— Пусть госпожа и отсутствует сейчас, но мы должны работать так же усердно, как и раньше. Дезорганизованность в отсутствии хозяйки похожа на руки и ноги, которые перестают функционировать в отсутствии глаз, наблюдающих за ними. Вы же понимаете это? — мрачным голосом сказала Шарлотта, собравшая всех служанок как будто для того, чтобы сообщить нечто чрезвычайно важное.

Затем она раздала всем задания, а также поручила выполнить дополнительную работу.

Вспомнив этот момент, Эвелли вздрогнула от ужаса.

После того как принцесса уехала в резиденцию поправить здоровье, в руках Шарлотты каким-то образом оказалось еще больше власти.

Эвелли поручили прибрать комнату Роуз, поскольку девушка изначально была приставлена к принцессе в качестве личной служанки. И по странной логике Шарлотты, Эвелли, прислуживающая госпоже, должна была убирать ее комнату одна.

«Ну, в любом случае, это моя работа».

Эвелли пожала плечами и открыла дверь в комнату принцессы. Она поставила зажженную свечу на стол и принесла ведро воды, которое было оставлено в коридоре. Затем девушка начала тщательно вытирать поверхность шкафа влажной тряпкой.

— ... Просто потому, что никто не смотрит, — в голосе Эвелли, передразнивающей Шарлотту, звучало озорство. — Это похоже на руки и ноги, которые действует иначе. Вы понимаете?

Эвелли, изобразив высокомерный тон Шарлотты, поморщилась. В любом случае, ей это не шло.

«Но если принцессе было комфортно со мной, почему она не взяла меня с собой?» — задумалась горничная.

Не лучше ли было бы последовать за принцессой в летнюю резиденцию, чем остаться здесь и терпеть издевательства Шарлотты? Как только горничная что-то пробормотала себе под нос, находясь в глубоких раздумьях, низкий мужской голос внезапно прервал ее.

— Тебе неуютно со мной?

— Аах!!!

Эвелли испугалась так, словно увидела привидение. Повернувшись к источнику голоса, она увидела мужчину, сидящего на кровати.

— ... Г... Господин...

«Почему он в комнате принцессы?».

«Он скучает по принцессе?».

«Ты видел, как я передразнивала Шарлотту?».

В голове девушки возникла уйма вопросов. Посмотрев на Алека, горничная спросила:

— Вы все видели?

— Что?

— Нет, ничего...

— Ну, если ты говоришь о клоунаде, то я это слышал.

Эвелли помрачнела, услышав его отчетливые слова.

— Я просто говорила сама с собой...

— У тебя много жалоб. Кажется, ты недовольна тем, что не смогла поехать вместе с принцессой.

— Нет!

— Или ты хочешь сказать, что я доставляю неудобства?

Эвелли не понимала, почему разговор сложился подобным образом, но принялась отрицать это.

Она быстро замахала руками и покачала головой.

— Нет! Разве такое возможно? Вы не доставляете неудобств!

— Значит, тебе комфортно со мной?

На мгновение глаза Эвелли дрогнули.

Голос мужчины не звучал обвиняюще. Наоборот, он словно спрашивал, не было ли ей трудно.

— Нет, я не...

Откровенно говоря, ее хозяин с легкостью мог заставить людей почувствовать себя неловко, независимо от ситуации.

«Нет, мне никогда не было легко с тобой. Но... Ты — мой хозяин, так как же я посмею...».

Эвелли что-то тихо пробормотала, стараясь не замечать странное чувство, подсказывающее ей, что что-то не так.

— Так значит, ты говоришь, что тебе неудобно? — Алек снова спросил леденящим душу голосом.

Эвелли чувствовала себя неловко и не могла понять, дразнит он ее или же спрашивает серьезно. Она чувствовала себя так, словно столкнулась с трудностями, разгадывая сложную загадку, или как мышь, заметившая кошку, подкрадывающуюся к ней, загнав в угол.

