Утешения и объяснения Клейна подействовали: доктор Аарон заметно успокоился. Он решил взять паузу и понаблюдать за собой пару дней – не вернутся ли кошмары.

Проводив известного хирурга с дежурной улыбкой, Клейн закрыл дверь, и маска вежливости тут же спала с его лица, уступив место мрачной задумчивости.

С его толкованием сновидения все было в порядке. Черная башня, лабиринт из стен и дверей, гигантская серебристо-белая змея – все это кричало об опасности, нависшей над Уиллом Осептином. Это была картина, отражающая состояние ребенка, который в страхе и отчаянии прячется за многослойной защитой.

Загвоздка была в другом: вряд ли это откровение самостоятельно получил собственный дух доктора. Будь это так, сон приснился бы гораздо раньше, еще до выписки мальчика, как только подсознание Аарона уловило бы неладное. Не пришлось бы ждать до вчерашнего вечера, когда он наткнулся на забытого бумажного журавлика.

Поэтому Клейн подозревал, что этот сон был внушен доктору Аарону кем-то другим, а средством передачи послужил тот самый бумажный журавлик!

Он уже осматривал поделку с помощью духовного зрения – но никакого свечения от нее не исходило. Тем не менее духовное восприятие и интуиция подсказывали ему, что в этом бумажном журавлике скрыто нечто особенное, связанное с самой неосязаемой, самой неуловимой и наиболее внушающей благоговение силой – судьбой.

«Тот мальчишка, Уилл Осептин, явно непрост… Видимо, дело было не в "волшебной" колоде Таро, а в нем самом… Гигантская серебряная змея – символ опасности, и все это дело также связано с такими факторами, как невезение и удача. Неужели она символизирует Ртутного змея, 1-ю Последовательность Пути Монстра?» — мысли Клейна метались, не давая уверенного ответа.

Он заставил себя переключиться на то, как именно был внушен сон.

С нынешним багажом знаний в мистицизме разгадать этот фокус было не так уж сложно. Вскоре в голове выстроились предположения:

«Влияние призраков и теней отметаем сразу. Аура доктора Аарона окрасилась бы в темно-зеленые тона, а я ничего подобного не заметил…

Остаются два основных способа внушить сон так, чтобы с жертвой ничего не случилось. Первый – использование потусторонних сил, вроде тех, что есть у Ночного Кошмара. Так действовал Капитан: мягкое направление цели без грубого вторжения, чтобы не оставить следов. Второй же способ – куда более тонкая, высокоуровневая работа…»

Суть сновидений в том, что астральное тело блуждает по духовному миру. Детали, подсознательно замеченные наяву, под внешним стимулом превращаются в откровения, обладающие символическим значением. Или же астральное тело напрямую ловит откровения, связанные с самим собой, а затем передает их духовному телу, собственной душе. Поскольку человек спит, это проявляется в форме грез…

Следовательно, здесь задействован второй метод – внушение через духовный мир!

Сначала мистическим образом формируется нужное откровение. Затем все подстраивается так, чтобы астральное тело жертвы естественным образом набрело на него и передало дальше. В итоге человек увидит именно тот сюжет, который ему хотели показать, а внешне не останется ни малейшего следа вмешательства…

Мне такое пока явно не по зубам, даже если в форме духовного тела задействовать доступную мне часть силы над серым туманом…»

Клейн на секунду замер, обдумывая еще одну деталь:

«Через журавлика доктору Аарону, скорее всего, было внушено: как только он вытащит бумажную поделку, ему приснится соответствующий сон…

Это довольно легко проверить: ритуал вызова духа на докторе Аароне сразу выявит неладное… Вот только это не слишком-то дружелюбно по отношению к врачу… Может, одолжить у отца Утравски Свечу душевных терзаний? Нет, плохая идея. Мою личность раскрыл Эмлин Уайт, этот помешанный на куклах вампир, а не сам Утравски, похожий на гору мышц», — Клейн тряхнул головой, отгоняя лишние мысли, и задумался, что делать дальше.

План вырисовывался такой: позже подняться над серым туманом и оценить степень риска с помощью гадания. Если опасность приемлема, то сегодня ночью навестить доктора, с помощью талисмана Грез усыпить его и понаблюдать, чтобы выяснить источник сна: прямое ли это внушение или хитрая подделка.

Впрочем, Клейн не питал иллюзий: с его нынешним уровнем заметить следы второго метода будет чрезвычайно сложно.

