Шли годы, лета не умолимо стирались в памяти, обращаясь в ничто.

*Тук-тук-тук!*

— Просыпайся, сволочь! Немедленно поднимайся, а не то прикончу дубиной! Эй ты! — отчаянный стук в дверь заставил Орфена с раздражением перевернуться на другой бок. Хоть кровать в дешёвой гостинице и была тонкой как бумага, спящего это ничуть не смущало — спал он сладко. — Сколько раз я говорил! Сегодня День торговых дел! Ты что, все мои планы гробишь? Эй, если не вылезешь — пришибу!

Сознание Орфена, затянутое сонной дымкой, постепенно начало воспринимать эти гневные выкрики. Он медленно приподнял припухшие веки. Уставился в потолок, покрытый масляными пятнами, затем с неудовольствием перевёл взгляд на окно. Судя по углу солнечных лучей, пробивавшихся сквозь стёкла, было около полудня.

Стук в дверь усиливался.

— Тварь! И впрямь не выйдешь? А? Жить надоело? Ладно, вылезай! Сегодня лично я, Волкано Волкан, тебя просветлю!

«Выйду... и тут же убьют? — Орфен сквозь сон размышлял. — Кто убьёт-то? Волкано Волкан? Этот коротышка... Чёртов карапуз...» — он стянул с себя простыню, сел на кровати...

— Заткнись! — ... и огрызнулся в сторону двери. Почёсывая голую грудь, сплюнул на замолкшую дверь и грубо натянул рубаху со спинки стула. Заодно снял висевший там же кулон — тонкую серебряную цепочку с изящным изображением одноногого дракона, обвивающего меч. Положив кулон на ладонь, юноша пробормотал, словно обращаясь к серебряному созданию. — Угрожают, значит, убить, а? — криво усмехнувшись, накинул цепочку на шею.

В тот же миг дверь сотряс особенно мощный удар.

— Это ты кому «заткнись» кажешь? Для кого я по такому вонючему долу шарю, а?!

Орфен проигнорировал выкрик, сполз с кровати и подошёл к зеркалу в углу. В нём отразилось лицо черноволосого юноши лет двадцати с небольшим, с вечно недовольным выражением. Сейчас он щурился от недосыпа, но и в обычные дни его чёрные глаза при взгляде в зеркало казались прищуренными. За дверью голос становился всё истеричнее.

— Если не кончишь кочевряжиться — катком размажу! Давай выходи...

— Я высвобождаю сияющий клинок света! — Орфен раздражённо повернулся к двери, резко вытянул правую руку и быстро произнёс.

Мгновение спустя — вспышка! — комната наполнилась ослепительным сиянием. Из ладони вырвался световой клинок. Поток белого пламени врезался в прочную деревянную дверь, разнеся её вдребезги с оглушительным грохотом. Щепки разлетелись, взметнув облака пыли. На месте исчезнувшей двери стоял подросток в меховом плаще ростом около ста тридцати сантиметров. Он застыл с вытаращенными глазами. Дорожная одежда была потрёпана и слегка засалена, чёрные волосы — немытые несколько дней — торчали клочьями. Круглые глаза, заполненные почти целиком светло-карими зрачками, казались ещё крупнее от испуга.

— Выйти, говоришь? — Орфен полуприкрыл веки и процедил.

— ... Соблаговолите выйти... и простите великодушно... — чуть слышно поправился юноша, отряхивая пыль.

— Ладно. Отныне проявляй почтение к старшим. Ясно?

Довольный произведённым эффектом, парень окинул подростка оценивающим взглядом. Коренастый подземник выглядел на восемнадцать — стандартный возраст для его расы. Рост в сто тридцать сантиметров считался среди низкорослого народа обычным. Поверх традиционного мехового плаща виднелись массивные ножны. Подросток — Волкан — медленно перевёл взгляд с дымящихся обломков на мага.

— Э-э-э, господин Орфен, осмелился встретить вас... насчёт дела...

— Сначала поем. Жди снаружи.

— Слушаю-с. — буркнув, Волкан с вытаращенными глазами бросился вон по коридору.

«День торговых дел, ну да... — слушая, как он спотыкается на лестнице и осыпает ступени проклятьями, Орфен сладко потянулся. — Но сначала...»

— Я исцеляю шрамы заката! — снова протянув руку к разрушенной двери, произнёс. Едва прозвучали слова, осколки дёрнулись — будто время повернуло вспять — и собрались в целое полотно. Орфен лениво подошёл к восстановленной двери, ткнул пальцем и пробормотал. — Ну, сойдёт. — несмотря на подпалину в центре, он лишь пожал плечами и лёгким толчком открыл дверь.

Орфену никогда не доводилось видеть гостей в захолустной «Таверне Багапа». Хотя заведение это, затерявшееся в переплетении торгового квартала, всегда содержалось в образцовом порядке. Если не считать древности здания, место вполне сносное. Спустившись на первый этаж, он застал хозяина за полировкой бокалов у стойки, а его сына Маджика — за мытьём полов. Несмотря на родство, схожести между ними не наблюдалось. Обветренный Багап мог сойти за пирата в приморском городке, тогда как Маджик походил на миловидного блондина — ясноглазого юношу с аккуратной внешностью.

— Орфен, проснулись? — тот поднял голову и поздоровался.

— А то проснулся! — Завсегдатай таверны за последние два года, Орфен непринуждённо махнул рукой. — Эта тварь подняла сонного.

— А грохот стоял жуткий...

