Чарльтон открыл дверь своей комнаты. Несмотря на военный лагерь, условия для него были вполне сносные, не хуже, чем в школьном общежитии. В поисках повстанцев ему тоже не приходилось сталкиваться с серьёзными трудностями: окружающие по-прежнему проявляли уважение. В целом, жаловаться было не на что, если не считать того, что он не мог вернуться в столицу или домой в Саффокс, пока их миссия не будет завершена.

Он только успел переодеться после душа, когда в дверь постучали.

Сначала он проигнорировал стук. [Что за чёрт, я ведь только что вернулся…]

Но стучать не перестали. Раздражённый, Чарльтон подошёл и открыл дверь.

«Ну наконец-то.» — с усмешкой поприветствовал его Кайло.

Чарльтон удивлённо вскинул брови:

«Кайло? Что ты здесь делаешь? Когда ты приехал? Заходи.»

Кайло вошёл в комнату и небрежно бросил:

«Только этим утром. Но ты что, не в курсе, что твоя возлюбленная выходит замуж? Я думал, увижу здесь разбитого страдальца, но, похоже, зря волновался. Честно, это даже слегка разочаровывает. Я готовил вдохновляющие речи, а ты тут сидишь, будто ничего не произошло.»

Чарльтон вздохнул:

«Да, я знаю. Читал в газетах.»

Он достал две бутылки воды и протянул одну Кайло.

«Ты слишком спокоен. Последний раз, когда мы виделись, а это было каких-то три месяца назад. Ты был готов сыграть Ромео и Джульетту ради неё. Я ожидал увидеть тебя в депрессии, а вместо этого у меня ощущение, будто страдаю я, а не ты.» — покачал головой Кайло, принимая воду.

Чарльтон пожал плечами:

«Ты знаешь моё положение. То, что она выходит за Джеффри, было вопросом времени. Кроме того, мы расстались.»

«Что?!» — фыркнул Кайло. «Не говори мне, что ты снова включил режим мученика и решил, что недостоин её, поэтому надо отпустить и страдать в одиночестве?»

Чарльтон усмехнулся:

«Ты меня слишком хорошо знаешь.»

[Ну пусть думает именно так.]

Кайло раздражённо вздохнул:

«Знаешь, но даже если ты так решил, это не оправдывает её. Выйти за Джеффри спустя всего месяц после того, что случилось с тобой? Да плевать она на тебя хотела! Ты вообще слышал её новую песню? Это просто отвратительно.»

Чарльтон нахмурился, когда Кайло назвал Серену таким тоном.

«Нет, не слышал. Ну, раз она смогла написать что-то новое, значит, всё у неё в порядке.»

«Ха! Тогда позволь мне рассказать. Называется "Впервые". Ладно, мелодия хорошая, но, боги, текст — это верх лицемерия. Там, знаешь, такие строки: "Теперь я впервые узнала, что такое любовь". Я вот сижу и думаю, а что же она тогда чувствовала к тебе? Не любовь? Просто похоть? Аргх! Послушай её, и тебе захочется сорвать с неё маску!»

«Тогда хорошо, что я этого не слышал.» — сказал Чарльтон, но его рука непроизвольно сжалась в кулак.

[Это мой выбор. Я сам отпустил её.]

Кайло внимательно посмотрел на него:

«Ты точно в порядке?»

«Как думаешь?»

Кайло рассмеялся:

«Вот теперь другое дело! А то я уже начал волноваться из-за твоего равнодушия. Ладно, смотри на это так: хотя бы теперь мы знаем её истинное лицо. Не так уж и плохо, да? Не ты тут проигравший. Хотя…Мне даже жаль Джеффри. Кажется, он, то как раз тот, кому достался самый короткий жребий. Интересно, а он уже понял, что…Ну, ты понял?»

Чарльтон бросил на него предупреждающий взгляд.

Кайло знал, что между ним и Сереной всё было, но обсуждать это вслух…было неприятно.

«Ладно, молчу.» — поднял руки Кайло.

Чарльтон покачал головой:

«Давай сменим тему. Лучше расскажи, как у тебя с Вией?»

Тут же оживившись, Кайло принялся рассказывать о своей жизни, о том, как просил её руки у родителей, как его собственная мать была готова сжечь его на костре, как ему пришлось отказаться от права на трон ради свадьбы.

Чарльтон слушал. В какой-то момент его даже это развлекло, но вскоре мысли вновь вернулись к Серене.

[Он сожалел. Сожалел, что не боролся за неё, когда был шанс.]

[Кайло ради Вии готов был отказаться от всего. А он?]

[А, я только притворялся, что люблю.]

***

Кайло уехал на следующий день, оставив Чарльтона наедине со своими мыслями.

Свадьба была уже послезавтра.

На мгновение его посетила безумная идея. [А, что, если похитить невесту прямо перед церемонией?]

Но он тут же покачал головой. [И что потом?]

Он чувствовал себя разорванным надвое.

[С одной стороны — сожаление. Он мог бороться за неё, но не сделал этого. Он любил её, но оказался слишком глуп. Всегда осторожничал, думал о последствиях, о том, что будет, если их поймают…]

[С другой. Он не мог сказать, что не обвинял её вовсе. Часть его испытывала горечь.]

[Почему она сразу не рассказала, что Джеффри делал с ней? Почему не доверилась ему?]

[Если бы она сказала…Он бы что-то предпринял. Ускорил планы, нашёл другой путь.]

[Но, с другой стороны, может, и хорошо, что она этого не сделала. Ведь теперь он знал правду: она сама приняла участие в этом. Она сказала ему это лично.]

Сначала он не мог в это поверить.

Но теперь…

Её свадьба.

Её песня.

Она не просто ушла. Она будто вычеркнула их чувства, перечеркнула их историю.

И тогда возник ещё один вопрос.

[Любила ли она его на самом деле? Или просто играла?]

Чарльтон больше не знал, во что верить.

Но вскоре он поймёт, что ответ на этот вопрос всё-таки имеет значение.