Диалоги на корейском языке обозначены «~», а на английском привычным «—», в кавычки заключаются мысли, курсивом выделяются события и речь героев в прошлом. 

* * *

Хантер шёл неторопливой, расслабленной походкой, расправив плечи и засунув руки в карманы брюк. На нём была только белая рубашка на пуговицах — без школьного пиджака.

Глядя на него, Чжи Ю вдруг подумала, что, может быть, дождь льёт только ей на голову. Она чуть-чуть наклонила зонт и выглянула. Дождь стал ещё сильнее, чем раньше. Чжи Ю покачала головой.

«Ему что, не холодно?»

С начала марта, когда начинался переход на летнее время и часы переводили на час вперёд (1), Хантер ходил только в рубашке. Хотя март в Нью-Йорке больше походил на позднюю зиму, чем на весну.

Так он терпел холод в одной рубашке до тех пор, пока в ноябре, когда летнее время заканчивалось и часы переводили на час назад, наконец не надевал пиджак — и то нехотя.

Особенно в последнее время Хантер каждый раз, когда сталкивался с Чжи Ю, жаловался на жару.

— Почему, как только я тебя вижу, мне становится так жарко? Как же бесишь. (2)

Однако сама Чжи Ю всё время мёрзла и дрожала от холода.

Она недовольно надула губы и злобно уставилась Хантеру в затылок.

«Я тебе что, обогреватель? Он даже в том, что у него самого организм как парилка, винит меня».

К тому же Хантер никогда не пользовался зонтом — ни в дождь, ни в снег. В младшей школе она пару раз видела, как он брал зонт у няни, которая приходила его забирать, но с тех пор, как Хантер стал ходить в школу сам, Чжи Ю такого не наблюдала.

Мелкий дождь он переносил совершенно спокойно, а когда вдруг начинался ливень, срывался с места и на полной скорости мчался вниз по Пятой авеню, поднимая за собой вихрь.

Э Чжон за такое уже давно бы сделала выговор, что так можно простудиться. Но Лорен, вероятно, знала, что её сын вынослив, как дикий зверь, или, может быть, намеренно хотела вырастить его ещё более «диким» — поэтому позволяла Хантеру делать что захочет. А может — и это гораздо вероятнее — она просто сдалась.

Когда принц семейства Хэмилтонов что-то вбивал в свою голову, остановить его было невозможно.

В любом случае, раз его телу было вечно жарко, то он, похоже, прекрасно чувствовал себя в одной рубашке под дождём при пятнадцати градусах.

Но сегодня Хантер, который обычно шагал своими длинными ногами так быстро, что его невозможно было догнать, двигался подозрительно медленно. В другое время он бы уже ушёл на два квартала вперёд, и Чжи Ю видела бы лишь его удаляющуюся спину. А сейчас он остановился перед пешеходным переходом и спокойно ждал зелёного сигнала, продолжая промокать насквозь.

И это тоже было странно. 

«С каких это пор чемпион-по-перебеганию-на-красный (3) стал ждать светофор?»

В этот момент дождь начал усиливаться. Звук ударяющихся о зонт капель стал зловещим.

— Что же мне делать…

Чжи Ю остановилась в двух шагах позади Хантера, так и не решившись подойти ближе, и задумалась. Дождь, начинавшийся как лёгкая морось, переходил в настоящий ливень — рубашка Хантера наполовину промокла и прилипла к плечам.

Дождь становился всё сильнее. В такой ливень, если знакомый человек стоит перед переходом без зонта и весь мокнет, с точки зрения обычной человеческой порядочности было бы правильно предложить ему укрыться под твоим зонтом.

«Ха… Это будет так неловко…»

Она ещё не решилась, а сигнал светофора уже сменился.

Чжи Ю, надеясь, что Хантер как обычно быстро рванёт вперёд, пошла вслед за ним. Но он, словно гуляя по пляжу жарким летним днём, снова спокойно остановился перед следующим переходом. К этому моменту его рубашка промокла уже до рукавов и спины.

Чжи Ю на глаз прикинула размер своего зонтика. Маленький — но в принципе вдвоём под ним можно было уместиться. Совесть начала грызть её так сильно, что внутри всё сжалось, как от несварения.

«Ай… будь что будет».

Она сглотнула и едва слышно позвала Хантера. Если он вдруг не услышит, то Чжи Ю будет считать это своим оправданием и спокойно продолжит идти одна.

— Э-эй… Хантер?

Хантер повернулся к ней — да так невозмутимо, будто заранее ожидал, что она его окликнет.

Он раздражённо откинул назад намокшие пряди, прилипшие ко лбу, и с кончиков волос, потемневших до почти чёрно-коричневого, упали на ворот рубашки пару тяжёлых капель. На ресницах, наполовину прикрывавших глаза цвета глубокого Средиземного моря, тоже висели маленькие прозрачные капли.

Хантер моргнул и ладонью стёр влагу с лица.

— Что?

Их взгляды встретились.

— Эм… тут… кажется, дождь слишком сильно льёт. Мы ведь всё равно живём в одном доме, так что… кхм… хочешь пойдём под одним зонтом? Я ничего такого не имею в виду, так что не напрягайся! Я хочу сказать… если не хочешь, можешь отказаться.

