— Гу-у-у! — Килиланшело судорожно вздохнул и рухнул без чувств.

— Ну ты и грубиян. — Комикрон в панике вскрикнул. — С ребёнком-то!

— У него только разум регрессировал, тело-то не изменилось.

— Ну да, пожалуй...

— Так что там? — пока тот раздумывал, Коргон спросил.

— Мм? Что «что там»?

— Вердикт гения.

— А, это. Так, о чём я там думал... Ах да. Это вампир. — он объявил, вскинув палец.

Этого объяснения должно было хватить, но Коргон, похоже, ничего не понял.

— Вампир?

— Точно. Новый вид космического вампира, который пьёт не кровь, а опыт.

— Космического!

— Именно. В космосе чего только не бывает. Вероятно, у него зелёная кожа, и он может обращаться в жидкость, чтобы капать с потолка.

— ... — подумав немного, Коргон кивнул. — Ясно. Вроде бы сходится.

— Ещё бы. Космический вампир затаился в поисках следующей жертвы. Чтобы выследить его, нужна хоть какая-то зацепка, куда он мог сбежать.

— Последними его видели Азалия и остальные.

— Верно. И какого чёрта ты их прогнал? Вот поэтому вы, простаки, дальше своего носа и не видите.

— Прости.

— Ладно, прощаю. С простака какой спрос. А теперь за ними!

Провозгласив это, Комикрон и Коргон выскочили из класса.

Примерно в то же время...

Азалия, которая очень-очень любила свою сестрёнку, думала, что в такие моменты она должна быть сильной. Такие моменты — это когда слабенькая Летиция очень боится и так крепко сжимает её руку, что даже больно, но жаловаться совсем не хочется. Вот такие моменты. Они были очень дружными сёстрами. Умненькая Азалия знала, что на самом деле они не сёстры, а двоюродные сёстры. И что они ровесницы, так что нельзя сказать, кто из них старшая, а кто младшая. Поэтому та, кто может защитить, и защищает другую.

— Всё хорошо. Не бойся. Не плачь. — говорила Азалия, нежно поглаживая Летицию по спине.

— Хочу к папе и маме... — пока Летиция хныкала...

— Это невозможно. — ... Азалия прижалась к её лицу. Она чувствовала то же самое. Но... — Они ведь умерли.

— Не хочу... Хочу к ним... — Летиция расплакалась ещё сильнее...

— Ну что ты такое говоришь... — ... и Азалия вздохнула.

— Почему их нет? Почему?

— Этого я точно не знаю... но здесь мы их точно не встретим.

— Не хочу! Приведи их сюда! — Летиция села прямо на пол.

Азалия слегка раздосадованно цокнула языком.

«Чтоб тебя, паршивка, если ты сейчас усядешься, кто тебя поднимать будет?! — придя в себя, она склонила голову набок. — А? Что это я сейчас сказала?»

— Что-то случилось?

— Да нет. Просто показалось, будто я сказала что-то такое, о чём и подумать не могла. Слушай, Тиш. Мне здесь тоже не нравится. Поэтому пойдём. Пойдём домой.

— Угу... хорошо... — шмыгая носом, Летиция поднялась.

Азалия вздохнула с облегчением. Ещё немного, и она была готова схватить её за волосы и выбросить из окна. Но вот беда... Девочки оглядели коридор и растерялись.

— Где это мы? Я никогда не видела такого большого здания.

— А что, если тут нет выхода... — плакса Летиция уже начала переживать и об этом...

— Всё в порядке. Вон, смотри, окно. Снаружи что-то есть. Если найдём лестницу, сможем выбраться. — ... Азалия криво усмехнулась и покачала головой.

— А если те страшные дяди опять придут мешать?..

— Да. Это страшно... но я тебя защищу.

— Но... это невозможно. Они же взрослые.

— Пойдём так, чтобы нас не заметили. Если заметят, нам конец.

Тут послышались шаги. Девочки обернулись. Из другого конца коридора к ним бежал один из тех страшных людей — странный мужчина в белом халате с косичками.

— А! Вот вы где! Летиция! Азалия! Есть вопросы! Дайте информацию гению! Эй, Коргон, они здесь!..

