* * *

Аленхатам. Город воды.

Один из четырёх великих городов, что символизируют владения людей на континенте Киесалхима. Королевская столица Мевеленст, торговая столица Тотоканта, вольный город Урбанрама... и эта древняя столица, Аленхатам. Ещё несколько столетий назад она была королевской столицей. В центре города течёт канал, и бесчисленные торговые суда и лодки, снующие туда-сюда, представляют собой одно из самых впечатляющих зрелищ на континенте. В самом сердце центрального квартала, бывшего некогда районом аристократии, стоит старый королевский замок. Сейчас он открыт для всех и служит музеем и библиотекой.

Говорят, доходы города почти целиком держатся на туризме. И действительно, каждый год сотни тысяч туристов посещают сей древний город. И молодые, и старые, мужчины и женщины — все гости приезжают посмотреть на многовековую историю города, который, по легенде, существовал ещё до того, как люди заселили континент. Восхищённые и довольные, они под конец впадают в уныние от заоблачных цен на сувениры. И всё же поток туристов не иссякает, и бесконечные сувенирные лавки на главных улицах всегда полны покупателей.

— Учитель, а так можно? — прошептал Маджик, неся груду вещей.

— Что именно? — Орфен невозмутимо посмотрел на него.

— Ну, Клео. Она, кажется, страшно обиделась. — маг украдкой оглянулся. Девица шла сзади, отставая от них на несколько шагов, и всем своим видом — надутыми губами — показывала, как недовольна. Маджик снова посмотрел на Орфена и ещё тише прошептал. — ... Когда она в таком состоянии, её трудно задобрить.

— Может, подарить ей цветы? Или записку приложить.

— Будет только хуже. Вы вообще понимаете, почему она злится? — Маджик строго нахмурился, произнося эти слова.

— Какие пустяки. — Орфен лишь пренебрежительно пожал плечами. — Само пройдёт.

— Какой вы беспечный, учитель... — бормотал себе под нос Маджик, пока тёмный маг оглядывал окрестности.

Они шли по главной улице уже минут двадцать. В гостиницах возле выезда из города, как правило, останавливались носильщики, что доставляли грузы по суше, и обычным путешественникам там было не найти ночлега, разве что по договорённости. По воспоминаниям Орфена, они уже должны выйти к месту, где стояли гостиницы для туристов.

«Давненько здесь не был... — Орфен про себя вздохнул и на ходу потянулся. — По возможности, сюда бы не возвращался... но раз уж навязались, деваться некуда.

Честно говоря, воспоминания об этом городе у него сохранились не самые приятные. В то время, привыкнув к жизни в Башне Клыка, он отнюдь не наслаждался здешней жизнью. Он не то что не умел готовить — он даже толком не мог сходить за продуктами. И ко всему прочему...

— Ладно. — внезапно кивнул парень. Он сглотнул, будто проглатывая что-то неприятное, и подмигнул Маджику, который с недоумением смотрел на него. — Гостиницу отложим. У меня тут одно место есть.

— ... что-что? — запинаясь под тяжестью вещей, вскрикнул Маджик. — Я бы уже хотел наконец всё это снять с себя. Любая гостиница сойдёт.

— Основа хорошего колдуна — прежде всего физическая подготовка.

— А почему вы так вольно трактуете? Я каждый день без пропусков делаю силовые упражнения, которые вы мне задали.

— Лишь тот, кто делает больше заданного, обретёт скрытую силу.

— ... Учитель, случайно не потому, что терпеть меня не можете? — ученик уставился на него недовольным взглядом...

— Тогда идите с Клео вдвоём. — ... и Орфен смущённо кхыкнул. Подумав немного, сказал. — Так... через километр по этой улице должен быть хостел с дешёвой вывеской... — и не договорил.

— С... с Клео? — Маджик издал звук, похожий на вопль и указал на девушку, что плелась позади. — Остаться наедине с ней, когда она в таком состоянии? Да это же пытка!

— Ну и что прикажешь делать? — спросил Орфен.

— Ладно уж... Куда нам нужно? — Маджик устало вздохнул, его обычно приятное лицо омрачилось.

— В Аленхатамское отделение Союза магов более известное, как «Моления древней девы».

— Союз магов?

— Ага. — легко кивнул Орфен, протискиваясь сквозь густую толпу на улице. — Правда, тамошнее отделение не такое большое, как в Тотоканте.

— ... И как это понимать? — с недоумением поинтересовался Маджик.

