— Что там происходит?

— Госпожа, подождите здесь, я пойду посмотрю.

Едва я собралась спрыгнуть с лошади, как Сон Би схватила меня, а Сон Юн быстро растворился в толпе.

Я не могла понять, как эти двое, знакомые всего полдня, могли действовать так слаженно.

Оглядевшись, я заметила, что большинство прохожих либо проходили мимо равнодушно, либо наблюдали издалека, не вмешиваясь и не пытаясь остановить происходящее.

Поскольку детей запугивала группа мужчин, казалось маловероятным, что кто-то решится вступиться.

«Хм, похожи на бандитов».

Даже с моими скромными познаниями о жизни простолюдинов этой эпохи, почерпнутыми в основном из исторических дорам, с первого взгляда было понятно, кто они такие.

Но я не могла просто так оставить всё как есть. Судя по тому, как они сжались в комок, похоже, до рукоприкладства уже дошло.

— Эти деньги не краденные! Это наши деньги!

— Откуда у таких сопляков могло взяться столько денег!

А, вот в чём дело.

Я узнала в руке одного из мужчин тот самый мешочек с монетами, который дала детям раньше.

Дети отчаянно цеплялись за них, пытаясь вернуть свои деньги, но мужчины холодно отталкивали их. И всё же дети не сдавались.

— Отдайте!

— Ах вы, мелкие поганые твари!

Бандиты, крича, замахнулись, чтобы пнуть ребёнка.

И, увидев эту сцену, кто-то среагировал импульсивно и двинулся быстрее меня.

— А? Погоди, Чок-а, Чок-а?

— Ах, госпожа?!

Ии-гого!!!

Не обращая внимания на суматоху вокруг, Чок-а рванул к мужчинам, словно прочитав мои мысли.

Но я лучше кого бы то ни было знала. Чок-а действовал не совсем по моей воле.

— Угх?!

— И-ик, стой, стой, стой.

В отличие от ситуации, когда били детей, теперь я чувствовала, как взгляды людей становились всё более заинтересованными.

Что ж, это было понятно.

— Прочь, прочь, прочь!!!

— Угх? Угххх?!

— Уф? Погоди, босс! Ах!

Чок-а ловко увернулся от детей и устремился на мужчин, а те, перепуганные внезапным «дорожно-транспортным происшествием», пошатываясь, отступали, сталкивались друг с другом и падали.

— Хех.

— Пф-ф.

Возможно, потому что им было неприятно видеть, как издеваются над детьми, а может, потому что у этих типов и так была дурная репутация, но никто, кажется, не переживал за бандитов, которые оказались наполовину раздавлены лошадью; все лишь давили смех.

Крепко сжимая поводья, я, как хозяйка, стала оправдываться.

— Извините. Моя лошадь не любит сцены насилия.

— Ч-что?

Поскольку они сидели на земле, бандитам естественным образом пришлось смотреть на меня снизу вверх, и, осознав, что я дворянка, они не смогли изрыгать те же проклятия, что раньше, и лишь разинули рты.

— Это опасно, не отступите ли вы? Он иногда не слушается.

— Р-разве это не опасно, опасно для вас?

— Именно. Так что отойдите. Ноги могут сломаться, если лошадь случайно наступит на вас? Конечно, я могу оплатить лечение, но вы же не хотите прожить остаток жизни хромыми, верно?

Ещё хорошо, если только ноги сломаются, а если раздавят — медицина этой эпохи вряд ли что-то сможет исправить, верно?

— В-вы что, угрожаете нам?

— А? Я просто говорю правду, но…

Ии-гого!

Чок-а снова тряхнул головой, словно ему что-то не понравилось, прерывая мои слова.

Я слышала, как Чок-а фыркнул, приблизив голову — ему явно не нравилось, что они мне перечат, — но с моего места на лошади я ничего не видела, поэтому потянула за поводья, чтобы остановить его.

— Ах, нет. Не ешь.

— И-иик?!

Я сказала это лишь потому, что он однажды уже жевал мои волосы, но, похоже, меня неправильно поняли?