— Сдохни, тварь! — Азалия поцеловала кулак и выскочила вперёд. Она врезала кулаком по лицу бегущего страшного дяди, не дала ему упасть, добавив коленом в нос, а затем схватила за удобные косички и два-три раза приложила головой о стену. — На! Получай! Сдохни! Сломайся хоть где-нибудь! — бросив на пол голову потерявшего сознание дяди, Азалия выдохнула с довольным шипением и повернулась к Летиции. — Пойдём так, чтобы нас не заметили. Если заметят, нам конец. — кажется, она уже говорила это, но не помнила.

— Точно. -Летиция кивнула . — Нам не победить взрослых. Прости, Азалия. Я тоже не буду плакать.

— Ты и не плакала, Тиш. Правда ведь?

Подбодрив друг друга, они пошли по коридору. Две невинные девочки. Однако на их пути снова встал плохой взрослый.

— А-а-ах! — Азалия затрепетала от ужаса.

«Ещё один страшный дядя. Длинноволосый, мрачный, с пугающим лицом. Точно извращенец.»

— Эй вы... подождите.

— Нас нашли, Азалия!

— Бежим туда! — Азалия нашла путь к отступлению и крикнула.

— Нет, там только класс... — подозрительный извращенец предъявил наглую претензию.

— Свет!

Конечно же, справедливость на стороне бедных девочек. Раз Азалия подумала, что там есть путь, значит, он там есть. Она ничего не сделала, но стена сама собой взорвалась, открыв проход.

— Гья-а-а-а-а!

— Уа-а-а-а-а!

— Что?! Что происходит?!

Слышались звуки, похожие на вопли ветра, но им было не до того.

— Идём!

— Угу!

Азалия и Летиция побежали. Почему-то им пришлось бежать через место, где в лужах крови корчились взрослые, но они попытались.

— Почему?! Это тупик! — дрожащим голосом сказала Летиция.

— Я же сказал, что там только класс, — спокойно заметил извращенец сзади.

Но Азалия не сдавалась. Она должна была защитить сестрёнку. Справедливость всегда на её стороне.

— Сюда есть проход!

— Нет, это соседний класс...

— Свет!

— Хи-я-а-а-а-а?!

— Свет! Свет! Свет!

— Джя-а-а-а-а!

Словно невидимая сила прокладывала им путь.

— Ух ты! Дорога сама появляется, Азалия!

— Правда. Может, я богиня? Именем бога я должна править глупыми массами? Ну, раз так, то придётся.

— Думаю, так и есть, но сейчас важнее сбежать от извращенца!

— Точно. Царство террора устрою потом.

— Может, с ними и правда стоит разобраться по-серьёзному...

— Извращенец что-то бормочет, Азалия.

— Я не извращенец.

— Этого не может быть. Ты же взрослый, а гоняешься за девочками.

— Точно, зачем вообще быть извращенцем.

— Я не извращенец, и вы старше меня.

— Не понимаю, что говорит извращенец. Зачем вообще быть извращенцем.

— В этом же нет ничего хорошего, может, перестанешь быть извращенцем? Не можешь перестать, это так странно.

— А-а-а, как же вы достали.

Извращенец, не зная своего места, продолжал упрекать невинных девочек. Они снова побежали.

Что ещё могли сделать беспомощные дети? Где же конец этой погони... Ну, уже скоро.

— А?

— Что такое, Азалия?

— Я слышу... голос. Чей это голос?

Из пролома в стене, откуда-то издалека, доносился плач младенца.

— О-о-о... — увидев плачущего младенца, воскликнула Азалия.

— Какой милый. Но... он не перестаёт плакать.

— Дай и мне подержать, Азалия. Слушай, как думаешь, как его успокоить?

— Колыбельные знаешь?

— Нет.

— Понятно... Тогда...

Они переглянулись и пришли к одному выводу.

— Давай попробуем всякое, от чего он может замолчать.

— Точно. Давай зажмём ему нос.

— Гья-а-а! — младенец заплакал ещё громче.

— Так не пойдёт. — Азалия была поражена. — Какая же ты глупая, Тиш. Совсем глупая.

— Э-э-э...

— Насчёт младенцев есть хорошая поговорка. Вот так.

— Гья-а-а-а-а!

— Что ты сделала?

— Руку вывернула.

— Хм. Стало только хуже. Может, это ты глупая, Азалия? — Летиция сказала нечто настолько ужасное...