— Да. — поглаживая подбородок, Орфен ответил. — Тебе, кто ни разу не покидал Тотоканту, это может быть не вполне ясно... но положение колдунов крайне отличается в зависимости от местности.

— Положение?

— Верно. — ухмыльнулся маг, глядя как подопечный перекладывает поклажу. Попадалось много встречных, идти было непросто.

— В Тотоканте у Союза магов огромная власть, ведь так? Туда был запрещён вход кому-либо, кроме самих магов, и, хоть он и географически отдалён от королевской столицы, сам король не рискнёт соваться туда. К тому же, в союзе Тотоканты все на сто процентов из читы магией пользующихся.

— ... А в этом городе не так?

— И не только в этом. Тотоканта — скорее исключение из правил. Не забывай, на этом континенте есть как минимум три силы, которые считают нас своими врагами. На тех землях, где их влияние сильно, авторитет колдунов падает, а в худших случаях они могут подвергнуться преследованиям и охоте... а то и будут казнены в случае ареста.

— Ч-что правда? — в панике воскликнул Маджик, резко останавливаясь.

Вероятно, услышав его, сзади остановилась и Клео.

— Эй, в последнее время такое редкость. — Орфен жестом остановил их обоих и рассмеялся. — Но важно помнить, что такое всё ещё случается.

— Понял... но что это за три силы, что нас ненавидят?

— Одна из них — королевская власть. — поднял палец Орфен. Шаг за шагом они снова двинулись вперёд.

— Королевская столица Мевеленст — самый крупный укреплённый город континента без всяких преувеличений, который стал вотчиной для объединения аристократов. По масштабам армии, по финансам — они сильнее всех. Или... нет, «сила» — не совсем подходящее слово в их отношение. Они есть государство.

— Так-так...

— Аристократы терпеть не могут, когда мы, маги, получаем слишком много влияния. И неудивительно. Для правителей крайне неприятно и опасно, когда те, кто по сути должен быть подданными, вдруг набирают силу. Потому они всеми силами стремятся раздробить наши организации, чтобы было легче управлять.

— Разделяй и властвуй, да?

— У королевского дома есть собственный отряд рыцарей... а еще они управляют оплотом белых магов — Водопадом Туманной Завесы. Говорят, его местонахождение известно лишь королю да горстке приближенных. И, само собой, в королевском замке есть армия придворных колдунов, именуемые Тринадцатью Апостолами. Не думай, что их всего тринадцать — это сотня почти что несокрушимых темных магов. Попадешь к ним на карандаш — и твоему городу конец за одну ночь. — Орфен услышал, как Маджик сглотнул. — Вторая сила. — поднял он второй палец. — Горная твердыня церкви, Кимлак. Поклоняясь трем богиням судьбы, вильд-сёстрам, они из своего северного города вершат дела всех храмов на континенте. Учения у них мрачные, нам, простым смертным, не понять. Короче говоря, они нас, колдунов, ненавидят. Говорят, на то есть причина, но какая — неизвестно.

— Возле школы, где я учился, тоже находилась церковь. Клео частенько... — он посмотрел на девушку, лениво пинавшую мусор на дороге. — ... швыряла в ее окна камни.

— Ну и делала она мало хорошего. — проворчал Орфен, тоже глянув на девицу. — Впрочем, в Тотоканте у церкви власти не так много. Ее влияние по-настоящему сильно лишь на севере континента. Если жизнь дорога, не суйся севернее Башни Клыка. Раскрою тебе тайну, которая не каждому ведомо — авось пригодится да и шкура поцелее будет: горная твердыня Кимлак содержит собственный отряд наемных убийц. Кажется, называют их «Наставители смерти».

— Люди церкви отдают приказы убийцам? — Маджик поморщился. — Не понимаю.

— Да? Но богини, которым они поклоняются — богини судьбы...

— И что с того?

— Разве смерть не часть судьбы? — Орфен усмехнулся. С этими словами поднял третий палец. — И наконец, последняя сила — вот кто не дает нашему Союзу магов толком развернуться в этом городе. Кто бы это мог быть?

— Ну... третья организация, что нас ненавидит? Что-то я не пойму...

— Это не организация. Это раса. Драконы.

— Драконы?

— Именно. Ты же знаешь, что у Аленхатама древняя история? Легенды гласят, что они существовали еще до появления людей на континенте Киесалхима.

— Но... не сходится как-то. — Маджик озадаченно нахмурился. — Если не люди, то кто же тогда жил в этом городе?

— Ну, драконы и жили.

— Чего?! — изумленно огляделся сын владельца таверны в Тотоканте. — Ничего драконьего тут не вижу.

