Диалоги на корейском языке обозначены «~», а на английском привычным «—», в кавычки заключаются мысли, курсивом выделяются события и речь героев в прошлом. 

* * *

Зато, когда Хантер тем летом навещал дедушку по маминой линии, который несколько лет назад окончательно вернулся в Корею, он без труда общался с родственниками. Дедушка был этим так доволен, что подарил ему квартиру с видом на реку Хан, чтобы внук мог останавливаться в ней каждый раз, когда приезжает в Корею. Так что, в итоге, старательная учёба себя оправдала.

Как бы там ни было.

Вид этих двоих, липнущих друг к другу и перешёптывающихся (1), будто замышляя очередную пакость, раздражал так, что кишки скручивало от злости (2).

«И что, они теперь друг другу нравятся, да? Встречаться, что ли, будут? И вообще почему тут так чертовски жарко?»

Даже воздух, который он выдыхал, был неприятно горячим (3).

Хантер чуть ослабил тугой узел галстука. Повсюду все неугомонно суетились, и от этого его нервы были на пределе — он даже перестал слышать занудную болтовню седого старика, что стоял на сцене.

Больше всего ему хотелось скинуть этот душный пиджак, швырнуть к чёрту галстук и просто сбежать отсюда. Но, увы, за этот долбаный класс котильона ему пообещали награду: билеты на финал US Open (4) — и не простые, а с местами прямо у корта.

Хантер глубоко вдохнул.

«К чёрту их. Просто забей. Да пусть они хоть под землю провалятся…»

Шепть, шепть, шепть…

— Ха-а… Да вашу ж мать… 

Их шёпот раздражал сильнее, чем комариный писк в тишине ночи. Хантер уже собирался взорваться от злости и что-то им сказать — он даже открыл рот — как внезапный гул нарушил тишину, и все дети дружно вскочили с мест.

Начался урок танцев. Похоже, пока он витал в облаках, урок этикета уже закончился.

Под живую музыку рояля и струнного квартета, посреди зала, Уолтер и Меган демонстрировали базовые шаги вальса.

Потом настало время детей отрабатывать эти же шаги друг с другом. Уолтер обошёл весь зал и начал формировать пары. Под конец он остановился перед ними троими и, вытянув руку, нарисовал над их головами овальную линию.

— Одна леди и двое джентльменов — вы теперь команда из трёх.

Он поставил Чжи Ю и Рекса лицом друг к другу, а Хантера — позади Рекса.

— Мистер Лафайет, протяните правую руку и левой легко поддержите даму за спину. Отлично, хорошо. А теперь дама — положите левую руку на руку мистера Лафайета, а правую — на его плечо. Локти держим изящно! Вверх! Вверх! 

Уолтер лично поправил позу, а затем повернулся к Хантеру и положил его руки на плечи Рекса.

— Мистер Хэмилтон будет повторять шаги за мистером Лафайетом. Когда музыка закончится — поменяетесь местами.

Хантер стиснул зубы и откинул с лица прядь волос. 

«Это что, мне велели, как придурку, плестись сзади собачьим хвостом, пока Рекс танцует с Чжи Ю?! Сраный танцевальный класс (6)! Чёрт бы его побрал!»

Его терпение было на грани.

Поэтому он снова представил себе билеты у кромки корта на финале US Open. Места, где слышно, как теннисисты матерятся себе под нос, и где можно увидеть, как капли пота стекают с их лбов. Такие билеты можно урвать только по 20 тысяч долларов за штуку, и то у перекупов — настолько они были редкие.

«Если я сейчас свалю — от всего придётся отказаться».

— Ху-у…

Хантер глубоко вздохнул, втянув носом воздух.

«Терпи! Терпи! Ты должен вытерпеть!»

В этот момент музыка, на секунду замолкшая, снова заиграла.

С безразличным выражением лица он положил руки на плечи Рекса и начал механически отрабатывать шаги вальса.

«Блин, интересно, кто выйдет в финал US Open?.. — В голове крутился хаос из рейтингов игроков и возможных итогов игры. — Вот бы в финале сошлись Федерер и Надаль...»

