Глава 105. 

По дороге в кино 

– Онни…… я расстроена, – угрюмо сказала Аён, когда они прогуливались по парку рядом с кинотеатром. 

Инха, которая шла на полшага впереди, внезапно обернулась. Аён тоже остановилась и, посмотрев на неё, нахмурилась: 

– Ты даже не говорила мне, что дружишь с этим пушистым…… нет, с Великим мудрецом. 

– Мы не дружим. 

– Я всё слышала. Этот пуши…… нет-нет, Великий мудрец даже называет онни братишкой. 

Когда Инха выходила из штаба гильдии Бессмертных, Аён увидела фигуру Юхвана, который следовал за ней до выхода из здания и даже помахал рукой на прощание. 

– Тогда пока, братишка! Ещё увидимся! – от души рассмеялся мужчина и продолжал махать рукой, пока Инха не ушла. 

Крепкие члены его гильдии, облачённые в добок, находящиеся в этот момент рядом, моментально склонились в поклоне на 90 градусов, крича «До свидания, хённим!». Это было похоже на какую-то сцену из фильма-нуар. 

Отношение членов гильдии к Принцессе чёрного пламени менялось в зависимости от отношения Великого мудреца. 

В любом случае, из-за этого Аён испытывала странное чувство отчуждения. Словно её лучшая подруга, которая всегда обедала с ней, вдруг молча ушла в столовую с кем-то другим. 

– Тебе это совсем не нужно, онни, не ходи в это вонючее место. 

– Вонючее? 

– До отвращения. Даже стоя у входа чувствуется запах пота и алкоголя. Ох, серьёзно, – Аён с отвращением принялась обмахиваться ладонью. 

Был кое-кто, кто крайне обрадовался её словам. 

[Божественный зверь «Кошка, блуждающая во тьме» несколько раз кивает, мурча: «Эй, давно не видела человека, с котором можно поговорить». 

Она также возражает против вашего возвращения в гильдию Бессмертных, поскольку не выносит вонь, забивающую её нос при каждом приходе туда.] 

Кошке не нравилось большинство людей в окружении Инхи. 

Только, как ни странно, она казалась несколько снисходительной к Аён. 

Возможно, они просто идеально подходят друг другу. 

Будто неосознанно пользуясь поддержкой кошки, Аён принялась изливать своё внутреннее разочарование как водопад: 

– Ты говорила, что это важно, но знаешь, что я скажу? Даже если врата на южном побережье откроются, заплатят ли за них? Нет, ни за что. Я хорошо знаю Ассоциацию, они просто подлижутся и вручат медаль, используя возвышенные речи о патриотизме, и на этом всё. А охотники не волонтёры. 

Аён не желала быть героем и не жаждала почестей. 

Кто-то мог критиковать её за эгоизм и безнравственность. Только это не волновало девушку. Она не собиралась быть тряпкой. 

Кроме того…… 

– Я также не доверяю тем парням из GIA или CIA, которые строят из себя героев, – Аён пнула камешек, лежащий на тротуаре. 

Тот с глухим плюхом приземлился в небольшом пруду парка, вызвав рябь на водной поверхности. 

И…… 

– …… 

– …… 

Повисла странная тишина. 

Хо, – Аён, всё это время пристально смотрящая на рябь на воде, вдруг с тревогой подняла взгляд. 

Инха пристально смотрела на неё. Её чёрные расширившиеся зрачки словно спрашивали: 

––откуда ты знаешь это? 

В настоящее время Ассоциация держала операцию со вратами на южном побережье в тайне, чтобы не прорастить семена необоснованной тревоги. 

Дело было не только в гражданских. Даже среди охотников, действующих в Корее, лишь немногие избранные, включая четыре главных гильдии, знали о ситуации. Широкая публика была в неведении, а те, кто знали, молчали, но…… 

– О…… м…… на самом деле, меня тоже звали. 

– ……тебя? 

– Ха-ха-ха. Я не говорила? На самом деле, я тоже охотник с атрибутом тьмы, – Аён смущённо улыбнулась и огляделась по сторонам. – Онни тоже слышала, да? Ассоциация отчаянно ищет охотников с атрибутами огня и тьмы. 

Лишь тщательно убедившись, что вокруг никого нет, она легко щёлкнула пальцами. И. 

Ш-ш-ш…… – тень Аён, отбрасываемая на тротуар, начала увеличиваться. 

Став длинной, как уличный фонарь, тень девушки взмахнула рукой и внезапно нырнула в пруд. Хотя сама Аён, владелица тени, не двигалась. 

Ловушка силуэта. Это был один из уникальных навыков Аён. 

– У меня есть несколько навыков, связанных с тенями, они атрибута тьмы. 

Пусть у него был недостаток, при котором навык нельзя было использовать в кромешной тьме или под дождём, он идеально подходил боевому стилю девушки и поистине был «идеальным навыком». 

Инха опустила взгляд и посмотрела на тень Аён, плавающую в пруду. Наблюдая, как та свободно движется, словно обладая собственной волей, Инха пошевелила губами: 

– Тогда ты тоже участвуешь в операции? 

