Грязная зная жижа, выплеснувшаяся из разбитого резервуара, плескалась на полу, то затихая, то вновь разливаясь мелкими брызгами. Орфен молча стоял посреди потока, устремлённого к выходу, который открыла Хириэтта. Он не сводил глаз с «привидения» — Сами, и в голове его зрел холодный расчёт.

«По словам Фоногороса, существ было четыре...»

Его полнейшее безразличие, казалось, обескуражило Хириэтту, и она повысила голос:

— Он создал множество монстров. На основе животных... или даже неодушевлённых предметов. Но его истинной целью, тёмный маг, стало превращение людей.

— И... тот, на кого пал жребий — его помощник а? — медленно спросил колдун, отодвигая Маджика себе за спину.

Сами перед ними покачивался; его очертания то расплывались, то снова обретали чёткость. По звуку тяжёлых шагов по мокрому полу понял, что Хириэтта подошла ближе. Встав рядом с ним, резко выхватила кинжал из ножен.

— Да. Его зовут Сами. Он жил в этом особняке как помощник Фоногороса. Теперь он — последнее создание мастера. Последнее... и самое ужасное.

— У него хоть капля разума осталась? — негромко осведомился Орфен, выставив правую руку в предупреждающем жесте.

Он заметил, как дрогнуло лицо Хириэтты. Она на мгновение замялась, а затем качнула головой.

— Откуда? У него нет ни тела, ни мозга. Он давно обезумел и нападает на любого, в ком почует зачатки заклинаний. Он принимает их за Фоногороса. Берегись, он идёт! — едва она выкрикнула...

.. Орфен схватил Маджика за плечо и отпрыгнул к обломкам резервуара. Наёмная убийца метнулась в противоположную сторону. Орфен с содроганием проводил взглядом чёрный туман, пронёсшийся между ними с невероятной скоростью. Сей туман — Сами — рассёк воздух подземелья подобно урагану и с грохотом врезался в стену у входа, разлетевшись на части. От удара по камню поползли бесчисленные трещины, словно по нему ударили огромным молотом.

— Похоже, расспросить его по-хорошему не выйдет. — тяжело вздохнув, пробормотал. — Оставим на потом. — впрочем, времени не было даже на ворчание. Туман, заполнивший комнату, вновь начал медленно стягиваться к центру, принимая человеческий облик и... снова бросился в атаку! — Я высвобождаю сияющий клинок света! — Орфен выкрикнул заклинание прямо в сердце налетающего тумана.

Вихрь света, источающий волны жара, развеял мглу Сами. Тот распался на клочья, которые, подобно стайке рыб в океане, лениво закружили в воздухе, чтобы в третий раз собраться в центре зала.

— У-учитель... — послышался сзади дрожащий голос Маджика.

— Чего тебе? — наставник, не отрывая взгляда от Сами, недовольно отозвался.

— Как нам его победить? Это же привидение...

— Не привидение, а боевой организм.

— Т-так как же нам убить этого монстра?

— У рыбины той спроси. — Орфен указал на валяющееся на полу тело Фоногороса. Он сказал это с сарказмом, но Маджик, похоже, воспринял слова всерьёз. Парень со вздохом поплёлся в ту сторону. — Опасно! — тёмный маг вовремя заметил угрозу и толкнул Маджика в спину. Невысокий юноша пролетел пару шагов и повалился на залитый грязной водой пол.

Он вскочил, бросив на наставника обиженный взгляд:

— Учитель, вы что творите?! — но, не договорив, он сам всё понял. Из-под плит, на которых он стоял секунду назад, высунулась короткая рука, сжимающая нож — Кенкрим.

— Фу... — юнец брезгливо поморщился, и его стон эхом разнёсся по сырому подвалу.

— Я возношу клинок, изгоняющий демонов! — Орфен мгновенно вскинул руку, словно натягивая тетиву, и прокричал.

В тот же миг в его ладони возникла тяжесть, будто он и впрямь сжимал рукоять оружия. Не теряя ни секунды, обрушил сей невидимый клинок на то место, где скрылся Кенкрим. Прогремел удар, невидимая сталь вошла в бетонный пол на несколько сантиметров, но сопротивления плоти не последовало — толстая рука уже бесследно исчезла в трещинах.

И тут...

— А-а-а-а! — снова раздался крик Маджика.