— Просто ты не знаешь, кто такие драконы на самом деле. — Орфен усмехнулся, ожидая такой реакции.

— ?..

— Давай-ка угадаю, что ты себе вообразил под словом «дракон»? — видя полное непонимание на лице ученика, Орфен принялся терпеливо объяснять. — Огромный чешуйчатый ящер с крыльями, изрыгающий пламя и умиротворенно развалившийся на груде сокровищ. Примерно такого намыслил, а? — с этими словами тёмнный маг на ходу небрежно вытащил из-за пазухи кулон с изображением дракона. Он прятал эту эмблему под одеждой с тех пор, как вошел в город.

— ... А разве не так?

— В общих чертах, нет. На сей эмблеме дракон — лишь символ могущества. То, что ты описываешь — обычная крупная рептилия, динозавр. К тому же динозавры не дышали огнем и не чахли над златом, что скапливали в пещерах своих, дабы заманить непутевых путников в когтища свои, да поживиться свежей плотью. Ящеры, они и на севере ящеры.

— Но легенды гласят, что драконы...

— Вот именно. В легендах драконы использовали могущественные заклинания, обладали высоким интеллектом, а некоторые даже могли говорить.

— Значит, легенды врут?

— Нет. — Орфен озорно ухмыльнулся. — Они просто искажены. Те, кого мы, колдуны, зовем драконами, обязательно используют заклинания. И наоборот — любое существо, что использует заклинания, и есть дракон.

— ... — Маджик на мгновение задумался, а затем недоуменно переспросил. — Но, Учитель, если так, то вы ведь колдун, а значит!..

— Верно. Но я — да и вообще, колдуны-люди — не принадлежим к расе драконов.

— Совсем ничего не понимаю.

— Ладно, слушай. Виноват, плохо объясняю. Давай по порядку. До появления людей на континенте Киесалхима в мире не было никакой магии. Ах да, вот что: с этого момента, Маджик, все наши способности мы будем называть «заклинаниями».

— Хорошо. Но... почему?

— Если назвать их «магией» или «чарами», смысл изменится. Там есть и мелкие детали, но проще говоря: заклинания — это то, чем владеют драконы. Магия — это сила богов. А всякие «чары» или «наговоры» — это уже суеверия.

— Суе... что?

— Суеверия. Непросвещенные верования. Проще говоря, предрассудки. Так вот, в далеком прошлом существовала только «магия» богов. А в мире были те же природа и звери, что и сейчас. Люди существовалали на сей земли лишь как один из видов тогдашней фауны.

— ...

— Но среди зверей было шесть видов, наделенных странно изощренным разумом. — поняв, что Маджик вроде как усвоил сказанное, Орфен продолжил, снова пряча эмблему под одеждой. — Помнишь фонтан на площади?

— Да. Тот, со странным львом и длинной гривой?

— Так изображена одна из шести рас — пурпурный лев, Фея-Дракон. Были еще лесной волк Бездонной Пучины и прочие. Именно они похитили у богов тайные ритуалы — «магию» — и превратили их в «заклинания», доступные им самим. Вот эти шесть рас и есть те, кого сейчас называют расами драконов. Так что на континенте обитает шесть видов драконов. И среди них... имелись и Небесная Раса.

— Небесная Раса?

— Да. Еще их зовут магами Норнил — те самые полубоги-полулюди, коих мы прозвали «древними магами». Говорят, они могли владеть невероятно мощными заклинаниями. Некоторые легенды утверждают, что поголовье их состояли исключительно из представительниц женского пола, но кто его знает. В общем, внешне они мало чем отличались от нас — лишь глаза у них были ярко-зелеными, и это общая черта всех рас драконов. Но на эти мелочи, видимо, закрыли глаза. Небесники — для простоты, упуская бесконечное раз напоминание об их рассовости, буду говорить так — сдружились с людьми. А уж когда сдружились... сам понимаешь, какие дальше могли у них возникнуть отношения, ну-у-у...

— А чего вы вдруг мымлить начали? Словно каши в рот набрали. — выпалил Маджик.

— Короче говоря, смешались: телами породнились. — Орфен ненадолго замолчал, замедляя шаг.

— ... А-а-а... вот вы о чем...

— Попал в точку, парень. Так и есть. Мы, колдуны-люди — результат той самой помеси. Мы — полукровки, наполовину Небесники, которые в свою очередь на полвершка боги, на вторую драконы, и также половину люди того времени. Вот почему человек без дара, сколько ни бейся, колдуном не станет. Здесь все дело в генетике.