— Да дверь взорвал. Починил, правда. — пристроившись у стойки, Орфен кивнул улыбающемуся из-под усов Багапу намекая на заказ лёгкого перекуса.

— Деловые подвиги, значит, назначили?

Включая газовый вентиль под котлом с овсянкой (последнее приобретение, которым он гордился), Багап — этот морщинистый, будто штормом вымотанный мужчина — говорил удивительно мягким баском, прямо эталон гостеприимства.

— Ага. — Орфен вздохнул, облокотившись о стойку. — Волкан нашёл очередную афёру. Толком ещё не вникал.

— По твоему лицу вижу — энтузиазма кот наплакал. — Багап усмехнулся уголком губ.

— Оно и понятно. Заработать у этого прощелыги не удавалось ещё ни разу.

— Так зачем связываться? — Багап наблюдал с неподдельным интересом.

— Ты же знаешь — он мой должник. — парень криво усмехнулся. — Не извлечь из него барышей — мне крышка.

— Не связывался бы с подпольными ссудами.

— То-то и оно... Кому придёт в голову помогать должнику заработать?

— Вон же ты! — Багап поддел его, перекладывая овсянку.

— Эй, а если я тебя магии научу — сколько платить будешь? — Орфен обернулся к Маджику.

— Правда?! — Маджик просиял, едва не перевернув ведро со шваброй.

— Брось морочить парню голову! — рявкнул Багап из-за спины.

— Орфен из Башни Клыков, чёрный маг высшей пробы, берётся обучать! — Орфен театрально поднял кулон — единственную действительно ценную вещь из его имущества. — Шанс возвыситься!

— Сомневаюсь, что у парня задатки мага. — Багап покрутил ус. — Да и сам ты на мели. Где тут возвышаться...

— На секундочку, мне дворцовую должность предлагали!

— Пока не сляпал на экзаменах — и не вылетел? Сказки эти я слышал.

— Неважно! У Маджика талант — только гению это разглядеть... Нутром чую...

— Серьёзно?

— Да не слушай его, сынок! — Багап снова взялся за бокалы у раковины. — Он — придворный маг?! Член Тринадцати Апостолов?! Да даже обнищав, таких к подпольным ссудам не тянет! А всё про талант — брехня. — прогнав сына в угол, Багап строго посмотрел на мага. — Хватит парня с толку сбивать. Он тебе на слово верит.

— А я и не лгу. — Орфен буркнул, целенаправленно размешивая безупречно чистым прибором овсянку. — У парня и правда дар. Четырнадцать лет ему? Швабрить в пустой таверне — только время терять. В нормальную школу бы...

— Он учится. Чтение, письмо, счёт, основы веры...

— Не в светскую. К магу наставнику.

— Чтоб в Башню Клыков попытался?

— Не совсем. Там... особенности. — смущённо отодвинувшись, Орфен пробормотал. Отложил ложку, коснувшись кулона — знака выпускника Башни Клыков.

— И с чего ты решил, что у него задатки мага? — Багап, наблюдавший за мрачно выжимающим тряпку сыном, не заметил краску стыда и беззаботно бросил.

— Знаешь, чем сильный маг отличается? — Орфен ответил тем же тоном.

— Рождением от невинной? Тогда скажу — его мать точно...

— Искренней, чистой страстью. — перебил маг. — Вот условие.

— Тогда твоим успехам объяснения не найти. — Багап фыркнул так, что чуть не выронил бокал.

Волшеббник фыркнул — дескать, хоть трава не расти — и принялся покорять овсянку с важным видом.

* * *

— Измывается, тварь! — рычал Волкано Волкан, расхаживая перед «Таверной Багапа» и разражаясь проклятиями. — Силу свою выпячивает, мерзкий пижон!

На пустой бочке у входа восседал другой подземник — младший, чуть мельче, в толстенных очках. Рядом валялся огромный кожаный мешок такого размера, что хозяин мог бы в нём уместиться. Хоть и путешествовал налегке без меча, багажа было больше чем достаточно.

— Ведь правда, Дотин? — внезапно Волкан обратился к нему.

— ...А? — Дотин вздрогнул, явно витая в облаках.

— Я про чёрного мага тебе талдыччу. — Волкан, поморщившись еще сильнее, повторил. — Кажется же,зазнался?

— Но ведь ты у него взаймы брал, братец? — Дотин задумался, уставившись в небо.

Одной фразой подтвердил родственны связи.

— То есть я ему клиент! — вспыхнул вечно-недовольный земец.

«Если не вернёшь вовремя — клиентом не пахнет.» — промелькнуло у Дотина, но вслух он тактично промолчал.

— А он ведёт себя как хозяин положения! — Волкан, восприняв молчание как согласие, разошёлся. — Как возьмётся за дело — тольки всё порушит! Людишки вообще редкость годная, а он — сплошная заноза!

«Вообще-то я нахожу сделки. — снова мысленно возразил Дотин. — Хотя сегодняшнюю — да, твоя.»

Именно это его и тревожило всё утро — попытки выспросить подробности «выгодного дела» разбивались о глухую стену. По опыту Дотина, отсутствие информации никогда к добру не приводило.

— И с чего он старшим возомнил? — не унимался буян. — Только родился на пару лет позже — сразу величаться...

«А ты почём зря братишкой меня зовёшь?» — вновь мысленная реплика.

Дотин ловил лицом весенний ветерок, глядя на редкие облака над Тотокантой, которые вот-вот могло придавить к земле.