Он изо всех сил пытался отвлечься, как вдруг Рекс резко наклонился к Чжи Ю и что-то ей прошептал прямо в ухо. Из-за его затылка, загораживавшего весь обзор, вначале было видно лишь её лоб, но теперь всё лицо Чжи Ю попало в поле зрения Хантера — с округлёнными от удивления губами и глазами, полными искреннего изумления.

«Что он ей там опять наплёл, что у неё такая глупая мина?»

У него снова скрутило кишки в животе. Желудочный сок закипел, как лава в вулкане.

«Может, я просто поужинал слишком быстро и глотал, не жуя?»

И тут Чжи Ю подняла взгляд на Рекса и спросила:

— Да ты шутишь. Серьёзно?

Хантер закатил глаза и пренебрежительно фыркнул.

«Большинство небылиц, которые сыплются изо рта Александра де Лафайета — чистая брехня. До сих пор не поняла?» (7)

Он никак не мог взять в толк, почему она снова и снова попадается на Рексову удочку. 

«Совсем идиотка, что ли?»

— Я ж говорю! — сдавленным от смеха голосом ответил Рекс. — Мне один семиклассник говорил, что под конец здесь всегда идут линейные танцы под кантри. Причём они до сих пор пользуются древним стерео и CD! Я потом специально проверил — и правда, в стерео лежал диск с кантри (8). Ну, я его и заменил. Засунул туда свой диск с гангста-хип-хопом (9). Прикинь?

Рекс не выдержал и, пытаясь сдержать смех, наклонил голову вбок. Чжи Ю уставилась на него с почти злой решимостью, плечи у неё чуть дрожали — но, в конце концов, она не выдержала и рассмеялась.

Её глаза превратились в тонкие щёлочки, щёки налились румянцем, и на её бледном лице впервые за день появилось такое выражение.

Хантер внезапно замер, как вкопанный.

«Опять! Опять! Опять! …Эти чёртовы ямочки».

Он мог поклясться небом — ему и впрямь было наплевать на лицо этой Чжу Паркер. Совсем. Он за всё это время ни разу даже как следует не посмотрел на неё. Но стоило этим ямочкам появиться, как глаза сами собой начинали туда прилипать.

Чувство было странным. Какой-то тревожно-тоскливый зуд и иррациональное беспокойство раздирали его изнутри. А хуже всего то, что Хантер не понимал, почему чувствовал себя так хреново (10). Всё внутри будто выворачивалось наизнанку, и от этого хотелось прямо сейчас гаркнуть на Чжи Ю: «Не смей вот так улыбаться, ясно?! Мне тошно!»

В этот момент Рекс внезапно остановился. Музыка тоже оборвалась. По микрофону послышался голос Уолтера — он велел поменяться партнёрами. Хантер, не задумываясь, резко толкнул всё ещё хихикающего Рекса в плечо, чуть не уронив его на пол.

— Свали, Лафайет.

— Дерьмо... — буркнул Рекс, спотыкаясь. — Хантер, завязывай уже с этой хренью.

Проигнорировав его, Хантер уверенным шагом направился к Чжи Ю. Как только их взгляды встретились, её улыбка тут же померкла, будто лопнувший мыльный пузырь. Через мгновение она отвела глаза и нарочито холодно опустила взгляд вниз.

И Хантеру стало ещё хуже, чем до этого.

«Почему ты смотришь на меня ТАК? Я-то тебе что сделал, а?!»

Он положил ладонь ей на спину и рывком подтянул ближе.

«Вот чёрт. Перестарался».

Чжи Ю, потеряв равновесие, чуть не упала прямо на него, и тут же резко вскинула голову. На её лице отразилась буря эмоций: испуг, смущение, шок… а её глаза наполнились обвиняющим упрёком. 

С плотно сжатыми губами и колючим взглядом, она осуждающе уставилась на него.

«Почему ты так на меня смотришь? С этим засранцем тебе было норм, а со мной — нет? Я, значит, не подхожу?!»

К горлу подступил глупый, почти детский вопрос, но он подавил его и промолчал.

— Руку.

Он рывком поднял правую руку и бросил команду раздражённым голосом.

Чжи Ю едва слышно вздохнула и робко подняла свою левую ладонь. Движение было каким-то слишком медленным, будто нарочно затянувшимся. И вот — всего в паре сантиметров от его ладони — она вдруг замешкалась, пальцы у неё нервно дёрнулись, словно она хотела передумать.

