— Что стряслось?.. – тихо повторил вопрос Адол и вдруг осознал, что совершенно не помнит последних нескольких дней.

Он с испугом и растерянностью огляделся по сторонам:

— К-кто вы? Где я?

— Это ваша уборная, разве не узнаёте? А я – частный детектив, нанятый для вашей защиты, – Клейн взглянул на подростка, всё ещё не разобравшегося в обстановке, и мягко усмехнулся.

— Мой дом... Детектив для защиты... Что же произошло?.. – юноша изумлённо озирался, бормоча себе под нос.

Внезапно он осёкся, и на его и без того мертвенно-бледном лице проступил неподдельный ужас:

— В-возможно, призраки в этом мире и правда существуют! Они реальны!

Голос парня дрожал, однако Клейн безошибочно различил в нём две противоположные ноты – леденящий страх и бурлящий азарт; цвета его ауры в точности передавали эту смесь чувств.

«Азарт? Этот сорванец полез на рожон и потревожил призрака лишь ради острых ощущений? Воистину, юность безрассудна и не ведает страха смерти...» – сделал предварительный вывод детектив и с притворным недоумением переспросил:

— Призраки?

После перехода на ступень Фокусника его духовное зрение слегка обострилось, но не настолько значительно: разглядеть проекцию астрального тела в глубинах эфирного тела он по-прежнему не мог, а стало быть, не мог и определить с ходу, является ли собеседник Потусторонним.

Бледные щёки Адола вдруг залил лихорадочный румянец:

— Да, призраки! – размахивая руками, он горячо добавил: — За гранью наших чувств простирается огромный, неведомый мир! Я не шучу! Смерть – это ещё не конец!

«Какая напыщенная фраза... Типичный трудный возраст. Впрочем, кажется, я уже встречал нечто подобное в книгах...» – улыбнувшись, Шерлок проронил:

— Мне ближе иная истина: перед лицом времени, что древнее самой вечности, исчезнет даже смерть. – не давая Адолу вставить слово, он вынул золотые карманные часы, щёлкнул крышкой и спросил: — Так как же вы докатились до такого состояния? Вы ведь выглядели как человек с тяжёлым нервным срывом.

— Я... – Адол отвёл взгляд и несколько секунд собирался с мыслями. — Я вступил в одно общество... совсем не простое! Мы все верим, что смерть – не конец. С помощью мистицизма можно напрямую ощутить саму смерть и постичь, что всё в этом мире обратимо. Да, мы верим, что мертвецов можно воскрешать!

Клейн, сам выбравшийся из могилы чуть больше месяца назад, сухо усмехнулся:

— И вы пытались оживлять мертвецов?

«Смерть – не конец... Мир за гранью чувств… Всё обратимо… Мистическое восприятие... Да ведь это в чистом виде догматы Нуминозного Епископата! Учения, созданные ради воскрешения Смерти...» – мысленно сопоставил факты Клейн.

— Да! – Адол энергично закивал; глаза его лихорадочно блестели, хотя скрыть затаённый страх ему не удавалось.

— И где же вы брали тела? – уточнил детектив.

— М-мы тайно раскапывали свежие могилы... те, где похоронили совсем недавно, или покупали трупы при больнице… – припоминая, выдавил юноша.

«За такое и впрямь прямая дорога за решётку... Неудивительно, что мистер Рого Колломан не спешит обращаться в полицию… Ну и безрассудный же щенок – полез за острыми ощущениями...» – сохранив добродушный вид, детектив поинтересовался:

— И что, преуспели?

— Пока нет... На последнем собрании они смотрели на меня так... с-словно на покойника! Будто прикидывали, куда на моём теле нанести ритуальные знаки... А потом мы станцевали Танец Духов, пытаясь связаться с миром за гранью, и... и с того момента я ничегошеньки не помню... – тело Адола вновь забила мелкая дрожь.

