Это было похоже на остывающий жар после схлынувшей волны наслаждения. Юджин раскинулась на постели, принимая поцелуи Кассера, который отмечал ими свой путь от ее ступней до лодыжек.

В этот момент Юджин подумала, что уже слишком привыкла к таким чувственным прикосновениям. В противном случае, как она могла отвлечься на свои мысли во время его ласк, пусть даже они были совсем нежными? Юджин запоздало удивилась, осознав, что ее уже не в первый раз упрекают за посторонние мысли вслух.

Ее ресницы взволнованно дрогнули, когда Кассер поднялся вверх по ее телу, опустился на нее своим весом и посмотрел ей прямо в глаза. Сегодня он сам на себя не был похож. Его недовольный взгляд как будто предвещал опасность.

Юджин неловко рассмеялась, но этого было недостаточно, чтобы его брови перестали хмуриться.

— Разве ты не хочешь этого? Я принуждаю тебя против воли?

— Нет, конечно же, нет.

Юджин заволновалась, заметив, что он явно недоволен ей. Поскольку Кассер никогда этого не показывал, Юджин даже не поняла, что в нем уже давно копилось разочарование.

Во время всего обратного пути из Священных земель и даже после их возвращения голова Юджин была забита только мыслями о скитальцах и хвансу в облике черепахи. Кассер знал, что до своей потери памяти она была одержима коллекционированием древних книг. Он подумал, что ее интерес к заклинаниям имеет отношение к ее прежнему увлечению и попытался это принять.

Он старался прислушиваться к каждому слову Юджин, но, по правде говоря, ему хотелось поговорить с ней совсем о другом, касавшемся только их двоих. Он хотел бы вести с ней беседы на очень личные и простые темы.

Его раздражал ее интерес к странникам и какому-то неизвестному хвансу, поскольку этот интерес мешал их совместному времяпровождению.

В этот момент он почувствовал, как наружу выплеснулись эмоции, которые все это время он копил в себе. Хотя он знал, что переживать из-за подобных вещей было ребячеством, ему было трудно успокоиться.

Юджин мягко окликнула его.

— Пожалуйста, не сердись.

— Я вовсе не сержусь на тебя. Просто...

Кассер не смог продолжить фразу. Чувства, которые он подавлял глубоко в себе, всплывали на поверхность, но он не мог подобрать слова, которые могли бы точно их передать. Это была обида? Нет, что-то другое. Одиночество... да, все-таки это было одиночество.

Ему казалось, что только он один испытывает беспокойство. Его разум пребывал в смятении из-за того, что он не мог дать конкретное название своим чувствам к ней. Эти чувства вызывали в нем стремление смотреть на нее, касаться ее, даже если она уже находилась в его объятиях, прямо перед его глазами. Он чувствовал себя сбитым в толку, не понимая, что с ним происходит.

Юджин уже была его законной женой, его женщиной. Почему ему этого все еще было недостаточно? Неужели потому, что в самом начале их отношения были неискренними? Но он уже сказал ей, что хочет начать все с чистого листа. Он никак не мог понять, что еще ему нужно было сделать, чтобы распутать клубок своих чувств.

— Когда ты собираешься мне сказать?

Юджин, которую этот вопрос застиг врасплох, не смогла сохранить невозмутимое выражение лица.

Когда Кассер увидел, как расширились ее зрачки при его словах, ему показалось, что он наконец-то разгадал источник своих неоднозначных эмоций. Он чувствовал, что Юджин скрывает от него что-то важное, пусть даже он пока не знал, что именно.

Кассер боялся, что ее секреты со временем создадут стену между ними. Это заставило его понять, что испытываемое им чувство было не одиночеством, а страхом.

— Сказать тебе... что?

— Что бы это ни было.

Юджин первой отвела от него взгляд. Когда она закрыла глаза, Кассер посмотрел на ее дрожащие ресницы, и почувствовал болезненную тяжесть внизу живота.

Ему показалось, что он сходит с ума, когда его начало одолевать неистовое желание впихнуть свое расстроенное второе "я" в ее плоть, настолько сильно, чтобы на этих ресницах выступили слезы. Возникало такое ощущение, будто его покидает рассудок, оставляя его под властью инстинктов.

Он не сможет заставить кого-то говорить против воли. Если оказать давление, это лишь спровоцирует на ложь. То же самое относится и к чувствам. Но если речь шла только о ее теле, он чувствовал, что она полностью принадлежит ему. Ее глаза снова открылись, как раз перед тем, как Кассер потерял над собой контроль из-за нахлынувших на него эмоций.

Юджин глубоко вздохнула, почувствовав ком в горле. Письмо Небесного короля, которое она сожгла, цель этого брака, ее истинная личность — она так много всего от него скрывала.

Юджин вздрогнула, осознав, что Кассер лишь изображал неведение относительно ее секретов. Из-за этого она почувствовала себя так, будто ее вышвырнули на площадь в обнаженном виде.