Девушка молча смотрела в глаза мужчине, не зная, что ответить.

После минутного молчания, Эвелли неохотно заговорила.

— Важно не то, что я чувствую по отношению к хозяину, а то, что господин чувствует ко мне.

После ее слов выражение лица Алека слегка изменилось. Он пристально посмотрел на Эвелли, которая стояла, потупив взгляд. В глазах графа читалось высокомерие. Мужчина сверлил ее взглядом, словно пытаясь разгадать мысли девушки.

Эвелли продолжала говорить достаточно любезно, словно не замечая его взгляда.

— Что бы ни было у меня на сердце, я надеюсь, мой хозяин будет чувствовать себя со мной комфортно настолько же, как управляясь с мечом или находясь в собственном доме. Я служу во благо своего господина, — ответила ему девушка приглушенным голосом.

Взгляд Алека все еще был прикован к Эвелли. Его глаза еле заметно дрогнули. Однако спустя мгновение он быстро вернулся к своему привычно равнодушному выражению.

— Ты мастерски меняешь тему. — Мужчина по-прежнему смотрел на девушку так, словно был недоволен ее ответом, но продолжил. — Однако, боюсь, что мне не так уж и легко управляться с мечом.

Его слова звучали скорее цинично, чем печально.

— Не только у меня есть враги, которые могут ударить в спину ножом, поэтому я никогда не должен терять бдительность. И я никогда не чувствовал себя комфортно в доме, где только ночую.

Эвелли отнеслась к словам Алека с некоторым сомнением.

Вполне естественно быть настороже с врагами, но как он мог не чувствовать себя комфортно в собственном доме?

Если даже такое большое и роскошное поместье не подходит для отдыха, то что же тогда нужно, чтобы чувствовать себя комфортно?

Большая кровать, чистое постельное белье, ежедневно убранные полы, чистота и порядок.

Для Эвелли дом был единственным местом, где она могла отдохнуть.

Несмотря на то, что они жили скромно, мать всегда заботились о ней и кормила лучшими блюдами, какие только могла приготовить, словно птица-родитель, кормящая маленького птенчика.

Если бы девушка сказала, что не страдала, то солгала бы, но она была счастлива.

Нет, возможно, именно поэтому она и была счастлива.

Пока горничная находилась в своих размышлениях, снова раздался голос Алека.

— На днях принцесса отправилась восстанавливать свое здоровье, поэтому горничных поубавилось.

Эвелли в недоумении моргнула, не понимая, почему граф говорит о столь очевидных фактах.

— Некоторые из служанок, которые раньше прислуживали мне, уехали вместе с принцессой, что создает определенные неудобства. С завтрашнего дня тебе придется позаботиться обо мне. Или, стоит сказать, с сегодняшнего дня.

Голос графа звучал высокомерно и беспечно.

— Начиная с этого момента ты будешь ждать меня по ночам.

Эвелли уронила тряпку, которую держала в руках. Словно прочитав ее мысли Алек продолжил говорить:

— Я не планировал обнимать тебя сегодня, но передумал.

— Могу я спросить, почему...

Было что-то интригующее в ее сдержанном голосе.

— Ты можешь спросить, но решать, отвечать или нет, буду я.

Эвелли говорила ясным голосом, совершенно не понимая его намерений.

— Тогда я не буду спрашивать.

— И почему же? — спросил Алек с интересом в глазах.

— Потому что чувствую, что ваш ответ ничего не изменит.

Алек загадочно улыбнулся неожиданным словам.

Он не мог сказать, глупа или умна эта девушка. Все, что он знал наверняка в данный момент, это то, что готов обнять ее.

— Подойди и поцелуй меня.

По его приказу Эвелли придвинулась ближе, а затем нежно накрыла его губы своими.

Девушка смущенно закрыла глаза. Однако она не выглядела нерешительной, и если бы кто-нибудь увидел ее прямо сейчас, то решил бы, что отчаявшаяся служанка пытается соблазнить своего господина.

* * *