— Я вообще-то хотел спросить, вампиры ведь — это просто суеверие, да? — простонал Хартия.

— Кровь они не пьют. Хотя, если им вдруг взбредёт в голову, могут и такое сделать, — Чайлдмен вздохнул так же, как и студенты, но с куда большей серьёзностью. — Женщина, называющая себя Блади Бас Лин — потомок вампиров. Последние несколько лет она нигде не появлялась, но теперь вернулась.

— Из-за обиды на вас, учитель? — спросила Летиция.

Казалось, её разрывали два сомнения: недоверие к рассказу Чайлдмена и подозрительность к самой личности этого чудаковатого преподавателя. Последнее не в новинку, да и первое, в некотором смысле, тоже. И всё же, от твердолобой Летиции до сумасбродного Коргона, все были вынуждены слушать, потому что мастерство учителя — неоспоримо. Не говоря уже о его магических талантах, он обладал обширными знаниями, включая тёмные страницы истории, и был сведущ во многих науках. Тот факт, учитель его уровня так легко признавал превосходство некоего «вампира», вызывал дискомфорт. Истории о вампирах обычно считались простыми легендами из-за их неправдоподобности, но Чайлдмен говорил о них как о самой что ни на есть реальности.

— В своё время раса драконов собрала всю свою магическую мощь, чтобы противостоять вампирам. Они сражались, используя магические мечи, созданные для убийства чудовищ, но не смогли убить их и лишь запечатали. Почему вампир Кесион обладал такой силой — неизвестно. По одной из версий, он был чудовищем, порождённым проклятием богов. Раса драконов запечатала его, но истребить род вампиров не смогла.

— Она потомок вампира Кесиона?

— Предположительно, но это не точно. Возможно, существовали и другие вампиры, помимо Кесиона. В любом случае, не думаю, что Блади Бас Лин обладает силой, равной силе прародителя, но она, без сомнения, превосходит людей в силе и выносливости. А ещё она — искусный маг.

— Вы лично с ней сражались, учитель? — с сомнением спросил Форте.

— В то время она была королевой преступного мира, тайно правившей Тотокантой. — Чайлдмен кивнул. — Я был нанят стороной, противостоявшей ей, и кое-как сумел прогнать вампипршу, но в прямом столкновении ни разу не смог одолеть.

— В ничью сборолись?

— Я испробовал на ней все свои смертоносные техники, но не смог даже ранить. Она из тех, кто может уклоняться от Цепи Самоуничтожения и Пространственного Взрыва, попутно переодеваясь. Я случайно узнал, что у неё есть семья — муж и сын. Я угрожал ей, используя их как щит. Если это можно назвать ничьей, то да, в ничью сборолись.

— А-а, но... — в воцарившейся в классе тишине раздался голос Хартии. — ... тогда можно ведь снова использовать тот же приём?

— Она бы ответила так: «Тогда я, в свою очередь, вырежу всех в этой Башне».— Чайлдмен с лёгкостью отмёл это довольно отчаянное предложение.

— Но она же не сможет...

— Может, и не сможет, но разве в этом дело? Убить нескольких членов Исполнительного комитета Башни или влиятельных учителей для неё — пара пустяков. И вот, допустим, я сворачиваю шею её сыну в Тотоканте и вешаю его голову как украшение на карниз. Кто в итоге победитель?

— Если враг настолько силён, как вы говорите, учитель, я сомневаюсь, что он так просто позволит нам отправиться в Тотоканту. — пробормотал Коргон и поднялся с места. Он неспешно направился к выходу из класса.

— Ты куда? — спросил Хартия.

— Если битва уже началась, не стоит засиживаться здесь. — Коргон ответил без малейших эмоций. Он поманил рукой Комикрона.

— Хм-м. — Комикрон, стараясь сохранить остатки достоинства, картинно скрестил руки на груди. — Пожалуй, ты прав. Если можно использовать любое оружие, то это хороший шанс испытать результаты моих запретных исследований в бою. Гхя-а...

— Живо иди сюда. — вернувшийся Коргон схватил его за шкирку и потащил за собой.

Проводив взглядом удаляющуюся команду «что-у-них-на-уме-неведомо-даже-им», Азалия со вздохом тоже поднялась с места.

— Что ж, нам тоже, пожалуй, пора... Хотя вся эта история кажется мне каким-то розыгрышем. — бросив косой взгляд на учителя, она попыталась, подражая Коргону, схватить Летицию за шкирку.

— Если мы действуем, нужно выбрать лидера. — Летиция холодно увернулась и заявила. — Из нас троих.

— Естественно, это буду я. — заявил Форте.

— Шутишь? — Азалия ответила ему нарочито вызывающим смехом. — Ты можешь себе представить, чтобы я подчинялась твоим приказам?

— Хочу вам сказать, что быть лидером — это не развлечение. — Летиция с досадой махнула рукой на сцепившихся взглядами спорщиков. — Это значит нести ответственность и принимать важные решения. Кто для этого подходит по характеру — должно быть очевидно...

Продолжение их спора потонуло в шуме коридора, когда троица вышла из класса. Осталась в буквальном смысле команда оставшихся. Килиланшело с неловкостью посмотрел на учителя. Хартия сделал то же самое.

— Ещё вопросы есть? — спросил Чайлдмен.

— Если противник так силён, почему Башня не бросит на это дело все свои силы? — Килиланшело озвучил то, о чём думал всё это время.

— В такую историю никто не поверит. — учитель ответил, как и ожидалось.

— ... Ясно.

Больше сказать было нечего, и Килиланшело схватился за голову.

* * *

— Я считаю, что лидер должен быть хоть немного неординарным. Если он принимает только те решения, которые может принять любой, то он и не нужен.

