В отличие от поражённой Элизы, Герхард расслабленно откинулся на спинку кресла.

— Как я мог не знать? – Медленно ответил мужчина.

Ответ сокрушительно обрушился на девушку. Словно насмехаясь над ней, граф усмехнулся, продолжая говорить.

— Как, по-твоему, вы с матерью смогли выжить в трущобах? Как вам удавалось не подвергаться изнасилованиям в этом гнезде порока? Или ты считаешь, что твоей матери просто повезло найти работу швеи?

Кончики пальцев девушки онемели, а желудок скрутило. Появилось чувство, что кровь покинула тело.

На самом деле, у неё были смутные подозрения. В трущобах, где людей могли просто зарезать, они ни разу не попадали в серьёзную беду. Несмотря на лица, специально перепачканные сажей, никто им не вредил. Однако они часто голодали. Вспоминалось множество других странных вещей, мысли о которых ранее девушка нарочно отгоняла прочь. Возможно, где-то глубоко внутри, она всё понимала, однако страшилась столкнуться с истиной.

— Неужели действительно не возникало никаких подозрений? – С явной издёвкой спросил Герхард. – Даже несмотря на своё происхождение, как можно быть настолько глупой?

— Вы знали… – Прошептала Элиза, будучи совершенно бледной. – Однако нарочно не помогали, зная, что мама могла умереть? – Глаза полные обиды, обратились к Герхарду.

— Да, нарочно, – ответил граф, и глазом не моргнув, глядя на душевные терзания дочери. – Мариса осмелилась обмануть меня, решив, что лучше жить в грязных трущобах, нежели подле меня. По какой причине я должен проявлять благосклонность к женщине, которая даже на смертном одре, не пожелала обратиться ко мне.

Ледяная ярость наполнила комнату. Элиза была в ужасе.

— Д-даже если и так… – заикаясь продолжила девушка. – Разве можно быть столь жестоким к человеку, которого Вы когда-то любили…

— Любил? – Комната наполнилась издевательским смехом Герхарда. – Она была лишь игрушкой, с которой было приятно провести время. Игрушками можно дорожить, но разве можно испытывать к ним любовь?

— Как Вы можете так говорить… – Элиза дрожала всем телом из-за вопиющих оскорблений в адрес её матери.

“Как же мама могла полюбить столь жестокого человека…”

Девушка вспомнила признание матери из тесной комнатки трущоб. Пускай слова так и остались не произнесены, они ясно читались в грустных глазах женщины.

“Почему же…”

В глаза Элизы смешалась горечь обиды и негодование. Заметив это, Герхард поднялся со своего места и подошёл к девушке.

— Что ж, разве я не дал тебе шанс?

— О чём Вы…

— Именно я подарил тебе возможность попасть в этот дом. – Герхард загадочно улыбнулся.

— !.. – В ушах девушки раздался резкий звон. Мир вокруг закружился, и Элиза пошатнулась, не в силах удержать равновесие. Запоздалое осознание, с силой обрушилось на неё.

“Значит, тогда…” – Когда Элиза в отчаянии боролась. Та встреча, что казалась ей невероятной удачей…

“Это не было случайностью.” – Всё это было тщательно продумано Герхардом Шуваном.

Первая встреча с герцогом, их воссоединение на банкете.

“И это тоже… Не было совпадением.”

Голова Элизы раскалывалась от непрекращающегося звона в ушах. В конце концов, не в силах побороть головокружение, Элиза рухнула на пол, а из её глаз покатились слёзы. Непонятно, то ли из-за головной боли, то ли по иной причине.

— Посети герцога ещё раз. – Раздался безжалостный голос Герхарда. Он звучал так спокойно, словно ничего не произошло. – Встанешь на колени или будешь умолять, прося милости, сделай всё, чтобы вернуть расположение герцога.

— …

— Если потерпишь неудачу, даже не представляю, что станет с Марисой. – Услышав угрозу, сорвавшуюся с губ графа, Элиза зажмурилась.

Это происходило каждый раз. Этот мужчина использовал её мать как заложницу, и девушка, покорной собакой, тащилась за ним на поводке. Ей было противно от собственной слабости и беспомощности.

— Так что ты обязана преуспеть. – Спокойно подытожив, Герхард потянул за верёвку, после чего появилась Ванесса.

— Она объяснит, что делать дальше. – Граф смотрел на Элизу, произнося ультиматум. – Это последний шанс. Не забывай об этом.

