Алек усмехнулся, словно давая разрешение, и рука Эвелли тут же потянулась к его телу.

Она касалась его медленными осторожными движениями. Его кожа под ее прикосновениями была теплой и шелковистой, словно девушка ласкала поверхность ценного фарфора. Где бы она ни касалась его, твердость мышц Алека чувствовалась отчетливо. Вероятно, потребовалось много усилий, чтобы создать такое тело.

Рука Эвелли внезапно остановилась на длинном продолговатом шраме, расположенном под ребрами.

— Могу я прикоснуться и здесь тоже?

Алек уставился на Эвелли. Это был настойчивый взгляд, как будто граф что-то оценивал. Затем мужчина кивнул.

Шрам был глубоким и отчетливым. Эвелли могла представить силу и жестокость нанесшего его удара, даже не видя его собственными глазами.

«Даже укол шипами роз причиняет достаточно боли».

Однако Алек даже бровью не повел, когда Эвелли коснулась шрама.

— По сравнению с количеством людей, которых я убил, я благодарен, что получил только этот шрам, — затем он добавил, — жизнь сама по себе — это божественное благословение.

Алек, казалось, не очень гордился тем, что убил так много людей. Его голос звучал так, словно мужчина насмехался над самим собой. Мир изображал его маньяком-убийцей и восхвалял его жестокость, но сейчас его лицо выглядело так, словно мужчине было противно это мнение.

— Выглядит уродливо, не правда ли?

Его голос остался прежним. Эвелли не ответила. Ее рука все это время оставалась на шраме.

— Раз уж ты прикасаешься ко мне, почему бы тебе не потрогать и это тоже?

Было ли это плодом воображения Эвелли, или голос Алека действительно звучал до странности мягко?

Он взял Эвелли за руку. Его ладонь была большой и горячей. Вскоре он медленно опустил ее руку.

Девичья ладонь, находившаяся у него под ребрами, опускалась все ниже и ниже.

Это был первый раз, когда мужчина брал ее за руку, и у Эвелли перехватило дыхание.

— Здесь тоже есть шрам.

И когда Алек поднес ее руку к своему мужскому достоинству, девушка ахнула. Но ему было все равно и он позволил ее пальцам обвить пенис. Его мужское достоинство, которое уже начинало набирать силу, было уже наполовину возбуждено. Медленно двигая ладонью вверх и вниз по твердеющему стволу, Эвелли отчетливо ощущала его жар.

— Тебе нравится прикасаться к нему?

От прикосновения Эвелли голос Алека стал слегка хрипловатым и низким. Он отдавался на только в ушах, но и во всем теле девушки.

— У тебя это очень хорошо получается.

Эвелли смотрела прямо в лицо Алека. И все же ее рука крепко держала его мужское достоинство. И хотя обычно девушка отворачивалась, сегодня она не избегала его взгляда. Отчасти потому, что все, что она могла видеть, когда переводила взгляд, была ее рука, прикасающаяся к его члену, однако сегодня все было немного по-другому.

Она чувствовала, что задыхается. Атмосфера стала напряженной, словно натянутая до предела струна.

В конце концов ее рука начала двигаться немного быстрее. Ощущение прикосновения к его пенису было для Эвелли незнакомым. Жар, который она при этом ощущала, отличался от того, что она чувствовала, когда едва не обожглась, работая на кухне.

Член Алека затвердел, и Эвелли тоже возбудилась, почувствовав, как по ее бердам стекают любовные соки.

— Ложись на кровать.

Как только девушка выполнила приказ, Алек уткнулся лицом в грудь Эвелли. Он ласкал ее соски, посасывая и щекоча языком. Эвелли тихо стонала.

Закончив ласкать соски, Алек медленно провел губами вниз между ее грудей. Затем он спустился вниз и коснулся поцелуем половых губ Эвелли. Ее лепестки были уже влажными — еще до того, как он успел их погладить.

— Ты мокрая, потому что прикасалась к моему члену?

Эвелли этого не отрицала. Как будто Алека не интересовал ее ответ, он просто просунул язык в щель между ее лепестками. Он просунул язык в красное пульсирующее от желание влагалище и безжалостно сосал, как будто пил ее сладкий нектар. Эвелли крепко сжала простыню в руках и пошевелила бедрами.

— Ха-а-а!..

— Или это случилось до того, как ты прикоснулся ко мне?

Эвелли чувствовала, что с каждым словом Алека ее все больше охватывает жар. Она попыталась покачать головой и застонала, но он не остановился. Вместо этого мужчина продолжал вылизывать ее лоно и ласкать клитор пальцами.

— Кажется, я кончаю!.. Ах!

Было неясно, отпустит ее Алек или остановится. И после всех этих стонов бедра Эвелли приподнялись.

— Аa…

Ее глаза закрылись, а тело содрогнулось. Девушка была бесконечно беззащитной перед наслаждением, и Эвелли просто приняла приближающуюся кульминацию, тяжело дыша. Она достигла оргазма еще только один раз, но потеряла всю свою энергию, как будто бежала быстро изо всех сил.

Пока Эвелли переводила дыхание, Алек закинул ее ноги себе на плечи. Глаза девушки мгновенно расширились.

— Я еще не готова.

Глядя на Алека, девушка обиженно фыркнула. Видя, что он игнорирует ее дерзкое предупреждение, Эвелли осторожно спросила:

— Может быть, это невежливо?..

Алек громко рассмеялся над ее словами. Эвелли тоже расхохоталась.

Но как только он вошел, смех прекратился, сменившись стонами.

* * *