Неужели они думают, что лошади — плотоядные? Но, судя по атмосфере вокруг, выражение морды у Чок-а, должно быть, было действительно устрашающим.

Бандиты попятились, почти ползком, но Чок-а почему-то продолжал преследовать их.

— И-ик! Н-не подходи! Нет, пожалуйста, не подходи!!!

— Я же не иду. Это он идёт.

Издалека доносилось сдержанное хихиканье.

Весело? Но мне-то немного страшно.

Это как машина с неисправными тормозами, которая на автопилоте пытается задавить людей; что я с ним поделаю?

— Ладно, ладно, давай остановимся и пойдём. Хорошо?

Иго-го!

Чок-а немного повозмущался, но наконец остановился, а мужчины, падавшие до этого как костяшки домино, наконец неловко поднялись и бросились наутек, бросив злобный взгляд на детей позади меня.

— Ой, осторожнее.

Сон Юн, появившийся неизвестно откуда и слегка столкнувшись плечом с одним из бегущих, взял поводья Чок-а.

— Вы уверены, что безопасно ездить на такой дикой лошади?

Пф-рр!

Чок-а снова издал сердитый звук, недовольный словами Сон Юна, но я погладила его гриву и покачала головой.

— Это опасно, отпусти.

— Да, госпожа.

Сон Юн, почувствовав, что Чок-а расстроен, послушно отпустил поводья и отступил, а Сон Би приблизилась, словно только этого и ждала.

— Госпожа, вы в порядке?

— Да. Подержи поводья немного.

— Да.

Я доверила поводья Сон Би, слезла с лошади и подошла проверить детей.

Я думала, они убегут, как только скроются из виду мужчины, но ребёнок по-прежнему сидел, сгорбившись на земле и дрожа, и его состояние выглядело неважным. Сначала я помогла выбраться наружу младшему ребёнку, которого старший защищал.

Малыш, возможно от страха, разрыдался у меня на руках, теперь, когда опасность миновала.

Я осторожно положила руку на плечо ребёнка постарше, который всё ещё не мог подняться.

— Ты в порядке?

— Я… я в порядке, в порядке…

Неспособность встать совсем не выглядела «в порядке». Похоже, другие дети думали так же, потому что некоторые из младших снова разрыдались.

— Хнык, уа-а-а…

— Эй, н-не плачь. Не плачь…!

— Ты даже встать не можешь, откуда силы кричать? Всё в порядке, детки. Не волнуйтесь.

Ребёнок, кричавший лёжа, наконец сумел подняться, но его лицо пылало, и, казалось, не только от волнения.

— Давайте сначала сходим к врачу.

— У н-нас нет таких денег…!

— Тогда пойдём в Хёминсо*.

— Я… в порядке, так что оставьте… меня.

Голос, до этого такой громкий, постепенно ослабевал, и ребёнок, сумевший подняться, наконец потерял сознание и рухнул, будто отпустило всё напряжение.

— Что будем делать?

На слова Сон Юна, подхватившего падающего ребёнка, я вздохнула и спросила:

— Знаешь врача поблизости?

— Прошу прощения. Я тоже плохо знаю эту местность.

— Ах, тогда пойдём в Хёминсо.

Оно было не близко от южных врат… но на лошади далеко не уедем.

«Я ведь вышла только чтобы найти нефритовое кольцо, что это вообще такое?»

Но я не могла просто оставить раненого ребёнка.

Хёминсо было государственным учреждением, предоставлявшим бесплатное лечение простому народу, располагалось оно где-то в районе нынешнего Ыльчжиро*.

И в это самое Хёминсо, куда я прибыла с ребёнком на лошади, из-за большого наплыва пациентов принимали людей выборочно.

— У нас не хватает людей, ничего не поделаешь.

— Так что, больные должны просто умирать?

Работавший в Хёминсо врач говорил холодно.

Конечно, народу было много. Даже если не так много, как в современном Сеуле, население было сконцентрировано в Ханяне, так что это было неудивительно, но не настолько же, чтобы не принимать людей вовсе.

«Хм».

Может, нужна взятка? Но я решила попробовать другой вариант.

