"С каких пор... это началось?"

Поскольку праз был нематериальным, принимаемая им форма представляла собой не более чем символ, обозначающий конкретный праз, которым от рождения обладал король. Тот факт, что королевский праз Змей воплощался в форме змеи, не имел никакого отношения к настоящим змеям.

Хотя королевский праз Змей имел самую отчетливую форму из всех известных, он все равно не был похож на настоящее животное. Он был достаточно прозрачным, чтобы все его тело просвечивало насквозь. Его размытые очертания сливались с окружающим его воздухом. Это было всего лишь изображение змеи.

Однако то, что предстало перед его глазами сейчас, значительно отличалось от праза, который он всегда знал. Если не считать того, что он не мог почувствовать его вес на своей руке, выступающие чешуйки на его коже почти убедили его в том, что вокруг его руки обвилась настоящая змея. Яркие блики от разноцветной шкуры ее тела раскрасили всю его руку самыми разными оттенками.

Кассер еще больше сосредоточился про себя, пытаясь еще больше усилить присутствие праза. К его удивлению, тело змеи, которое было прежде толщиной с руку, внезапно увеличилось почти в два раза.

"Еще немного".

Синяя змея, которая теперь раздулась почти до размеров человека, обвилась вокруг всего его тела, как будто на одной руке ей было уже слишком тесно с ее нынешним размером.

"Возвращайся обратно".

По его команде изображение змеи исчезло в его коже, словно втягиваясь в его тело. И все это произошло буквально за долю секунды, которой не хватило бы на один вздох. Кассер разразился невеселым смехом, уставившись на свою пустую руку, на которой не осталось ни единого следа синей чешуи.

Несмотря на то, что сейчас был сухой сезон, справиться с празом оказалось неожиданно легко. Ему даже не потребовалось прикладывать для этого все свои силы. Никогда прежде он с такой легкостью не контролировал праз. И он был уверен, что в те времена, когда он еще был принцем, это давалось ему еще тяжелее, хотя его праз тогда был еще настолько слаб, что даже не имел формы.

"Праз изменился?"

Кассеру было трудно объяснить все, что происходило с ним в последнее время. Никто никогда раньше не говорил ему о возможности перемен в празе, который был дан ему от рождения.

И все же, изменения были очевидны. В конце концов, его осенило, что изменения в празе можно было объяснить только его возросшей жизненной силой.

"Но почему?"

За всеми этими изменениями должна была скрываться какая-то причина. Он на мгновение задумался о том, что в его жизни изменилось в последнее время.

"Во время моей недавней поездки в священные земли не произошло ничего необычного. К тому же, я много раз посещал это место. Может ли это быть связано с тем, что по сравнению с прошлым активным периодом стало появляться больше сильных ларков? Но ведь праз — это не способность, которая становится сильнее от частого использования".

Следуя за ходом своих мыслей, он вернулся к своим старым воспоминаниям вплоть до прежнего активного периода. Внезапно в его голове промелькнул образ праза, помахивающего хвостом, пока он плыл в иллюзорной воде, созданной Юджин.

"Юджин..."

Теперь, когда он об этом подумал, ему пришло в голову, что праз удивительно хорошо относился к Юджин. Но он никогда не считал, что праз может испытывать чувства, подобно живому существу, и поэтому раньше не обращал на это внимания.

"Неужели на праз повлияло присутствие рядом со мной Аники?"

Если так, то он должен был почувствовать все эти изменения еще три года назад.

Еще немного поразмыслив, он выдвинул новую гипотезу. Если само по себе присутствие Аники не играло большой роли, тогда все началось после того, как между ним и Аникой возникла интимная близость.

Хотя после их свадьбы уже прошло три года, их первая брачная ночь состоялась всего три месяца назад. Это совпадало с периодом, когда он начал ощущать изменения в своем празе.

"Не может быть".

Кассер покачал головой, потому что его предположения шли вразрез с логикой. Насколько ему было известно, рамита Аники и праз короля должны были противоречить друг другу. Разве не по этой причине Аники, вышедшие замуж за королей, со временем возвращались обратно в Святой город? Многие из них с трудом приспосабливались к жизни в королевстве.

Он вскочил со своего места, почувствовав внезапное желание пролистать старые книги в замке, чтобы найти побольше зацепок по этому вопросу. Но потом он с неохотой снова опустился в кресло, как только осознал, что не может позволить себе отвлекаться от текущих дел.

"Я займусь этим после своего возвращения".

Его глаза опустились на документы. Он снова погрузился в свою работу, потому что в данный момент ему не требовался ни сон, ни отдых.

Хотя уже прошло много времени с тех пор, как слуги покинули ее покои, снаружи до сих пор не доносилось никаких звуков. Оставшись в одиночестве в своей комнате, Юджин чувствовала, что с каждой минутой ожидания его прихода в ней растет пустая тревога.

[Я приду к тебе сегодня вечером.]

Одно воспоминание о его тихом шепоте вызывало трепет в ее груди. Юджин всегда чувствовала на себе его пристальный взгляд. Она знала, что его глаза всегда прикованы к ней, куда бы они ни шли. Несмотря на это, когда возникали по-настоящему важные дела, он никогда не откладывал их в сторону, даже ради нее.

Ей нравилось, как он выглядел, когда был поглощен своей работой. Но в то же самое время ей пришла в голову порочная мысль, что ей хочется разрушить его непоколебимую сосредоточенность. Ей казалось, что она могла бы капризно настоять, чтобы он не покидал ее ни при каких обстоятельствах. Юджин всегда испытывала неприязнь к тем особам, которые после начала отношений начинали менять свое поведение, но теперь она наконец-то могла их понять.