Просто сесть рядом со спящим доктором и войти в когитацию недостаточно – это не гарантирует, что их астральные тела окажутся в одной и той же области духовного мира. Для этого необходима привязка.

Согласно Книге Тайн, духовный мир – вещь довольно парадоксальная. Он полностью накладывается на реальность, пронизывая ее повсюду, поэтому откровение можно получить где угодно. Но там нет понятий «верх», «низ», «лево» или «право». Прошлое, настоящее и будущее там сталкиваются, словно волны в сюрреалистичном океане, состоящем из бесчисленных знаний, информации и нереальных сущностей. Логика материального мира там бессильна.

Именно поэтому откровения приходят в виде символов, а не прямых ответов. И именно поэтому местоположение астрального тела зависит не только от физического места сна, но и от состояния духа и плоти. Без соответствующего метода привязки невозможно зафиксировать и отыскать астральное тело определенного человека в духовном мире, даже находясь прямо рядом с ним в реальности.

По этой же причине путешествие астрального тела по духовному миру ограничено: оно не смеет заходить слишком глубоко. Если оно заблудится и не сможет вернуться, хозяин превратится в слабоумного или впадет в вечную кому.

А уж попытка войти в духовный мир физическим телом, используя его как трамплин для телепортации, – чистейшее самоубийство. Малейшая неосторожность – и ты, заблудившись, навсегда исчезнешь из реальности, обрекая себя на гибель.

«Фух…» — Клейн выдохнул и на время отбросил эту проблему.

Он щелкнул крышкой карманных часов. Пока он размышлял, завтрак уже безнадежно остыл, а репортер Майк так и не появился. Видимо, дело откладывается на сутки.

Руководствуясь принципом «не пропадать же добру», Клейн быстро расправился с остывшей едой, после чего поднялся над серым туманом, чтобы совершить гадание. В итоге он с удивлением получил откровение, что это дело не представляет никакой опасности.

Увидев, что оговоренное время встречи уже прошло, он надел твидовое пальто и кепи*, сунул под мышку «словарик» и вышел из дома 15 по Минской улице.

Изначально он планировал поехать в Восточный район вместе с Майком Джозефом и во время интервью найти способ намекнуть Старине Колеру, чтобы тот не упоминал о его прежнем обещании помочь Лив разыскать дочь.

О том же должен был предупредить семью Лив уже сам Старина Колер.

Но теперь, когда Майк отложил дело на день, у Клейна оказались развязаны руки. Можно было действовать без лишней спешки и не беспокоиться о неожиданностях.

***

Сопоставив адрес, упомянутый Стариной Колером, с откровением от гадания, Клейн углубился в лабиринт улиц Восточного района. Игнорируя взгляды прохожих – испуганные, пустые и откровенно хищные – он добрался до нужного дома и поднялся на третий этаж.

В тесной комнатушке стояли две двухъярусные кровати, на полу валялись грязные тюфяки, а каждый сантиметр свободного места был завален каким-то хламом.

Клейн тотчас направил взгляд вглубь комнаты, на нижнюю полку самой дальней двухъярусной кровати, и окликнул:

— Старина Колер.

Тот мгновенно перевернулся и сел, с радостью повернувшись к двери:

— Вы все-таки пришли! После вчерашнего письма я подумал, что вы будете искать меня сегодня, поэтому не пошел в доки.

«Что ж, хоть не придется ломать голову над объяснением, почему я сразу заявился именно сюда…» — подумал Клейн, окинув взглядом комнату, и сказал:

— Колер, вы теперь зарабатываете достаточно. Могли бы снять комнату получше, перебраться в более приличное место. Почему лишь сменили тюфяк на койку?

— Деньги нужны, чтобы собирать для вас сведения, — улыбнулся Старина Колер. — Да и годы берут свое. Надо отложить немного на тот случай, когда тело совсем откажет.

Клейн помолчал пару секунд:

— Может, подумаете о страховке? Например, «Страхование помощи одиноким пожилым людям». Оно гарантирует, что когда вы совсем состаритесь, будете получать каждую неделю сумму, которой хватит, чтобы не умереть с голоду и иметь крышу над головой.

Страхование в этом мире зародилось еще в Четвертую Эпоху, а благодаря императору Расселу получило развитие. Существовали различные его виды: связанные с морской торговлей, от пожаров, от несчастных случаев, пенсионное – под разными названиями, но в целом ориентированные на богачей и средний класс.