— Просто...дай мне немного времени.

Кассер немного успокоился, услышав ее слова. Он ожидал худшего ответа, ведь она вполне могла притвориться, что не понимает, о чем он говорит.

Эти быстрые перепады в эмоциях заставили его понять, что его чувства к ней уже не изменишь, слишком поздно.

Юджин протянула к нему руки и обвила ими его шею, прижавшись к нему. Когда Кассер приподнялся, ее тело приподнялось вместе с ним.

Теперь Кассер сидел на кровати, а она у него на коленях. Они оба прижимали друг друга к своей груди.

— Я обещаю... что расскажу тебе обо всем, когда буду готова.

— Хорошо...

Юджин ослабила руки на его шее и откинулась назад. Она чувствовала себя немного виноватой, но при этом была очень благодарна мужчине, который только что доверчиво кивнул ей, когда она попросила его подождать неопределенное время. Ей казалось, что, воспользовавшись его наивностью, она стала дурной женщиной.

Когда он ответил ей, она легонько поцеловала его в губы. Зная, что он всегда смягчается, когда она улыбается, глядя ему в глаза, Юджин одарила Кассера нежной и искренней улыбкой от самого сердца, посмотрев прямо на него. Она никогда не выглядела красивее, чем в этот момент, но при этом в ней была заметна некая хитринка.

— На этот раз я не стану отвлекаться, обещаю.

— Не стоит заставлять себя, если не хочется.

Хотя его голос звучал все еще немного напряженно, она видела, что его глаза и выражение лица уже смягчились. Теперь ей было несложно прочитать чувства по его лицу, и это немного беспокоило ее, ведь он был королем. С другой стороны, у нее появилось непреодолимое желание поцеловать его.

— Я не заставляю себя. К тому же, я не такой человек, которого можно заставить. В такой ситуации я бы уже давно прогнала тебя отсюда.

Услышав ее слова, Кассер рассмеялся. Теперь в его глазах появился озорной блеск.

— Если мы сейчас начнем все сначала, возможно, сегодня тебе придется отказаться от сна. Ты уверена, что все еще этого хочешь?

Юджин слегка кивнула, но потом осознала, что совершила ошибку, и торопливо покачала головой. По своему опыту она знала, что он не шутит.

— Теперь ты не сможешь взять свои слова обратно.

Тихо прошептав эти слова, Кассер мгновенно накрыл ее губы своими. Юджин закрыла глаза, чувствуя, как у нее перехватывает дыхание. У нее возникло дурное предчувствие, что эта ночь для нее будет очень долгой.

Сразу после полудня ко дворцу подъехали кареты шестерых дам, получивших приглашения от королевы. Среди них были супруги канцлера Веруса, генерала Кэстера и глав министерств.

Похоже, все дамы старались не опоздать и поэтому прибыли во дворец почти одновременно. Выйдя из экипажей, они обменялись теплыми приветствиями друг с другом.

Хотя дамы происходили родом из знатных семей, их мужья занимали в королевстве высокие должности, и поэтому им пришлось во время активного периода остаться в столице, вместо того, чтобы поехать в Святой город. Оказавшись в одинаковом положении, они часто устраивали совместные встречи и со временем сблизились друг с другом.

Леди Дарлин, супруга генерала Кэстера, подошла к даме, которая выходила из кареты, прибывшей самой последней. Леди Дарлин с доброжелательной улыбкой поприветствовала ее.

— Графиня Оскар. Или леди Риксен? Как мне сегодня следует вас называть?

Шарлотта, которая была женой канцлера Веруса, обладала графским титулом, доставшимся ей по наследству от отца.

— Леди Риксен, как я полагаю. Мне кажется, мы все сегодня прибыли сюда из-за своих мужей.

Все остальные дамы кивнули в знак согласия, многозначительно улыбаясь. Получив свои приглашения от королевы, они не сразу поняли цель этой встречи, на которой им предстояло присутствовать только вшестером. Такое происходило впервые.

В принципе королева и раньше устраивала светские мероприятия. Обычно она проводила их один или два раза во время сухого сезона, чтобы не растерять связи с людьми и быть в курсе последних событий. Но сегодня на личную встречу она пригласила не светских львиц, которые постоянно посещали Святой город, а жен чиновников, что для всех оказалось неожиданностью.

— Канцлер что-то говорил о нашей сегодняшней встрече?

Шарлотта покачала головой.

— Ничего особенного. Я уверена, что это всего лишь обычная встреча.

После этого Шарлотта вспомнила свой утренний разговор с мужем.

"После полудня я поеду во дворец. Ты помнишь, я же рассказывала тебе о приглашении королевы?"

"Да, я помню. Удачной поездки во дворец".

"Это все? Разве ты не хочешь дать мне какой-нибудь совет?"

"Мне просто любопытно узнать, какой разговор у вас сегодня состоится с королевой. Так что, пожалуйста, расскажи мне обо всем после того, как вернешься".

