем полностью подчинить его собственной воле, используя метод кнута и пряника. После чего животное, повинующееся приказам хозяина, уже не может сбежать по собственному желанию. После герцог оставлял тех, кто ему нравился подле себя, и также легко избавлялся от них, когда те становились ему не нужны. Это было естественным порядком, ведь все они принадлежали ему. Как и эта девушка теперь.

“Это всего лишь временное увлечение.”

Он просто будет наслаждаться Элизой, пока и она не надоест ему.

— Повтори это ещё раз. – Потребовал Кардейл, поднимая голову девушки, охотно повторно выслушивая её мольбу и то, как она обещает сделать всё что угодно.

Извращённое чувство удовлетворения расползлось по телу герцога.

— Тогда докажи свою искренность. – Приказал с жестокой улыбкой мужчина.

— К-как…

Когда Элиза с широко распахнутыми глазами задала этот вопрос, Кардейл не смог сдержать смешка. То ли она была слишком наивна, то ли слишком глупа.

“Или же это изощрённая игра?”

Лицо человека, который ещё мгновение назад смеялся, внезапно стало непроницаемым.

— Встань и разденься. – Холодно посмотрев на Элизу, приказал герцог.

Девушка невольно вздрогнула, вспомнив, что на ней было надето. Кардейл же слегка нахмурился, когда та не подчинилась приказу.

— Чего ты ждёшь?

Тогда Элиза, путаясь в ногах, поднялась. Её тело дрожало от стыда, и девушка закусила губу, пытаясь убедить себя, что всё в порядке.

“Ванесса говорила, что мужчинам нравится такое. Если сделаю это, то, возможно, у меня получится расположить к себе герцога…”

Элиза зажмурилась, а после вновь открыла глаза и начала медленно снимать одежду, которая и так едва прикрывала девичье тело. Белоснежная шея, плечи и ключицы последовательно обнажились. Посте того, как девушка стянула с себя тонкую ткань и вытащила из платья руки, одеяние, потерявшее всякую опору, упало. Струящиеся одежды покоились у тонких лодыжек.

При виде девушки, раздетой до нижнего белья, Кардейл сощурился.

Почувствовав взгляд мужчины, Элиза слегка съёжилась.

— Откуда ты взяла такой наряд? – И без того низкий голос мужчины сейчас казался зловещим.

Элиза покраснела. Прикрывая руками грудь, девушка так и не осмелилась поднять головы. Всё от того, что она прекрасно понимала, как сейчас выглядит. Вероятно, её сочтут распутной и похотливой девицей, что совсем не ведает скромности.

— Посмотри на меня. – Не в силах противиться приказу, Элиза подняла голову. – Опусти руки.

— В-ваша Светлость… – Девушка посмотрела на мужчину слегка влажными от слёз глазами так, как будто умоляла его. Однако герцог, похоже, был вовсе не настроен проявлять к ней милосердие.

— Я сказал, опусти руки. – Повторил Кардейл низким тоном. При звуке его голоса, наполненного непреодолимой силой, Элиза вздрогнула и опустила руки, прикрывавшие её грудь.

Теперь стал хорошо виден белоснежный корсет, украшенный нежным кружевом. Нижнее бельё с плотно затянутой шнуровкой, простирающееся от груди до талии, точно стремилось сильнее подчеркнуть тонкую талию. Вопреки этому, в этом наряде больше всего приковывала взгляд отнюдь не тонкая талия, а верх корсета, едва поддерживающий грудь.

Поскольку прикрыться было нечем, пышная грудь была выставлена на обозрение. Розовые соски напряжённо встали, соприкоснувшись с прохладным воздухом. Элиза покраснела, почувствовав, что взгляд мужчины сосредоточился на вершинах её груди. Было ужасно стыдно.

— О чём ты думала, надевая такое?

— Нгх!.. – Девушка вздрогнула, когда кончик пальца мужчины игриво щёлкнул по соску, и быстро замотала головой.

— Я, я ни о чём не…

— Снова ложь.

— А-ах!.. – На этот раз герцог одновременно сжал и скрутил обе вершины её пышной груди. От жгучего ощущения, которое, казалось, пронзило грудь, у Элизы закружилась голова. Ноги внезапно подкосились, и девушка рухнула на пол.

* * *

П/П: Дамы и господа(?), пристегнете ремни безопасности, мы взлетаем. Или падаем? Я пока не определилась…

П/Р: Мы офигеваем.

* * *

[1] СОНЕ́ТКА, – Комнатный звонок для вызова прислуги, обычно приводившийся в действие шнурком.