Из вентиляционной шахты в потолке высунулось несколько чёрных плетей. Извиваясь подобно щупальцам, они внезапно метнулись вниз и с силой ударили прямо перед юным дарованием. Раздался резкий звук разрываемой плоти, и во все стороны полетели куски мяса и тёмная кровь. Удар пришёлся не по Маджику, а по трупу Фоногороса, лежавшему у его ног. Огромное тело рыбочеловека было разрублено пополам, разбрызгивая холодную кровь.

— Я высвобождаю... — Орфен прицелился в отверстие шахты и занёс правую руку.

Однако плеть среагировала быстрее: почуяв угрозу, она мгновенно сменила цель и метнулась к нему.

«Не успеваю!» — пронеслось в голове у него.

Враг оказался быстрее: плеть должна была снести ему голову раньше, чем сработает заклинание. Но...

*Дзынь!*

Резкий металлический звук заставил его втянуть голову в плечи. Прямо перед его лицом Хириэтта приняла удар чёрной плети на обух своего ножа. Отводя взгляд от её худого лица, искажённого напряжённой ухмылкой, Орфен проревел:

— Я высвобождаю сияющий клинок света!

*Вспышка!*

Белоснежное сияние по диагонали пересекло подвал, разрывая в клочья часть потолка вместе с шахтой. На пол посыпались обломки и земля, а следом за ними с глухим стуком рухнул человеческий силуэт, застрявший в проходе. Из грязи и строительного мусора медленно поднялась фигура, закованная в угольно-чёрную броню — Аксель.

— Это Аксель. Будь осторожен, он опасен. — Хириэтта, не выпуская ножа, предупредила.

— Да они тут все опасны! — вскрикнул Маджик, подбегая к ним.

«Тут он прав.» — мысленно согласился Орфен, глядя на Сами, который уже снова принял человеческий облик в центре комнаты.

— Рука, возникающая из ниоткуда, доспех, бьющий плетями или струнами с невероятной скоростью, и, в довершение всего, привидение, которому нипочём ни жар, ни ударные волны. Чтобы завалить такую компанию, нужен целый отряд опытных колдунов. И что мне, по-вашему, делать?

— Убей его. — отрезала Хириэтта.

— Что?

— И не говори, что не можешь. Как ни крути, ты ведь лучший в убийстве людей на всём этом континенте, верно? Любимчик тёмного мага Чайлдмена — Килиланшело из Башни Клыка!

Маджик застыл в недоумении. Он не понял ни слова из того, что она сказала, и лишь растерянно переводил взгляд с учителя на женщину. Тот в ярости стиснул зубы. Хириэтта, не спуская глаз с монстров, приготовилась к его возражениям. Но их не последовало.

— Это если бы они были людьми. — вместо этого Орфен лишь бросил с горькой усмешкой.

— Сами был человеком.

— Плевать. — процедил мужчина. Его душила злость. Сами замер за спиной Акселя, не сводя с них глаз. Чёрный доспех стоял неподвижно и безмолвно. Невидимая рука Кенкрима не выдавала себя, но её присутствие ощущалось повсюду. В такой схватке они рано или поздно просто выдохнутся и погибнут.

«Лучший вариант — бежать. Но...» — он вытер пот со лба и едва слышно прошептал:

— Мне уже по горло одного примера хватило, когда человек превращается в чудовище. Азалия...

— Э-э-э? — Маджик и Хириэтта переспросили хором; видимо, он сказал это громче, чем планировал.

— Маджик... — Орфен проигнорировал их и долгим, спокойным взглядом посмотрел прямо в глаза ученику. — Это правда, что Клео погибла?

— Ах... — Маджик прикрыл рот рукой и замолк. Было видно, как он жалеет о своих словах. Но под пристальным взором учителя он лишь печально кивнул своим перепачканным лицом. — Да... да.

— Вот как... — ответил он и повернулся к Хириэтте. — Отступаем. В этой ловушке нас рано или поздно прижмут к стене. По моему сигналу прыгайте к выходу. Сначала ты, потом Маджик.

— Я-то согласна. — Хириэтта закусила ярко-красную губу, прерывая его. — Но ты ничего не забыл? Монстров вообще-то четверо.

Тёмный вздрогнул и посмотрел на открытую дверь — единственный путь к спасению. Там, преграждая путь, стоял тощий змеечеловек — Кикюим. Он просто замер в проёме, тупо уставившись в пустоту.

* * *

— У-ух... — издав долгий, хриплый стон, Козен пришёл в себя. Голова отозвалась резкой, пульсирующей болью. Когда чувства немного прояснились, он понял, что болит не только голова — рана на левом плече, хоть кровь и остановилась, ныла тупой болью. — Чёрт... побери. — сплюнул, приподнимаясь.