Шарлотта подумала про себя, что ее дотошный муж непременно предупредил бы ее, если бы ей нужно было что-то знать заранее.

Благодаря своему видному положению в высшем обществе Шарлотта, в отличие от остальных пяти дам, до этого уже посетила несколько организованных королевой приемов.

Она приходила на них только в том случае, если ее приглашала сама королева и обычно держалась незаметно. Всякий раз она просто тихо сидела на своем месте, ни с кем не общаясь. По этой причине, начиная с прошлого года, она перестала получать приглашения.

Шарлотта родилась в одной из самых богатых семей в королевстве. Поскольку она была единственным ребенком в семье, считалось, что в будущем она унаследует все состояние семьи. Ее мать тоже была из знатного рода, обосновавшегося в Святом городе. Хотя Шарлотта после замужества ни разу не посещала Святой город, она все равно обладала значительным влиянием в высшем обществе.

Ее мать жила в Святом городе, и Шарлотта слышала от нее, что представляла собой Чжин Аника. Из-за этого, а также нескольких дошедших до нее слухов, Шарлотта считала Чжин Анику таким человеком, с которым лучше не общаться.

Таким образом, у нее никогда не возникало никакого личного интереса к королеве. Но в последнее время королева стала чаще показываться на публике. Даже если не упоминать о происшествии с деревом-ларком, королева, которая прежде не участвовала ни в каких торжественных мероприятиях, совсем недавно посетила Священные земли.

Шарлотта теперь испытывала некоторое любопытство насчет королевы и хотела бы узнать о ней побольше. Вот почему она сразу же ответила согласием на пригласительное письмо королевы, как только его получила.

Увидев, что к ним кто-то идет, все дамы разом притихли. Марианна склонила голову перед леди, и они ответили тем же.

— Не ожидала увидеть вас снова во дворце, ваше сиятельство.

Все дамы почувствовали атмосферу неловкости, когда Шарлотта поприветствовала Марианну в своей несколько циничной манере.

Всем было хорошо известно, что Марианна добровольно ушла в отставку и последние три года провела в уединении, потому что королева считала ее бельмом на глазу.

Но теперь Марианна вернулась во дворец, и снова начали распространяться самые странные слухи и домыслы. Сначала предполагалось, что это станет одной из самых горячих тем для обсуждения в течение этого сухого сезона, как только дворяне вернутся из Святого города. Но теперь это место займет инцидент с деревом-ларком.

Марианна с теплой улыбкой ответила:

— Я очень благодарна ее величеству за то, что она позволила вернуться во дворец кому-то вроде меня. Пожалуйста, проходите. Ее величество уже вас ждет.

Когда Шарлотта направилась во дворец, на ее лице появилась едва заметная улыбка. Марианна была не таким человеком, мысли которого можно понять, услышав пару фраз. Остальные дамы последовали за Шарлоттой, которая шла впереди. Как только Шарлотта вошла во дворец, она сразу же обратила внимание на расстановку мебели, цвет занавесей и то, как они были подвязаны шнурами.

"Это потому, что я давно здесь не была?.. Обстановка выглядит теперь совсем иначе, чем раньше. Может быть, это из-за Марианны?"

Марианна в течение очень долгого времени руководила всем, что происходило во дворце. Почти каждый королевский банкет, устраивавшийся во дворце, во многих отношениях отражал ее вкусы. Шарлотта сразу почувствовала разницу, так как раньше она присутствовала на нескольких дворцовых приемах.

В конце концов Марианна остановилась у входа в парадный зал и постучала в дверь. Через мгновение вышел слуга, который открыл для них дверь.

— Ее величество приглашает гостей войти.

Повернувшись к стоявшим позади нее дамам, Марианна сказала:

— Пожалуйста, проходите.

Леди обменялись взглядами. Обычно гостей заставляли ждать, если хозяин занимал более высокое положение в обществе, чем они. Они вошли в зал, испытывая некоторую неловкость. Никому из них не приходило в голову, что королева будет ждать их появления. Юджин сидела за круглым столом, достаточно большим для семерых человек, и наблюдала за своими гостями, пока они входили в зал.

Юджин окинула быстрым взглядом их лица. Дамы поспешно отводили глаза, когда встречались с ней взглядом. Поскольку ранее она уже видела их портреты, ей было несложно узнать по лицам, кто есть кто.

Хотя она ничего не помнила о них, при виде одного из лиц, ее посетил смутный обрывок воспоминаний Чжин.

"Для меня честь познакомиться с вами, ваше величество".

"Должно быть, вы супруга канцлера Веруса, а также, как я слышала, обладательница графского титула. Вы очень похожи на свою мать".

"Я много слышала о вас от своей матушки, ваше величество".

"Ваша мать однажды рассказала мне, как скучает по своей дочери, которая после замужества ни разу не приехала навестить ее в Святой город. Было бы прекрасно, если бы вы посетили Святой город. Тогда у нас появился бы шанс еще раньше познакомиться друг с другом".