– Ни за что, – Аён махнула рукой, и тень, плавающая в пруду, вернулась к её ногам, приклеиваясь к ним. – Даже если бы Ассоциация предложила выгодную страховку жизни и надбавку за работу в опасных условиях, я бы всё равно колебалась. Никогда не рассматриваю проигрышные сделки, – сказав это, девушка подозрительно посмотрела на Инху. – Онни, я просто спрашиваю, но ты же не собираешься участвовать? 

– …… – Инха ничего не ответила. 

Нет, серьёзно? – Аён недоверчиво заморгала. 

– Ты не веришь мне на слово? Зачем туда идти? Неужели этот волосатый мужчина соблазнил тебя? Точно, точно! – фыркнула она, упирая руки в бока. 

Аён казалось, что Инха втайне была наивна. 

Ясно, что Великий мудрец флиртовал с моей наивной онни. 

– Почему не откажешься. Зачищать эти врата определённо будет сложнее, чем другие, а награда будет низкой. 

Пусть Аён не говорила этого вслух из-за Инхи, она также терзалась опасениями. 

Ранг является практически негласным законом среди охотников. Независимо от истинного мастерства, они, несомненно, высмеют охотницу F-ранга в платье. 

Я не могу позволить так обращаться с моей онни, – девушка была полна решимости остановить Инху. 

– Будет гораздо эффективнее использовать это время, чтобы сделать ставку на подходящие врата В-ранга и получить ещё один предмет героического ранга. 

Но Инха, молча слушавшая Аён, коротко ответила: 

– Я пойду, – и, не моргнув и глазом, добавила: – Я – охотница. 

– Нет, причём тут…… – недоумевая, Аён сжала губы, смотря на Инху. 

Раз охотница, то должна откликаться на призыв Ассоциации? Такое было раньше. Онни, похоже, совсем недавно стала охотницей. Если так, то нужно твёрдо предупредить её. 

– Онни, в наши дни охотники – профессионалы своего дела. Так же, как врачи не лечат пациентов без денег, охотникам не нужно рисковать жизнью ради того, что не приносит доход. 

Аргумент Аён заключался в том, что охотник – это профессия. И цель в ней – заработать на жизнь, а не внести вклад в общество теми способностями, которые посчастливилось приобрести. 

Она думает, что мир признает это? Нет, абсолютно. 

Возможно, онни кажется это естественным, но будет хорошо, если это не вызовет общественного возмущения. Особенно, если в операции участвует охотник F-ранга. 

– Почему ты так упорно продолжаешь делать то, что не обязана? Ты же не хочешь быть волонтёром. 

– В этом мире есть вещи, которые не купить за деньги, – равнодушно ответила Инха на вопрос непонимающей Аён. 

Её чёрные глаза запали, словно женщина вспоминала что-то далёкое. 

– Когда врата откроются, оттуда волной вырвутся монстры. И–– – Инха безучастно посмотрела на свои руки, а после сжала их в кулак. – Я смогу убить всех этих монстров.

На мгновение Аён заметила, как взгляд Инхи стал острее. В этих чёрных глазах мелькнули эмоции. 

Гнев? Отвращение? Нет, скорее жестокость. 

– Раньше я не могла, но сейчас я могу защитить всех. 

 Подул ветер, развевая иссиня-чёрные волосы. Глаза Инхи, вновь посмотревшие на неё, прищурились: 

– Это причина. 

– …… – губы Аён, до сих пор приоткрытые в оцепенении, плавно сомкнулись. 

Не было нужды и дальше уговаривать Инху. Нет, это было невозможно. 

Медленно моргая, Аён перевела взгляд на парковый пруд, который словно влёк к себе. 

В воде были их отражения. Собственное лицо девушки мягко покачивалось на поверхности воды, где была лёгкая рябь от ветра. 

–––только была и странность. 

Отражение Инхи рядом с Аён почему-то выглядело абсолютно неподвижно. 

***** 

– Мастер? – увидев Джун Хвана в больнице, Су Хён моментально поинтересовалась состоянием Мин Джу. 

Несколько дней назад подросток ненадолго приоткрыл глаза. Только, когда члены Легиона прибыли в больницу, получив вызов, он снова потерял сознание. 

Несмотря на то, что проклятие удалось снять с помощью порошка Пикси, его остатки всё ещё находились в теле Мин Джу, точнее, в его крови и кровеносных сосудах. 

Поэтому доктор План сказала, что теперь проблему решит время. 

Вместо ответа Су Хён Джун Хван посмотрел на Мин Джу, безжизненно лежащего на больничной койке. 

Мальчишка всё ещё не мог открыть глаз, но, к счастью, чёрные пятна, покрывавшие его хрупкое тело, полностью исчезли. 

– По словам медсестры, которая приходила менять капельницу прошлой ночью, теперь он даже разговаривает во сне. Знаешь же? Мастер много болтает во сне. 

Су Хён непонимающе посмотрела на профиль Джун Хвана и приподняла уголки губ. 

Да, он ведь тоже волнуется. Джун Хван, должно быть, сильнее всех, даже меня, надеется на выздоровление мастера. 

Нельзя позволить ему впасть в меланхолию. 