Держась за голову, Козен огляделся. Зрение всё ещё было затуманено, а вокруг царил полумрак. На мгновение его прошиб холодный пот — неужели ослеп? Но вскоре глаза привыкли к темноте.

Он находился в комнате, похожей на кладовую, где все окна были заколочены изнутри. Впрочем, даже беглого взгляда хватило, чтобы понять: это не склад. Он лежал на полу, а в центре комнаты стоял операционный стол. На потолке нет ламп, лишь крюк для газового фонаря, который, казалось, вот-вот вывалится. Свет проникал в помещение через огромную дыру в потолке, сквозь которую виднелось голубое небо. Комната вышла просторной, и Козен понял, что находится на втором этаже. В углу, среди груды мусора, виднелись шкафы и нечто, напоминающее хирургические инструменты.

— Операционная, значит... — простодушно подумал Козен.

«Выходит, какая-то больница?..»

Обнажив клинок, стал осматриваться внимательнее. Память словно заволкло дымкой, плохо помнил события последнего часа, но, кажется, те непонятные «привидения» притащили его сюда. Точно. Его подхватил созданный ими порыв ветра, маленький смерч. Вероятно, через ту самую дыру в потолке и забросили в комнату. Раз они переместили таким способом, значит, это место не должно быть слишком далеко от деревни.

— Постой-ка. — осенило Козена. — Ну конечно... Фоногорос. Он ведь так сказал. Я слышал, что где-то здесь находится поместье еретика Фоногороса. Может, это оно и есть?.. — сделав шаг, почувствовал под ногой что-то мягкое и брезгливо посмотрел вниз. Это оказался огромный ком пыли. Сквозь него торчали тонкие белые кости. Похоже на кошку... но некоторые из них выглядели слишком странно для обычного животного. — Совсем сгнили и превратились в труху. Но что это? У кошек разве бывает пять лап?

Такого быть не могло, но сейчас это не имело значения. Козен поднял взгляд. Его внимание привлёк операционный стол в центре. Там кто-то неподвижно лежал. Подойдя ближе, узнал ту самую девчонку, которую встретил в деревне — ту, что даже успела его пнуть. Она лежала с закрытыми глазами, сложив руки на груди, совершенно неподвижно. Даже дыхания не было заметно.

«Внешних ран нет, но...»

— Мертва... — Козен с сомнением приложил пальцы к её шее. Через мгновение он вздохнул. — Или нет? Что это с ней?

Он не понимал. Пульса действительно не было. Тело хоть и теплее воздуха в комнате, но уже изрядно остыло. Но что-то здесь не так. Если бы из её груди торчал нож, Козен бы не удивился, но он не видел ни единой причины смерти. Если бы она задохнулась, лицо не было бы таким спокойным. Переломов позвоночника тоже не наблюдалось. Смерть от шока? Но тогда почему глаза закрыты? Оставалась только болезнь, но ему не хотелось верить, что умирающая больная смогла так лихо его пнуть.

— Ну... и ладно. — бросил он, убирая клинок в ножны и поднимая девушку на руки.

Он просто решил, что бросать знакомую девчонку в этом доме с монстрами, пусть даже она мертва — плохая примета. Держа в руках девушку, которая оказалась легче, чем он ожидал, Козен огляделся. Рядом находилась дверь, но он не был уверен, стоит ли выходить через неё. Шрам на его правой руке под мышкой девчонки зазудел, словно предупреждая об опасности. И тут заметил нечто странное. В углу комнаты среди хлама зияла дыра, которую можно было принять за колодец. Он подошёл и заглянул внутрь...

*БУ-У-У-У-УМ!* — грохот взрыва и ослепительная вспышка обожгли глаза.

— Заклинание? — пробормотал он.

— Да они тут все опасны! — и в тот же миг до него донёсся слабый голос того пацана-колдуна.

— Под сей дырой... идёт бой? — быстро проговорил Козен. — Судя по глубине... где-то подвале. Раз там колдуют, значит, искомый мной парень тоже там. Что за?.. — его внезапно отбросило назад. Это был чёрный туман! Вокруг него начал расползаться мрак. Комната окончательно погрузилась в кружащуюся бездну. В суматохе Козен выронил тело девушки и выругался. Бросать её было жаль, но если он не сбежит сейчас, то погибнет сам. — Чёрт! — потянулся к мечу, но ножны оказались пусты. — Что за дела?..

Прямо перед его лицом чёрный туман разошёлся надвое. И из самой его середины вылетел его собственный клинок, сверкая сталью и целясь точно в грудь своего хозяина...