— …

Хантер молча посмотрел на Чжи Ю. Она, запнувшись и сбивчиво выдав всё это, отвела взгляд и опустила зонт чуть ниже.

«Зря вообще заговорила. Он наверняка сейчас взорвётся — скажет, что даже если бы дождь лил стеной, он никогда не стал бы делить зонт с какой-то Чжу Паркер».

Она ловко перехватила зонт другой рукой и поспешно добавила:

— Я просто так сказала, можешь не обращать внимания. Тогда я, пожалуй, пойду… А?

В этот момент Хантер одним прыжком сократил расстояние, наклонился и резко засунул голову под её зонт.

Чжи Ю вздрогнула и ахнула от удивления. Под зонт ворвался аромат, напоминающий Центральный парк в дождливый день.

Лицо Хантера оказалось слишком близко. Пока она растерянно моргала, не зная, что делать, он выхватил у неё зонт и поднял его повыше. В ту же секунду жёлтое такси, быстро сворачивая за угол, влетело задним колесом в чёрную лужу и подняло мощный фонтан брызг.

— Ох!

Хантер молниеносно опустил зонт почти горизонтально, заслонив их от грязной воды, которая грозилась залить их по пояс. Чжи Ю не успела даже моргнуть, как на её голову уже обрушились крупные капли дождя.

— Фу-ух… — выдохнул с облегчением Хантер, но медленно повернул голову и воскликнул: — Упс!

Между ними на мгновение повисла тишина. Хантер быстро поднял зонт обратно и откашлялся.

— Кхм. Ну, это лучше, чем грязь, да?

— …

Когда Чжи Ю смахнула с лица дождевые капли рукавом кардигана и посмотрела на него, он кивком указал на переход.

— Зелёный загорелся.

Только тогда она повернулась к светофору. Сигнал для пешеходов сменился с красной ладони на зелёного человечка и начал мигать обратный отсчёт.

Хантер слегка наклонил зонт в её сторону и мягко подтолкнул Чжи Ю в спину.

— Пошли.

Они перешли улицу бок о бок. Хантер то уходил на шаг вперёд, то замедлялся, но где-то с середины квартала он подстроился под её темп.

Рука Хантера, держащего зонт, иногда задевала Чжи Ю. Похоже, она недооценила ширину его плеч — левое плечо Хантера слегка торчало из-под зонта, тогда как с её стороны места было с запасом.

Чжи Ю немного наклонила зонт в его сторону. Хантер тут же вернул его в исходное положение. Она украдкой взглянула на него и удивилась.

Казалось, он всегда жил исключительно инстинктами, как зверёк, всю жизнь висевший на монки-баре (4). А тут внезапно превратился в мужчину. 

В семье Хэмилтонов, по крайней мере, манеры и этикет вбивали в голову с раннего детства, неустанно и последовательно — и вот, похоже, это наконец начало действовать даже на Хантера Х. Хэмилтона.

Как любила говорить Э Чжон: «Живи дольше — увидишь больше».

Они шли так молча ещё несколько кварталов, пока Чжи Ю вдруг не спросила:

— Почему ты вообще зонт не носишь?

Хантер пожал плечами и безразлично ответил:

— Не знаю. Лень (5).

«Ну да, а чего ещё от него ожидать? Глупый вопрос».

Чжи Ю снова умолкла.

Шум дождя по зонту становился всё громче. Дождевые тучи заслонили небо — всё вокруг погрузилось в холодный синевато-серый свет. Красные стоп-сигналы машин, движущихся по Пятой авеню, размывались во влажном воздухе и призрачно светились.

Эта неловкая тишина, длящаяся уже пару кварталов, заполнялась лишь шумом дождя. Ей хотелось кое-что спросить у Хантера, но Чжи Ю не знала, как заговорить.

«Может, начать с нейтральной беседы?»

С Хантером она никогда не вела разговоров «ни о чём» — только по делу. Поэтому она просто не знала, с чего вообще начинать.

Чжи Ю украдкой посмотрела на него — и живот почему-то слегка скрутило. Стоя так близко к нему, она отчётливо ощущала, насколько он подрос за последнее время.

Хантер заметил её взгляд. Даже не поворачиваясь, а лишь слегка стрельнув глазами, он глянул на неё сверху вниз и приподнял подбородок.

— Что?

— А?

— Чего так смотришь?

— Я? Да нет, я не смотрела.

Чжи Ю отвела взгляд с самым невинным видом.

— Только что смотрела на меня с таким лицом, будто хочешь что-то сказать.

Она внутренне вздрогнула. 

«Как он узнал?»

***

[Пояснялки от переводчицы:

1. «Daylight Saving» — американская система перехода на летнее время. 

2. «Jaywalk» / «제이워크» — переход улицы в неположенном месте. Здесь автор назвала Хантера «제이워크의귀재» — «мастер jaywalk’а», то есть человеком, который постоянно переходит дорогу на красный или не там, где положено.

3. Фраза, которую произносит Хантер, можно понять буквально, что ему «жарко», потому что у него высокий внутренний теплообмен, или как «я закипаю рядом с тобой».

4. «몽키 바» — Спортивная перекладина или конструкции на детских площадках. Сравнение: «как животное, всю жизнь висевшее на монки-баре» — комментарий о его дикости и энергичности.

5. «귀찮아» — «лень / бесит / раздражает».]