— Слышал о таком. Когда я еще был рабочим, каждую неделю платил по 3 пенса страховых взносов. А потом работу потерял, и все сгорело… — вздохнул Колер.

Главной его проблемой сейчас была нестабильность. Он не знал, как долго «мистер детектив» будет нуждаться в его услугах.

Клейн тоже не мог ничего обещать, потому просто кивнул в сторону двери:

— Пойдемте к Лив. Вернем девочке ее «словарик».

Когда они вышли, Клейн небрежно бросил:

— Смех да и только. Позавчера я заявил, что сделаю доброе дело, помогу найти Дейзи, а вчера ее уже вернула полиция. Давайте больше не будем вспоминать об этом, не хочу, чтобы надо мной смеялись.

— Конечно, — кивнул Колер, но тут же серьезно добавил: — Но над вашей добротой никто смеяться не станет.

Пройдя через грязные улицы, они добрались до жилища Лив. Клейн увидел, что едва спасенная Дейзи снова стоит у гладильной доски, рискуя обжечься паром. С развешанного под потолком белья капала вода. Все оставалось так же, как и раньше. Эта неизменность нищеты на миг лишила его дара речи.

— Дейзи, — спустя некоторое время он все же окликнул ее. — Твой «словарик».

Глаза девушки загорелись, но она не сразу смогла оторваться от работы. Немного повозившись, она наконец остановилась, подошла к двери и начала без конца благодарить: «Спасибо, спасибо вам!»

Только когда Лив и Фрея тоже отвлеклись от дел и подошли выразить признательность, Клейн повторил сказанное ранее Колеру.

Убедившись, что они все поняли, он достал приготовленные 2 фунта мелочью и протянул Лив:

— Завтра придет репортер, чтобы взять у Дейзи интервью. Это деньги от него, аванс за беспокойство. Только не говорите ему об этом в лицо, иначе многое будет неудобно обсуждать. Хе-хе, может, завтра еще даст, но вряд ли много.

— Это… нет, я готова рассказать о том негодяе и бесплатно! — горячо возразила Дейзи.

Клейн усмехнулся:

— Таковы правила. Против правил не попрешь, понимаешь?

Он настойчиво вложил деньги в руку Лив:

— Берите. Вы все правильно делаете. Только если Дейзи и Фрея выучатся, у вас появится шанс вырваться отсюда.

Он собирался сказать многое, посоветовать семье Лив переехать на окраину Восточного района – в конце концов, клиенты, которые могут позволить себе нанимать прачек, не живут в Восточном районе. Но в итоге он так ничего и не предложил.

Он хотел помочь им больше, но одернул себя.

Сколько таких же, как семья Лив, живет в Восточном районе? Не тысячи, а десятки и сотни тысяч. Даже если раздать все состояние богатейшего банкира, это будет лишь капля в море. И это лишь Восточный район, а есть еще весь Бэклунд, все королевство Лоэн.

— …Спасибо. Передайте мистеру репортеру нашу благодарность, — после паузы сказала Лив, все же приняв деньги.

Клейн не стал задерживаться. Он почти сбежал оттуда, словно в этом месте таилось чудовище, готовое поглотить его душу.

Выйдя со Стариной Колером на улицу и вдохнув смог Восточного района, он выдохнул и тихо, почти неслышно, проговорил:

— Никто не даст нам избавленья**…

* * *

*Прим. ред.: «Твидовое пальто и охотничья кепка», в оригинале 厚重夹克 (hòuzhòng jiákè) и 鸭舌帽 (yāshé mào) – плотная куртка (padded jacket) и кепка с козырьком. Поскольку Клейн копирует Шерлока Холмса, перевели «куртку» как «пальто». Кепка описана в 227 главе и, возможно, отсылает к головному убору Шерлока Холмса – охотничьей кепке (deerstalker). 

**Прим. ред.: «Никто не даст нам избавленья» – первая строка припева «Интернационал» на китайском. «从来就没有什么救世主，也不靠神仙皇帝» (Cónglái jiù méiyǒu shénme jiùshìzhǔ, yě bù kào shénxiān huángdì) «Никто не даст нам избавленья: Ни бог, ни царь и ни герой». Фраза означает, что людям не стоит ждать помощи свыше или от «великих лидеров», нужно брать судьбу в свои руки. Сейчас фразу иногда используют в том смысле, что «Никто не придет тебя спасать, решай свои проблемы сам».

* * *

* * *