Девушка не могла знать, чем Алек и Роуз были заняты в данный момент, находясь одни в комнате. Она не знала этого и даже не видела собственными глазами, но испытывала такое сильное чувство разочарования и головокружение, словно лично стала свидетелем этого акта.

«Нет, тебе не может нравиться хозяин. Тебе будет слишком одиноко».

Может быть, Брианна была права. Служанка, которая любит своего хозяина, будет постоянно испытывать горькое одиночество.

Ночь горничной, влюбленной в собственного господина, наполнена лишь печалью и одиночеством.

* * *

— Эвелли! Хозяин разрешил мне выйти замуж!

В поле зрения появилось лицо Брианны, лучившееся счастьем, словно распустившийся весенний цветок.

— Это правда?

— Да. Я собиралась попросить тебя поговорить с ним, если сама не смогу сделать этого, но он дал мне свое благословение!

— Хорошо. Очень хорошо! Я искренне рада за тебя.

С одной стороны, Эвелли испытывала радость, наблюдая за щебечущей от счастья Брианной, которая задорно суетилась, болтая подле нее. Но с другой стороны, в этот момент Эвелли мысленно насмехалась над собой.

На кончике ее языка ощущался горьковато-сладкий привкус, похожий на послевкусие мягкого черного чая. Девушка действительно была рада за Брианну, но в то же время очень завидовала ей.

— Рада за тебя. Я ревную!

— Ревнуешь? Эвелли, ты познакомишься с Дэниелем позже!

По-видимому, об этом нелегко говорить…

Эвелли кивнула, однако по какой-то причине девушка не хотела думать, что тот раз был последним, когда их с графом тела слились воедино. Хотя вполне естественно, что их отношения со временем исчерпают себя и увянут.

— Аарон как бы случайно заговорил о тебе несколько дней назад, и Дэниель был непротив.

Эвелли подумала, что хотела бы встретиться с ним хотя бы раз.

Может быть, девушка стала испытывать симпатию к своему хозяину лишь из-за того, что он был первым, и она никогда не встречалась ни с одним другим мужчиной. А когда познакомится с Дэниелем, возможно, она изменит свое мнение.

— Мы можем обсудить это позже. Давай сперва поговорим о праздновании! Вы двое будете жить долго и счастливо. Потому что вы оба любите друг друга.

* * *

Брак с тем, кого ты любишь....

Эвелли, вспомнив счастливое лицо Брианны, не смогла удержаться, чтобы не пробормотать себе под нос в смятении.

— ... Я тоже хочу выйти замуж.

— Что? — удивленно спросил Алек, который сидел в кресле в углу комнаты и читал книгу.

Эвелли, не находя слов, крепко сжала пальцы в кулак.

Его низкий голос напугал ее, и она плотно сжала губы. Сказанные ею слова были произнесены непроизвольно — так, что девушка сама не поняла, что сказала их вслух.

— Замуж?

— О, нет… Не в этом дело…

Эвелли на мгновение заколебалась, не зная, что сказать. Затем она вдруг широко открыла глаза и, словно приняв решение, отчетливо произнесла:

— Пожалуйста, позвольте мне выйти замуж.

Лицо Алека исказилось гримасой, словно он только что услышал нечто нелепое.

Граф с нечитаемым выражением лица пристально посмотрел на Эвелли, отложив книгу, которую до этого держал в руке. Его расслабленное тело слегка наклонилось вперед.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал?

Эвелли посмотрела на своего хозяина.

— Вы позволили Брианне выйти замуж. Так что, пожалуйста, позвольте и мне сделать это.

Алек медленно закрыл глаза и спустя мгновение снова открыл их. Его голос был ровным, словно он полностью контролировал его, однако от этого слова звучали еще холоднее.

— За кого, черт возьми, ты собралась выйти замуж?

— Вы его не знаете, даже если я скажу вам его имя.

Несмотря на ситуацию, которая обычно заставляла бы Эвелли испытывать страх, сейчас она была непоколебима.

Вопрос, который задала девушка, был неожиданным даже для нее самой: разумеется, у нее не было никого на примете.

Эвелли не могла понять, с чего вдруг она попросила разрешения у своего хозяина выйти замуж.

Пыталась ли она спровоцировать его? Или неосознанно хотела прекратить эти тайные отношения? Или она просто пыталась хоть раз заставить его волноваться?

Возможно, она хотела сделать все это.