«Танец Духов? Без сомнений, Нуминозный Епископат... Неужели этот дуралей послужил подопытным кроликом для своих дружков?» – нахмурился Клейн и спросил:

— Ваша память прерывается ровно на этом моменте?

Согласно тайным архивам Ночных Ястребов, «Танцы Духов» брали начало от древних ритуальных плясок, распространённых на Южном континенте. То был обрядовый метод, который особенно благоволил Смерти.

Суть «Танца Духов» заключалась в том, чтобы ритмом, движениями и дыханием привести собственную духовность в гармонию с природой и наладить контакт с объектом молитвы. В сочетании с простым алтарём и правильным священным именем такой танец заменял собой сложную ритуальную магию.

— Да… – едва слышно отозвался Адол и вдруг вскинул голову: — Какой сегодня день? Который час?

— Утро пятницы, час двенадцать ночи, – сверившись с памятью, ответил Шерлок.

Юноша судорожно перевёл дух:

— Я пропустил новую встречу… Каждую пятницу в три часа ночи они проводят ритуал воскрешения на опушке возле кладбища Гримм.

Кладбище Гримм получило своё название из-за близости к улице Сада Гримм.

— Вы всё ещё рвётесь туда? Забыли, что с вами приключилось? Ах да, вы ведь ничего не помните… так расспросите отца, мать и прислугу, – предостерёг юношу детектив.

«И вряд ли я смогу снова вытащить тебя из петли...» – мысленно добавил он.

Эта стычка обнажила ещё одно слабое место Фокусника – отсутствие прямых способов борьбы с призраками и теневыми тварями. Разве что управление огнём с натяжкой годилось для этой цели. Но стоило сущности вселиться в человека, как очищение и экзорцизм превращались в неразрешимую дилемму, если только не ставить целью убить заодно и самого одержимого.

Разумеется, в арсенале Клейна оставалась ритуальная магия, но подготовка требовала уймы времени, демаскировала его личность и совершенно не годилась для скоротечной схватки.

Поразмыслив, он и прибегнул к свистку Азика, дабы выманить призрака наружу, а затем испепелил тварь огнём.

Однако убойная сила пламени была не столь велика: попадись дух чуть могущественнее и фокус мог сорваться.

«Мне отчаянно не хватает чар или предметов против нежити. Был бы со мной Запечатанный Артефакт 3-0782, Священная Мутировавшая Эмблема Солнца...» – с лёгкой грустью подумал Клейн.

Вспомнив о провале в памяти, Адол вновь побелел как полотно и заикаясь выговорил:

— Нет... я не пойду! Больше ни за что в жизни туда не сунусь!

— Вот и славно, – ободряюще улыбнулся детектив.

Адол с изумлением уставился на спокойное лицо сыщика, где не отражалось ни тени страха, и не удержался от вопроса:

— Я наговорил столько жутких вещей... Неужели вам ни капли не страшно?

Клейн оттолкнулся от стены, расправил плечи и непринуждённо бросил:

— Настоящий детектив предпочитает ни во что не верить на слово, пока не увидит неопровержимых улик.

Отворив дверь, он шагнул в коридор, размышляя, не стоит ли присмотреться к Нуминозному Епископату поближе: в конце концов, это могло пролить свет на тайну происхождения мистера Азика.

Адол растерянно смотрел в спину сыщику. Лишь спустя несколько секунд до него дошло, что он остался в уборной один как перст, а тусклый лунный свет за окном отбрасывает зловещие тени, словно из углов за ним наблюдает нечто незримое.

Вздрогнув всем телом, он в панике завопил:

— П-подождите меня!

Припустив со всех ног, Адол выскочил из уборной и пристроился вплотную за Шерлоком.

«Раз испытывает страх и тревогу, значит, парень ещё не безнадёжен...» – подумал Клейн, пряча руки в карманы.

Когда они вернулись в спальню, Стюарт даже не заметил перемен в состоянии подростка: всё так же дрожа от собственных выдумок о нечистой силе, бородач не смел сделать и шага в сторону.

Едва Адол снова провалился в сон, Клейн достал медный пенни и принялся перекатывать его между пальцами.