"Неужели это переменчивое чувство и есть... любовь?"

Похоже, слово "нравится" не могло полностью описать ее истинные чувства к нему. Хотя ее переполняла радость при мысли о нем, эта радость иногда смывалась волной страха, таящегося внутри нее.

"Интерестно, что он чувствует по отношению ко мне?"

Юджин смотрела на свое отражение в зеркале туалетного столика. Днем и ночью ей прислуживали горничные. Обычно она бросала в зеркало всего лишь мимолетный взгляд, чтобы убедиться перед началом дня, что она выглядит вполне достойно. Впервые за долгое время она с некоторым напряжением во взгляде изучила свое отражение в зеркале.

Ее брови нахмурились, когда она внезапно почувствовала недоумение. Прошло всего три месяца с тех пор, как она попала в незнакомый мир и оказалась в чужом теле. Но теперь ей приходилось прикладывать усилия для того, чтобы вспомнить, как она выглядела в своем реальном мире.

"Юджин" была обычной женщиной, которой было далеко за двадцать. Каждый день в реальном мире она выбивалась из сил, чтобы заработать себе на жизнь. При этом можно было смело сказать, что ее внешность была выше среднего. Хотя, возможно, это были всего лишь вежливые речи, она часто получала комплименты по поводу того, как выглядит. Некоторые даже считали ее красавицей.

Юджин попыталась вспомнить свое настоящее лицо, рассматривая свое отражение в зеркале. Поскольку черные волосы и глаза были отличительными чертами как Чжин, так и Юджин, она не смогла призвать из затуманенной памяти смутный образ прежней себя.

После нескольких попыток она перестала об этом думать. Юджин решила, что нет смысла вспоминать свое прошлое, ведь теперь ей предстоит жить в этом новом мире с тем обликом, который она сейчас видела в зеркале.

"Я просто быстро привыкла, или меня устраивает свой нынешний вид?"

Женщина в зеркале, без сомнения, была бесспорной красавицей, даже с объективной точки зрения. Хотя ее бесстрастное лицо производило довольно холодное впечатление, в ее глазах таилась улыбка, обладавшая почти кокетливым очарованием.

После этого взгляд Юджин опустился с отражения в зеркале на ее руку, которая лежала на поверхности туалетного столика. Она подняла кисть руки, и кончики сложенных вместе тонких и длинных пальцев образовали красивую дугу. Точно так же, как изящные костяшки пальцев, ее тонкокостное телосложение производило впечатление, что она более стройная и хрупкая, чем было на самом деле.

Ее взгляд переместился от кончиков пальцев вдоль руки и постепенно остановился в области груди. Посмотрев вниз сквозь тонкую ткань своей ночной сорочки, она смогла увидеть ложбинку между своими пышными грудями, которая виднелась темным силуэтом под одеждой.

Она рассеянно изучала себя, пока не заметила темноватую отметину там, где два ее холмика соприкасались друг с другом.

"Я даже не подозревала, что там есть родинка".

Расстегнув пуговицы на своей ночной рубашке, она слегка надавила кончиком пальца на кожу груди, как бы подтягивая ее вверх, чтобы получше рассмотреть найденную ей отметину.

Вскоре она резко вздохнула, обнаружив, что отметина оказалась вовсе не родинкой. На самом деле это был след, оставленный Кассером несколько ночей назад.

Небольшое покраснение за несколько дней стало синеватым. При виде этой отметины она сразу же вспомнила испытанные ей ощущения, когда его губы прижались к ее груди и присосались страстным поцелуем. Юджин внезапно смутилась и покраснела. Ей стало стыдно, что в ее голову приходят такие достойные осуждения мысли, пока она дожидается своего мужа.

С ее губ слетел беспокойный вздох, и она начала застегивать пуговицы на своей рубашке.

Тук-тук.

Юджин вскинула голову, услышав стук у входа в комнату. Она так всполошилась, будто ее застали за каким-то постыдным действием. Ее потрясло, что она не слышала ни голоса слуги, ни звука открывшейся двери. Каким-то образом он оказался в ее комнате, а она даже не заметила...

Она встретилась взглядом с Кассером, который стоял, уперевшись кулаком в дверь, как будто стучал в нее. При виде него у Юджин бешено заколотилось сердце, а лицо принялось гореть, как будто ее щеки охватило пламя.

Она отвела глаза от его жаркого взгляда и вцепилась дрожащими пальцами в ткань своей расстегнутой рубашки. После этого Юджин повернулась к нему спиной, потому что все ее мысли были заняты острым желанием избежать этого неловкого момента, несмотря на то, что она сегодня так долго ждала его прихода.

Но вскоре он бросился к ней, и она оказалась в его объятиях. Обхватив ее талию своей сильной рукой, он притянул ее тело ближе к себе. Юджин испустила удивленный вздох, когда крепкой хваткой ее с силой развернули назад, несмотря на все ее сопротивление. Затем он нетерпеливо прижался своими губами к ее губам, проталкивая свой язык глубже в ее рот и настойчиво двигая им внутри.

Вскоре все ее мысли поглотило ощущение его теплой плоти внутри ее рта, сплетавшейся с ее плотью. От его глубокого поцелуя у Юджин закружилась голова. Ей казалось, словно он хочет проглотить все ее тело целиком. Каждый стон, слетавший с ее губ, рано или поздно был приглушен его поцелуями.