— Зачем ты так говоришь? Я не глупая. — ... что Азалия была в шоке.

— Глупая. Ладно, лучше давай дадим ему воды.

— А не проще его утопить? Нельзя утопить?

— Нельзя-я. Если намокнет, сушить замучаемся. Всё-таки ты глупая.

— Опять глупая! Почему ты так говоришь?!

— Ты же первая начала, Азалия!

— Но я только один раз сказала! А ты, Тиш, сколько раз уже повторила!

— Ты тоже в начале два раза сказала!

— Не говорила!

— ... чем это вы занимаетесь?

— А, извращенец.

Их снова догнал извращенец. Он всё ещё недовольно канючил.

— Я не извращенец.

— Э-э. Извращенец.

— Ладно, пусть буду извращенцем, но послушайте извращенца. Что вы делаете?

— А сам не видишь? — ответила Азалия, дёргая младенца за шею.

Летиция, в свою очередь, тянула его за ноги. Извращенец посмотрел на них почему-то уставшим взглядом и сказал:

— Насколько я вижу, двое сильнейших боевых магов Башни Клыка пытаются оторвать Килиланшело голову и ноги.

— Не понимаю, что говорит извращенец.

— Извращенец!

— Извращенец!

— Не надо скандировать, отрывая жертве конечности.

— Но он почти успокоился и затих.

— Ну так он одной ногой на том свете, оно не удивительно... но отпустите его.

— Не-а.

— Что за «не-а»? — извращенец спросил то, что и так было очевидно...

— Мы же не знаем колыбельных. — ... и Азалия ответила.

— Колыбельных?

— Если спеть, младенец перестанет плакать, да?

— Мы должны хорошо заботиться о нём. Он же наша семья.

— ... — извращенец немного помолчал, а потом сказал. — Вы не просто регрессировали, у вас и память спуталась. В этом возрасте вы ещё даже не были знакомы.

«Опять ничего не понятно.»

— Этого не может быть. — возразила Азалия. — Мы всегда были вместе, с самого рождения. Мы же семья.

— Мы и раньше так хорошо ладили.

— Раньше?

— Ой. Что это я сказала? — смутилась Летиция, скривившись. — Ведь «раньше» — это сейчас. Ой. Сейчас — это «раньше»? А когда было «раньше»? А «сейчас»?

— Нельзя! — Азалия хлестнула Летицию по щеке, чтобы заставить её замолчать. — Нельзя, пока не вспомнишь! Пока не вспомнишь, что мы — дружная, настоящая семья...

— Это не регрессия. Ты пытаешься переписать память!

— Я... я не понимаю!

— Неосознанно? Тогда очнись!

— Не хочу! Ведь... всё может стать... так хорошо...

«Ха! — словно падая куда-то во сне, Азалия вздрогнула и очнулась. Она огляделась. Класс. — А... я что, уснула? Ужас. Свалилась со стула».

Ощущение падения было реальным — Азалия и вправду лежала на полу. Она поднялась. Рядом спали Килиланшело и Летиция, тихо посапывая. Мирная картина.

— И ведь говорила же, что на меня гипноз не подействует... Так, а это что? Стена проломлена, повсюду раненые. Что-то случилось?

В классе стоял ещё один человек — дурак Коргон. На выходки этого дурака не стоило обращать внимания, но сегодня он выглядел ещё более странно, чем обычно: сжал кулак, расчувствовался и смотрел в окно.

— Твой ментальный контроль вышел из-под контроля, и ты пыталась «исправить» всё, что тебе не нравилось. — он медленно ответил.

— Что за бред? Я бы никогда так не сделала.

— Сделала. Пыталась исправить ваши с сестрой отношения...

— Говорю же, не сделала бы. Меня и нынешние отношения устраивают.

— Это было подсознательное желание.

— Ну и муть. Сразу видно, что враньё. Ладно, неважно. Пока Тиш спит, хочу написать ей что-нибудь на лице. Что посоветуешь?

— Не то чтобы я советовал, но «Свинья» подойдёт.

— И то верно. — в поисках ручки Азалия прошлась по классу и вдруг кое-что заметила. — Кстати, а ты чего плачешь?

— Слава богу... космического вампира не было...

— Ты что за бред несёшь? Совсем дурак?

Вот так и выходит, что эта компания ещё долго не сдвинется с мёртвой точки.