Хантер не выдержал и резко схватил её за руку. Где-то на уровне солнечного сплетения вспыхнуло пламя — будто к груди приложили паяльник.

«Чёрт, как же тут душно. Хотя... у неё всегда была такая маленькая рука? Или это моя выросла?..»

Он посмотрел на неё с недоумением.

Чжи Ю Паркер, которую он видел каждый день, внезапно показалась какой-то чужой — будто это была совершенно другая девушка. Она неглубоко вздохнула, и аккуратно положила правую руку ему на плечо.

«Чжу Паркер, у тебя всё нормально?.. Жесть, у неё рука — как утюг».

Левое плечо вспыхнуло жаром, будто не ладонь, а раскалённый металл лёг на него. Он опустил взгляд и посмотрел на её аккуратный, круглый затылок, на каштановые волосы, заплетённые в две свободные косы по бокам… И на пот, стекающий по её шее. 

«Чёрт, этот грёбаный (6) кондиционер явно опять сломался». 

— Д-двигайся уже давай.

Когда Хантер заговорил — его голос предательски дрогнул.

— Ага.

Они начали медленно перетаптываться под музыку вальса. Чжи Ю всё время сбивалась и дважды наступила ему на ботинок.

— П-прости!

— Да блин... Соберись уже. (11)

Хантер вышагивал под изысканную мелодию Иоганна Штрауса — «Прекрасный голубой Дунай» — с такой концентрацией, будто сражался на поле боя. Всё, что требовало физической подготовки и работы со своим телом, ему давалось легко. Простые, ритмичные шаги он запоминал с пары повторов. А уж если запоминал — не путался никогда.

Но Чжи Ю... Она, напротив, танцевала так, будто у неё две левые ноги. Хантер нахмурился.

«Да что, мать вашу, с ней сегодня? С Рексом она хотя бы не так сильно тупила».

Когда она в третий раз наступила ему на ногу, то сжала губы и исподлобья посмотрела на него. Их взгляды встретились — и Чжи Ю тут же отвернулась, явно смутившись. Она выглядела так, будто Хантер её пугал.

«Чёрт, что с ней происходит? Думает, я её сожру, если она наступит мне на ногу?»

— …Прости, Хантер.

Он только фыркнул, но не ответил. То, что у Чжи Ю всё плохо с координацией и физической подготовкой, Хантер и так знал. 

«Эти её тонкие, как у птички, ноги — неужели она думает, что я вообще хоть что-то почувствовал?» (12)

Он снова погрузился в размышления. Ему уже давно кое-что не давало покоя…

* * *

Пояснялки от переводчицы:

1. «찰싹 달라붙어» — буквально «липнуть друг к другу», сленговое выражение, описывающее моменты, когда двое сильно сближаются, часто в романтическом контексте. 

2. «배알이 뒤틀렸다» — идиома, которая переводится буквально, как «кишки перекрутило от злости».

3. «콧바람» — если дословно, то «воздух, выходящий из носа», часто используется как метафора, чтобы передать внутреннее раздражение. 

4. US Open – Открытый чемпионат США по теннису.

5. «개 꼬리처럼 우스꽝스럽게» — «как собачий хвост», уничижительная метафора на тему того, что Хантера поставили прицепом или вторым номером. 

6. «빌어먹을» — ругательство, которое вполне можно передать через мат, но более приличными аналогами являются «чёртов», «долбаный», «сраный».

7. «구라» — сленг, означающий «ложь», «враньё», аналог «чистая брехня».

8. «컨트리 음악» / «라인 댄스» — кантри-музыка и лайндэнс: традиционный стиль американской деревенской музыки и танца, где люди выстраиваются в линию и синхронно танцуют.

9. «갱스터 힙합» — гангста-хип-хоп — музыкальный стиль, связанный с уличной культурой и часто — с вызывающими текстами. Так что рэп с матюками у них заиграет благодаря Рексу, а не старое кантри.

10. «좆같았다» — грубый сленг, который вполне переводится как мат, но более литературно «чувствовал себя хреново».

11. «젠장» — мягкое ругательство: «чёрт», «блин» и т.д.

12. «새 다리» — буквально «птичьи ноги». Выражение, описывающее очень худые, тонкие ноги. Здесь оно подчёркивает физическую хрупкость Чжи Ю.