Когда стрелки приблизились к без десяти три, он подбросил монету, поймал её на ладонь и, поднявшись с кресла, шепнул напарнику:

— Выйду на балкон, выкурю сигарету.

— Давай только поживее, – нервно бросил Стюарт.

Накинув сюртук, Клейн не спеша добрёл до балкона в дальнем конце коридора и скользнул в густую тень.

Там он извлёк из кармана грубо вырезанного бумажного человечка.

Пах!

Резкий взмах кисти и бумага звонко хлопнула, на глазах разрастаясь и обретая объём.

Мгновение спустя на балконе возник двойник ростом с самого Клейна – точная восковая копия с абсолютно идентичными чертами лица.

То была одна из граней применения Бумажных Заменителей.

Сосредоточившись, Клейн сжал правый кулак и легко коснулся плеча двойника.

Бумажная фигура бесшумно ожила: в её зубах даже дымилась сигарета с тлеющим огоньком, разнося вокруг терпкий табачный аромат.

«С переданной частицей духовности этот морок продержится добрых полчаса… Воистину, я теперь настоящий фокусник!» – надев перчатки, Клейн перемахнул через перила и бесшумной тенью соскользнул вниз, ловко обойдя дозоры охраны.

***

Окрестности кладбища Гримм, глухая лесная опушка.

Устроившись в густой кроне дерева, Клейн вглядывался в небольшую поляну неподалёку.

Вокруг шелестели ветви и листва, подёрнутые налётом серой пыли.

На поляне вокруг распростёртого на земле трупа неистово дёргались в пляске семеро или восьмеро юношей и девушек в длинных чёрных балахонах.

Движения их подчинялись строгому ритму, вея таинственным, первобытным духом.

Девушки встряхивали распущенными волосами, юноши падали на колени и простирали руки к небу – в этом танце чувствовалась тонкая связь с дыханием природы.

Спустя 3-4 минуты всё пространство в радиусе десяти метров пропиталось дикой, одурманивающей атмосферой: воздух сделался тяжёлым, зловещим, и в нём засквозила крупица потустороннего величия.

«И впрямь Танец Духов... Ритуальная магия, доступная даже обычным смертным...» – Клейн перевёл взор на мужчину в чёрном одеянии, нараспев читавшего заклинание подле мертвеца.

Именно он только что наставлял молодёжь, задавая движения священного танца.

«Должно быть, член Нуминозного Епископата, причём с высокой вероятностью – настоящий Потусторонний...» – едва заметно кивнул сыщик, решив досмотреть ритуал воскрешения до конца.

Тем временем пляска достигла апогея. Мужчина вскинул голову и сорвал парик, обнажая бритый череп, испещрённый причудливыми татуировками.

Воздев руки к небу, он истошно прокричал:

— Смерть!

Досточтимая Смерть!

Грядёт Твоё возвращение!

Едва смолкли возгласы, танец оборвался. Семь или восемь подростков замерли по обе стороны от тела: их лица казались отрешёнными, полными трепетного ожидания, лихорадочного восторга и ужаса.

Затем мужчина наклонился, отпер железную клетку у своих ног и извлёк наружу чёрный комок.

Приглядевшись, Клейн увидел в его руках чёрного кота с голубыми глазами.

«И… это сработает?..» – опешил детектив. На ум тотчас пришли старинные суеверия: мол, если чёрная кошка – вестница загробного мира – перепрыгнет через покойника, тот немедленно восстанет из гроба.

Клейн впервые видел, чтобы столь наивное поверье пускали в ход в настоящем ритуале.

Сделав шаг вперёд и удерживая вырывавшееся животное, мужчина с силой швырнул кота прямо на грудь мертвеца.

— Мяу!

Шерсть кота встала дыбом; истошно зашипев, он одним безумным прыжком перемахнул через труп.

В этот миг Клейну показалось, будто он постиг кошачий язык: животное явно проорало во всё горло: «Блять!»