— Понятно.

— Впрочем... — Орфен смущенно крякнул. — Хоть мы и связаны кровью, заклинания, что используем мы, люди, и те, что использовали Небесники, различаются самым что ни на есть фундаментальным образом.

— ... В чем?

— Мы, допустим, будь то темный или белый маг, применяем заклинания с помощью голоса — то есть, читаем заклинания. Отсюда и название «Голосовая магия». Мы используем звук как проводник для силы. Поэтому наше заклинание не сработает там, куда не долетает голос, и его эффект не вечен. Однако... — он сделал жест, словно взвешивая на весах что-то неосязаемое. — ... заклинания Небесников используют в качестве носителя письмена. Поскольку они обходятся без голоса, их называют «Молчаливой магией». Письмена можно записывать, вырезать на металле, а значит их эффект порой может быть вечным. Более того, составить заклинание из символов куда сложнее и упорядоченнее, чем сплетать его из слов, отчего оно несравнимо мощнее.

— Насколько?

— ... Трудно сказать. — Орфен смущенно поморщился на этот вполне закономерный вопрос. — Я ведь и сам не видел, как Небесники напрямую колдуют. Но мне доводилось видеть, как срабатывает их наследие. Мечи или кольца с начертанными на них рунами — Рунными Кристаллами. Клинок Бартоломью, что Волкан-скотина уволок — из их числа. Одним словом, это не игрушки для профанов. В прошлом немало колдунов пытались приручить силу наследия... и терпели неудачу.

— ... — Маджик посмотрел на него странно сосредоточенным взглядом и тихо пробормотал. — И все же люди никогда не перестанут гнаться за этой силой.

— Угу. Я и сам... — тёмный маг усмехнулся с ноткой самобичевания. — Мне других-то судить грех. Чтобы обрести могущество, я, пожалуй, готов и на отчаянную глупость. Колдуны, они такие, в общем-то.

— ...

Орфен высказался с уверенностью, но юный подопечный, похоже, не до конца его понял и лишь с любопытством моргнул.

«Да и ладно, пусть будет так.» — мысленно пожал он плечами.

— Но при чем тут то, что Союз магов не может набрать силу в этом городе? — терпение ученика иссякло, и он спросил.

— А, точно. Я же про это рассказывал. Ну, короче, город стоит на драконьей вере. Шесть рас драконов, обитающих где-то на континенте — Фея-Дракон, Малиновый Дракон, Мист-дракон, Лесной Дракон, Дракон Войны... и Вильд-Дракон-Норнил! Обычно культ драконов кое-как теплится лишь на отдаленных окраинах, но Аленхатам — исключение. Можно сказать, это священный центр драконьего культа на всем континенте. Древняя столица, что, как говорят, была возведена Небесниками вместе с каналами тысячу лет назад. Наших предков сюда пригласили несколько веков спустя. Между ними завязалась дружба, и тогда вышло, что союз оказался вечным. Люди, лишенные силы, преклонялись перед могущественными Небесниками, и со временем это преклонение переросло в веру...

— ... И что случилось потом?

— Как драконы некогда похитили у богов «магию», превратив ее в «заклинания», так и наши предки похитили заклинания у Небесной Расы. — Орфен, подгоняемый вопросом Маджика, ответил просто. Прохожих на улице почти не осталось — они свернули с туристической тропы. — В форме смешения кровей. Данный поступок привел Небесников в ужас, и они поклялись стереть всех людей-колдунов с лица земли. Почему они так сильно их боялись — загадка. Но в итоге охота на магов в Аленхатаме длилась почти целый век.

— Сколько же людей погибло?

— Хрен его знает. Но простой смертный против колдуна — что безоружный против вооруженного. Скорее уж сами охотники попадали в ответную мясорубку. А потом, Небесники просто исчезли с лица земли.

— ... Почему?

— Не знаю. Просто взяли и пропали. В одно прекрасное утро. Лет двести-триста назад. Со временем охота поутихла. Сейчас уже никто не смеет открыто поносить колдунов. Но в современной драконьей вере немало мест, где на наше существование косятся. Мол, это из-за нас, колдунов-людей, Норнил разочаровались и исчезли.

— ...Почему же Небесная Раса ненавидели колдунов-людей?

Похоже, это был скорее риторический вопрос, потому Орфен промолчал. Лишь в душе его зашевелилась тихая мысль: «'Беспокойство, что потомок может превзойти учителя — куда сильнее любой другой ревности'. Как то, что я чувствую к тебе, Маджик».