***

Следующие несколько дней Элиза обучалась совсем не тому, чему её учили, готовя к стезе хозяйки знатной семьи. Это были уроки, настолько постыдные, что стыдно описать. По мере приближения к концу обучения, занятия становились всё откровеннее и непристойнее. Элиза бледнела от шока, в то время как Ванесса оставалась совершенно бесстрастной.

— Существуют и другие способы доставить удовольствие партнеру, – сухим тоном женщина продолжала объяснять женщина.

Когда Ванесса закончила говорить, Элиза, выглядевшая так, будто вот-вот потеряет сознание, покачала головой.

— Я не смогу. Просто не смогу этого сделать.

— Нет, Вы сможете. И должны это сделать. – Будто не слыша слов девушки, отмахнулась Ванесса. Тон женщины оставался холодным, и только тогда Элиза смогла осознать истину того, что её ожидает после «продажи».

— Но ведь… – Девушка не смогла договорить, а уголки её глаз покраснели от стыда и отчаяния. Не в силах выдержать этого, Элиза опустила голову и закусила губу.

— Миледи. – Ванесса тихо вздохнула и опустилась на одно колено перед Элизой. Обхватив девичью руку, лежащую на колене, женщина легко похлопала по её тыльной стороне. – Если Вы справитесь, то после сможете вернуться в поместье графа и встретиться с Марисой.

Это был совершенно иной, добрый тон голоса, который Элизе не доводилось слышать прежде, из-за чего она подняла голову.

— Но… До сих пор, мне не позволяли видеться с мамой.

— На этот раз всё иначе, – продолжала успокаивать её Ванесса. – Чем сильнее Вы понравитесь Его Превосходительству, тем больше вероятность того, что всё получится. Возможно, Вы не просто увидитесь, но и сможете жить вместе.

Элиза уже столько раз обманывалась этими надеждами, что было бы глупо снова верить подобным обещаниям. Но, несмотря на это, девушка всё ещё колебалась.

— На этот раз… Это правда?

— Конечно. Могу Вас заверить.

Элиза не смогла бы отказаться от матери, даже если бы это стоило её собственной жизни.

“Мама…”

Девушка собралась с духом, вспоминая решимость, с которой впервые вошла в поместье графа.

“Я пообещала сделать всё, чтобы спасти маму.” – Вновь подумав об этом, Элиза смирилась с реальностью.

— Я всё сделаю.

Если бы ей пришлось выбирать между жизнью матери и тем, чего желала Мариса, Элизабы, несомненно, выбрала бы первое.

***

В ночь перед поездкой в резиденцию герцога, Элиза, с трудом собрав остатки своих душевных сил, возвращалась в свою комнату.

— Эй. – Девушка резко остановилась.

Это был Фриц. Он стоял, прислонившись к стене, словно ожидая её. Элиза же с трудом заставила своё скованное тело его поприветствовать.

— Молодой господин.

— О, ещё помнишь своё место? Думал, назовёшь меня дорогим братом.

— Как бы я могла…

— Естественно. Назови ты меня так, я бы разорвал твой рот на части. – Лицо Элизы побледнело, а Фриц расхохотался. – Кстати говоря, слышал, что ты наконец-то решила стать проституткой?

Это было явное издевательство над её нынешним положением, но Элиза не могла ничего ответить.

— Для дочери служанки даже это слишком высоко, не так ли? – Фриц с насмешкой повторил свой вопрос. – Почему молчишь? Я ошибся?

— Нет, молодой господин… Вы правы. – С трудом выдавила из себя ответ Элиза, чей надтреснутый голос выражал всю глубину отчаяния.

Однако Фриц, похоже, остался недоволен её покорностью.

— Грязная потаскуха, не знающая стыда, – с презрением протянул он. — Из-за тебя репутация дома Шуван была в одночасье запятнана. Теперь даже самые мелкие аристократы позволяют себе вольно сплетничать о тебе, упоминая нашу фамилию.

— …

— И всё из-за одной-единственной незаконнорождённой. – Подошёл к Элизе Фриц, из-за чего та отшатнулась. Казалось, он в любой момент может её ударить. Однако вместо этого, молодой мужчина лишь усмехнулся. – Считай, тебе повезло. Возникли бы проблемы, если бы тело, предназначенное великому герцогу, было испорчено. Поэтому оставлю всё как есть на этот раз. Так что тебе лучше постараться, Элиза. – Мрачно добавил Фриц. – Если провалишься, я собственными руками выброшу тебя. – Предупредил мужчина, обнажая зубы в злобной улыбке.