— Я так не думаю. Лидер должен видеть общую картину, быть хладнокровным и здравомыслящим, чтобы предвидеть будущее.

Летиция шла чуть позади них и молчала. Азалия и Форте редко спорили — обычно они почти не разговаривали. Форте презирал проблемных студентов, а Азалия, по её собственным словам, считала «твердолобый пень» давно наскучившей игрушкой. В коридоре сновали другие студенты, которые, услышав их громкие крики, испуганно замирали. Само собой, Азалия считала, что переговоры начинаются с упреждающего удара, а Форте был из тех, кто верил, что мир можно сохранить только достойным отпором. При этом оба не осознавали, что им обоим не хватает терпения, на котором строились их теории.

— Кто здесь самый оригинальный и деятельный лидер? Я.

— Кто здесь обладает достаточным авторитетом, чтобы требовать от других верности? Я.

Они почти соприкоснулись носами, а затем обернулись. Их взгляды требовали ответа от Летиции. Встретив их взглядом, Летиция отрезала:

— Двум идиотам это не под силу. Методом исключения — я.

Все трое замерли. Воцарилась мёртвая тишина. Окружающие студенты, словно из вежливости, тоже замолчали. Или, может, просто приготовились в любой момент сотворить защитное заклинание.

Вздохнула Азалия. Она с хрустом размяла пальцы.

Форте делал вид, что не замечает угрожающего вида Азалии. Но и взгляда не отводил. Он ни на шаг не отступал перед её откровенной враждебностью. Что ж, он не трус. Это всем известно.

Летиция покачала головой. Не для того, чтобы их остановить. Это была разминка — она расслабляла плечи. Если эти сорвиголовы затеют потасовку, разнимать их придётся ей, так уж повелось. Весь их класс состоял из одних смутьянов, и только она, единственная здравомыслящая среди них, могла восстановить порядок. Хлопот не оберёшься, но что поделать, если такова уж её роль.

Атмосфера накалилась до предела, но ни Азалия, ни Форте не двигались с места. Летиция тоже почуяла неладное. Она бросила взгляд за окно.

— Это же...

— Третий этаж. — ответил Форте на шёпот Летиции.

За окном третьего этажа виднелось человеческое лицо. Оно было перевёрнуто. Длинные светлые волосы свисали вниз, а губы растянулись в широкой улыбке. Женщина. На вид... лет тридцать? Или около того? А может, и старше. Для того, кто вверх ногами висит за окном школы, она выглядела поразительно спокойной и с лёгкостью перешла к следующему действию. Было очевидно, что она ждала, когда троица её заметит. Женщина вскинула правую руку и, кажется, что-то произнесла.

Магическая формула мгновенно сплелась и исказила реальность. Вскрикнув, Летиция бросилась на пол, закрывая голову руками. Стекло разлетелось вдребезги, осыпав коридор градом острых осколков. Кричала не только она. Завопили и другие ученики; кто-то, похоже, даже попытался сотворить заклинание. В одно мгновение проход погрузился в хаос. Лёжа на полу, Летиция огляделась, пытаясь понять две вещи: что предпримет враг и что сделают союзники. Форте и Азалия разбежались в разные стороны, на ходу выпуская заклинания в окно. Волны слепящего жара перекрестились там, где только что была женщина, но цели уже и след простыл.

Летиция нашла её. Случайно. Враг просто оказался там, куда она посмотрела. На стене коридора, противоположной окну. Там находилась та самая женщина. Зрелище, подобное обманке: она стояла на вертикальной стене, словно на полу, и улыбалась, играя с локонами волос, окутывавшими всё её тело.

«Контроль гравитации. И весьма умелый.»

Летиция приготовилась к бою. Поднимаясь, она услышала, как с её спины осыпаются осколки стекла, и вложила всю инерцию в удар ногой.

Женщина с лёгкостью отбила её удар одной рукой. Летиции показалось, что её едва коснулись, но ученицу отбросило со всей силой, и она чуть не вылетела из окна. Форте, потерявший врага из виду, обернулся. Он заметил вошедшую в коридор женщину и попытался развернуться, чтобы броситься назад, но едва успел сменить позу. Женщина, пробежав по стене с кошмарной скоростью, уже оказалась у него за спиной. Взмахнув одной рукой огромным оружием, которое невесть когда успела приготовить, она одним ударом вырубила Форте.

Женщина небрежно отбросила оружие в сторону. Это была ещё одна сцена, в которую невозможно было поверить, даже видя её воочию — потому что женщина, словно дубинкой, размахивала телом Азалии. Та без сознания рухнула рядом с Форте. Отшатнувшись от края оконного проёма, куда её отбросило, Летиция покачала головой. Это уже была не просто разминка. Голова кружилась. Подступала тошнота.

— Вы... вампир? — в попытке выиграть время она обратилась к противнице.

— Не-а. Просто человек, которому стало скучно, — равнодушно бросила женщина и, не глядя, наотмашь ударила студента, бросившегося на неё со спины.

* * *

— Началось, — пробормотал Коргон, ощутив изменения в атмосфере.

До него донеслись вибрация от магического взрыва и крики. Кажется, с нижнего этажа. Коргона встревожило не столько начало суматохи, сколько то, как быстро она улеглась.

— Кажется, уже всё. — прошептал Комикрон в ответ на бормотание Коргона.

— Уже? Они победили?

— Нет. В столкновении с опытным убийцей у этой троицы ни шанса. — это было очевидно, но Комикрон посмотрел на него с сомнением. Коргону пришлось пояснить. — Их не готовили к такому. Шанс есть только у меня или у Чайлдмена. Поэтому учитель и выбрал такой состав. Они — приманка.