Я потянула за рукав Сон Би перед врачом и с невинным выражением лица открыла рот:

— Госпожа придворная дама, разве нам не стоит попросить принцессу о помощи?

— …Т-то есть…

Оставив Сон Би, на мгновение ошарашенную этой несогласованной импровизацией, Сон Юн вступил в игру:

— Если бы принцесса знала, она бы, конечно, помогла, но мы не можем беспокоить высших особ по каждому такому пустяку.

— Как бы ни было срочно, как можно так легкомысленно говорить о нашей госпоже?

Сон Би, замершая на мгновение, вскоре заговорила со мной свысока, как с младшей придворной служанкой.

А врач, слушавший наш разговор, начал дрожать.

Придворные дамы, служившие королевской семье, были существами, с которыми нельзя было обращаться небрежно, независимо от их ранга.

Конечно, придворная дама, служащая принцессе, не обладала большой властью, но все знали, что единственная принцесса во дворце пользуется любовью как Его Величества, так и кронпринца.

— Одну минуточку, подождите, пожалуйста, одну минуточку.

Смущённый врач бросился внутрь Хёминсо и вскоре проводил нас внутрь.

«Всё-таки власть — лучший аргумент».

Было немного горько, но благодаря этому раненые дети смогли получить лечение.

Проблема была в том, что случилось потом.

— Давать детям деньги оказалось опаснее, чем я думала.

Я думала, они смогут хорошо их спрятать, но деньги отобрали сразу же.

«Это же была не такая уж большая сумма. По нынешним меркам, это что-то вроде двухсот-трёхсот тысяч вон*?»

Ну, если дети носят с собой — это, конечно, много… Пожалуй, это правда. Раз это не бумажные деньги, объём большой, спрятать нелегко.

Было грустно, что они пострадали и теперь ещё должны платить за лечение из-за этого.

«Если бы я родилась несчастной нищенкой, оказалась бы я в такой же ситуации?»

Жить в роскоши и умереть в один миг от яда в юном возрасте или прожить десятилетия, дрожа от холода и голода. Что лучше выбрать?

«Говорят, лучше жить, даже если валяешься в собачьих экскрементах».

Конечно, в любом случае, ты не выбираешь, в какую жизнь родиться.

Ребёнок, который, казалось, был всего на пару лет старше меня, выглядел спокойным, не таким хмурым, как раньше. Но ненадолго.

— Гха-а-ах!

— Ты пришёл в себя.

Я объяснила ошарашенному ребёнку, что это Хёминсо, и вкратце рассказала, что произошло, а затем спросила то, что нужно было выяснить в первую очередь:

— Твои… родители?

— Не ищите то, чего по сути и нет!

— Ох. Прости.

Полагаю, будь у него нормальные родители, ребёнок не попрошайничал бы.

Когда я рефлекторно извинилась, ребёнок уставился на меня.

— Вам повезло родиться и жить в достатке, зачем жалеть кого-то другого?

— Ох, не поспоришь.

— Госпожа!

Сон Юн и Сон Би позади меня, казалось, были возмущены, но то, что он сказал, не было ложью.

Мне просто не повезло отравиться, но в целом я жила мирно и богато.

«Хотя сейчас я живу достаточно мирно и богато».

Звучало саркастично, но я была уже не того возраста, чтобы злиться на такое. Я спокойно произнесла то, что нужно было сказать.

— Остальные дети все в безопасности, так что не волнуйся слишком сильно.

Пока ребёнок был без сознания, Сон Юн сходил проверить детей и сказал, что они последовали за ним к Хёминсо.

Наверное, сейчас ждут снаружи.

Ребёнок вспомнил, что произошло раньше, плотно сжал губы с обиженным выражением, а затем отрывисто проговорил:

— …Деньги забрали, но я сделаю то, о чём меня просили, как положено, так что не беспокойтесь.

— Если ты о тех деньгах — они вот тут.

* * *

*хёминсо – государственная бесплатная лечебница периода Чосон

*Ыльчжиро – район Сеула

*200-300 тысяч вон = 10600-16000 рублей или 140-210 долларов по курсу на январь 2026 года