Джун Хван итак сам справляется со всеми важными и незначительными делами, такими как посещение Ассоциации, вместо мастера, пока он лежит в постели. 

Су Хён, тихо севшая рядом с мужчиной, заговорила куда спокойней: 

– ……конечно, я знаю об этой его раздражающей привычке во сне. Недавно я укладывала мастера спать, как можно не заметить. 

Мин Джу учился в средней школе, поэтому был слишком взрослым, чтобы спать отдельно. К тому же, он особенно сильно не любил замкнутые и тёмные места. 

Конечно, мальчик мог спать при включённом свете, но это означало, что он всю ночь будет мастерить оружие или фигурки вместо сна. 

Однако в последнее время Мин Джу мог спать спокойно даже при выключенном свете. Возможно, причиной стало его взросление, а может и какой-то позитивный момент, произошедший в его жизни. 

Су Хён посмотрела на Мин Джу, лежащего на больничной койке, и спросила: 

– Ассоциация что-то сказала? 

– Ну, всё то же. Спрашивают, как дела у мастера. 

Ассоциация хотела получить более точный ответ. Насчёт участия Легиона в операции врат на южном побережье. 

– Похоже, они тоже встревожены. И всё же, мы шестеро, за исключением мастера, чётко выразили своё намерение участвовать в операции, но–– – Джун Хван почесал затылок и добавил. – Ну, наверное, этого недостаточно. Им и правда нужен Трикстер S-ранга, а не В или А-ранг. К тому же, наш мастер – охотник с атрибутом огня. Они в отчаянии. Хотя я пока воздерживаюсь от принятия столь важного решения. 

– ……я всё ещё против, – медленно подняв голову, твёрдым голосом сказала Су Хён, что молча слушала его. 

Джун Хван перевёл взгляд на Су Хён, а женщина, не сводящая глаз с Мин Джу, лежавшего на больничной койке, снова сжала губы: 

– Это произошло из-за Неизвестных врат в Пхохане. Пусть проклятие было снято порошком Пикси, оно всё ещё остаётся неизвестным, и нам приходится просто ждать и смотреть. 

Порошок Пикси был средством, снимающим любое проклятие, но он не предназначался для анализа самого проклятия. 

Поэтому доктор Плант и фэмили Легиона всё ещё не знали, что и как именно прокляло Мин Джу. 

Взгляд Су Хён упал прямо на шею подростка. На тонкой шее отчётливо виднелся красный припухший след. Он был похож на укус пчелы или змеи. 

Но, по словам Джун Хвана, во время зачистки Неизвестных врат Мин Джу не жалили и не кусали никакие монстры. Возможно, именно этот необычный шрам был намёком на разгадку проклятия. 

– В любом случае, мастеру нужен отдых. Даже если он проснётся завтра, вскочить с постели и броситься в бой – это слишком жестоко в отношении ученика средней школы и больного. Даже если это была бы не просьба Ассоциации, а лично доктора Планта, в этот раз я буду категорически против. Сок Кёнхо и другие члены фэмили разделяют моё мнение, – Су Хён отвела взгляд от Мин Джу и посмотрела на Джун Хвана. – А что думаешь ты, Пэ Джун Хван? 

– Я–– – губы Джун Хвана растянулись в улыбке. 

– У, ы…… шумно…… – со стороны больничной койки раздался ворчливый стон. 

Су Хён и Джун Хван моментально повернули головы в одну сторону. 

– Мастер……?! 

– Ма, мастер! 

И, словно дав обещание, одновременно закричали. 

Мин Джу, потиравший глаза, будто он проснулся от долгого сна, вздрогнул от силы их крика. Его волосы, похожие на воронье гнездо, встали дыбом, как усы у таракана. 

– А, напугали. Что? Что вы творите? – подросток слегка нахмурился, ощущая пульсирующую боль в голове. 

Губы Джун Хвана дрожали, как у карпа. Шок, радость, облегчение, тоска – все эмоции захлестнули мужчину, лишая его дара речи. 

– Ма, мастер…… ва, ваше те, тело…… 

– Тело? – Мин Джу вскочил с кровати, словно пружинка, и, встав босиком на кафель, покрутил плечами. – М-м-м-м-м, тяжёлое, но в то же время в поряд–– 

Бам! – прежде чем Мин Джу успел договорить, перед ним возникла огромная фигура. 

Джун Хван, который был на две головы выше подростка, крепко обнял своего маленького хозяина: 

– Я, я правда дума…… хнык, л, что мастер умрё-ё-ёт…… 

– А! Какого чёрта ты творишь?! 

– Настоящее счастье…… хнык, настоящее…… настоящее…… – взрослый мужчина без стеснения рыдал. 

Растерянность нахлынула на Мин Джу, словно волна, от зрелища, которого он никогда раньше не видел. 

– Уа-а-а-а-а, масте-е-е-е-ер…… 

Тёплая жидкость, то ли слёзы, то ли капли, упали на его макушку, и Мин Джу подпрыгнул, крича: 

– Су Хён нуна! Джун Хван хён, почему вы делаете это? А, серьёзно! Я же сказал слезть с меня?! 

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –